Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






В битве у ворот Кавказа и Сталинграда 5 страница




Книга написана в популярной форме и будет интересна широкому кругу читателей.

ББК 63.3(2Рос-4Вог)я91

ISBN 978-5-94424-146-7 © Мамонтов В.И., 2010.

© Оформление ООО «Принт», 2010.

Уважаемые читатели!

П

редлагаемая вам книга — продолжение цикла изданий, посвященных сохранению историко-культурного наследия Волгоградской области.

Сегодня на территории региона насчитывается свыше тысячи археологических памятников, древнейшим из которых более ста тысяч лет. Многочисленные курганы и курганные группы, места стоянок и селищ, различного рода артефакты рассказывают нам о быте, верованиях, традициях людей, живших в наших краях на протяжении многих тысяч и тысяч лет. Кочевые народы сменяли друг друга, раскручивая спираль исторического развития этносов Европы и Азии. В междуречье Волги и Дона возникали и уходили в небытие государства и города, были проложены важные торговые пути между Востоком и Западом, возникали новые очаги культуры, верований, социальных и экономических отношений. Словно волны великой реки Итиль проходили через наши степи орды сарматов, скифов, гуннов, хазар. На берегах степной речки Ахтубы основали свою столицу «повелители народов» -ханы Золотой Орды. С небольшого стрелецкого острожка начал свою историю наш прекрасный город на Волге.

Обо всём этом интересно и увлекательно рассказывает в своих исторических очерках, объединённых в книге «Далёкое прошлое Волго-Донских степей», Владислав'Иванович Мамонтов — известный волгоградский археолог. Только на территории нашего края им исследовано около 100 археологических памятников, сделано немало научных открытий.

Владислав Иванович воспитал, помог войти в свою любимую науку — археологию многим молодым талантливым ученым. И сегодня археологические экспедиции под его руководством ведут раскопки на территории Волгоградской области.

Их исследования уже сейчас дополняют наши представления о далёком прошлом Волго-Донского края, а поднятые артефакты — становятся достоянием Эрмитажа, областного краеведческого музея.

Сегодня интерес к историческому прошлому России обусловлен многими факторами, важнейшими из которых является укрепление общенационального единства государства, патриотическое воспитание молодежи. И в этом отношении исторические очерки Владислава Ивановича Мамонтова наглядно показывают связь общенациональной культуры. Развитие и влияние степных народов во многом сказалось на формировании будущего русского государства. Наша задача сохранить и изучить наследие этносов, живших когда-то на земле нашего родного края.

Директор ГУ К

«Областной научно-производственный центр

по охране памятников истории и культуры»



Л.Д. Дубина

«Можно не знать многих наук

и быть образованным человеком,

но нельзя быть образованным,

не зная истории».

Н.Г. Чернышевский.

Введение

В

олгоградская область занимает площадь более 114 тысяч квадратных километров. В любом уголке края, где бы ни оказалась экспедиция археологов, в окрестностях городов и посёлков или в далёких пустынных районах на границе с Казахстаном или Калмыкии — везде они отмечают на своих картах археологические объекты. Действительно, как однажды заметил известный русский археолог А.А. Спицын, «памятников археологии нет там, где их не ищут».

Поиски и учет памятников на территории Волгоградской области показали, что наши земли не пустовали, начиная с эпохи палеолита, кончая освоением донских и волжских земель славянами, русскими и другими народами, оказавшимися здесь в позднее средневековье.

В немалой степени притоку древнего населения на Волгу и Дон способствовали, конечно, природные условия Волго-Донского региона. Древние племена могли использовать речки и обводнённые балки во время передвижения со стадами и обозами, нагруженными немудреным скарбом, для того, чтобы без серьёзных потерь перейти из одной водной системы в другую. Для жителей степных районов обширные поймы вдоль рек были особенно привлекательны своими угодьями.

Знание местности древними, благодаря сведениям, полученным от местных жителей или от своих разведчиков, посланных ранее в незнакомые места, помогало им более рационально прокладывать маршруты передвижения для основной массы переселенцев, найти места, пригодные для краткосрочной остановки и отдыха или для устройства долговременного поселения.



В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Наблюдения археологов показали, что эти древние пути проходили в наш край, например, в эпоху бронзы, из районов Северного Кавказа, из-за Дона. Позднее - от Уральских предгорий, по Заволжским степям к Большому и Малому Узеню, Торгуну и Еруслану — к Волге. А, переправившись через неё в местах, где русло Волги близко подходило к излучине Дона, племена расселялись по всему Волго-Донскому междуречью, осваивая богатства его степных и лесостепных районов.

Бассейны рек Хопра, Медведицы, Бузулука были особенно привлекательны для древних поселенцев: черноземные земли, богатое разнотравье, дубравы и перелески, байрачные леса - все это необходимо для ведения хозяйства, для разведения скота и земледелия. В поймах Дона и его притоках, а также, вдоль цепочки Сарпинских озер, имеются плодородные земли, лиманные и пойменные, где можно заниматься примитивным земледелием. Здесь есть густая трава для скота, обилие птицы и мелкого зверя, рыба. Громадные заросли камыша, куги, рогоза, чакана необходимы были кочевникам для прокорма скота в зимнее время. Сушняк, старые деревья шли в очаг, отмеченные гончаром выходы слоев глины в обрывах оврагов и речек использовались для лепки посуды.

В более сложных природных условиях оказались племена, осваивавшие степные районы Волго-Донского междуречья. Здесь — беднотравье, много полынной растительности. Но всё равно население, попавшее сюда после длительных переходов, нашло хорошие условия для разведения стад мелкого рогатого скота и лошадей. Племена, кочуя вдоль донских речек Карповка, Донская Царица, Аксай, Есауловский Аксай, Мышкова, всегда были и рядом с водой, и рядом с поймой, где был высокий травостой и уютные места для укрытия. Осенью, как правило, эти племена уходили на зимник в обширную пойму Дона.

Ко всему сказанному надо добавить, что в жизни населения, занимающего определенную территорию, играет большую роль еще и наличие в недрах земли полезных ископаемых, особенно рудных. Но в нашем крае их немного. Это — скромные запасы железных руд осадочного происхождения. Они, в основном, на-

 

Введение

ходятся в Камышинском (бассейн р. Мокрая Ольховка) и Урю-пинском (хут. Верхне-Соинский) районах. В изобилии встречается только глина, мел, охра, кварцит, песчаник, отложения кремневой гальки. Человек каменного века, эпохи бронзы и раннего железного века мог использовать эти местные ископаемые для своих нужд. Но металл в виде готовых предметов или в слитках (для дальнейшего производства необходимых изделий) привозился по древним торговым путям в обменные пункты-торжища. Так укреплялись в старые времена торговые связи нашего края с рудными районами и пунктами металлообработки Кавказа, Урала и Средней Азии.

Как видно, не всегда благоприятные условия жизни в Волго-Донских степях, от которых серьезно зависела жизнь древнего населения, являлись препятствием для активной хозяйственной деятельности и жизни ее жителей. Они, освоив приречные участки, начинают проникать в отдаленные степные районы. Свидетельством этого являются многочисленные памятники археологии, обнаруженные даже в степных и пустынных районах нашей области.

Уже давно в руки крестьян, казаков, служилых людей, начавших осваивать край еще с позднего средневековья, во время пахоты, при сооружении крепостей или рытье землянок под жилье, попадали странные вещи. Это могли быть черепки от старой посуды, кремневые или железные наконечники стрел, тяжелые каменные топоры с округлыми сверлинами для рукояти или округлые металлические пластинки с изображением диковинных зверей.

Подивившись находке, показав соседям, их иногда выбрасывали за ненадобностью или, в лучшем случае, отдавали помещику, начальнику или земскому учителю. Со временем некоторые случайные находки оказывались в личных коллекциях дворян, в хранилищах местных исторических музеев.

А таинственные курганы, которые хранили свои тайны веками, жители окрестных сел связывали либо с кладами разбойника Кудеяра или Степана Разина, либо с татарами, которые якобы запрятали где-то золотого коня, либо с казачьими охран-

6.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Введение

 

ными отрядами, стоявших на страже юго-восточных рубежей России. На таких высоких курганах казаки иногда зажигали сигнальные костры, если видели вдали конницу супостата. Такая цепочка огней предупреждала немногочисленное русское население и боевые отряды о надвигающейся опасности.

Раскапывая в поисках кладов курганы, местные жители не раз обнаруживали скелеты людей, а рядом - глиняные горшки, какие-то медные и железные вещи, а иногда и золотые украшения. Это-то как раз породило легенды о бочках с золотом, золотых конях и т.д. Отсюда - многочисленные следы ограблений и разрушений древних погребений, которые оставили археологам ватажки «гробокопателей» и «бугровиков», достойными приемниками которых в наше время являются, так называемые, «черные археологи».

Памятники старины давно привлекали внимание путешественников, географов, историков России. Тем более, тогда всем был известен указ Петра I по поводу сбора древностей для императорской Кунсткамеры. Там, в частности, говорилось: «Ежели кто найдет в земле, или в воде какие старые вещи, а именно: каменья необыкновенные, кости человеческие или скотские, рыбьи или птичьи, не такие, какие у нас ныне есть, или такие, да зело велики и малы перед обыкновенными; также какие старые надписи на каменьях, железе или меди, или какое старое и ныне необыкновенное ружье, посуду и прочее все, что зело старо и необыкновенно - также бы приносили, за что будет довольная дача».

Проявляя большой интерес к выявлению природных ресурсов российских окраин, Императорская Академия наук в середине XVIII посылает в степи Нижнего Поволжья академиков И.И. Лепехина, С.Г. Гмелина, П.С. Палласа. Все они - ученые-энциклопедисты. Их волнует все в нашем крае: география, геология, ботаника, этнография, история. Конечно, в их полевых записях и в публикациях мы встречаем сведения об археологических памятниках.

Так, говоря о своем большом интересе к познанию природы и истории Нижнего Поволжья, П.С. Паллас писал, что «...сия

страна весьма удобна к изучению...многоразличных наблюдений». Проезжая по степям Заволжья, он обращает внимание на курганы, стоящие на водоразделах, с сожалением констатируя, что многие из них испорчены ямами кладоискателей. Делает он заметки о развалинах средневековых городов периода Золотой Орды, попутно сообщая, что здешние крестьяне выкопали драгоценности, среди которых «две золотые средневековые бляхи изящной работы». А около Сарепты он увидел врытую в землю каменную бабу — «...болван, коих много в куманской степи». Он даже попытался раскопать небольшой курган в окрестностях Сарепты, где нашел какие-то кости и конскую узду. Пожалуй, это были первые раскопки в Нижнем Поволжье.

До первой половины XIX века никаких серьезных сведений об исследовании памятников археологии Волго-Донских степей в литературе нет. Археологи России в эти годы основное свое внимание уделяли районам Причерноморья, Кубани и Предкавказья. Ведь здесь когда-то были греко-римские города-крепости, которые вели обширную торговлю со степью, где обитали, сменяя друг друга, киммерийцы, скифы, сарматы. В некоторых археологических изданиях старой России иногда упоминаются случайные археологические находки жителей. Их чаще всего отправляли в археологический отдел Донского музея в Новочеркасске.

В 1834 году служитель евангелистской церкви немецкой колонии Сарепты пастор Г.Цвик, используя труд царицынских крестьян, раскопал два кургана в окрестностях городка. В них он нашел погребения, которые отнёс к эпохе бронзы (рядом со скорченными скелетами людей, посыпанных охрой, обнаружены орнаментированный сосуд и бронзовая бляшка), раннему железному веку (около погребенного положили стрелы с бронзовыми наконечниками) и средневековью (лежала сабля и крупные железные наконечники стрел). О своих находках он поведал в «Дерптском ежегоднике литературы, статистики и искусства, в особенности в России» за 1836 г.

В период с 1843 по 1851 годы проводил раскопки в окрестностях пос. Царев (сейчас Ленинский район) А.В. Терещенко. Его интересовало здесь золотоордынское городище, больше из-

В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Введение

 

вестное в учёных кругах тех лет, как город Сарай-Берке или Новый Сарай. Наиболее интересные вещи он отсылал в Эрмитаж. Много лет спустя находки из его раскопок легли в основу экспозиции музея, посвященной средневековью.

В 1895 году известный русский археолог А.А. Спицын проводит исследования древних памятников в окрестностях пос. Лебяжье и Норка Камышинского уезда Саратовской губернии. В курганах он находит погребения разных эпох. Но особенно интересны погребения рубежа эпох бронзы и раннего железного века. Материал раскопок в нашем крае позволил А.А. Спицыну создать первую в России хронологическую схему этапов развития древнего населения: «старший медный век», «средний медный век», и «младший железный век».

Следует отметить активную деятельность членов Саратовской ученой архивной комиссии. А.Н. Минх на страницах своего «Историко-географического словаря Саратовской губернии» даёт сведения об археологических памятниках, раскопках, кладах описываемой местности. Краевед Б.Б. Зайковский публикует сообщения о случайных археологических находках в уезде, об экспедициях, которые провёл он и члены архивной комиссии. В 1907 году член Саратовской Ученой комиссии Ф.Н. Чернов сумел доследовать разрушенный курган на Рыбинской улице г. Царицына. Судя по его отчёту, в кургане были найдены окрашенные охрой погребения, большой орнаментированный сосуд, бронзовое тесло, долото и вилка-крюк — комплекс вещей, характерных для эпохи средней бронзы.

Благодаря большому фактическому материалу, накопленному российской археологией в результате раскопок курганов в южнорусских степях, выдающемуся русскому археологу В.А. Го-родцову удалось сделать ряд основополагающих в хронологии племен эпохи бронзы выводов, среди которых, в частности, выделение этапов ее развития, которые последовательно сменяли друг друга. Это - памятники ранней, средней и поздней бронзы. Погребения древних по типу погребальной ямы и могильному инвентарю он, соответственно, назвал ямной, катакомбной и срубной культурами.

Работу дореволюционных археологов можно оценить как период количественного накопления археологических фактов, с первичной интерпретацией находок и характеристикой ряда культур южнорусских степей. Этот первый этап подготовил качественное осмысление археологами следующих поколений большой группы ранее открытых и новых памятников. Археологи наконец-то обратили внимание на бытовые памятники прошлого — стали тщательно изучать стоянки и поселения древних. Это помогло поставить вопросы происхождения культур, выявить торговые и экономические связи, локальные варианты, ремесленное производство.

Следует отметить первые археологические экспедиции в нашем крае, которыми руководил Ф.В. Баллод. 1919—1920 годы — время тяжёлое для страны. Гражданская война, скудные средства, выделяемые на науку, и многие другие трудности, не остановили ученого-энтузиаста. «Холера, тиф сыпной и брюшной, голод, неожиданно наступившие холода: вот та обстановка при которой приходилось работать...», писал он позднее в своей книге «Приволжские Помпеи», где публиковал материалы экспедиций. Тем не менее, Ф.В. Баллод сумел составить карту археологических памятников в приволжских районах (от р. Сарпа до пос. Балыклей), провести небольшие раскопки на Ураковой горе, на Бугре Степана Разина, Дурман-горе, на Терновском и Мечет -ном городищах.

Нижнее Поволжье в 20—30 годах становятся местом активных археологических исследований и учета памятников далекого прошлого. Полевые работы, тщательное изучение материала раскопок, эрудиция и широкий кругозор позволили П. Pay и П.С. Рыкову внести в археологическую науку много новых идей. Это позволило другим поколениям российских археологов создать полную картину освоения Поволжья и Дона древними племенами.

Проводит сборы сведений об археологических объектах экспедиция Сталинградского музея краеведения. Все факты, собранные экспедицией, публикуются А. Ильиной и П. Шишкиным в «Материалах к археологической карте Сталинградского,

8.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Введение

 

Хоперского и некоторой части Астраханского и Камышинского округов Нижне-Волжскогокрая». Это — первая серьёзная работа по составлению археологической карты нашей области. В ней авторы дают краткое описание учтённых памятников, их местоположение, интерпретацию подъемного материала: наконечников стрел, фрагментов керамики, монет, кремневых орудий труда и т.д.

Сотрудник музея краеведения Т.М. Минаева провела разведочные раскопки и поиски памятников в Жирноклеевской, Ивановке, Ляпичево, Усть-Грязнухе, а также на территории Сталинграда — в Долгом, Проломном, Стрельбищном оврагах. И везде - следы древнего населения.

Перед Отечественной войной в зоне предполагаемого строительства Волго-Донского канала работают экспедиции А.А. Иессена, Г.В. Подгаецкого, М.А. Миллера, М.И. Артамонова. Здесь проведены разведочные раскопки курганов и поселений. Так, М.И. Артамонов на р. Донская Царица у х. Ляпичев зафиксировал поселение поздней бронзы. На материковой поверхности были хорошо видны большие и малые пятна от каких-то строений (17 сооружений). По его мнению, малые постройки являлись землянками обитателей этой стоянки, большие — являлись общественными родовыми домами.

Особенно крупные археологические исследования в нашей области были проведены в местах строительства таких грандиозных сооружений, как Волго-Донской канал и Волжская ГЭС. Участвовали в раскопках известные археологи страны М.И. Артамонов, С.Н. Замятнин, М.П. Грязнов, И.И. Ляпушкин, Н.Я. Мерперт, И.В. Синицын, К.Ф. Смирнов, С.А. Плетнева, В.П. Шилов и многие другие. Понятно, какой огромный фактический материал оказался у археологов после таких грандиозных раскопок.

В 60-х годах наблюдается некоторый спад археологических исследований в Волгоградской области. Работают только две крупные экспедиции. Одна — под руководством В.П. Шилова (Ленинградское отделение Института археологии АН СССР). Эта экспедиция, в составе которой с 1959 г. начинают работать

студенты Волгоградского пединститута. Она исследует в области курганные могильники. Второй экспедицией руководит Г.А. Федоров-Давыдов (МГУ, Москва), где тоже стали участвовать студенты ВГПИ. Его экспедиция исследует средневековые городища на Волге и Ахтубе. Чаще всего они известны нам под именами Сарай-Бату, Сарай-Берке, Бельджамен.

В последующие годы к исследованиям древних и средневековых памятников приступают и волгоградские археологи. Со временем объём их археологических работ стал довольно широк. Это — исследования курганных могильников, которые попадали в зоны новостроек: строительство оросительных систем, газопроводов, шоссе и т.д., раскопки курганов на пахотных землях или тех насыпей, которые оказывались на береговой полосе реки или водохранилища, т.к. размывы угрожали разрушением, кургана или древнего поселения. Это — выезды по письмам трудящихся из районов области, где сообщалось о неожиданных археологических находках, обнаруженных при хозяйственных работах.

Благодаря обширным полевым исследованиям фонды областного краеведческого музея постоянно пополнялись коллекциями из раскопанных памятников, что значительно углубляло наши знания о древнем населении края. Кроме того, археологи Волгограда ежегодно наносили на археологическую карту области новые отметки о местонахождении памятника прошлого. Теперь археологам Волгограда стали известны места стоянок и поселений древних людей, расположение средневековых поселков и городищ. Ждут исследователей одиночные курганы и курганные могильники.

Но область наша интересна и более поздними памятниками, относящимися к периоду заселения и освоения донских и волжских степей беглыми крестьянами и русскими переселенцами. Это могут быть, например, следы старых казачьих хуторов, разрушенных или заброшенных в 50—60 годы XX века, храмовые постройки, склепы или пещеры, вырытые в крутизне овражных склонов или берегов рек беглецами-старообрядцами, либо монахами - скитниками.

В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских сгепей

Палеолит

 

Можно с уверенностью сказать, что Волгоградская область представляет собой место для обширных поисков и исследований прошлого. Здесь археолог Может найти памятники старины, сообразно его научному интересу: палеолита, эпохи бронзы, раннего железного века и средневековья*.

* Выражаю глубокую признательность своим коллегам Кияшко А.В., Круглову Е.В., МатаевуВ.В., Мыськову Е.П., Наумову И.Н., Скворцову Н.Б., Скрипкину А.С. за советы и помощь в моей работе над очерками.

 

П

ожалуй, ни одна из областей России не имеет такого интересного прошлого как Волгоградская. Ведь доисторическая жизнь Волго-Донского региона начинается с эпохи палеолита. Палеолит (от греч. палеос — древний, литое — камень) или древнекаменный век. Это — время появления первого человека, время его борьбы с силами природы, время изготовления первых каменных орудий труда, время многих открытий, которыми мы сейчас пользуемся, с которыми привыкли жить, не зная о том, что их «изобрели» ещё в каменном веке. Археологи разделили всю эпоху палеолита на три периода: ранний, средний и поздний. Но следы раннего палеолита в Волгоградской области не обнаружены. Зато палеолит среднего периода (эпоха мустье) представлен уникальной стоянкой в балке Сухая Мечётка.

В начале 50-х годов XX века на берегах Волги в северной части города по постановлению правительства начинается строительство самой мощной в Европе гидроэлектростанции. Естественно, геологи должны были тщательно исследовать и ложе под будущую плотину ГЭС, и слои земли в примыкающих к Волге оврагах и балках. В 1951 г. в руки воронежских геологов, партия которых составляла послойную карту почв в окрестностях балки Сухая Мечётка, при очередной закладке шурфа и зачистке склона крутого обрыва, «случайно» попадают каменные орудия труда архаического облика. Коллекцию находок передали для определения ленинградскому ученому, специалисту по палеолиту С.Н. Замятнину. При первом осмотре каменных орудий, он посчитал, что они изготовлены руками человека, жившего на берегах будущей Волги примерно 60-70 тысяч лет назад! В 1951 и в 1952 гг. им организуется экспедиции, которые исследовали эту уникальную на юго-востоке нашей страны палеолитическую стоянку, получившую название в научных кругах «стоянка Сухая Мечётка».

С самого начала полевых исследований экспедицию преследовали трудности. Уровень слоя стоянки со следами деятельности древнего человека залегал на глубине почти 20 м от со-

В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Палеолит

 

временной поверхности. Копать вручную такую гору земли, конечно, трудно и долго. Из-за обрывистых высоких склонов балки землеройную технику применить нельзя. И вот впервые за всю историю российской археологии на помощь специалистам приходит взрывчатка. Кажется, это — несовместимо: взрыв и тщательная зачистка культурного слоя, содержащего кости древних животных и орудия труда далекого прошлого.

Но взрывники настолько точно рассчитали силу заряда, что часть верхнего слоя почвы направленным взрывом была выброшена в сторону ложа балки. Нижние слои были разрыхлены и сдвинуты бульдозером. Теперь археологи приступили к расчистке площади самой стоянки. С.Н. Замятнин предположил, что общая площадь культурного слоя древнего поселения может составлять 1 200 кв. м. Его экспедицией было вскрыто 650 кв. метров площади. Находки составляли почти 8 тысяч каменных изделий, среди которых только каменных орудий труда было 365 единиц.

Находок на стоянке было много. В первую очередь, каменные орудия труда: рубила, остроконечники, ножевидные пластинки, проколки. И конечно, фрагменты костей животных - следы охотничьих успехов древнего поселенца. Он тогда охотился на мамонта, шерстистого носорога, зубра, тура, антилопу сайгу, тарпана (дикая лошадь). Это все крупные животные. Но охотники не проходили и мимо «мелочи»: зайцев, волков, лисиц, байбаков. На территории стоянки обнаружены следы нескольких примитивных построек - шалашей. Около них зачищены пятна золы от кострищ.

Конечно, исследователь очень жалел, что на вскрытом им участке стоянки не найдены захоронение или костные останки местного поселенца. Тогда они попали бы в лабораторию пластической реконструкции М.М. Герасимова. И мы могли воочию увидеть внешность древнего «волгоградца».

Анализ раскопанного материала, наблюдение за стратиграфией памятника, использование данных по изучению костей животных, встреченных на территории памятника, представленных И.И. Верещагиным, и споро-пыльцевой анализ, проведенный Н. Чигуряевой и Н.Я. Хвалиной, показал С.Н. Замятнину,

что на стоянке каменного века в балке Сухая Мечетка обитал человек так называемого неандертальского типа.

Впервые кости такого древнего человека нашли в Германии в 1856 г. в долине реки Неандер недалеко от г. Дюссельдорфа. С тех пор ископаемых людей, относящихся к этому хронологическому периоду, в какой части света они не были бы обнаружены, археологи стали называть «неандертальцами».

Костные останки, попавшие в руки специалистов-антропологов, позволили реконструировать внешний облик неандертальца. Это — небольшого роста (155—160 см) мускулистая особь, с хорошо развитыми сильными ногами, которые позволяли древнему охотнику преследовать животного в течение многих часов. На широком лице с крупными выступающими челюстями выделялись надбровные дуги, из-под которых смотрели глубоко посаженные глаза. Нос короткий, прижатый с широкими ноздрями, череп — вытянутый с покатым лбом. Все тело было покрыто короткими жесткими волосами. Красавцем такого мужчину конечно не назовешь!

Но небольшие сообщества этих людей сумели выйти победителями в борьбе с суровой природой. Они не только выжили, но и сумели в сравнительно короткое время освоить огромные пространства от Западной Европы до Волго-Донского региона. Ландшафт местности был преимущественно низменный, степной. Вокруг — хвойные породы деревьев. Заросли лиственных деревьев располагались, в основном, в близлежащих долинах. Климат отличался сухостью, был теплым. Только много позднее, когда из широт Скандинавии начнет наступать ледник (его южные границы дойдут до нашей области), климат резко изменится, станет холодным и влажным.

100—75 тысяч лет тому назад на низменные берега огромного теплого моря (Каспийское и Черное моря были тогда единым водным бассейном), как предполагают специалисты, откуда-то из района нынешнего Крыма, пришла группа людей, может быть в 30—40 человек — первобытных охотников, собирателей. Дальше на восток пути не было: везде, до горизонта, плескались воды огромного моря.

18 В.И. Мамонтов. Далёкое прошлое Волго-Донских степей

Пришлось расположиться людям у устья небольшой речушки (тысячи лет спустя ее назовут Сухой Мечёткой) — ведь «благоустроенной» пещеры, в которых обычно жили неандертальцы, здесь не было. Тогда, мужчины принесли из ближайшего перелеска сосновые жерди, охапки сучьев. И вот уже на берегу стоит несколько шалашей, покрытых сверху дерном, хворостом, листьями. Потом, ближе к зиме, после удачной охоты на крупных животных, шалаши покроют их шкурами, хорошо закроют вход меховым пологом. В шалаше будет душно, темно. Но зато тепло и уютно. Перед входом в жилище женщины зажгут костры — очажные пятна нашли во время работы на территории стоянки. Огонь будет отгонять хищников, которые станут, особенно зимой, близко подходить к стоянке.

Несколько жарких костров горело посреди свободных площадок между шалашами. Около них разделывали убитую мелкую живность, жарили куски мяса (здесь найдены расщепленные кости животных), принесенные с места охоты. Мамонт весил 5 тонн. Если охотники удачно «заваливали» его в скрытую яму-западню, то работы с тушей было много. Это, в первую очередь, снятие шкуры: она пригодится и для одежды и для покрытия шалаша или дна жилища. Отсекали кремневыми ножами крупные мясные куски. Хотелось унести на стоянку всё, что можно, поскольку рядом уже вопила шумная орава шакалов, гиен и других животных.

Около кострищ найдены также кремневые орудия труда и охоты, масса кремневых «отходов производства» — отщепы, отбитые пластинки, каменные желваки и гальки, разбитые орудия. Наверное, здесь сидели мастера или охотники Они ловкими точными ударами по кремневой гальке, отбивали ненужные выступы, острые углы, пока, наконец, в руке мастера не оказывалось совершенное по тем временам каменное орудие: рубило, скребло, остроконечник, ножевидная пластинка или отщеп с острым режущим краем.

Любопытный факт. На территории стоянки археологи обнаружили каменное рубило, покрытое, как говорят палеолитчики, «пустынным загаром». Это бывает в том случае, если камень не

 

Палеолит

одну сотню лет лежит под жарким солнцем. Тогда на его поверхности образуется светло-коричневый плотный налет. Так вот, под коркой «загара» были обнаружены сколы, типичные для более древних орудий. С.Н. Замятнин предположил, что наверняка в наших краях побывали люди более древние, чем обитатели стоянки на Сухой Мечётке. Возможно, такое орудие нашел охотник где-то в окрестностях стоянки и «подправил» его ударами, приспосабливая изделие к новому функциональному назначению. А потом и сам потерял его...


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.014 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал