Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






РАЗВИТИЕ ЛИЧНОСТИ




Мы приходим в этот мир, будучи в состоянии крайней уязвимости: у нас нет брони, нет защиты, фактически нет даже личности. Однако каждый из нас обладает особой вибрацией, уникальностью бытия — иными словами, нашим психическим оттиском. В течение короткого времени мы не несем никакой вины и нам не нужно окружать себя защитной стеной.

Вскоре ситуация меняется, ибо мы очень рано обнаруживаем, что в жизненной игре требуется соблюдать определенные правила. Уже младенцами мы узнаем, что наше поведение может вызвать у окружающих одобрение или порицание. Таким образом, мы развиваем ту часть сознания, которая анализирует сигналы, поступающие из окружающей среды. Рождение личности совпадает с рождением этого типа сознания — энергетической модели «защитник/контролер»*.

«Защитник/контролер» наблюдает за окружением и определяет, какой тип поведения сработает лучше всего и понравится большинству людей. Под руководством «защитника/контролера» даже простейшие стереотипы поведения, такие, как улыбка или гуканье,

* Мы благодарны нашему другу и коллеге Мэки Рэмси из Кармела (Калифорния) за термин «защитник», предложенный для описания этой важной энергетической модели.

ЧАСТЬ»2

быстро теряют свою спонтанность и становятся автоматическими реакциями на окружение. Мы становимся менее естественными, поскольку «защитник/ контролер» начинает отслеживать и оценивать все «опасности», с которыми мы сталкиваемся.

По мере нашего взросления «защитник/контролер» все больше действует как контрольная компьютерная система. Он использует некоторые наши «я» — первичные «я» — для достижения собственных целей. Эти «я» определяют то, как мы будем вести себя и как взаимодействовать с другими. Например, «защитник/ контролер» может решить, что для нас важно нравиться другим. Тогда наше угодливое «я» будет включено в систему первичных «я», поскольку оно дает результат — одобрение родителей и других людей. Стремление быть отличником в школе может послужить началом другой системы первичных «я» — внутреннего стремления к достижениям, успеху и деньгам. Первичные «я» просто показывают, с чем отождествляется эго и что является приоритетным для личности в тот или иной период. Эти «я» с течением времени могут меняться.

Проводя сеанс, очень важно понимать эти первичные «я», ибо именно через них мы входим в процесс Диалога голосов. Ведущий должен знать, как развились первичные «я», как они защищают уязвимость субъекта и что, по их мнению, случится с субъектом, если контроль будет потерян. Они являются определяющими факторами личности, всегда прикрывая, защищая, наблюдая и контролируя. Ведущий должен установить благожелательные, заботливые отношения с «защитником/контролером» и с первичными «я», прежде чем приступать к изучению других «я». Постепенно эти первичные «я» развиваются и сливаются с тем, что в конечном итоге становится изве-



ГОЛОСА

стным как наша личность. Некоторые могут быть отнесены к генетической предрасположенности, другие — исключительно к факторам окружающей среды. Один ребенок может быть предрасположен к интро-вертной модели поведения, так что при любом внешнем давлении он «уходит в себя», погружаясь в мир фантазий. Другой может развиться в экстраверта и взаимодействовать с окружением настойчиво или даже агрессивно. Эти поведенческие реакции могут определяться наследственностью, положением среди братьев или сестер, особенностями отношений между ребенком и родителями.

В своей основе личность является системой энергетических моделей, помогающей защитить нашу уязвимость. По мере того как эта система развивается, мы обретаем силу и власть. Как уже отмечалось, уязвимость обычно не вознаграждается, а вот власть и сила — вполне. Поэтому мы ходим в школу, получаем хорошее образование и, таким образом, приобретаем силу и власть. Мы узнаем, как учиться, как работать. Мы узнаем, как получить то, чего хотим. Мы учимся угождать и, не щадя себя, стремимся к успеху. И становимся еще более сильными и властными.

Однажды мы пробуждаемся и обнаруживаем себя вполне взрослыми, обладающими сформировавшейся личностью. Мы уже знаем, как добиться успеха на этой планете, мы обладаем властью. Это не осуждение; это лишь определение той силы, которая совершенно необходима для выживания. Если мы не овладели этими навыками в молодости, мы должны развить их, будучи взрослыми. Множество терапевтических подходов к развитию сознания помогают людям избавиться от беспомощности и уязвимости и стать сильными. Это важнейший шаг, но трагедия этого шага к силе заключается в том, что мы теряем связь с нашей



I

ЧАСТЬ»2

уязвимостью. Мы теряем связь с уникальной вибрацией нашего психического оттиска.

Чудесная сказка «Снежная королева» является метафорой этого процесса. Сказка начинается с двух маленьких детей, Ганса и Герды. Они часами слушают нескончаемые рассказы бабушки о жизни, о тайнах и волшебстве. Они любят цветы и солнечный свет, но больше всего они любят друг друга. Вместе они замечательно демонстрируют психический оттиск, который так характерен для детства.

Пока Ганс и Герда живут счастливо, разыгрывается драма: тролль сделал коварное зеркало. Стоит кому-нибудь посмотреть в него, и все, что было красивым, становится безобразным. И вот он со своим зеркалом летит к небесам, чтобы Бог посмотрел в него. Чем выше он летит, тем сильнее вибрирует зеркало, и вскоре оно разбивается на миллионы осколков, рассыпавшихся по планете.

Один осколок попадает в глаз Ганса, другой — в его сердце. Вдруг Герда начинает ему сильно надоедать, а бабушка представляется ему старой дурой. Даже розы, растущие на подоконнике, кажутся покрытыми червями. Мы бы сказали, что Ганс стал абсолютно рациональным молодым человеком. Дела сердечные и душевные, которые раньше были для него важны, теперь вызывают отвращение.

Когда в тот вечер к нему приходит Снежная Королева, как это случалось неоднократно в прежние вечера, он вдруг находит ее неотразимой. Теперь собственный дом кажется Гансу безобразным и глупым, и он сразу же уходит с ней. Снежная Королева целует его — и его сердце становится ледяным. Она уводит Ганса на далекий север, в свой дом, где он проводит целые дни, разгадывая ребусы. Ганс видит вокруг себя замерзший мир, который кажется ему прекрасным. Он боль-

ГОЛОСА

ше не помнит ничего о тепле, любви и чувствах. Он полностью отождествил себя с холодным, рациональным «я» и отказался признавать все другие «я». Замерзая, он умирает, но не знает об этом.

Теперь Герда должна найти Ганса и освободить его от власти Снежной Королевы. Эта цель является метафорой процесса в сознании Герды и ее способности сохранить контакт с ее психическим оттиском — цель, которая, в конечном счете, приведет к освобождению Ганса.

Как ни печально это может показаться, но судьба Ганса — это судьба многих из нас. Развитие личности обычно требует отказа от наших чувствующих «я». Их воскрешение — одна из задач эволюции сознания.

Один из первых шагов к решению этой задачи — обнаружить, какие «я» ответственны за нашу личность. Кто и что действительно отвечает за сущность, которую мы называем эго? Мы начинаем наш путь к освобождению с изучения развития «защитника/контролера». Мы увидим, как он функционирует, как он и его друзья определяют, какие части нас отвергаются в годы нашего взросления.

«ЗАЩИТНИК/КОНТРОЛЕР»

«Защитник/контролер» отчасти похож на фрейдовское «суперэго» или «родителя» трансакционного анализа. Это «я» гарантирует, что отвергнутые «я» остаются отвергнутыми. Оно возникает в ранние годы и — после определения, какие формы поведения социально приемлемы,— формирует образ, который может предстать перед миром. Его функцией является защита: он защищает нашу уязвимость и может даже спасти нам жизнь, обеспечивая приемлемость наших

ЧАСТЬ»2

действий. На «защитника/контролера» оказывают влияние семья и культура, причем каждая имеет собственные непоколебимые принципы.

В Диалоге голосов работа с «защитником/контролером» является очень важной, поскольку это «я» представляет основную энергетическую модель, защищающую каждого из нас. Однако «защитник/контролер» боится психологической работы — он вовсе не стремится к расширению и росту, сохраняет консервативность взглядов и не доверяет новым идеям.

Независимо от состава участников одним из первых шагов в Диалоге голосов является определение желаний «защитника/контролера». «Защитник/контролер» должен чувствовать себя в безопасности как в отношении самого диалога, так и его ведущего. Он должен ощущать свое право на достаточный контроль за работой. Если его охватывает страх или он чувствует угрозу в процессе диалога, «защитник/контролер» должен иметь право остановить диалог или снизить его темп. Это, более чем что-либо еще, создает благоприятные условия для настоящего доверия.

Очень интересно рассмотреть типичных «защитников/контролеров» и увидеть их схожесть. Все они в основном рациональны, все хотят сохранять впечатление правильного поведения (формы которого могут сильно отличаться в Лос-Анджелесе, Нью-Йорке и Лондоне), все хотят контролировать межличностные отношения, и все они хотят защитить человека — любым способом и любой ценой! Следующий диалог — пример типичного калифорнийского «защитника/контролера».

Ведущий: Поскольку вы кажетесь единственным, кто направляет жизнь Фреда, я бы хотел узнать о вас побольше.

ГОЛОСА

«Защитник/контролер» (раскинув руки на спинке дивана и приняв непринужденную позу): О'кей. Спрашивайте, о чем хотите. Начинайте!

Ведущий: Хорошо. Начнем с основного. Как вы хотите, чтобы люди относились к Фреду?

«Защитник/контролер»: О, это легкий вопрос (с очаровательной улыбкой). Я хочу, чтобы все любили его. Он должен чувствовать себя удобно среди людей, быть экспрессивным, полезным, понимающим и полным энергии. Одним словом, отличным парнем. Я хочу, чтобы каждый мог сказать: «Вот действительно хороший человек».

Ведущий: Мне кажется, что вы очень потрудились. Все действительно любят его.

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Еще бы! Его семья любит его, его друзья любят его, его бывшая жена и бывшие подружки любят его. Я великолепен в компании. Группы любят его, терапевты любят его. Я изучал психологию и знаю, что сказать и что сделать, чтобы всех очаровать. Я хорошо с вами работаю, да?

Ведущий (улыбаясь): Конечно, хорошо.

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Я очень доволен собой. У меня все получается так, как я хочу, и я не хочу, чтобы что-то менялось. Ни в коем случае!

Ведущий: Скажите мне, что бы вы не хотели, чтобы Фред делал?

«Защитник/контролер»: Это просто. Я не хочу, чтобы он был эгоистом или безрассудным человеком. Я не хочу, чтобы он был безразличен к другим или ранил чужие чувства. Я хочу быть уверен, что все будут любить его и никто не скажет о нем плохого слова. Я не хочу, чтобы он потерял репутацию отличного парня!

ЧАСТЬ»2

Ведущий: Даже если это сделает его несчастным?

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Его счастье меня не интересует. Я только хочу, чтобы другие были довольны им [подчеркнуто нами]. И каждый действительно доволен им.

Ведущий: Но он пришел ко мне, потому что он не очень доволен жизнью. Он чувствует себя отчужденным и не выполнившим своего предназначения.

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Как я уже сказал, это меня не касается.

Именно на этого «защитника/контролера» оказали влияние культура и семья. Он поставил целью сделать из Фреда «хорошего парня» в противоположность его брату, который был движим личными интересами и добивался успеха во всем. Здесь «защитник/контролер» соединен с «угодником», «послушным сыном», «хорошим отцом». В дальнейшей работе эти другие голоса будут вызваны и с каждым в отдельности будет проведена беседа.

Мы не пытались изменить «защитника/контролера» Фреда. Нашей целью было помочь уровню осведомленности Фреда познакомиться с этой моделью, чтобы его эго стало более компетентным и перестало отождествлять себя с «защитником/контролером». Любая попытка ослабить «защитника/контролера» разрушила бы имидж Фреда и поставила бы под угрозу его нишу в семье. Многие семьи ломают характер личности и понуждают различных «защитников/контролеров» развивать дополнительно другие черты характера, благодаря которым человек будет играть в семье собственную роль.

Другую картину представляет «защитник/контролер» из Нью-Йорка. Этот «защитник/контролер» был очень заинтересован в достижении успеха, хотя сама Джуди больше интересовалась социальной жизнью.

По

ГОЛОСА

Ведущий: Джуди говорила о своей неспособности чувствовать себя непринужденно, как ее друзья в Калифорнии, поэтому я бы хотел спросить у вас, что вы думаете о непринужденности — о том, чтобы попробовать что-то новое.

«Защитим к/к онтролер»: Мне это кажется незрелостью. Я не хочу, чтобы она делала что-то непродуманное... что-то, о чем позднее она будет сожалеть... Эти калифорнийцы и их непосредственность... помани их чем-то новым, и они жадно устремятся вслед за этим. Пройдет года два — и вот пожалуйста, другое увлечение чем-то, и они, дураки, уже хватаются за другое. Я не хочу, чтобы она выглядела дурочкой! Я очень боюсь выглядеть глупым или, что еще хуже, незрелым. Необходимо в этой жизни демонстрировать зрелость, достоинство, даже быть слегка циничной, иначе люди не будут тебя уважать. Знаете, целый год они все едят только овощи, на следующий год все занимаются медитацией, еще год — уже повальное увлечение аэробикой. По-моему, все они похожи на детей, гоняющихся за каким-то волшебным рецептом хорошей жизни. Нет такого рецепта. И знание этого и есть зрелость. #знаю.

Моя работа заключается в том, чтобы Джуди сохранила свою зрелость, была умной и никогда, никогда не выглядела глупой. Сюда относится и влюбленность. Если ей немного не хватает развлечений, так это и хорошо. Развлечения — это для детей. Жизнь — серьезная штука, и Джуди должна оставаться серьезной и ответственной.

Я слежу за тем, чтобы люди уважали Джуди и доверяли ей. Они могут быть уверены, что она рациональна, как я, и осторожна во всех своих решениях и действиях. Я добился чудес в ее профессиональной жизни.

In

ЧАСТЬ«2

Израильский «защитник/контролер» обеспокоен безопасностью, физической и психологической.

«Защитник/контролер»: По мне, самое важное — защитить его уязвимость. Он никогда не должен показывать страх, свои потребности, свои чувства... кто-нибудь может использовать это против него. Он всегда должен вести себя так, словно он владеет ситуацией. Вот почему я не хочу, чтобы он с вами разговаривал. Он — а фактически я — не всегда владеет ситуацией. А если он не владеет ситуацией, это может быть опасно для него. Он нуждается в моей защите, чтобы не действовать импульсивно. Он должен все продумать, иначе может попасть в беду. Самое худшее, с моей точки зрения,— поступать импульсивно и не контролировать происходящее.

Многие израильские «защитники/контролеры» разделяют эту точку зрения. Смущение, уязвимость, отсутствие руководства, «неконтролируемый» гнев, сексуальность, страх — любое подобное проявление «защитники/контролеры» расценивают как опасное. Наличие здравого рассудка и абсолютного самоконтроля они считают вопросом жизни и смерти.

Как вы, наверное, заметили, «защитники/контролеры» склонны поддерживать национальный или региональный стереотип. Они стремятся держать людей ближе к местным или семейным нормам, чтобы избавить их от трудностей, которые могут возникнуть из-за чересчур индивидуализированного поведения. При проведении Диалога голосов с «защитниками/ контролерами» необходимо знать их правила. На это довольно жестко обратили наше внимание при проведении диалогов в Лондоне.

ГОЛОСА

Британские «защитники/контролеры» всей группой протестовали против раскрытия неприятных, низменных или глупых субличностей. Однако они никогда бы не позволили себе стать невежливыми или отказаться от сотрудничества. Они делали вид, что «сотрудничают». Фактически мы не могли многого узнать о них, пока не спросили «защитников/контролеров» о правилах отвержения субличностей.

Ведущий: Авантюристическая субличность Нормы говорила нам о своем желании путешествовать и найти интересную работу. Здесь, в Лондоне, она чувствует себя довольно стесненной. Что вы можете сказать по этому поводу?

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Ей хорошо говорить такое, но уже многие годы Норма обходится без этого, и мне странно слышать, как она говорит — с энтузиазмом и без всякого здравого смысла. Я просто счастлив, что никто из ее подруг не услышал ее. По мне, все это — полная ерунда. Я не позволю ей сорваться с места в погоне за радугой. Меня не привлекает энтузиазм и волнения, я стараюсь подавлять их. Если у нее будет хороший, солидный план, хорошо продуманный, я мог бы выслушать ее, но по существу я согласен с тем, другим голосом, с которым вы говорили,— который сказал, что Норма должна смириться с тем, что в ее жизни ничего уже существенно не изменится. И чем скорее она поймет это, тем лучше будет для нее.

Могу сказать также, что мне не нравится, как вы вызываете у нее интерес. Мне не нравится ее возбуждение и надежды. Она только разочаруется. Я огражу ее от этого. Кстати, я не хочу, чтобы она стала одеваться ярко, как раньше. Я предпочитаю спокойные, скромные цвета.

Из

ЧАСТЬ»2

К вопросу о цвете («защитник/контролер» становится более экспрессивным): я не хочу, чтобы она наряжалась, флиртовала, делала макияж, изображала из себя секс-витрину. Я хочу, чтобы она была благоразумна, воздержанна, как и полагается быть женщине, которой в следующем году исполнится тридцать четыре года! Она уже слишком стара, чтобы вести себя как двадцатилетняя девчонка, даже если люди говорят ей, что она выглядит на двадцать. Она должна вести себя соответственно своему возрасту.

Ведущий: Но ведь вы видите, как она несчастна и как тот рассудительный голос, который вам понравился, говорит, что хочет умереть. Мы можем с вами где-нибудь поговорить? Мы не будем заставлять ее делать что-нибудь без вашего одобрения.

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Да, тот рассудительный голос действительно вызывает у Нормы желание умереть. Может быть, если мы сможем что-нибудь придумать, чтобы она не выглядела дурочкой, я мог бы, да, мог бы попробовать найти компромисс. По крайней мере, в отношении одежды. По правде говоря, последнее время она выглядела пресновато.

После этого ведущий смог заключить союз с «защитником/контролером», пообещав уважать его требования в отношении благоразумия, хорошего вкуса, сдержанности и подобающего поведения. Британский «защитник/контролер» должен быть уверен в том, что его будут уважать и сотрудничать с ним, тогда он позволит исследовать отвергнутые «я». В противном случае он вмешается и вновь отвергнет те субличности, которые отвергал или контролировал в прошлом.

ГОЛОСА

К тому же он может попытаться заблокировать дальнейшее вторжение в эти запрещенные области.

Если, работая с энергетической моделью, ведущий чувствует зажатость субъекта, можно с достаточным основанием предположить, что ему отвечает «защитник/контролер» .

В следующем примере ведущий говорил с голосом, который субъект по имени Кэлвин отождествлял с голосом свободы. Голос хотел, чтобы Кэлвин был более авантюристичен, не боялся риска. В середине диалога ведущий почувствовал в Кэлвине зажатость — и зазвучал другой голос.

Ведущий: Кажется, появилось другое «я». Не могли бы вы уступить место, чтобы мы могли поговорить с этой новой субличностью? (Кэлвин отодвигается.) Ну, здравствуйте. Кто вы?

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Я не знаю, кто я, но мне не нравится то, что происходит. Мне не нравится то, что говорит этот голос. Я много работал, укрепляя жизнь Кэлвина, и я не собираюсь смотреть сложа руки, как мои труды спускают в канализацию.

Ведущий: Что больше всего беспокоит вас?

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Он хочет бросить все в погоне за риском, хочет бросить работу и потерять финансовую независимость. Я видел слишком много людей, которые так поступали. Меня это страшит. Мне нужна стабильность. Он не миллионер. Он нуждается в своем еженедельном чеке.

Ведущий: Вы же понимаете, что я не подбиваю Кэлвина, чтобы он бросил работу или последовал совету свободолюбивого голоса. Моя работа — помочь ему выслушать все свои «части». А вы, на-

ЧАСТЬ«2

верное, хотели бы помочь ему избегать принимать решения слишком энергично и стремительно.

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Да уж будьте уверены—и я рад, что у вас хватает ума понять, насколько я важен.

Теперь ведущий может вернуться к свободолюбивому голосу или остаться с «защитником/контролером». Направление неважно; важно то, что уровень осведомленности Кэлвина способен видеть конфликт противоположностей. Теперь Кэлвину будет трудно однозначно отождествить себя как с «защитником/ контролером», так и со свободолюбивым голосом. Цель процесса — научиться управлять своим «психологическим автомобилем». Теперь вы можете получить совет от разных энергетических моделей, и пока вы за рулем — вы делаете выбор и принимаете решения с большей осведомленностью.

«Консервативный» и «либеральный» — не просто слова, характеризующие политические убеждения человека. Это энергетические модели, которые существуют в каждом из нас, наши консервативные или либеральные сущности. Консервативная привержена традиционным ценностям. Она боится всяких изменений и шарахается от возможности большей свободы.

Наша либеральная натура подталкивает нас к риску. Это энергия, которая побуждает нас порвать с традицией, воспользоваться шансом, в корне изменить поведение и таким образом получить более широкий диапазон для выбора. Энергия «защитника/контролера» — это наш внутренний «консерватор». Он осторожен там, где «либерал» побуждает нас рисковать. Если мы уважаем обе стороны, нам не нужно проецировать на наше окружение ни либеральную, ни консер-

ГОЛОСА

вативную модель и наши принимаемые решения будут более уравновешенными.

Описание «защитника/контролера» создает впечатление, что тот играет важную роль в нашей жизни. Эта энергия очень важна для эволюции сознания. Сегодня у многих людей, занимающихся развитием сознания, обнаружилось новое явление: в своем стремлении к свободе они отвергают «защитника/контролера». Эти люди годами добивались эмоциональной и сексуальной свободы. Они медитируют, визуализируют, продвигаются во всех направлениях. Очень часто в ходе всего этого они отрицают «защитника/контролера», не видя смысла в его существовании. В приведенном ниже диалоге ведущий реагирует на тот факт, что «защитник/контролер» был отвернут свободолюбивым голосом субъекта.

Ведущий: У меня такое ощущение, что в течение многих лет Дрю не слушала вас.

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р»: Это правда. Она всегда отчаянно старается быть свободной, действовать свободно. Она делает много такого, что я ненавижу.

Ведущий: Например?

«3 а щ и т н и к/к о н т р о л е р» (глубоко несчастная): Мне не нравится, когда она спит со многими мужчинами. Я их всех ненавижу. Они плохие. А некоторые совсем гадкие! А она всегда готова «расти» — всегда готова к следующему семинару. И всегда у нее нет денег. Другой голос говорит ей: «Потрать их. Вселенная позаботится о тебе — это стоит того». Но я так не считаю. Если бы она послушала меня, она не была бы так сексуально озабочена. Ей не понадобились бы все эти семинары, чтобы уменьшить ее желание!

ЧАСТЬ»2

Удивительно, но отказ от энергии «защитника/контролера» — довольно распространенное явление в тех частях света, где люди долгое время работали с сознанием. И наоборот, в тех частях света, где психологическая работа относительно нова, «защитники/контролеры» обычно очень сильны.

Как сказано выше, проводя Диалог голосов в разных городах и странах, первым делом мы занимаемся с «защитником/контролером». Он в течение многих лет функционировал как действующее эго и теперь вовсе не намерен позволять сместить себя какому-то выскочке-ведущему или экстравагантным упражнениям с психикой. Его точку зрения необходимо уважать, как и проделанную им работу.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.016 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал