Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГЛАВА 8. Вот уже восемь дней Колл Омсворд был узником Южного Стража




 

Вот уже восемь дней Колл Омсворд был узником Южного Стража. Его камера помещалась почти на самом верху гранитной башни. Днем сквозь щели в ставнях пробивались тонкие лучики света. Колл видел синие воды Радужного озера и изумрудную зелень деревьев, слышал голоса птиц. Ночью тишину нарушали завывание ветра да протяжная перекличка воинов в горах Ранн, где протекала река Мермидон.

Постелью ему служили циновки. В камере помещались лишь деревянная скамья и стул. Тяжелую металлическую дверь никогда не открывали.

Порой он улавливал запахи пищи, но они не имели никакого отношения к еде, которой его кормили. Поднос просовывали, откинув доску, укрепленную на шарнирах у основания двери. То, что ему давали, он съедал, а подносы складывал в кучу у двери — там они и оставались. Откуда-то из глубины доносился гул, как будто под основанием замка работали гигантские механизмы или начиналось землетрясение. Когда Колл прикладывал ладони к стене, он чувствовал, как камень вибрирует. Днем становилось жарко, даже стены, пол и двери нагревались. По ночам он дрожал от холода. Иногда, когда царившее вокруг безмолвие нарушало лишь далекое гудение насекомых в кронах деревьев, Коллу казалось, что он слышит за дверью шаги. Они то приближались, то удалялись.

Колл чувствовал, что за ним наблюдают. Он ощущал на себе чей-то пристальный взгляд — его изучали, за ним следили. Порой он слышал чье-то дыхание, но как только начинал прислушиваться, улавливал только свое.

Днем он ходил по камере, смотрел на мир сквозь узенькую полоску в ставнях, прислушивался к звукам, вдыхал запахи. Почти все время он проводил в размышлениях. Одиночество, на которое его обрекли, не должно сломить его волю. По крайней мере, его мысли оставались на свободе. Колл очень тревожился за Пара, и, когда вспоминал о брате, слезы наворачивались на глаза.

Ему казалось, что все позабыли о нем. Жизнь продолжалась, и, может быть, все давно изменилось. Время тянулось медленно, бесконечно, чередою секунд, минут, часов, дней… Он затерялся среди теней, в полумраке, почти в полном безмолвии, существование его утратило всякий смысл.

Но он старался не падать духом. Колл постоянно думал о побеге, однако дверь и окно крепко заперты, стены и пол — прочны и непроницаемы. К тому же у него не было никаких инструментов. Он прислушивался к шагам охранников, дежуривших снаружи, хотел разглядеть тех, кто приносил еду, но они никогда не показывались. Побег казался невозможным.

Размышлял он и над тем, как послать весточку о том, что он здесь. Он мог бы нацарапать свое имя на клочке тряпки, но зачем? Ветер скорее всего отнесет послание к озеру или забросит в горы, и никто его не найдет. А если когда-нибудь и найдут, то, вероятно, будет уже поздно. Может быть, закричать что есть сил? Но отсюда его никто не услышит. Рядом с башней не было никаких селений, да и камера его находилась слишком высоко.



Когда отчаяние овладевало им, он призывал на помощь воображение. Представлял, как выглядят его тюремщики. Перед глазами проплывали картины из жизни замка: заговоры, интриги. Он становился участником самых невероятных событий. Пар и Морган, Падишар Крил и Дамсон Ри, дворфы, эльфы и южане — все они являлись в черную башню, чтобы освободить его. К ним присоединялись отряды отважных спасателей. Но все их усилия были тщетны — никто не мог до него добраться. И тогда все отказались от дальнейших попыток. За стенами Южного Стража продолжалась жизнь, а Колл по-прежнему оставался узником.

Проведя неделю в неволе, Колл Омсворд впал в отчаяние.

И тогда, на восьмой день его заключения, появился Риммер Дэлл.

День выдался дождливый и пасмурный, низкие, тяжелые грозовые тучи застилали небо, вспыхивали молнии, гром грохотал во мраке долгими глухими раскатами. В воздухе висел запах сырости, в камере Колла царил леденящий холод. Он стоял у окна, глядя сквозь щели в ставнях, прислушиваясь к реву реки Мермидон, которая бурлила где-то внизу, в каньоне.

Услышав, как поворачивается ключ в замке, Колл не сразу обернулся, он подумал, что это ему показалось. Потом открылась дверь, и перед ним предстала закутанная в плащ фигура: высокая, темная и грозная, безликая, с расплывчатыми очертаниями — настоящий призрак ночи. Коллу тотчас же пришла в голову мысль о порождениях Тьмы, и он пригнулся, готовясь защищаться, в отчаянии оглядывая камеру в поисках хоть какого-нибудь оружия.



— Не бойся, житель долины, — тихо проговорил призрак. Голос его показался Коллу знакомым. — Здесь ты в безопасности. — Призрак закрыл за собой дверь. Колл увидел сначала черное одеяние с эмблемой белого волка, затем левую руку, по локоть затянутую в перчатку, и, наконец, худое узкое лицо с рыжеватой бородой.

Да, это был Риммер Дэлл, и Колл не удивился — ведь Федерация считала его, Колла, опасным преступником. Вместе с Паром, Дамсон и Кротом он проник через туннели под Тирзисом в покинутый Дворец королей древнего города, а оттуда братья Омсворды отправились в Преисподнюю на поиски утраченного Меча Шаннары. Колл остался охранять вход в склеп, в котором, как предполагалось, находится меч, а брат вошел внутрь. С тех пор он не видел Пара. Колла кто-то схватил сзади, он потерял сознание и больше ничего не помнил.

Теперь он, по крайней мере, знал, что его тюремщик сам Риммер Дэлл, который несколько недель назад явился в Варфлит за братьями и с тех пор охотился за ними.

Первый Ищейка внимательно смотрел на Колла:

— Ты отдохнул?

— Глупый вопрос, — не раздумывая выпалил Колл. — Где мой брат?

Риммер Дэлл пожал плечами:

— Не знаю. В последний раз я видел, как он выходил из склепа с Мечом Шаннары.

Колл удивленно посмотрел на него:

— Ты был там, внутри?

— Был.

— И позволил Пару забрать Меч Шаннары и уйти?

— А почему бы нет? Меч принадлежит ему.

— Ты хочешь, чтобы я поверил, — тихо сказал Колл, — будто тебе нет дела до того, что Меч Шаннары находится в его руках? Что тебе это совершенно безразлично?

— Не совсем так.

Колл помолчал немного и сказал:

— Поэтому ты отпустил Пара и держишь меня в плену.

— Да.

Колл недоверчиво покачал головой:

— Зачем?

— Чтобы защитить тебя.

— От кого? — рассмеялся Колл.

— От твоего брата.

— От Пара? Да ты, верно, считаешь меня полным идиотом!

Первый Ищейка скрестил на груди руки.

— У меня есть и другая причина держать тебя здесь. Рано или поздно твой брат начнет искать тебя и придет сюда. Я хочу побеседовать с ним.

— Значит, Пару удалось спастись! — В голосе Колла звучала ненависть. — Он отыскал Меч Шаннары и каким-то непостижимым образом ускользнул от тебя, а теперь ты используешь меня как приманку, чтобы поймать его. Ну, это тебе не удастся! Пар не так глуп.

— Если я сумел захватить тебя, неужели ты полагаешь, что твоему брату удалось бежать? — усмехнулся Риммер Дэлл и сел на стул. — Я расскажу тебе все, Колл Омсворд, если ты захочешь выслушать меня. Ну как, ты готов?

Некоторое время Колл молча изучал лицо своего собеседника. «А что мне терять?» — подумал он.

Риммер Дэлл откинулся на спинку стула.

— Я расскажу тебе о порождениях Тьмы. Они совсем не такие, как тебе внушили. Они — не чудовища, не призраки, одним своим присутствием отравляющие Четыре Земли, только и мечтающие о том, как бы уничтожить народы. В большинстве своем они — жертвы обстоятельств. Это мужчины, женщины и дети, обладающие некоторой долей магии в результате эволюции человека на протяжении многих поколений. Федерация преследует их, как диких зверей. Ты видел бедняг, запертых в Преисподней. Знаешь, кто они? Это порождения Тьмы, которых Федерация лишила свободы, голодом довела до безумия, и они стали хуже животных. Ты видел лесную женщину и великана на пути в Кальхавен. Они не виноваты в том, что с ними стало. — Едва Колл попытался перебить его, Риммер Дэлл резко поднял руку. — Дослушай меня, житель долины. Ты удивляешься, почему я так много знаю о тебе. Объясню, только наберись терпения. Я стал Первым Ищейкой и охочусь за порождениями Тьмы вовсе не для того, чтобы причинить им вред или лишить свободы. Моя цель — уберечь их, оградить от опасности. И в Варфлит я пришел помочь тебе и твоему брату. Но мои возможности не безграничны. Я начал разыскивать вас, полагая, что вы вернетесь в Дол, и потому взял ваших родителей под свое покровительство в надежде, что, если найду вас раньше, чем Федерация, вы будете в безопасности.

— Не верю ни одному слову, — холодно перебил его Колл.

— Житель долины, тебя все время обманывали. Старик, что называет себя Коглином, сказал тебе, будто порождения Тьмы — враги. Тень Алланона в Сланцевой долине у Хейдисхорна велела тебе их уничтожать. «Возродите утраченную магию древнего мира, — говорили вам, — отыщите Меч Шаннары, эльфийские камни, найдите утраченный Паранор и верните друидов». Но разве вам сказали, что вы получите взамен? Конечно нет. Потому что правду вам знать не положено. Иначе вы немедленно отказались бы участвовать в этом деле. Друиды озабочены одним — как снова захватить власть, утраченную со смертью Алланона. Верните друидов, возродите их магию, и они снова станут вершить судьбы народов. Вот чего они добиваются, Колл Омсворд. Федерация, по своему невежеству, бездумно помогает им. Порождения Тьмы представляют для тех и других прекрасную добычу: есть на кого охотиться. Твой дядя понимал истинное положение вещей. Он видел, что Алланон пытается управлять им, старается навязать ему миссию, от которой никому не будет пользы. Он предупредил вас всех и сам отказался участвовать в безумных затеях друидов. Как он был прав! Опасность гораздо серьезнее, чем тебе кажется. — Риммер Дэлл подался вперед. — Я рассказал все это твоему брату, когда он явился в склеп за Мечом Шаннары. Я ждал его там — ждал несколько дней. Я знал, что он вернется за мечом, он не мог поступить иначе. Вот что делает с вами магия. Мне это знакомо — я тоже наделен магической силой.

Он внезапно встал, и Колл испуганно отшатнулся. Закутанная в черное фигура во мраке словно раздвоилась, и Колл услышал, как стучит его сердце. Над телом Риммера Дэлла медленно поднялась фигура порождения Тьмы с горящими красными глазами, некоторое время она парила в воздухе, а потом медленно растворилась.

Первый Ищейка холодно улыбнулся:

— Как видишь, я — порождение Тьмы. Федераты об этом не знают. Они считают нас самыми обыкновенными людьми, полагают, что мы служим их интересам, стремимся, так же как и они, избавить землю от магии. Глупцы! Магия не враждебна людям. А вот они враждебны. И друиды тоже. И все, кто заставляет мужчин и женщин изменять собственной сути, данной им от рождения. Все это я рассказал твоему брату. Я поведал ему, что и он — порождение Тьмы. Ты по-прежнему мне не веришь? Так слушай. Хотите вы признавать это или нет, но Пар Омсворд, Уолкер Бо и любой, кто обладает подлинной магической силой, принадлежат к порождениям Тьмы. Мы — самые обыкновенные люди, но лишь до тех пор, пока идиоты, вроде прислужников Федерации, не объявляют на нас охоту, не запирают нас в тюрьмы, не доводят до безумия. Тогда магия берет над нами верх и мы теряем человеческий облик, как лесная женщина и те твари в Преисподней.

Колл упрямо покачал головой:

— Все это ложь.

— Откуда же, по-твоему, я так много о тебе знаю? — настаивал Риммер Дэлл, голос его был удивительно спокоен. — Я знаю все о вашем бегстве на юг вниз по Мермидону, о встрече с лесной женщиной и стариком, о том, как ты узнал горца и убедил его присоединиться к вам, как вы отправились в Кальхавен, затем в Каменный Очаг и, наконец, в Хейдисхорн. Я знаю все об Уолкере Бо, о твоей кузине Рен Омсворд, о мятежниках и Падишаре Криле и обо всех остальных. Ты спускался в Преисподнюю, и я попытался задержать тебя. Откуда это всеведение? Ну, отвечай же!

— Возможно, — неуверенно предположил Колл, — в лагере Падишара кто-то шпионил.

— Кто же?

— Не знаю.

— Тогда я скажу тебе: твой брат.

Колл недоуменно уставился на него.

— Да, твой брат, хотя он и не сознавал этого. Пар — порождение Тьмы, а я почти всегда знаю, о чем они думают. Стоит им прибегнуть к магической силе, как моя магия немедленно откликается и открывает мне их мысли. Когда твой брат воспользовался песнью желаний, она позволила мне прочесть его мысли. Так я отыскал вас. Но, призвав на помощь магию, Пар дал знать о себе и вашим врагам. Вот почему Потрошитель выследил вас в Вольфстааге, а гномы-пауки — в Каменном Очаге. Подумай, житель долины! Ты сам виноват в том, что случилось. Я не мешал тебе в Тирзисе. Это решение Пара спуститься в Преисподнюю обернулось для тебя несчастьем. Я не присваивал Меча Шаннары. Да, я спрятал его, но только в надежде вынудить Пара прийти ко мне, чтобы я мог спасти его.

Колл оцепенел:

— Что ты имеешь в виду?

Риммер Дэлл пристально посмотрел на Колла:

— Я уже сказал, что привел тебя сюда, чтобы защитить от твоего же брата. Это правда. У магии две стороны. Ты, наверно, тоже задумывался об этом. Она может принести спасение, а может обернуться проклятием. Способна и помочь, и навредить. Все не так просто. Когда порождениям Тьмы что-то угрожает или их преследуют, магия может вырваться на свободу. Помнишь тварей из Преисподней? Помнишь тех, кого встречал на пути? Что случилось с ними, как ты думаешь? Твой брат обладает магией песни желаний, и ее сила гораздо более могущественна, чем вы себе представляете. Она растет помимо воли твоего брата, и, если я вовремя не доберусь до него, если он по-прежнему не будет обращать внимания на мои предупреждения, магия поглотит его.

Колл вспомнил: Пар говорил ему, что магия его песни желаний способна не только порождать образы; он чувствовал, как колдовская сила рвется на волю. Когда они спустились в Преисподнюю — магия зажгла свет во мгле, озарила волшебные руны в склепе. Он подумал о заточенных там существах, превратившихся в монстров и демонов.

На миг промелькнула мысль: что если Риммер Дэлл говорит правду?

Первый Ищейка встал.

— Поразмысли об этом, Колл Омсворд, — посоветовал он. Его огромная темная фигура наводила ужас, но голос звучал спокойно. — Обдумай все. У тебя для этого будет достаточно времени. Я хочу, чтобы ты оставался здесь до тех пор, пока твой брат не явится или пока не прибегнет к своей магии. Так или иначе, но я должен найти его и предупредить, чтобы защитить вас обоих и тех, с кем вас в будущем столкнет судьба. Помоги мне. Мы обязаны найти способ связаться с твоим братом. Я знаю: сейчас ты мне не веришь, но постепенно все поймешь.

Колл покачал головой:

— Сомневаюсь.

Издалека доносились приглушенные раскаты грома и шум дождя.

— Тебе слишком много лгали, — проговорил Риммер Дэлл. — Но ты поймешь.

Он направился к двери камеры и остановился.

— Днем ты можешь выходить. Просто постучи в дверь, когда захочешь прогуляться. Спустись на плац и поупражняйся с оружием. Занятия пойдут тебе на пользу. Ты должен научиться как следует защищать себя. Однако не делай поспешных выводов. Уйти ты не можешь.

Ночью тебя снова запрут. Мне бы очень хотелось, чтобы все было по-другому, но пока нельзя. Слишком многое поставлено на карту. Я ненадолго уеду, путешествие займет несколько дней — надо позаботиться и о других. Мы еще поговорим, когда я вернусь. — Он долго смотрел на Колла, словно оценивая его силы, затем повернулся и вышел так же стремительно, как вошел.

Колл поглядел ему вслед, затем снова подошел к закрытому ставнями окну и замер, вглядываясь в темноту.

 

В эту ночь Колл плохо спал, во сне его преследовали темные твари с лицом его брата; он просыпался, и в голове снова и снова звучали слова Риммера Дэлла. «Вздор, — было его первой мыслью. — Ложь». Но внутренний голос нашептывал узнику, что в речах Первого Ищейки содержалась доля правды, а это, в свою очередь, наталкивало на малоприятную мысль, что, возможно, правдой было и все остальное. Пар — порождение Тьмы. Магия — оружие, способное уничтожить его. Обоим братьям угрожают темные силы, недоступные пониманию, не поддающиеся контролю.

Колл уже не знал, чему верить.

Проснувшись, он постучал в дверь. Ищейка открыл ему и провел вниз, на плац. Угрюмый бритоголовый парень, весь в прыщах и шрамах, предложил посостязаться с ним. Все утро они упражнялись на обмотанных войлоком дубинках. Колл вспотел и устал. Как приятно снова поразмяться!

Вечером, когда небо прояснилось, облака растаяли и стало светло, Колл, снова запертый в камере, оценил свое новое положение. Он по-прежнему оставался пленником, но уже не был приговорен постоянно сидеть в своей камере-одиночке. Ему дали возможность сохранить бодрость, здоровье и силу. Страх и отчаяние исчезли.

Безусловно, предстояло еще понять, не играет ли с ним Риммер Дэлл. В любом случае Первый Ищейка совершил ошибку. Он позволил Коллу Омсворду осмотреть Южный Страж.

А стало быть, побег теперь не казался ему таким невозможным, как прежде.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2020 год. (0.011 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал