Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Тема: О море, море… грязи






 

Итак, мы на месте, и это совсем не то, чего я ожидала. Этот кемпинг нам порекомендовал Люк, и я думала, он чем-то отличается от других… в лучшую сторону. Не могут же знаменитости отдыхать среди простых смертных! Поначалу я сваливала всю вину на погоду — говорят, дождь льет здесь уже третью неделю. Перед нами расстилалось поле, покрытое вязкой грязью; оптимистическое название «Туристический лагерь «Корнуоллский рог изобилия»» к такому зрелищу нас не подготовило. Чего здесь имелось в изобилии, так это грязи. Я уже начинаю подозревать, что Люк над нами просто подшутил.

Как и следовало ожидать, наш участок оказался самым дальним и неудобным, расположенным в низине, где скапливалась вся дождевая вода. Казалось, лагерь раскинулся не у воды, а непосредственно в воде. Первое время я все ожидала увидеть носорога или антилопу, пришедших на водопой. Наши соседи (с дредами и в сандалиях) подвергли нас пристальному осмотру — видно, досадуя, что теперь будет кому шуметь возле их вигвама (а может, им просто не по вкусу наша музыка). Сразу стало ясно, что это бывалые туристы, с опытом и отшлифованными навыками организации таких поездок, а мне этих навыков недостает.

Мы с Джеем убили целых два часа, чтобы поставить «легко устанавливающуюся» палатку, зато в собранном виде она выглядела точь-в-точь как средневековый шатер, как и обещали производители. И все было бы хорошо, если бы они предусмотрели в палатке пол. В палатке с полом даже двухнедельное пребывание в аду я сочла бы сносным. Приписав отсутствие пола полету дизайнерской мысли (а может, моей невнимательности — надо было прочесть надпись мельчайшими буквами в самом конце инструкции), я созналась Джею: понятия не имею, что делать. Хнычущим детям я велела разыскать резиновые сапоги и отправляться на разведку.

— Я не знаю, где их искать! — заныла Матильда.

— А у меня не десять рук! — отрезала я, но час спустя, когда содержимое машины общими усилиями вывалили в грязь, была вынуждена признать, что сапоги я забыла.

Тем временем Джея осенило.

— Голь на выдумку хитра, — пробормотал он и начал резать по шву пакеты для мусора, которые я каким-то чудом прихватила, и склеивать их пластырем «Барби» из аптечки. А когда я забеспокоилась, хватит ли пакетов и пластыря на всю громадную палатку, в нашу сторону по лужам зашлепал мистер Дредоносец.

— Пусть только попробует позлорадствовать, я ему все космы выдеру, — пообещал Джей, но сосед только протянул нам лист полиэтилена — идеальный временный настил для пола, пока мы не найдем что-нибудь посолиднее.

— Клевая палатка, — заявил он и побрел обратно к своему вигваму.



— Спасибо огромное! — хором крикнули мы ему в спину.

Миссис Кафтан помахала нам в ответ. На общем фоне стойбища туристов — аккуратных палаток и трейлеров — наш участок выделялся творческим беспорядком, а потому вызывал живой интерес.

 

Дейзи и Матильда, обе уже в кроссовках, активно знакомились с инфраструктурой лагеря — в первую очередь с гигантской песочницей в самом центре. Я одолжила у Джея мобильник и позвонила в «Федерал Экспресс» — узнать, во сколько обойдется курьерская доставка резиновых сапог. И решила, что 83 фунта плюс НДС — это чересчур, особенно в наших стесненных финансовых обстоятельствах. Значит, придется съездить за новыми сапогами в соседний Пензанс.

Мы установили печку, стол и стулья и уже пытались пожарить сосиски к чаю, а заодно и проверить, работает ли печка, когда над лагерем разнесся душераздирающий вопль. Материнский инстинкт сразу оповестил меня: кто-то или что-то напало на мое дитя. И мы с Джеем во весь опор ринулись к песочнице. Вокруг нее уже собралась толпа туристов, сквозь которую мы с трудом пробились и узрели рыдающую Дейзи в объятиях Матильды.

— Господи, что случилось? — выкрикнула я в лицо Матильде.

— Мама, это было так страшно!

— Что?! Да говори же!

— Здоровущая муха подлетела к Дейзи так близко, что чуть ее не съела. Прямо как вон та!

Слепень нормальных размеров совершил триумфальный круг почета и унесся вдаль. Я перестала осматривать Дейзи в поисках укусов и ожогов. Толпа туристов в анораках и шерстяных шапках постепенно рассеялась, а я убедилась, что мои дочери — отнюдь не вольные дети природы. Завидев комара, обе оглушительно завизжали и помчались к нашей палатке. Матильда споткнулась, упала и разрыдалась, обнаружив, что извозила в грязи любимые лиловые джинсы.



Джея мы нашли сидящим в машине — он дышал поочередно то одной, то другой ноздрей, чему научился на курсах йоги. Я бесцеремонно прервала его кармические медитации. Раздраженная малодушием родных дочерей, я сделала вид, будто без разбору швыряю вещи обратно в машину, приговаривая:

— Правильно. Хватит с нас приключений. Боишься всего на свете — значит, сиди дома и не высовывайся. Можно подумать, комары вас съедят! А грязь — так это вообще конец света!

Джей понял, в каком я состоянии, и повел девчонок пройтись по лагерю, а я тем временем спасла сосиски, которые чуть не превратились в угольки, пока мы выручали чудом оставшихся в живых Дейзи и Матильду.

Через полчаса, когда я уже гадала, куда все подевались, вся троица вернулась, ухмыляясь от уха до уха и потрясая только что купленной плюшевой свиньей(!), брелоком в виде пингвина и банкой фасоли. Джей застенчиво потупился.

— Прости, не удержался. Обожаю баловать их.

Мое сердце ушло в пятки. Такими темпами деньги, которых должно хватить на весь отпуск, улетучатся за несколько дней.

— Смотри-ка, что у меня есть, — воодушевленно продолжал Джей. — Знаешь, куда надо бежать, когда приезжаешь отдыхать и останавливаешься в отеле? Искать дармовые сувениры в ванной! — объяснил он, пока я рылась в сумках и не понимала, куда провалился кетчуп.

— Ты о чем?

Просияв, Джей сунул мне под нос пакет, который откуда-то принес. Пакет был наполнен кусками мыла, резинками и заколками для волос, флаконами шампуня и новенькими мочалками.

— Вот и наши сувениры. Мы нашли их в душевой.

— Даже не вздумай! Люди сразу узнают свои вещи, и потом, я не хочу пользоваться чужой мочалкой. Отнеси их обратно, — возмущенно приказала я. — А в душевой здесь ничего?

— Ну, знаешь… пованивает. Но мыться можно. Смотрела «Скверных девчонок»? Так вот образец для местной душевой — тюремная. Лично я выбрал бы кафель другого цвета: коричневый выглядит двусмысленно.

— Мам, есть хочу! — заявила Дейзи, перевоплощаясь в щенка-толстячка из «101далматинца». Все взгромоздились на стулья или пристроились на ковриках. Я уже была готова подать на стол сосиски, когда сообразила, что забыла тарелки и приборы. В ход пошли кастрюли, крышки от кастрюль, пальцы и мой удобный перочинный нож. Сделка с «Федерал Экспресс» уже начинала казаться мне на редкость выгодной. А мысль оставить ключи от дома соседям — тем более.

 

До заката оставалось всего несколько минут, когда я твердо решила сходить к морю. Меня поддержали все, но Дейзи споткнулась и кубарем скатилась по самой пологой из крутых троп, ведущих на берег. Когда мы наконец выпутались из колючих кустов ежевики и снова вышли на простор, то увидели, что тропа ведет в живописную бухточку с песчаным пляжем в окружении пологих холмов, а вдалеке, среди полей, виднеются фермы. Тучи-барашки стремительно неслись по небу; похоже, ветер прогнал дождь. Едва очутившись на пляже, девчонки припустили бегом, широко раскинув руки и подставив лица ветру, а потом кинулись собирать камешки и ракушки. Глядя, как волны бьются о берег, я сделала глубокий вдох и почувствовала, как тревоги последних месяцев отступают, покидают меня. Мне наконец-то удалось распрямить спину и опустить ссутуленные плечи на добрых пять дюймов.

— Вот так-то лучше, — пробормотала я себе под нос. Джей улыбнулся и обнял меня.

Мы с детьми устроили охоту за самыми красивыми ракушками, а я попутно объяснила Матильде: если приложить к уху большую витую раковину, услышишь шум моря. Во взгляде моей старшей дочери промелькнула растерянность.

— Но море же здесь, рядом. Я и так его слышу, без всякой раковины.

— Это тебе, Дот, — объявил подошедший Джей и протянул мне бледно-желтый камешек, гладко окатанный морем. Он мог бы показаться совсем обычным, если бы не крохотная сквозная дырочка в середине. — Говорят, такие камни приносят удачу, — добавил Джей.

Я поцеловала его и уложила талисман поглубже в карман.

 

Как жаль, что тебя нет с нами, Бет! Уже не помню, когда мы с тобой в последний раз выбирались на прогулку. Дети, мужья, работа, болезнь — вечно нам что-нибудь мешало, мы давно отдалились друг от друга. А в юности мы созванивались каждый день, иногда не по одному разу. Помню, как Делисса ужасалась нашим счетам за телефон и твердила: «Вы же целыми днями вместе в школе. Неужели там вы не наговорились?»

По-моему, с человеком, с которым близко знаком, начинаешь общаться в телеграфном стиле: полное взаимопонимание не требует пространных объяснений. И кому-то другому звонить совершенно бессмысленно, потому что тогда придется выкладывать всю историю насущного вопроса. А какой у тебя сегодня насущный вопрос? Видишь, я понятия не имею, что тебя тревожит или радует. Могу догадаться, конечно, но это уже не то. А если бы ты приехала к нам на несколько дней, мы возродили бы прежнюю дружбу. Надо попытаться организовать что-нибудь этакое, и как можно скорее. Кстати, отдых вряд ли получится мирным и расслабляющим, как я предсказывала, но тебя мне все равно не хватает.

 

Свежий воздух, бегство от крылатых насекомых и неизбежно сопряженный с этим стресс так измотали детей, что они были готовы лечь спать пораньше, да еще впервые в жизни провести ночь в палатке. Мы решили оборудовать спальню в глубине палатки и спать в одной куче, по крайней мере первые несколько ночей. Джей прочел по сказке каждому чаду: Дейзи — необычно игривую версию «Пипо», Матильде — до тошноты благопристойную «Элоизу». Дети забрались в спальные мешки. Я подползла, чтобы поцеловать обеих перед сном. У нас сложился целый ритуал вечернего целования, который показался бы стороннему наблюдателю до омерзения слащавым, а меня почему-то умиляет. Мы начинаем с «поцелуя бабочки» (щекочем ресницами щеку), продолжаем эскимосским поцелуем (тремся носами, только не при насморке) и в качестве кульминации осыпаем друг друга «поцелуями фей» (подрагивающими губами). Мы уже близились к финалу, когда Дейзи вдруг спросила:

— А мое деяло?

Искать одеяло было бесполезно. Я точно знала, где оно находится, мысленным взором видела его у подножия лестницы, куда бросила, чтобы потом не бегать за ним наверх. И я в очередной раз почувствовала себя плохой матерью.

Совесть грызла меня почем зря: если я что-то и была обязана взять, так это одеяло Дейзи. Заменить его невозможно. Без своего любимого одеяла Дейзи не заснула еще ни разу в жизни. Они неразлучны, как Пол и Линда Маккартни (за исключением тех нескольких дней, которые он проторчал в японской тюрьме из-за наркотиков). Дейзи уже начинала всхлипывать, так что становилось ясно: Корнуолл для нее — все равно что японская кутузка для Пола. Утром все-таки пришлось прибегнуть к помощи «Федерал Экспресс». Но прежде — созвониться с соседями, передать им список забытых вещей и попросить упаковать их. Не понимаю, как меня угораздило, а ведь я считала себя организованной путешественницей. Чтобы успокоить Дейзи, понадобилось несколько часов. Наконец она заползла ко мне в спальник, и мы промучились в тесном мешке всю ночь, вдобавок среди ночи я проснулась и поняла, что забыла снять лифчик и трусики.

 

На следующее утро Джей с девчонками отправился за льдом и молоком к завтраку, а я попыталась навести в палатке порядок. Я как раз разгребала завалы в «прачечной», пытаясь отделить грязную одежду от условно чистой, когда они вернулись — с двумя майками с надписью «Я люблю Корнуолл», журналом «Между нами, девочками» и льдом, но без молока.

— Джей! — вспылила я.

— Прости, но они пристали как с ножом к горлу, и я испугался истерики. Ты же знаешь, как громко и настойчиво они умеют кричать. Хочешь, сходи с ними сама и убедись.

На второе утро Дейзи разыскала свисток «Нексус» и подняла на ноги весь лагерь собственными вариациями на тему утренней побудки. Популярности среди аборигенов это нам не прибавило. Я надолго запомню заспанные лица, выглядывающие из палаток в половине шестого утра. На этот раз идти в магазин пришлось мне. Я дождалась, когда девчонки займутся поисками ранней ежевики в кустах за палаткой, и попыталась улизнуть, но бдительная Матильда мгновенно отреагировала:

— А ты куда, мамочка?

Отпираться было бесполезно, поэтому дочери составили мне компанию, и через каких-нибудь несколько минут мне пришлось смириться с поражением. К палатке мы вернулись с газировкой, двумя парами ярко-розовых резиновых купальных тапочек и фломастерами, которые я попыталась спрятать от Джея. Я в отчаянии. Хорошо еще, Алекс не видит, как мы транжирим его деньги. Уверяю тебя, детям здесь нравится. Надеюсь, мы еще свяжемся, пока ты не уехала отдыхать. Как всегда, мысленно я с тобой.

 



mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2020 год. (0.009 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал