Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Направления глобализации в современном мире 2 страница




Аналогичным проектом регионального значенияи как раз и является "Московская карта". В электронной карточке с личным кодом владельца зафиксировано социальное и имущественное положение гражданина: все виды собственности, социальное положение, состояние здоровья, взаимоотношения с властными структурами. С помощью этой карточки москвичи будут осуществлять любые платежи и получать на свои счета поступления. Таким образом, с помощью этой карточки будет собираться вся важнейшая информация о человеке. Любое действие с карточкой не укроется от всевидящего ока финансово-банковских структур, творцов "расчетной карточки". Все это в будущем может обеспечить неограниченное господство малочисленной элиты над остальной частью общества, которая окажется полностью или почти полностью бесправной.

Известно, что в разработке вышеуказанных проектов, которые могут быть использованы для тотального контроля за человеком, активно участвуют иностранные специалисты и эксперты, например от транснациональной фирмы "ORACLE" – одной из основных разработчиков систем базы данных для Пентагона и Шенгенской зоны. Используемое программное обеспечение полностью совместимо с европейским и имеется возможность передачи данных за границу.

Экономическим базисом глобализации является безусловное господство так называемых транснациональных корпораций, в первую очередь финансовых. Транснациональный финансовый капитал (выраженный в фиктивных акциях) и по качеству и по объему играет доминирующую роль в современном мире. С качественной точки зрения фиктивный акционерный капитал является стоимостным выражением функционирующего в реальном времени промышленного капитала, его образ определяет характер процесса реализации совокупного капитала. С количественной точки зрения все формы (виды) международного фиктивного капитала достигают величин, которые далеко превосходят все нормальные человеческие представления.

Если обратиться к данным Top-Global 500, которые касаются 500 самых крупных собственников капитала в мире, то характерным признаком количественной квалификации служит так называемая рыночная капитализация. Иными словами, величина того или иного субъекта мировой экономики измеряется в соответствии с ценой (стоимостью) его капитала на бирже. Это является масштабной оценкой мощи и значения капиталов в рамках конкуренции. Из примерно 60 000 действующих на мировом рынке концернов (фирм) в связи с невиданной концентрацией капитала решающую роль играет лишь 500 концернов. Эти 500 концернов представляют капитал на сумму в 16 019 млрд долларов, что приблизительно соответствует годичному валовому социальному продукту "большой семерки" – группы из семи наиболее экономически развитых государств. Таким образом, лишь несколько крупнейших концернов-собственников капитала этих стран в состоянии управлять всем процессом воспроизводства в мире.



В качестве примера приведем данные на начало XXI в. по 10 наиболее крупным концернам согласно их рангу, названию, нации, рыночной стоимости из капитала (в млрд. долл.):

 

1. Дженерал электрик (США) 372,1


2. Майкрософт (США) 326,6


3. Экссон мобиль (США) 299,9


4. Воллмарт (США) 273,2


5. Ситигруп (США) 255,3


6. Пфайцер (США) 249,0


7. Интел (США) 203,8


8. Бритиш Петролеум (Великобритания) 200,8


9. Джонсон&Джонсон (США) 197,9


10. Ройял Датч-Шелл (Голландия, Великобритания) 189,9.


Это 10 крупнейших концернов, в основном американских по происхождению. Очевидно, что ни Япония, ни остальная часть мира здесь не играют никакой серьезной роли. Только Европа в целом, вместе с Великобританией, может составить какую-либо конкуренцию Соединенным Штатам. Однако "особые отношения" между двумя "англосаксонскими" странами обеспечивают им подавляющее преимущество (79,8%, или почти четыре пятых) в мире крупнейшего транснационального капитала. Отсюда становится понятной и позиция Великобритании относительно европейской интеграции, и ее постоянное следование в фарватере политики США.

Высочайшая концентрация крупных капиталов в современном мире, особенно в США, позволяет установить определенное соответствие между экономической основой современной глобализации и интересами Запада. Имеет место явно выраженная диспропорция между численностью населения и потреблением произведенного совокупного продукта. Уже сегодня, по данным ООН, население стран «золотого миллиарда» поглощает 86 % сововокупного мирового продукта, тогда как 22 % народов беднейших стран мира – всего лишь 1,5% этого продукта. Сегодня "золотой миллиард" располагает 84,7% мирового валового продукта, 84,2% мировой торговли, 85,5% банковских депозитов. Кроме того, на долю развитых стран, в которых проживает 20% населения мира, приходится 70% производимой электроэнергии, 75% производимого металла, 85% производства целлюлозы и т.д. При этом беднейшие страны мира дают 95% прироста мирового населения[278]. Однако нет никаких признаков того, что "золотой миллиард" способен к самоограничению. Очевидно, рыночная экономика хороша для перемещения капитала и товаров, но не подходит для защиты окружающей среды, образования и здравоохранения.



Негативную роль играют и мировые экономические организации. Мировая торговая организация (ВТО) используется богатыми странами для удовлетворения своих интересов и увеличения прибылей, в то время как на экономику стран "третьего мира", особенно сельское хозяйство и промышленность, накладываются значительные ограничения. Кроме того ВТО отвечает только за потоки товаров, не обращая внимания на охрану окружающей среды или же на трудовое законодательство.

Речь идет о новой форме принуждения к сверхинтенсивному труду. Глобализм находит источник прибыли в постоянном переформировании вкусов потребителя. Потребление, как и все стороны общественного бытия при глобализме, фетишизируется. Из естественной функции человеческого организма оно превращается в особый ритуал, в новую «священную обязанность» индивида, от исполнения которой целиком зависит его социальный статус. Принуждение к труду выступает, таким образом, в невиданной парадоксальной форме принуждения к потреблению, которое осуществляется разнообразными средствами манипуляции, в первую очередь при помощи рекламы нового образа жизни, навязывающей человеку все новые и новые виды потребностей. Искусственный, а зачастую извращенный характер потребностей становится здесь скорее нормой, чем исключением, поскольку «новизна ради новизны» превращается в главное потребительское свойство товара, отодвигающее на задний план объективную ценность любого предмета.

Для внешнего наблюдателя, не включенного в подобную систему отношений, принуждение к потреблению кажется вещью совершенно непостижимой и, во всяком случае, куда более привлекательной, чем нужда и недопотребление. В последнем он, разумеется, прав. Глобализм вроде бы впервые в истории создает предпосылки для ликвидации голода и нищеты. Но делается это в такой форме, которая означает еще большее углубление отчужденного характера капиталистических общественных отношений. Э. Фромм, например, начинает свою «Революцию надежды» следующим характерным пассажем: «Призрак бродит среди нас, но ясно видят его лишь немногие. Это не прежний призрак коммунизма или фашизма. Это новый призрак – полностью механизированное общество, нацеленное на максимальное производство материальных благ и их распределение, управляемое компьютерами. В ходе его становления человек, сытый и довольный, но пассивный, безжизненный и бесчувственный, все больше превращается в частицу тотальной машины. С победой нового общества исчезнут индивидуализм и возможность побыть наедине с собой; чувства к другим людям будут задаваться человеку с помощью психологических и прочих средств или же с помощью наркотиков»[279].

Индивидуальная свобода все более утрачивает свое действительное содержание и низводится до возможности выбирать среди сотен и тысяч беспрерывно меняющихся, но фактически идентичных видов одного и того же товара в заранее заданных рамках выбора. Однако даже этот суррогат свободы для меньшинства по-прежнему опирается на возрастающую несвободу большинства. Сверхпотребление «золотого миллиарда», проживающего в странах Запада, базируется на хроническом недопотреблении, относительном и абсолютном обнищании большей части населения Земли.

По меткому определению русского философа Владимира Соловьева, отличие христиан от сторонников марксизма, или "просвещенного эгоизма" заключается в следующем: христианин для общего блага готов отдать свое, материалисты – отбирают чужое. Организованной экспроприацией можно назвать современную систему банковских спекуляций, которые в рамках экономической политики Международного Банка не могут быть сравнимы ни с какими "пирамидами", создаваемыми более мелкими жуликами. Власть транснациональных корпораций при поддержке международной банковской системы делает разрыв между бедными и богатыми все более значимым. Сверхприбыль одних оборачивается обнищанием для других.

Таким образом, основой глобализации мира является насилие, обеспечивающее через отказ развивающейся страны от своего экономического суверенитета, значительное преимущество западных предприятий перед предприятиями развивающихся стран. Ценой этого является растущий конфликт между развитыми и развивающимися странами, ведущий к революционной ситуации и войнам, возможному применению ядерного оружия, угрожающий жизни на планете Земля. Все вышесказанное доказывает, что одним из основных факторов в процветании Запада было ограбление колониальных народов, и богатство и процветания Запада построены на крови жителей развивающихся стран.

Парадокс глобализма заключается в том, что при навязываемой миру интеграции имеет место глобальная экономическая дезинтеграция. Мировое богатство не перераспределяется в пользу бедных народов, а концентрируется в постиндустриальных странах. В странах золотого миллиарда живет 17% населения Земли и потребляется 70% всех мировых ресурсов. Более половины из ста крупнейших экономик мира представляют транснациональные корпорации. Около четырехсот миллиардеров владеет богатством, сопоставимом с состоянием половины населения Земли. За пределами стран золотого миллиарда через приводные ремни Всемирного банка, МВФ, ВТО «они строят мир, в котором все общественные службы действуют во благо частных корпораций, все товары и услуги для местного потребления импортируются из-за границы и оплачиваются в валюте, занятой в иностранных банках. В то же время все продуктивные мощности и природные ресурсы находятся в собственности и управлении глобальных корпораций, работающих на экспорт с целью стимулировании внешнеторгового обмена, необходимого для погашения иностранных займов. Этот экономический абсурд является мечтой глобальных финансистов и корпораций. И это совсем не то, о чем мечтает большинство населения Земли»[280]. Действия Всемирного банка увеличивают задолженность слаборазвитых стран. МВФ вынуждает их отменять контроль за потоками денег и товаров через границы, что ведет к разрушению национальных экономик, задолженности и нестабильности стран. ВТО ограждает транснациональные корпорации и финансовый капитал от контроля национальных правительств.Глобализация и интеграция мирового экономического пространства сопровождается его фрагментацией.С одной стороны, нарастает уровень и степень взаимодействия в группе развитых и примыкающих к ним небольшого числа развивающихся стран-членов ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития): в начале XXI в. на перекрестные инвестиции между ними приходилось около 3/4 всего движения капитала, около 7/10 мирового товарооборота и примерно 90% эмиссии акций. К этому следует добавить, что именно на эту группу стран приходится обладание основными производственными и информационными технологиями, а также производство наиболее сложных и точных изделий. Можно сказать, что в ходе глобализации усиливается самодостаточность этой группы государств. С другой стороны, на протяжении второй половины ХХ в. в мире постепенно складывалась группа стран, которые из-за отсутствия ценных природных ресурсов, малой емкости внутреннего рынка, необычайно низкого уровня грамотности и квалификации рабочей силы, оказались в стороне от процесса экономического развития. Действительно, в 1970-х гг. в мире насчитывалась 31 страна с 11,1% мирового населения, которые имели нулевые или минусовые темпы роста подушевого дохода. В 1990-е гг. 20 в. число таких стран выросло до 48, а их население – до 22,5% мирового. Хотя определенную роль в этом сыграла острота внутренних противоречий, однако немаловажным было и влияние глобализации, которая либо обходила их стороной, либо воздействовала на них негативно. В то же время доля населения стран, в которых рост подушевого дохода превышал 4% в год, выросла с 12,3% в 1970-х годах до 28,7% мирового населения в 1990-х годах. Удельный вес очень небольшой группы стран (всего 11) вырос с 26,3% всего вывоза развивающегося мира в 1970 до 66,7% в 2000 г.: на них приходится и свыше 90% машинотехнического экспорта[281]. Именно в эту группу стран направляется и подавляющая часть иностранных инвестиций. Таким образом, эти страны наиболее выиграли от глобализации. В целом же глобализация не столько объединила, сколько разделила мировое экономическое пространство на приобретших и потерявших. Усиливает фрагментацию и выявившиеся два разных пути включения стран в глобальную экономику. Большинство малых и средних стран не обладают необходимым набором ресурсов и отраслей, способных обеспечить экономический рост и повышение доходов населения на внутренней основе. Поэтому оптимизировать хозяйственные пропорции и перейти к интенсивным методам роста они могут лишь путем полной интеграции в глобальную экономику. Но такая интеграция означает, что структура экономики страны определяется внешними рынками, которые обеспечивают и приток капиталов и технологии. Поскольку данная страна не может ощутимо воздействовать на общее экономическое пространство, то она вынуждена включаться в игру по правилам, навязанным развитым центром мировой системы. Поэтому результаты этой интеграции в значительной степени непредсказуемы. С середины девяностых годов ХХ в. благодаря развитию высоких технологий и возможностям глобализации развитые страны преодолели зависимость от поставок сырья и энергии, а также стали крупнейшими поставщиками продовольствия на мировой рынок. Постиндустриальный мир обретает большую независимость от мировой экономики, отрывается от развивающихся и новых индустриальных стран. Поскольку ресурсов планеты, по проекту глобализации мира, всем не хватит, мировая периферия рассматривается как помеха для поступательного развития. Для прикрытия неизбежной экспансии стран «золотого миллиарда» формулируется концепция однополюсного мира, которая декларируется как справедливая или даже идеальная модель миропорядка.Теоретики глобализации прагматически оценивают наступающую экономическую эру через формулу 20:80. Вскоре для функционирования мировой экономики будет достаточно 20% населения, остальные 80% обречены на деградацию. В странах «золотого миллиарда» проживает 20% населения планеты, владеющие более 80% мирового валового продукта, более 80% мировой торговли и 85% сбережений на внутренних счетах. Там пятая часть населения будет вести полноценную жизнь, остальные – принуждены к адаптации путем самоограничения.Глобализация разводит экономические «ножницы» между Севером и Югом, развитыми и бедными странами. Странам мировой периферии навязывается такой экономический курс, который ведет их к краху. Современные информационные технологии позволяют мгновенно перебрасывать мощные финансовые ресурсы, обрушивая национальные рынки, спекулируя и создавая огромные состояния. Сверхскоростной капитализм позволяет делать деньги, не осуществляя действий в материальной сфере. Современная мировая финансовая система – это своеобразная перевернутая пирамида. Узкое ее основание — финансы, обслуживающие реальный сектор или поток товарных благ. На их долю сейчас приходится не более 10-12 процентов от общего оборота мировых финансовых ресурсов. Весь остальной денежный капитал находится в свободном плавании, не имеет реального материального наполнения. Это рынок, где деньги делают деньги. Если в XIX в. объем материальных активов был больше финансовых, то ныне материальные активы составляют сотые доли процентов по отношению к финансовым активам. Непрерывно надувающийся виртуальный финансовый пузырь закономерно лопнет, развалив мировую экономику. При этом всем странам будет не легко, но катастрофа постигнет зоны сверхпотребления – США и Западную Европу.Доллар США по итогам двух мировых войн ХХ в. стал универсальным орудием глобализма. Его распространение в качестве мировой валюты вело к импорту гедонистического образа жизни, экономической зависимости национальных государств от космополитического Запада во главе с США, деморализации народов мира. Весьма показательно, с точки зрения природы глобализации, полное несоответствие между экспансионистской ролью доллара США и его номинальной стоимостью, равной нулю. Доллар США с 1970-х гг. более не обеспечен золотом и какими-либо реальными ценностями. По Бреттон-Вудскому договору 1944 г. доллар был принят 116 странами в качестве главного средства международных расчетов, платежей и хранения валютно-денежных резервов, что породило глобальную мировую валюту. К 1971 г. обмен доллара на золото был прекращен американским правительством в одностороннем порядке. Международный валютный фонд юридически закрепил это невиданное мошенничество. Доллары как долговые обязательства США, имеющие широкое хождение по всему миру, превратились в бумагу, которой за пределами США уже несколько триллионов. За эту бумагу Америкой получена полновесная плата в виде нефти, металла и других природных богатств. При необходимости американские дельцы подпечатывают на станке необходимое количество этих бумажек и за счет инфляционной политики получают со всего мира космические прибыли. Поэтому России более нельзя привязывать свою национальную экономику к доллару. Недопустимо поощрять самосписание долгов США ценой разрушения российской экономики.

Суть механизма глобальной финансовой экспроприации состоит в следующем: менеджмент Федеральной Резервной системы США печатает столько долларов, сколько необходимо глобализаторам мира для непрерывного обогащения, а чтобы предотвратить инфляцию в самой Америке, лишние деньги сбрасываются в качестве международного платежного средства на внутренние рынки других стран в обмен на ресурсы. Всякая попытка национальных государств выйти за рамки этой системы жестко наказываются искусственно создаваемыми финансовыми кризисами или в крайнем солучае военной силой США.

Мировой финансовый кризис, начавшийся в 2008 г. был вызван гегемонией США в мире. У этой страны был к этому моменту фантастический по величине государственный долг, выпущена масса долларов, ставших фактически мировой валютой, при этом ничем кроме агрессии США не обеспеченных. Кроме того, произошел отрыв финансового капитала от производственного. Благодаря этим фиктивным ценностям США вызвали финансовый кризис во всемирном масштабе.

Расширяется сфера свободы для капитала, при этом сужаются свободы личности. Мировые финансы сосредоточены в США как главном офисе транснациональных корпораций. Финансовая глобализация оказывается очередной формой американизации всего мира. «Вашингтонский консенсус» – пакет полулегальных соглашений, заключенных в 1980 гг. между Министерством финансов США, МВФ и Всемирным банком, учредил механизм экономической глобализации как унифицирования экономики всех стран в угоду транснациональному капиталу. Всем странам за пределами «золотого миллиарда» навязывается экономический курс, разрушающий экономический суверенитет государств и подчиняющий контролю виртуального наднационального капитала Уолл-Стрита. Мировая финансовая система превратилась, по существу, в глобальный спекулятивный конгломерат, функционирующий не в интересах развития национальных экономик, роста промышленного производства и уровня жизни людей, а в интересах укрепления позиций стран «золотого миллиарда». Распространяемый блеф о регулирующих возможностях денежной массы и рынка позволяет глобализаторам отнимать у народов их национальное достояние. В самих же США до 70 % цен регулируется государством. В странах «первого мира» контрольные пакеты акций на 50-75 % предприятий принадлежит государству.Глобализаторы подчиняют экономику национальных государств той специализации, которая выгодна Западу, прежде всего для его обеспечения сырьевыми и продовольственными ресурсами. Параллельно путем искусственно организованных займов и инвестиций увеличивается внешний долг колонизуемых стран. Так, в 1992 г. Правительство Российской Федерации приняло финансово-экономическую модель Международного валютного фонда, приведя денежную массу к объемам, равным экспортному потенциалу страны, исчисленному в долларах, с одновременной ориентацией на увеличение зависимости России от массированных кредитных линий. И уже 24 октября 1995 г. президент США Б. Клинтон заявил: «Последние десять лет политика в отношении СССР и его союзников убедительно доказала правильность взятого нами курса к устранению одной из сильнейших держав мира. Мы добились того, что собирался сделать Трумэн с Советским Союзом посредством атомной бомбы. С одним существенным отличием – мы получили придаток, а не разрушенное атомом государство, которое нелегко было бы воссоздавать. Да, мы затратили многие миллиарды долларов, но они уже сейчас близки к тому, что у русских называется самоокупаемостью. За четыре года мы и союзники получили различного стратегического сырья на 15 млрд. долларов, сотни тонн золота, драгоценных камней и т.д. Под несуществующие проекты нам переданы за ничтожно малые суммы свыше 20 тыс. тонн меди, почти 50 тыс. тонн алюминия, 2 тыс. тонн цезия, бериллия, стронция и т.д. Мы сумели бескровно вывести из войны за мировое господство государство, составлявшее основную конкуренцию Америке. Наша цель и задача в дальнейшем оказывать помощь всем, кто хочет видеть в нас образец западной свободы и демократии»[282].Новые хозяева ведут себя в духе первоначального капитализма вполне хищнически: «Глобальным борцовским броском новый Интернационал капитала переворачивает с ног на голову целые страны и социальные порядки… Глобальная экономическая интеграция не является естественным процессом: она сознательно продвигается целенаправленной политикой. Когда исчезла угроза диктатуры пролетариата, все силы были брошены на построение диктатуры всемирного рынка. Глобализация оказывается западнёй для самой демократии… Отторгнутые отвечают отторжением. Мир большей частью мутирует в люмпен-планету, львиная доля богатства которой сосредоточена в мегаполисах с мегатрущобами, где миллиарды человек влачат жалкое существование»[283] .

Таким образом, формируются двойная мораль и двойной язык. Одни термины, унаследованные от классической либеральной эпохи, теперь выполняют фактически лишь манипулятивную роль, усыпляя гражданскую бдительность народов, другие выстраиваются в параллельный ряд с ними и отражают новую реальность, которую от потребителей считают полезным прятать. Стоит сопоставить эти два ряда и сразу же обнаружится их роковая несовместимость. Манипулировать легче зомбированными и непросвещенными; вот почему в эпоху глобализма программы массового просвещения и образования свертываются под предлогом их рыночной "нерентабельности".

Люди русской культуры для идеалов рыночной экономики бесперспективны. Для них, лишенных национального достояния, социальной защиты и поддержки государства, глобализация не несет ничего кроме бедности, голода, болезней и отчаяния. Им предлагается вернуться в антисистему рынка в качестве мелких производителей, мелких спекулянтов, попрошаек или преступников, готовых красть объедки с чужого богатого стола. Так работает мальтузианская практика, когда жертвы признаются виновными в собственной трагедии. Вот почему глобализация мира – есть преступление против мира и человечности.

Сограждан нельзя третировать в качестве "этого" народа, в отношении которого все позволено. Национальные производительные экономики в свое время рождались из гражданской морали, требующей уважения к соотечественникам и запрещающей третировать их как "недочеловеков".

Мы видим, как этика глобализма, рождающая последовательную отстраненность экономических элит от местных национальных интересов, сопровождается подъемом ростовщичества. Как и при прежнем ростовщичестве, ныне происходит отделение финансового капитала от производящей экономики. Спекулятивно-ростовщическая прибыль вытесняет прежнюю предпринимательскую и знаменует собой господство банка над предприятием и международной диаспоры финансовых спекулянтов – над нациями, теряющими экономический и государственный суверенитет.

Глобалисты используют те приемы накопления богатств, которые К. Маркс называл «примитивными»: превращение земли в предмет торговли и ее приватизация; насильственное изгнание крестьян с их земель; превращение разнообразных форм собственности в исключительно частную; превращение трудовых ресурсов в предмет торговли; колониальный подход к присвоению активов, включая природные ресурсы; неадекватная по объему монетизация социальных услуг, ранее оказываемых государством бесплатно; ростовщичество и использование кредитной системы как средства радикального накопления путем лишения прав собственности.

Деградация экономики национальных государств происходит под непосредственным воздействием таких факторов глобализма, как:

 

– подавление покупательной способности населения на основе предельно растущих цен;

 

– открытие границ для бросового западного ширпотреба и вывоза валюты и ресурсов;

 

– приватизация-расхищение основных производственных фондов национального государства;

 

– деиндустриализация страны;

 

– дерегуляция экономических отношений;

 

– защита от правосудия «эффективных собственников» в лице казнокрадов, расхитителей, спекулянтов, мошенников;

 

– подавляющая производственную деятельность налоговая система;

 

– уничтожение высокотехнологического производства в национальных государствах.

 

Критериями, отражающими степень уязвимости национальной экономики России в условиях глобализации мира, могут являться:

 

– объем внешнего долга;

 

– доля внешних заимствований в покрытии дефицита бюджета;

 

– доля импорта во внутреннем потреблении;

 

–доля импорта продовольствия;

 

–объем иностранной валюты по отношению к рублевой массе в национальной валюте;

 

– объем иностранной валюты в наличной форме к объему наличных рублей.

 

Происходит экономизация многообразных сфер общественной жизни. Политические, культурные и правовые задачи решаются экономическими методами. Экономические интересы признаются доминирующими над всеми остальными. Вслед за экономизацией жизни неизбежно следует сплошная ее юридизация. Экономический расчет со ставкой на сверхприбыли обусловливает рационализм и формализм юриспруденции, стремление к сплошной и тотальной регламентации. Новые атрибуты права связаны с «достижениями» юридической техники и юридической казуистики, которые в свою очередь обслуживают экономический (корыстный) интерес адептов глобализма.Спекулятивный, ростовщический капитал, признаваемый во всех традиционных христианских государствах позорным, в эпоху глобализации становится самым доходным и престижным. Осуществление любого производственного проекта ныне требует качественно больше времени, чем то, на которое готов вкладываться спекулятивный капитал. Не удивительно, что именно на период глобализации пришелся невиданный рост крупномасштабных спекуляций. В 1971 г. почти 90% всех операций с иностранной валютой осуществлялись с целью финансирования торговли и долгосрочных инвестиций и только 10% трансакций имели спекулятивный характер. Ныне свыше 90% упомянутых операций осуществляется с целью спекуляций. Поэтому отождествление глобальной экономики с взаимоаполезной увязкой всех национальных экономик, благодаря стратегической триаде – торговле, инвестициям и кредитам – полностью безосновательно.Транснациональный капитал действует по законам мирового рынка, или беззаконию, для которого этот рынок предоставляет невиданные возможности. «Сейчас нет ни идеологии, ни попкультуры, ни международной организации, ни даже экологических проблем, которые связывали бы страны мира более тесно, нежели электронная сеть глобальных денежных машин банков, страховых компаний и инвестиционных фондов… В своей работе охотники за прибылью перемещаются со скоростью света в глобальной сети данных со многими ответвлениями, в этакой электронной Утопии, еще более замысловатой, чем сложные математические расчеты, лежащие в основе индивидуальных сделок», – отмечают Г.П. Мартин и Х. Шуманн[284]. Мировая экономика все больше превращается в хаотический транснациональный поток капитала, в котором финансовая сфера эмансипировалась от реальной сферы. ТНК ввергла человечество в форму дикого капитализма в мировом масштабе. Происходит перерождение предпринимателей в социально безответственную и не имеющую национальной привязки спекулятивно-ростовщическую среду. Реальное производство им представляется неприбыльным бизнесом. Вместе с тем, мировое информационное пространство позволяет народам оценить степень поляризации – богатства Центра и бедности мировой периферии, что создает взрывоопасную ситуацию во многих регионах и в мире в целом. Сложившаяся модель экономической глобализации нацелена на стагнацию, ибо отвергает все альтернативные варианты развития в мировом масштабе, а также подавляет развитие национальных экономик. За последние десятилетия ухудшаются условия стимулирования новых изобретений. Не случайно последний принципиально новый товар на потребительском рынке – это персональный компьютер, все последующее представляет собой усовершенствование и развитие уже существующего. С тех пор принципиально нового человечество ничего не изобрело. Глобальная экономика перекрывает перспективы и для собственного развития.

Общество потребления Запада подошло к пределу, когда оно становится опасным для всего остального мира и ведет к глобальным катаклизмам. Глобализация сопряжена с тотальной коммерциализацией человеческого существования. Причем коммерциализуются действительно все стороны человеческой жизни. Создана система тотального превентивного кредитования. 95% дорогостоящих покупок делается в кредит. Потребности человека уже не являются результатом органичного развития, а воспитываются целенаправленным манипулированием. Люди привыкают к мысли, что все в мире продается и покупается. Коммерциализация стала эффективным методом закабаления человека. За кажимость миатериального изобилия западное общество уже расплачивается духовно-нравственной деградацией.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.016 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал