Студопедия

Главная страница Случайная страница

Разделы сайта

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Уважительная причина для святости




Когда заявился Служкин, Ветка ожесточенно лепила пельмени. Она сиделаза столом в криво застегнутом, испачканном мукой халате, спиной к окну. Вовсе окно пылал закат. На его фоне Ветка выглядела черной, как черт. Еелохматые кудри испускали дымные лучи наподобие лазерных. -- Ты чего так злобно стряпаешь? -- поинтересовался Служкин, усаживаясьнапротив. -- Где у тебя Шуруп, где Колесников?... -- Шурупа мама забрала, а Колесников у Руневой. -- Э-э... не понял, -- немного ошалел Служкин. Ветка захлопнула и защипала ракушку пельменя, словно не желала слушатьего оправданий. -- Чего не понял-то? Сам небось все знаешь. Колесников мне в пятницупозвонил, сказал, что его до понедельника посылают в командировку в область.А сегодня утром я поперлась в магазин, гляжу: он там с Руневой винищепокупает. Да еще колбаса у него из кармана торчит. Копченая. Я такой колбасыуже год не жрала. В общем, поняла я, что Рунева и есть его любовница. -- Ну и что ты сделала, когда их застукала? -- безрадостнопоинтересовался Служкин. -- Ничего. Плюнула, купила теста да водяры взяла. Решила сегоднянажраться. Пришла домой, как дура, вмазала немного, да чего-то не полезло наголодняк. Вот, думаю, под пельмени вкачаю. Ты будешь водку? -- Почему бы и нет? -- задумчиво спросил себя Служкин. -- Я нынче тожеодин. Будкин Надю с Таткой к себе на дачу повез. Мне можно. Ветка вскочила, тотчас выхватила откуда-то две чашки и разлила. Служкинподнял чашку, поглядел в нее и сказал: -- Ну, за здоровье молодых... Он выпил и оскалился. Ветка тоже опрокинула водку и со слезами наглазах оторвала кусочек теста зажевать. -- А ты у Колесникова в курсе всего этого был? -- спросила она. -- В курсе, -- кивнул Служкин. -- И давно у них? -- Не приставай, все равно не буду рассказывать. -- Сейчас-то уж чего? -- хмыкнула Ветка. -- Тоже мне, партизан надопросе. Чего ж ты Руневу-то Колесникову уступил? Все ходил, стонал... Служкин пожал плечами. -- Самое обидное не то, что он с ней трахается, -- сказала Ветка. --Это ладно, по пьянке всякое бывает... Обидно то, что он ее любовницейсделал. Значит, гад, со мной разговаривал, а сам планировал, когда к нейпойти... Мне врал, а ей цветы дарил, про меня всякие гадости рассказывал, деньги на нее тратил, время... Да и я тоже хороша. На моих глазах онипознакомились, и по всему видно было, что после этого у него кто-то завелся, и девки мне ее описывали один к одному, а я все сообразить не могла, идиотка... -- Вы, бабы, все такие, -- успокоил ее Служкин. -- Как шагающиеэкскаваторы. За десять верст ямы роете, а под пятой лягушки спят. Ветка возмущенно фыркнула. -- И что ты собираешься делать? -- спросил Служкин. -- А что делать? Ничего. В магазине они меня не видели. Колесниковвернется в понедельник как огурчик, а я молчать буду в тряпочку. Я ужеподумала: если ему скандал устроить или перестать с ним спать, так он, пожалуй, насовсем к Руневой уйдет. А куда я -- без денег, без работы, безквартиры, да еще с ребенком на шее? И мужика тоже хочется -- что мне, монашкой жить или снимать кого на улице? Если он до сих пор от меня не ушел, может, и совсем не уйдет. Поваландается с ней, перебесится и бросит. Что я, его не знаю? -- А говорила -- если засечешь, то всех повесишь, город взорвешь... --разочарованно напомнил Служкин. -- Мало ли что я говорила... Давай еще вмажем. Они еще вмазали. Закатное пылание в окнах тускнело, и Служкин уже могхорошенько рассмотреть Веткино лицо -- грубо-красивое, чувственное, беспокойное. -- Ладно, не грусти, Витька, -- сказала ему Ветка. -- Я знаю, что ты втой же заднице, где и я. Фигня. Выживем, не сдохнем. -- В смысле?... -- не понял Служкин. -- Про задницу-то поподробнее... -- Ну, что Надя спит с Будкиным. -- А ты откуда узнала? -- удивился Служкин. -- Колесников сказал. А ему Рунева растрепалась. -- Надо обо всем этом в газете корреспонденцию тиснуть, -- заметилСлужкин. -- А то вдруг еще не все слыхали. -- Не понимаю, чего Надя в Будкине могла найти? -- Ветка пожалаплечами. -- Будкин как Будкин, ничего особенного. -- Чего все бабы в нем находят, то и она нашла. -- А чего все в нем находят? Я тоже с ним переспала -- все равно нифига не прорубила. -- Ты-то когда умудрилась? -- грустно удивился Служкин. -- Да уж не помню когда... Ты же сам рассказывал, как все бабы на негокидаются. Вот я и заинтересовалась. Пошла к нему в гости да потрахалась. Ини черта не допетрила, чего в нем такого. -- Что-то я не слышал раньше этой дивной истории... -- Да все забывала тебе рассказать, -- отмахнулась Ветка. -- Жаль, что вспомнила. -- Не переживай. Дело житейское, как говорил Карлсон. Подумаешь, женаизменила, подумаешь, муж. Не война все-таки. Останутся -- хорошо, а уйдут --фиг с ними. Я тогда за тебя замуж выйду. У меня Колесников еще семь разслезами умоется. Я ему такие рога приделаю -- в автобус не влезет. И ты тожеотомсти Наде. Пусть знает, выдра, что на ней свет клином не сошелся. -- Да не хочу я мстить, Ветка, -- поморщился Служкин. -- Я и не считаю, что она по отношению ко мне непорядочно поступила... -- Уж передо мной, Витька, не изображай из себя апостола, --скептически заметила Ветка. -- Я-то знаю, какой ты самолюбивый. Ты, конечно, дурак: у себя под носом не разглядел, как они спелись. Но уж еслилопухнулся, то отыграйся вволю, а не корчи благородного. И нечегостесняться, что любовницы пока не нашел. У меня тоже любовника сроду не было-- так, уроды какие-то... Любовницу найти, наверное, потруднее, чем жену.Искать надо, а не философствовать. -- Ох, Ветка, как бы тебе объяснить... -- вздохнул пьяный Служкин, стряхивая пепел себе в чашку. -- Ты думаешь, у меня все так получается, потому что я не могу по-другому?... Нет. Я просто хочу жить как святой. -- Это что ж, не трахаться ни с кем? -- напрямик спросила Ветка. -- Нет, не то... -- с досадой сказал Служкин. -- Так святые же не трахались. -- Дура. Не трахались монахи, а не все святые были монахами. Я и имею ввиду такого святого. Так сказать, современного, в миру... Я для себя такопределяю святость: это когда ты никому не являешься залогом счастья и когдатебе никто не является залогом счастья, но чтобы ты любил людей и люди тебялюбили тоже. Совершенная любовь, понимаешь? Совершенная любовь изгоняетстрах. Библия. -- Опять твои заморочки!... -- Ветка потрясла кудрями. -- Чокнутый ты, Витька. Все у тебя через задницу, не по-людски. Ты мне лучше скажипопулярно: мы с тобой идем или что? -- Куда идем? -- спросил Служкин, разливая водку. -- Куда-куда! В постельку. Трахаться. -- Нет, Ветка, -- печально сказал Служкин. -- Нехорошо это. -- Надю жалко, да? Или святость мешает? -- Дважды дура ты, -- обиделся Служкин. -- Ничего не понимаешь. -- А чего я должна понимать? -- Я, Ветка, тут в девочку влюбился, -- смущенно признался Служкин. -- Вот, здрасте! -- изумилась Ветка. -- В какую? -- В ученицу свою. -- Прямо так, ни с того ни с сего и -- бац! -- Ну почему же... Она мне давно нравилась, но я как-то не определялсвоего отношения к ней. А недавно она вдруг попросилась со мной в поход --ну, я и понял. Это только в кино: увидел -- и любовь до гроба. А на самомделе все незаметно происходит. По порядку. Прозаично. -- И ты ее в любовницы взять решил? -- Господь с тобой! -- испугался Служкин. -- Она же маленькая! Ей всегочетырнадцать лет! Я же ее вдвое старше! -- Ну и что? У нее, что ли, еще ничего не прорезалось, или у тебя, чтоли, уже отсохло? У Служкина чуть искры из ушей не посыпались. -- Ветка, я тебя укушу! -- скрипя зубами, предупредил он. -- Подумаешь, в девочку влюбился! -- Ветка пренебрежительно махнуласигаретой. -- Что, твоя девочка окочурится, если ты с кем-нибудьпотрахаешься? Тоже мне, нашел повод для воздержания! -- Ну, мне как-то перед собой неудобно... -- промямлил Служкин. -- А кто только что говорил, -- Ветка скорчила рожу и пропищала: --" Никого не делать залогом своего счастья"?... Тебе такое счастье привалило-- ни Колесникова, ни Шурупа, ни Нади, ни Таты, да я еще сама навязываюсь, -- а ты за какую-то салагу уцепился!... Служкин озадаченно поскреб затылок. -- Ну, в общем-то ты права, -- подумав, согласился он. -- Только давайхоть водку допьем... В комнате Ветка разобрала диван и с аппетитом сообщила: -- Еще никогда я не изменяла Колесникову в супружеской постели! Ветка начала быстро раздеваться, расшвыривая вещи. -- Иди сюда, -- велела она, валя Служкина на себя. -- Под тобой как подвелосипедом... Ты, Витька, не думай, что чик-чик -- и готово. Ты у менясейчас работать будешь как негр! И Служкин действительно работал как негр. Под его руками и губами Веткабесстыже вертелась и корчилась, рычала, орала и материлась, мотала головой, колотила пятками, царапалась. Со стороны могло показаться, что Служкин впостели сражается со стаей бандерлогов. -- Сильнее, грубее, вот так, вот тут, -- хрипло поучала Ветка, зажмуривая глаза. -- Я тебе баба, а не микрохирургия!... А-у-ум-м!... Через некоторое время они упали с дивана на пол, и мокрая от потаВетка, отползая от Служкина, простонала: -- Если, Витька, я еще раз кончу, то лопну... Они полежали на полу, отдохнули. -- Давай теперь я тобою займусь, -- подползая обратно, сказала Ветка.-- А то у нас с тобой пока еще только рукопашная была... -- Валяй, -- согласился Служкин. -- Теперь ты будешь негром. Однако негра из Ветки не получилось. Сколько она ни трудилась, чего быни выдумывала, ничего не помогло. Наконец Служкин начал отпихивать ее, страдальчески кряхтя: -- Ну тебя на фиг... Не видишь -- один обмылок остался... Все, приехали, бензин кончился... -- Что же мы, толком и не потрахаемся?... -- усаживаясь, обескураженноспросила Ветка. -- А я что поделаю? -- грустно сказал Служкин. -- Ну, не расстраивайся. -- Ветка извиняюще погладила Служкина поколену. -- Мне с тобой и так было просто зашибись -- чуть в космос неулетела. В другой раз все будет нормально... Только не внушай себе ничего. -- А чего мне внушать? -- удивился Служкин. -- Я и так про себя всезнаю. Дома хожу как " тэ" -тридцать четыре... -- Тем более. -- Это, Ветка, судьба, -- убежденно сказал Служкин. -- И ничто иное.Сама посмотри, как она из меня насильно святого делает. -- Пить надо меньше, -- философски заметила Ветка.

* ЧАСТЬ III. Вечное влечение дорог *


Данная страница нарушает авторские права?





© 2023 :: MyLektsii.ru :: Мои Лекции
Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.
Копирование текстов разрешено только с указанием индексируемой ссылки на источник.