Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Институционализация




Производство общественного порядка не явля­ется ни систематическим, ни запланированным, но и не является случайным. Скорее всего, его можно считать весьма целесообразным. В этой связи Бер­гер и Лукман отмечают: «Всякая человеческая дея­тельность подвергается хабитуализации (т. е. опри-вычиванию). Любое действие, которое часто повто­ряется, становится образцом, впоследствии оно

1 Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 88-89.


Концепция социального конструирования реальности... 117

может быть воспроизведено с экономией усилий и ipso facto осознанно как образец его исполнителем. Кроме того, хабитуализация означает, что рассмат­риваемое действие может быть снова совершено в будущем тем же самым образом и с тем же практи­ческим усилием».1 Основанием для такого утверж­дения служит философская антропология Арноль­да Гелена (1904-1976), который называет устойчи­вые привычки социальными институтами.2

Если, согласно теории Гелена, институты явля­ются твердо «установленными» социальными обра­зованиями, то П. Бергер и Т. Лукман развивают ди­намическую теорию институционализации. Несомнен­но, признают они, что успешные действия людей в отношении природы и своего социального окружения характеризуются повторяемостью, а часто встречаю­щиеся действия превращаются в модель будущих дей­ствий, которая сохраняется в мышлении. На практи­ке это означает, что мы типизируем известные нам действия и ситуации. Философ А. Шюц исследовал социальные функции таких типизации и обнаружил, что типизации обыденного мышления сами являют­ся существенными компонентами конкретно-истори­ческого и социально-культурного «жизненного ми­ра», в рамках которого они считаются само собой разумеющимися и социально признанными.3 Таким образом, в основе социального порядка лежит спо­собность к типизации.

1 Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 89-90.

2 GehlenA. Der Mensch. Frankfurt am Main, 1971. S. 35.

3 Ср.: Schiitz A. Husserls Bedeutung fur die Sozial-wissenschaften // Schiitz A. Gesammelte Aufsatze. Bd. I. S. 172.


118 X. Абельс. Интеракция, идентичность, презентация

Человек приписывает своим действиям опреде­ленные значения, то есть обобщает свое поведение как типичное. В результате получается, что «ста­новится необязательным определять каждую ситу­ацию заново, шаг за шагом. Огромное разнообра­зие ситуаций может быть отнесено к разряду тех определений, которые были даны раньше. И тогда можно предвидеть действия, которые нужно совер­шить в этих ситуациях».1 Надежные и сохраняе­мые типизации представляют собой часть процесса институционализации, который происходит благо­даря взаимной типизации действий людьми. «Ин-ституционализация имеет место везде, где осуще­ствляется взаимная типизация опривыченных дей­ствий деятелями разного рода. Иначе говоря, любая типизация есть институт. Что здесь следует под­черкнуть, так это взаимность институциональных типизации и типичность не только действий, но и деятелей в институтах. Типизации опривыченных действий, составляющих институты, всегда разде­ляются; они доступны для понимания всех членов определенной социальной группы, и сам институт типизирует как индивидуальных деятелей, так и индивидуальные действия».2



Как пишут Бергер и Лукман, А и В являются друг для друга типичными представителями типичных действий. Типизации в этом смысле всегда являются обобщениями ожиданий, и, следовательно, институ-ционализация означает в конечном итоге процесс нормирования. «...Институты уже благодаря самому


Концепция социального конструирования реальности... 119

факту их существования контролируют человечес­кое поведение, устанавливая предопределенные его образцы, которые придают поведению одно из мно­гих, теоретически возможных направлений. Важно подчеркнуть, что этот контролирующий характер присущ институционализации как таковой, незави­симо от и еще до того, как созданы какие-либо ме­ханизмы санкций, поддерживающих институт».1

Институционализация делает поведение взаим­но предсказуемым. Это влечет за собой разгрузку, совместная жизнь облегчается благодаря рутине повседневной жизни. Когда люди покидают этот институциональный мир, он передается дальше, тем, кто не знает его с рождения. Институциональ­ный мир становится историей, в которой происхо­дит все и все является само собой разумеющимся.



«С обретением историчности этим образовани­ям требуется совершенно иное качество, появляю­щееся по мере того, как А и В начали взаимную типизацию своего поведения, качество это — объек­тивность. Это означает, что институты, которые теперь выкристаллизовались... воспринимаются независимо от тех индивидов, которым "довелось" воплощать их в тот момент. Другими словами, ин­ституты теперь воспринимаются как обладающие своей собственной реальностью; реальностью, с ко­торой индивид сталкивается как с внешним и при­нудительным фактом.

Пока зарождающиеся институты только созда­ются и поддерживаются лишь во взаимодействии А и Б, их объективность остается незначительной,


1 Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 91.

2 Там же. С. 92.


1 Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 93.


120 X Абельс Интеракция, идентичность, презентация

легко изменяемой, почти игровой... Лишь А и В ответственны за конструирование этого мира. А и В в состоянии изменить или аннулировать его. Они понимают мир, который создан ими. Все это ме­няется в процессе передачи новому поколению. Объективность институционального мира "увеличи­вается" и "укрепляется"... Для детей переданный родителями мир не является абсолютно прозрач­ным. До тех пор пока они не принимают участия в его создании, он противостоит им как данная ре­альность, которая, подобно природе, является не­прозрачной, по крайней мере отчасти».1

«Увеличение» и «укрепление» можно понимать как возникновение «социальных фактов» в духе Дюркгейма, которые противостоят нам как вещи. Бергер и Лукман формулируют это положение сле­дующим образом: «Институты в качестве истори­ческих и объективных фактичностей предстают пе­ред индивидом как неоспоримые факты».2 В этой связи они еще решительнее, чем Дюркгейм, пред­остерегают от ложных выводов и пишут: «Важно иметь в виду, что объективность институционально­го мира — сколь бы тяжелой ни казалась она инди­виду — созданная человеком, сконструированная объективность. Процесс, посредством которого экстер-нализированные продукты человеческой деятельности приобретают характер объективности, называется объективацией. Институциональный мир — как и любой отдельный институт — это объективированная человеческая деятельность. Иначе говоря, несмот­ря на то, что социальный мир отмечен объективно-

1 Бергер П, Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 98-99.

2 Там же. С. 100-101.


Концепция социального конструирования реальности 121

стью в человеческом восприятии, тем самым он не приобретает онтологического статуса, независимо­го от человеческой деятельности, в процессе кото­рой он создается».1

Накапливаясь, опыт образует нечто вроде «остат­ков»2. Будучи разделяемым всеми участниками, он приобретает институциональный характер. «Переда­ча смысла института основана на социальном призна­нии этого института в качестве "перманентного" ре­шения "перманентной" проблемы данной общности».3

Согласно Бергеру и Лукману, «истоки любого институционального порядка находятся в типиза­ции совершаемых действий, как наших собствен­ных, так и других людей».4 Действия, которые по­вторяются в определенных ситуациях, узнаются как таковые и ожидаются в сходных ситуациях. Это означает типизацию ожидаемых действий индиви­дов. При возникновении коллективного знания о «взаимных типизациях поведения» можно говорить о социальных ролях. Знание ролей подобно «нена­писанному сценарию драмы», в которой участвуют все члены общества. «Лингвистически объективи­рованные роли — существенный элемент объектив­но доступного мира любого общества. Играя роли, индивиды становятся участниками социального

1 Бергер П , Лукман Т Социальное конструирование реальности. С. 101-102.

2 «Остатки» — термин итальянского социолога В Па-рето, которым он обозначил чувства, коренящиеся в ир­рациональных пластах человеческой психики — Прим перев

3 Бергер П, Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 116.

4 Там же С. 120.


122 X Абельс. Интеракция, идентичность, презентация

мира. Интернализируя эти роли, они делают этот мир субъективно реальным для себя».1 Эта тема является классическим предметом теоретической социологии, который разрабатывали Э. Дюркгейм и Т. Парсонс.

«С помощью ролей институты воплощаются в индивидуальном опыте».2 Если вслед за Бергером и Лукманом отождествить институты с правилами, с помощью которых общество укрепляет свои внутрен­ние связи, то это значит, что общество входит в нас через роли и тем самым обосновывает свою реаль­ность для нас. Это объясняет, почему Бергер и Лук-ман говорят о «социальном конструировании реаль­ности». «Все роли представляют институциональный порядок в указанном выше значении»3 и тем самым являются изображением социальной реальности. Никто не находится на необитаемом острове, и мы не можем избавиться от социальной реальности. Это одна из основных тем социологии Дюркгейма, которая была развита в теории социализации. В этой связи Бергер и Лукман придают ролям центральное значение: «Бла­годаря ролям, которые он играет, индивид оказыва­ется посвященным в особые сферы социально объек­тивированного знания не только в узком когнитив­ном значении, но и в смысле "знания" норм, ценностей и даже эмоций».4

Важнейшим шагом процесса объективации, со­гласно Бергеру и Лукману, является реификация.


Концепция социального конструирования реальности .123

«Реификация — это восприятие человеческих фено­менов в качестве ролей, то есть в нечеловеческих и, возможно, сверхчеловеческих терминах... Реифика­ция означает как то, что человек может забыть о сво­ем авторстве в деле создания человеческого мира, так и то, что у него нет понимания диалектической связи между человеком-творцом и его творениями. Реифи-цированный мир, по определению, представляет со­бой дегуманизированный мир. Он воспринимается человеком как чуждая фактичность, как opus alienum, который ему неподконтролен, а не как opus proprium его собственной производительной деятель­ности».1 В свое время К. Маркс и Ф. Энгельс выра­зили это положение вещей следующим образом: «По­рождения их головы стали господствовать над ними. Они, творцы, склонились перед своими творениями».2 «Главный рецепт реификации институтов — наделе­ние их онтологическим статусом, независимым от че­ловеческой деятельности и сигнификации».3

Здесь социология находится перед сложной про­блемой. Именно поэтому Бергер и Лукман так по­дробно разрабатывают этот аспект проблемы инсти­тутов и с помощью понятия институционализации привлекают внимание к тому, что человек должен сознательно участвовать в социальном конструиро­вании реальности, всемерно содействовать этому процессу.


1 Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 123.

2 Там же. С. 122.

3 Там же. С. 126.

4 Там же. С. 127.


1 Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 146.

2 Маркс К., Энгельс Ф. Немецкая идеология. Пре­дисловие // Соч. Т. 3. С. 11.

3 Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. С. 148.


124 X. Абельс. Интеракция, идентичность, презентация


.

mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.007 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал