Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Тема: Конец




 

Мою жизнь не назовешь скучной. Изматывающей, тревожной — да, но только не скучной. Мимолетная встреча с Алексом была мучительна. А я так много хотела сказать ему. Я не нахожу себе места, не зная, о чем он сейчас думает и что чувствует. Бет, наконец-то я могу сообщить тебе одну новость: сегодня мне пришлось пройти одну очень важную процедуру. Я никому о ней не говорила и всю прошлую неделю промаялась в страхе, не зная, как быть. К уже привычному страху, что у меня что-нибудь найдут, на этот раз примешивалось новое любопытство. Я сидела в приемной, изнывала от одиночества, скучала по детям и гадала, что будет дальше. Смогу ли я пройти еще один круг ада, но уже без Алекса? Жуткая мысль. Почему беда никогда не приходит одна?

 

Очередь была длинной, ждать пришлось долго. Но если я чему-то и научилась, так это коротать время в очередях, — по крайней мере, обстановка в приемной была мирной. Одни пациентки невозмутимо листали выцветшие номера «Женского мира» пятидесятых годов, другие изучали от корки до корки информационные брошюры, а их спутники беспокойно ерзали. Все вокруг выглядели усталыми и потрепанными жизнью. Я принялась соединять воображаемой чертой точки на линолеуме с причудливым рисунком, а потом присмотрелась и поняла, что это не рисунок, а просто грязь. Женский туалет был закрыт, ближайший работающий располагался двумя этажами ниже. Ждать лифт было бесполезно — так недолго и очередь пропустить.

 

В конце концов вызвали меня:

— Дороти Дэвис!

После долгих раздумий я решила назваться девичьей фамилией: кто знает, что будет дальше? А если Алекс потребует развода? Как он пройдет? Сумеем ли мы мирно договориться об опеке над детьми? А если суд сочтет, что в матери я не гожусь? И Алекс начнет встречаться с Джессикой? Или уже встречается, и в этом виновата только я? Под аккомпанемент этих пугающих мыслей я зашла за потрепанную штору и начала расстегивать рубашку.

 

Меня приняла толстуха средних лет с плохо прокрашенными волосами ядовито-апельсинового оттенка, которым она, видимо, пыталась замаскировать седину. От нее по-старушечьи пахло тальком, по сравнению с ней сестра Ратчетт казалась милой и заботливой. Табличка на белом халате сообщала, что сестру зовут Джой. От холодного геля я вздрогнула. В почти враждебном молчании монитор щелкнул и пробудился к жизни, демонстрируя мышцы и артерии. Казалось, мы нырнули глубоко на дно и теперь искали потерянные сокровища в серой тени, в тишине, где слышался только усиленный динамиками стук пульсирующего сердца.

 

Из приемной послышался шум. Кто-то кричал за дверью кабинета, потом открылась дверь и я услышала собственную фамилию:



— Дороти, ее зовут Дороти Найт!

— Пациентки с такой фамилией здесь нет, сэр. Будьте любезны подождать за дверью.

— Я точно знаю, что она где-то здесь. Я должен ее увидеть.

Голос Алекса. Но как?! Как, черт возьми, он меня нашел?

— Мама, мама, ты здесь? — зазвенели два детских голоска. Я встревоженно взглянула на сестру.

— Они с вами? — спросила она с таким видом, будто уже догадывалась, что со мной хлопот не оберешься.

— Да, — робко отозвалась я, понятия не имея, как буду объясняться с Алексом. Я хотела поговорить с ним — но не здесь, не так, не сейчас.

Штора отодвинулась.

— Идите сюда, — рявкнула сестра на оторопевшего Алекса. — Но ведите себя прилично, — скомандовала она не столько детям, сколько моему мужу.

 

Они робко зашли за штору. Сказать, что Алекс выглядел встревоженно, значит не сказать ничего.

— Что за?.. — начал он, но его перебила сестра.

— Вот, смотрите. Все в полном порядке. Головку видите? А это пуповина. Кажется, он сосет большой палец.

Я навсегда запомню, как впервые увидела этого малыша. Удивительно, каким отчетливым получилось изображение на одиннадцатой неделе. Все молчали, пока Дейзи не спросила:

— А чего все смотрят?

На экране она видела только мешанину мерцающих темных и серых пятен, которая ей ровным счетом ничего не говорила. Матильда пыталась сообразить, в чем дело, склоняя головку то на один, то на другой бок.

— Это малыш? — недоверчиво спросила она.

— Да, — сказала я. — У меня в животике. Чудо, правда?

Алекс безвольно осел на пластмассовый стул, предназначенный специально для присутствующих мужей. Дейзи обошла вокруг кушетки и потянулась к кнопкам на мониторе.



Матильда засмеялась.

— Это она каналы переключает. А можно посмотреть «Твинисов»? — спросила Матильда у толстухи.

Та взглянула на нее, как на назойливую грязную мошку, которую надо немедленно прихлопнуть.

— Почему ты мне не сказала? — еле слышно выговорил Алекс.

— Как? Мы же не разговаривали.

— А письма? Могла бы намекнуть в письме.

— Алекс, ну каким образом? Я вообще ничего не собиралась тебе говорить. Я хотела, чтобы ты вернулся, потому что любишь меня, а не потому, что у меня будет ребенок.

 

Он задумался, но вдруг тень сомнения омрачила его такое знакомое лицо. Я и без объяснений поняла, о чем он сейчас думает. Гадает, от него ли ребенок. На минуту я лишилась дара речи. Меня будто двинули кулаком в живот, да так, что я враз задохнулась. Медсестра и бровью не повела. Таких сцен она давно насмотрелась, а укоризненный взгляд Алекса подтвердил ее гипотезу: в ее глазах я определенно была гулящей особой. Мой шок вылился в ярость.

— Господи, да как ты можешь? Я же тебе говорила: с Люком у меня ничего не было. Мы только целовались. И не более! Неужели ты считаешь, что я способна изменить тебе? Плохо же ты меня знаешь!.. Ладно, уходи. Нечего тут злорадствовать. О нас не беспокойся, проживем. Справлялись раньше — справимся и теперь. Убирайся отсюда.

 

В кабинете по-прежнему раздавался стук сердечка неродившегося ребенка — напоминание о том, что поставлено на карту. Сестра пощелкала кнопками, настраивая резкость изображения, и начала проводить замеры. Наша драма была ей до лампочки. Алекс встал.

«Не уходи! Пожалуйста, не надо!» — мысленно взмолилась я, глядя, как он направился к шторе. И наконец, одержав победу над уязвленным самолюбием, окликнула:

— Алекс!

Он остановился у самой шторы. Что теперь будет? Только бы остался, лишь бы простил!

— Прости меня, дуру, — пробормотала я.

Он наклонил голову, но не обернулся. О чем он думает? Сможет ли он когда-нибудь простить меня? Будет ли снова мне доверять? Я закрыла глаза, мечтая, чтобы он обернулся, но услышала удаляющиеся шаги, и у меня упало сердце. В отчаянии я чуть не завыла. Мне было страшно открыть глаза, и я продолжала жмуриться — наверное, надеясь, что просто вижу страшный сон. Из глаз хлынули жгучие беззвучные слезы. Потом кто-то бережно взял мою руку и поцеловал ее. Я открыла глаза и увидела прямо перед собой лицо Алекса. Из кабинета ушла сестра, а не он.

— Прости, — прошептала я.

— Тсс! — перебил он. — Ты тоже прости меня.

Слезы струились по моим щекам.

— Гормоны, наверное, — сквозь слезы объяснила я, а он засмеялся. От облегчения мне хотелось разрыдаться. — Это был кошмар. Я не знала, как быть.

— Понимаю. А я так скучал по тебе.

Пока он вытирал мне лицо тыльной стороной ладони, я вдруг сообразила, что до сих пор не знаю, как он меня нашел.

— Кстати, как ты узнал, что я здесь?

— Мы стояли в очереди к «Миллениуму», а Матильда вдруг объявила: «У мамы опять опухоль». Она услышала, как ты говорила по телефону. Я думал, меня хватит удар.

— Ты была такая грустная, — вмешалась Матильда. — И говорила, что едешь в больницу.

— Я сразу позвонил Джею, но оказалось, что он не в курсе. Тогда я дозвонился до Бет и узнал от нее, что твое последнее письмо было каким-то странным. Но никто не понимал, в чем дело. Мы подозревали разное, но такого не ожидал никто. Все мы думали, что… ну, ты понимаешь.

Меня вдруг осенило.

— Ну конечно, господи! Ты думал, у меня опять обследование? Поэтому и примчался?

— Сначала я решил погулять с детьми. А с тобой поговорить позднее, когда привезу их домой. Но очередь была длинной, я стоял как на иголках. Невыносимо было думать, что ты здесь совсем одна, — такого ты не заслужила. И я махнул рукой на развлечения. Мы рванули прямо в Марсден, но тебя в списке пациентов не оказалось. К счастью, в коридоре нам встретился профессор Харрисон — у него я и выведал, где ты. — Он снова поцеловал меня и гордо уставился на экран.

Матильда тоже следила за картинкой на экране.

— Это мальчик? — вдруг с ужасом спросила она.

— Еще неизвестно. А ты хочешь братика?

— Ну уж нет! — с таким отвращением воскликнула Матильда, словно ей предстояло питаться живыми скорпионами.

Они с Дейзи забрались на кушетку, мы с Алексом держались за руки, и все вчетвером смотрели на экран. Это было удивительно — смотреть на зарождающуюся жизнь, а не на сгусток мертвых клеток.

— Нагляделись? — Сестра вернула нас к действительности. — Тогда вставайте. Поищите другое место для разговоров. Мне некогда выслушивать ваши объяснения — в коридоре очередь.

Когда мы выходили из-за занавески, Алекс заявил, что для разнообразия неплохо бы родить мальчика.

— Тогда придется ему ходить в розовом — новое приданое нам не по карману.

— Ни за что не дам ему мою одежду! — мрачно отрезала Матильда. — И новую сиреневую юбочку тоже!

Я наклонилась и поцеловала ее:

— Не волнуйся, дорогая.

Я взяла Алекса под руку, и мы вышли навстречу изнывающим от ожидания пациентам. Как по волшебству, приемная превратилась в комнату надежд и радужного будущего. Дейзи уже стояла у лифта, усердно нажимая кнопки.

— Дейзи, мы все равно его не дождемся. По-моему, он вообще не работает, — сказала я и добавила, обращаясь к Алексу: — Если будет мальчик, назовем его Джеком?

Алекс просиял и снова поцеловал меня.

— Лучше Кевином, — вмешалась Матильда.

— Ни за что! — хором выпалили мы с Алексом.

Лифт звякнул и вдруг распахнул дверцы.

— А мы не застрянем? — с сомнением спросила я у Алекса.

Он уверенно шагнул в кабину, дети присоединились к нему, и я вошла следом. Теперь, когда мы снова были вместе, я с уверенностью смотрела в будущее.


 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.012 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал