Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 20. Оба повернулись на голос




 

Оба повернулись на голос. МакУблюдок уставился на меня удивленно, а взгляд Карсона озарился таким облегчением, что я совершенно некстати покраснела.

Нетрудно догадаться, о чем думал его противник. Раз попытка похитить меня провалилась, больше нет нужды отвлекать Карсона – ну а зачем еще вор мог тут остаться?

МакУблюдок поднял сумку повыше:

– Сунетесь ближе – я ее брошу, и шакал разобьется.

А точно разобьется? И вообще, станет ли вор уничтожать фигурку после того, как с таким трудом ее добыл?

– И что на это скажет Братство? – поинтересовалась я, привлекая его внимание.

МакУблюдок удивленно поднял брови:

– А, так ты в курсе? – Он перевел взгляд с меня на Карсона. – Вы двое и правда времени не теряли.

– Заглохни, – прорычал Карсон.

Наблюдавшая за представлением Клео незримо для парней разгуливала меж нами:

– Вряд ли статуэтка разобьется. Он ее очень тщательно завернул.

– Он упаковал артефакт, – передала я, окончательно стерев ухмылку с лица вора. В его глазах зажглась паника. – Так что пару ударов статуэтка выдержит.

От предвкушения Карсон едва не улыбался. Да уж, это точно личное. Мы бы классно сработались, перестань один из нас таиться от другого.

МакУблюдок ринулся прочь, Карсон бросился следом и через пару больших шагов в прыжке настиг противника. Сумка выпала из рук вора с высоты всего нескольких сантиметров.

А вот сами парни рухнули на пол с неприятным хрустом и проехались по плитке, пока не врезались в постамент со стоявшей на нем мейсенской вазой. Постамент зашатался, и я затаила дыхание. Похоже, вазам сегодня не везло.

– Не видела ничего более захватывающего с тех пор, как здесь проснулась, – заметила Клео.

МакУблюдок так резко сбросил с себя Карсона, что тот приложился головой об пол и на миг потерял ориентацию в пространстве. Вор воспользовался возможностью, сумел вскочить на ноги и ринулся к сумке. Я бросилась наперерез, но и стажер уже пришел в себя. Он схватил тянущиеся к постаменту провода сигнализации, выдержал паузу и просто наставил на вора палец. Однако этого оказалось достаточно. МакУблюдок застыл и рухнул.

– Что ты сделал? – ахнула я. Вор бессознательно подергивался, словно пес, ловящий во сне кролика. – Вырубил его магическим электрошоком?

– Вроде того, – прохрипел Карсон, все еще лежа на полу. – Сама же хотела выяснить, могу ли я кого-то колдануть.

– Но он все еще жив, – раздраженно пожаловалась разочарованная Клео.

– Ага, – пробормотала я. – Но сейчас, наверное, об этом сожалеет.

– А маг вырежет вору сердце? – с надеждой поинтересовалась она.

– Нет! – рявкнула я, немного взвинченная тем, как Карсон только что вырубил парня на полном ходу. – Никаких вырезаний сердец и прочего членовредительства.



– Вообще мысль заманчивая, – заметил Карсон, со стоном поднимаясь на ноги, – но времени нет. Я не знаю, как скоро закончится действие заряда. Хватай сумку, и валим отсюда.

– Он пырнул ножом охранника! – запротестовала я. – Неужели мы дадим ему уйти?

Стажер посмотрел на меня и вскинул брови:

– Хочешь посидеть тут и порасспрашивать его? С минуты на минуту прибегут полицейские. И вряд ли они пожмут нам руки и позволят уйти.

А он прав. То ли нам до сих пор везло, то ли Братство умело задерживало силы правопорядка, но в любом случае теперь время поджимало. Здесь работало какое-то мощное заклинание, с которым полиции не совладать. Да и мне тоже, если окажусь за решеткой.

– Тащи его сюда, – указала я на бронзовую балерину Дега.

Карсон стиснул зубы, словно собирался поспорить, но затем схватил МакУблюдка за шкирку и протащил через комнату точно куль. Клео посторонилась – довольно забавно, учитывая, что физической оболочки у нее не было.

– Хочешь принести его в жертву своей богине? – поинтересовалась принцесса. – Вообще я посоветовала бы выбрать быка или козу, но действительно кощунство не воспользоваться кровью врага, если так можно вернуть силы.

– Да что у тебя за любовь к кровопролитию? – спросила я. – Неужто, все египтянки такие?

– Откуда мне знать? – отозвалась она со своей обычной заносчивостью. – Я же дочь…

– Исиды, – договорила я, закатывая глаза и расстегивая ремень. – Да пом…

И тут я и правда вспомнила. Могла бы и раньше сообразить, кабы не запаниковала из-за риска лишиться своих суперспособностей.



– В смысле, ты правда Клеопатра?

– Разумеется. – Клео задрала свой римский (эпитет уместный как никогда) нос, словно не была на полголовы ниже меня. – Кто же еще?

У меня вырвался смешок. Обалдеть. Я разговариваю с тенью Клеопатры. Неудивительно, что она такая четкая. Даже крохотная часть души царицы, привязанная к какому-либо артефакту, подпитывалась воспоминаниями о невероятных легендах, что окружали ее имя.

– Что ж, это многое объясняет, – заметила я, стараясь сохранять спокойствие. – Прежде всего, надменность.

Карсон, по-прежнему держа за шкирку МакУблюдка, переводил взгляд с меня на место, где стояла Клео:

– А ты б не могла прервать милую беседу с невидимой подружкой, чтоб мы уже с этим покончили?

Подведенные брови Клео взлетели к заплетенной в косички челке ее черного парика, затем сошлись на переносице:

– А твой маг настоящий наглец.

– Да, он такой, – подтвердила я, связывая руки вора вокруг основания статуи тонким ремнем с заклепками. Хорошо, что мои способности ослабли. Как-то не хотелось знать мнение Дега о пускающем слюни воре у туфелек его изящной балерины.

Стажер шумно вздохнул и принялся рыться в карманах пленника:

– Даже знать не хочу, о чем ты.

– Ее высочество говорит, что ты наглый. – Я так затянула ремень вокруг запястий МакУблюдка, что он застонал. Ничего, долго вор в путах не пробудет, да и плевать мне на его кровообращение.

– Тем не менее, – продолжила Клео, рассматривая Карсона сзади, – я понимаю, почему ты с ним водишься. Он очень мужественный, да еще и умный вдобавок. Сила весьма привлекательна.

– Еще говорит, что ты красавчик, – передала я напарнику. И не потрудилась опровергнуть это заявление.

– Мило, – отозвался Карсон. Он обнаружил у вора бумажник и сотовый и принялся проверять список последних звонков.

Что-то под путами МакУблюдка бросилось мне в глаза, и я закатала его рукав. На предплечье красовалась скупая и графичная татуировка шакала. Изображение слишком часто попадалось мне при изучении египетского искусства и иероглифов, чтобы я могла с чем-то его спутать.

– Смотри.

– Весьма уместно, – фыркнула Клеопатра. – Шакалы – падальщики и воры.

Я провела пальцем по татуировке и почувствовала такой всплеск призрачной энергии, что всю руку закололо. Ныло так, будто локтем обо что-то приложилась, даже с учетом моей временной невосприимчивости к сверхъестественному миру. Я ахнула, наполовину от боли, наполовину радуясь, что вообще ощутила что-то с ним связанное.

– Карсон, смотри. А не метка ли это их братства? Только она какая-то странная, что-то вроде средоточия энергии… – Не дождавшись реакции, я повернулась к стажеру. – Эй, ты меня слушаешь?

Карсон как раз смотрел на телефон МакУблюдка. Не знаю, что он там нашел, но увиденное его явно не обрадовало.

– Что такое? – спросила я.

– Ничего, – ответил он.

Вот только там явно что-то было, а стажер мне не говорил.

– Лжет, – мрачно констатировала Клеопатра. Девическая хрупкость слетела с нее, показав, какой невероятной молодой женщиной она была. Царица глянула в мою сторону, и я поняла, как она покорила могущественных мужчин, захватила власть и стала править Египтом. – Осторожнее, жрица. Думаю, ты ему небезразлична, но, возможно, что-то волнует его гораздо сильнее.

Последняя фраза заставила меня задуматься. Сколько сохранилось в памяти царицы о ее собственной жизни? Плюнув на спешку, я спросила:

– Ты их помнишь? Цезаря и Антония?

– Нет. Они пришли позже. – Я поняла, что она имеет в виду: воспоминания об этих мужчинах относились к другому, более позднему отпечатку ее души. Однако во взгляде Клеопатры появилась тоска. – Но мужчины всегда одинаковы. Не сомневайся в их любви и не сомневайся, что эта любовь всего лишь на время.

Со стороны входа донесся звук удара, грохот распахнувшейся двери и шум бегущих в нашу сторону людей. Открытые экспозиции тоже явно оснастили сигнализацией. Карсон сунул телефон в карман и поднял сумку вора:

– Нам пора. Пошли.

МакУблюдок, потревоженный теми же звуками, согнул пальцы. Похоже, он просто притворялся неизвестно сколько времени. Но вор оставался связанным, и вроде бы с чего моему сердцу ускорять бег…

Разве что из-за дочери Исиды.

– Клео… – попыталась я предупредить, но слишком поздно.

Пальцы вора невероятным образом вцепились в ее льняное одеяние. Во взгляде Клеопатры мелькнуло удивление, потом неверие и страх. А затем она исчезла.

Я потянулась к ней своими силами… и почувствовала не просто ничего – долбанное оцепенение, когда понимаешь, что произошло нечто ужасное, но чувства отказываются смириться с потерей.

Последняя правительница Египта. Неважно, что лишь ее часть и по всему миру рассыпано еще бог знает сколько версий. Эту – один миг из жизни удивительной женщины – только что использовал ублюдок, пырнувший охранника, укравший бесценный артефакт и похитивший мафиозную принцессу. Использовал словно салфетку, чтоб жвачку выплюнуть.

Вор разорвал стягивавший запястья ремень. Тот рассыпался в прах, лишь пряжка по полу звякнула. МакУблюдок перевел взгляд с меня, парализованной изумлением и гневом, на Карсона, что уже двигался с сумкой в сторону двери, в которую в любой миг могли ворваться полицейские, и бросился прочь, как пресловутый падальщик.

Гнев пробился сквозь оцепенение. Я ринулась следом, но Карсон меня перехватил:

– Брось. Идем.

И потащил меня в зал современного искусства, заканчивавшийся тупиком.

– Класс! – придушенным шепотом воскликнула я. – Мы в ловушке.

Решив, что я все равно произвожу слишком много шума, Карсон зажал мне рот и прижал к стене за смежной аркой, пряча нас от преследователей.

– Успокойся, – прошептал он мне на ухо, едва ли поколебав воздух – может, потому, что воздуха между нами не осталось. Стажер буквально приклеился ко мне от плеч до бедер, переплел наши ноги, прижался щекой к моей щеке, а губами к моим волосам. Надави он еще сильнее – и размазал бы меня по штукатурке.

Даже понимая, что он так поступает из чисто практических целей – наверное, потому, что Карсон всегда вел себя исключительно практично и целеустремленно, – я невольно затрепетала, чувствуя его крепкие объятия и видя широкие плечи, закрывающие меня от всего мира.

Копы ворвались в соседнюю комнату, выкрикивая «Чисто» и «Его здесь нет!».

– Представь, что ты невидимка, – прошептал Карсон, и я еле заметно кивнула. А как иначе, ведь он по-прежнему зажимал мне рот. Наверное, не доверял.

Резиновые подошвы заскрипели на пороге. Если бы я могла вдохнуть, то затаила бы дыхание.

Затем кто-то сказал:

– Тут тупик. Он сюда не пошел.

– Он бежит к черному ходу, – подал голос другой полицейский, и шаги удалились.

Карсон еще подождал, прежде чем двинуться с места, и уперся ладонью в стену рядом с моей головой. От его дыхания – когда он наконец позволил себе вздохнуть – защекотало шею, и побежали мурашки. Даже без магии, без моих сверхчувств, искорки проскакивали везде, где мы с ним соприкасались. То есть почти по всему телу.

– А камеры слежения? – прошептала я.

– Их замкнуло, когда я схватил шнур, чтобы вырубить нашего приятеля.

– О. – Я поежилась, сама толком не понимая почему.

«Осторожнее, жрица. – Замечание Клеопатры вдруг превратилось в предостережение. – Сила весьма привлекательна».

– Ладно.

Карсон потратил сил не меньше моего, плюс его избили, однако он уверенно оттолкнулся от стены ровно настолько, чтобы взглянуть мне в глаза. Не будь позади опоры, от искреннего облегчения во взгляде стажера, да еще и с такого интимного ракурса, у меня б, наверное, ноги подкосились.

– Когда ты потеряла сознание, – пробормотал он, – я решил, что причинил тебе вред.

У меня духу не хватило сказать, что так оно и вышло. Не уверена, что вообще смогла бы это произнести и жить дальше. Словно висела на тоненькой ниточке. Но если сознаюсь в слабости, рискую сломаться.

Поэтому и не стала.

– Чтоб меня свалить, одного придурка с силой вулкана маловато.

Печальный смех Карсона ветерком прошелся по волосам:

– Да уж, это точно.

Он так много обо мне знал, а я о нем так мало. О ком думал стажер, когда расспрашивал о духах и привидениях? Почему так тщательно выбирал слова? Могу ли я ему хоть чуть-чуть верить – или вообще не стоит?

Карсон отступил и ободряюще сжал мои плечи:

– Ну как, готова еще побегать?

– Боже, нет. – Однако все равно собралась с духом. Поймают копы МакУблюдка или нет, нам надо выбраться отсюда прежде, чем они вернутся восстановить охрану музея. – С тебя причитается на-амного больше, чем просто молочный шейк и картошка фри.

По какому-то незаслуженному везению, мы незаметно проскочили по пожарной лестнице, где сигнализацию тоже закоротило. Пожалуй, у нас оставалось несколько минут, а то и меньше, прежде чем полиция перекроет все выходы. Дурное счастье – и наличие отвлекающего фактора в лице МакУблюдка, – что они до сих пор так не сделали.

Выскочив с боковой стороны здания, мы вывернули к фасаду и смешались с собравшейся там толпой. Четыре патрульные машины перекрывали подъезд к музею, на ступенях дежурили полицейские в форме, а неподалеку стояла карета скорой помощи со зловеще распахнутыми дверями, словно пустая гробница.

– Почему они до сих пор охранника не вытащили? – раздраженно спросила я.

– Наверное, хотят убедиться, что его жизненные показатели стабильны, – ответил Карсон.

Может, он и правда в это верил, а может, просто чувствовал, насколько натянуты мои нервы, и пытался удержать ложной надеждой. Мое экстрасенсорное восприятие перегорело, Клеопатру стерли, преступник убежал. Если еще и охранник умрет, если я не смогла его спасти, тогда для чего все это было? Тогда мне можно отправляться домой и продавать волшебный чай и свечи, как и прочие из клана Гуднайт.

– Идем. – Стажер коснулся моей руки, пытаясь отвлечь от созерцания скорой. – Мы выбрались, получили следующую зацепку для поисков шакала. Не стоит упускать удачу.

– Хорошо, – ответила я, но не двинулась с места.

Приехала еще одна машина. Черная. С правительственными номерами.

Точно федералы. Кто еще ездит на черных седанах с квадратными громилами за рулем? Но каковы шансы, что с заднего сиденья сейчас выберется агент Тейлор?

Судя по тому, как шел этот день? Да очень даже неплохие.

 

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.016 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал