Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 2. Шел снег, и Арни устал от Кливленда




Шел снег, и Арни устал от Кливленда. Он ждал в аэропорту рейса в Лас-Вегас — домой, и против всякого здравого смысла позвонил младшему вице-президенту аризонского клуба «Кардиналз».

Кроме Рика Доккери, у Арни было семь игроков Национальной футбольной лиги и еще четыре — в Канаде. Честно говоря, он являлся агентом средней руки, но не собирался останавливаться на достигнутом. Звонок по поводу Рика Доккери никоим образом не укрепил бы к нему доверия. Рика, вероятно, обсуждали больше, чем любого другого игрока, но Арни требовалась совсем не такая шумиха. Вице-президент отвечал вежливо, но кратко. Чувствовалось, что ему не терпится положить трубку.

Арни отправился в бар, заказал спиртное и сумел найти такое место, где не было телевизоров. В Кливленде до сих пор только и говорили о квотербеке, у которого трижды за одну игру перехватили мяч, хотя до этого никто не знал, что он вообще состоит в команде. «Браунс» заканчивали сезон с не слишком собранной линией нападения, но зато с очень жесткой защитой, пресекавшей все попытки противников заработать много ярдов и очков. Команда проиграла всего один раз, и с каждой очередной победой у горожан крепла мечта, что любезные их сердцам неудачники на этот раз завоюют Суперкубок. За один короткий сезон команда внезапно превратилась в грозу соперников.

Если бы она выиграла в прошлое воскресенье, то ее противником в борьбе за Суперкубок стали бы «Викинги» Миннесоты, которых «Браунс» наголову разгромили еще в ноябре.

Город ощутил сладость чемпионата.

И вдруг из-за одиннадцати ужасных минут все рухнуло.

Арни заказал вторую порцию спиртного. За соседним столиком напивались два коммивояжера, смакуя проигрыш Кливленда. Оба приехали из Детройта.

Главной новостью дня стало освобождение от должности генерального менеджера клуба «Браунс» Клайда Уэкера — человека, которого еще в прошлую субботу превозносили как гения, а теперь превратили в главного козла отпущения. Кого-то требовалось выставить вон — не только Рика Доккери. Когда установили, что Уэкер в октябре подписал с Доккери льготный контракт, владелец указал ему на дверь. Устроили публичную расправу — организовали большую пресс-конференцию, много кипятились вне себя от досады и обещали крепко держать руль, чтобы команда взяла свое.

Арни познакомился с Риком, когда тот учился на последнем курсе в Айове. Сезон начинался многообещающе, но постепенно превратился в заурядный розыгрыш кубка командами третьего уровня. Два последних сезона Рик начинал в качестве квотербека и, казалось, превосходно подходил для играющей в свободном стиле оттянутой назад линии нападения, что редко встречается в «Большой десятке».[5] Временами он играл блестяще — превосходно понимал защитников, хладнокровно выбирал позицию и бросал мяч с немыслимой скоростью. Его рука была, несомненно, лучшей из поколения идущих на смену ветеранам молодых игроков. Он бросал далеко и сильно, с особой оттяжкой. Но в то же время был настолько непостоянен, что полагаться на него — значило рисковать. И когда в последнем круге его пригласили «Буйволы», стало очевидным, что ему следует защитить диплом на степень мастера и получить лицензию на занятия брокерством.



Но вместо этого он приехал в Торонто и провел там два ничем не примечательных сезона. А затем принялся обивать пороги Национальной футбольной лиги. Лишь его рука давала ему право войти в списочный состав команды. Каждый клуб был не прочь обзавестись квотербеком, так сказать, третьей линии обороны. На испытаниях, проводимых во множестве, он нередко поражал своими бросками тренеров. Однажды Арни сам наблюдал, как Рик послал мяч на восемьдесят футов, а через несколько минут пустил его вроде снаряда со скоростью девяносто миль в час.

Но Арни знал то, что подозревали многие тренеры: для футболиста Рик слишком опасался физических контактов. Не случайных и безобидных попыток остановить идущего вперед квотербека. Он, хотя и не без основания, боялся блоков и молниеносных лайнбекеров.[6]

В каждой игре случаются моменты, когда принимающий уходит от соперника и открывается. Остаются доли секунды, чтобы отправить ему мяч. Но на квотербека несется дюжий, орущий во всю глотку лайнбекер, стремящийся исправить свою оплошность. И тот оказывается перед выбором. Стиснуть зубы и пожертвовать собственным телом, поставив на первое место команду. Отдать чертов пас, сыграть как положено, и пусть его размазывают по полю. Или вцепиться в мяч и бежать, молясь о том, чтобы дожить до следующей игры. Рик все то время, пока его наблюдал Арни, никогда, ни единого раза, не ставил на первое место команду. При малейшем намеке на блок он отступал и что есть духу несся к боковой линии.



При всем своем пристрастии к жесткой игре Арни не мог его за это судить.

Он позвонил племяннику владельца клуба «Овнов» и выслушал холодный ответ:

— Надеюсь, это не по поводу Доккери.

— Если честно, то да, — выдавил Арни.

— Нет, нет и нет!

С субботы Арни успел переговорить с дюжиной команд Национальной футбольной лиги. Последняя реакция соответствовала остальным. Рик и не подозревал, насколько сокрушительно разбита его неяркая короткая карьера.

Арни взглянул на монитор на стене и понял, что его рейс задерживается. Последний звонок, поклялся он себе. Последнее усилие найти Рику работу, а затем он отдаст внимание другим своим игрокам.

 

Клиенты прибыли из Портленда. И хотя фамилия мужчины была Уэбб, а женщина была бледнее, чем шведка, оба утверждали, что в них течет итальянская кровь и они с нетерпением ждут момента, когда окажутся в старой доброй стране, откуда вышли их предки. Каждый знал слов шесть на итальянском, да и произносил их скверно. И у Сэма зародилось подозрение, что они взяли в аэропорту путеводитель и кое-что заучили, пока летели над Атлантикой. Во время их прошлого визита в Италию их шофер и гид говорил на «ужасном» английском, и теперь они настояли, чтобы к ним прикрепили американца, подлинного янки, который бы устраивал им питание и билеты. После двух дней возни с ними Сэму не терпелось спровадить их обратно в Портленд.

Сэм не был ни водителем, ни гидом. Но зато американцем. И поскольку основная работа приносила немного денег, подрабатывал — протягивал руку помощи приезжающим в Италию соотечественникам, если те в этом нуждались.

Он ждал на улице в машине, пока они очень долго обедали «У Лаззаро» — в древней траттории в центре города. Было холодно, шел легкий снег. Сэм потягивал крепкий кофе и, как обычно, возвращался мыслями к своей команде. Зазвонил мобильный телефон. Его вызывали из Соединенных Штатов. Сэм ответил.

— Будьте добры, Сэма Руссо.

— Это я.

— Тренер Руссо?

— Да.

Звонивший представился Арни или вроде того, сообщил, что он футбольный агент, а в 1988 году был менеджером команды Бакнельской школы, то есть через несколько лет после того, как в ней играл Сэм. Заговорив о Бакнеле, они быстро нашли общую почву и после нескольких минут вопросов (а знаете ли вы того-то и того-то) почувствовали себя приятелями. Сэм с удовольствием поговорил с человеком, имеющим отношение к школе, в которой он учился, хотя и совершенно незнакомым.

И еще: ему не часто звонили агенты.

Наконец Арни перешел к делу.

— Разумеется, я следил за играми на Суперкубок, — ответил Сэм.

— Ну так вот, я представляю Рика Доккери, и команда «Браунс» его отпускает. — «Неудивительно», — подумал Сэм, однако продолжал слушать. — Он рассматривает свои возможности, а до меня дошли слухи, что вам нужен квотербек.

Сэм чуть не выронил телефонную трубку. Настоящий квотербек из Национальной футбольной лиги согласен играть за Парму?!

— Это не слухи, — ответил он. — Мой квотербек на прошлой неделе ушел. Подыскал себе тренерскую работу в штате Нью-Йорк. Мы с удовольствием возьмем Доккери. Он в нормальной форме? Я имею в виду — физической?

— Разумеется, немного помят, но рвется в бой.

— И хочет играть в Италии?

— Вероятно. Мы с ним это не обсуждали. Рик еще в больнице, но мы рассматриваем все предложения. Откровенно говоря, ему следует сменить обстановку.

— Вы представляете, как здесь играют? — заволновался Сэм. — Футбол хороший, но далеко не тот, что в НФЛ и «Большой десятке». Я хочу сказать, что здешние ребята — не профессионалы в истинном смысле слова.

— И каков уровень?

— Трудно определить. Слышали о школе имени Вашингтона и Ли в Виргинии? Хорошая школа, хорошая футбольная команда третьего дивизиона.

— Конечно.

— В прошлом году команда этой школы приезжала к нам во время весенних каникул. И в паре схваток мы были на равных.

— Говорите, третий дивизион, гм… — В голосе Арни заметно поубавилось энтузиазма.

Но с другой стороны, Рику как раз и требовался не такой жесткий, как дома, футбол. Еще один удар по голове за столь короткий период, и его мозги действительно серьезно пострадают. Хотя, если честно, Арни это мало волновало. Еще пара звонков, и Рик Доккери станет историей.

— Послушайте меня, Арни. — Сэм решил, что настало время назвать вещи своими именами. — В Италии играют в клубный футбол. Ну может, на одну ступеньку выше. В каждой команде группы А есть по три американских игрока. Их обеспечивают деньгами на питание и в отдельных случаях на жилье. Квотербеки получают небольшую зарплату. Остальные члены команды — энтузиасты из итальянцев, которые играют потому, что любят футбол. Если повезет и хозяин в хорошем настроении, после матча им могут обломиться пицца и пиво. Мы играем по схеме: восемь матчей, затем игры серии плей-офф с перспективой выхода в финал итальянского Суперкубка. Поле старое, но неплохое. За ним хорошо ухаживают. Примерно три тысячи зрительских мест, и во время ответственных матчей они все заполнены. Имеются корпоративные спонсоры, форма симпатичная. Но никаких контрактов с телевидением и денег, о которых бы стоило упоминать. Мы находимся в центральной зоне европейского футбола. Так что американский футбол здесь больше похож на культ узкого круга приверженцев.

— Как же вы там оказались?

— Люблю Италию. Мои бабушка и дедушка — выходцы из этой страны. Обосновались в Балтиморе, где я и вырос. Но здесь у меня много родственников. Жена — итальянка, ну и так далее. Тут приятно жить. И хотя, тренируя игроков американского футбола, разбогатеть невозможно, зато забавно.

— Значит, все-таки тренерская работа оплачивается?

— Если это можно назвать оплатой.

— Есть еще изгои НФЛ?

— Случается, залетит какая-нибудь заблудшая душа, все еще мечтающая о Суперкубке. Но в основном американцы — средние игроки колледжей, которые любят футбол и приключения.

— Сколько вы можете заплатить моему клиенту?

— Позвольте переговорить с владельцем.

— Давайте. А я, в свою очередь, переговорю со своим подопечным.

Они повесили трубки, еще раз вспомнив о Бакнеле, и Арни вернулся к своему кофе. Игрок НФЛ займется футболом в Италии? Трудно представить, но такие примеры случались. «Воины» Болоньи некоторое время участвовали в розыгрыше итальянского Суперкубка. В этом коллективе играл за квотербека сорокаоднолетний американец, до этого недолгое время защищавший команду Окленда. После двух сезонов он ушел и отправился в Канаду.

Сэм немного убавил нагрев автомобильной печки и мысленно вернулся к последним минутам игры «Браунс» против «Мустангов». Он не помнил, чтобы один игрок столько сделал для собственного поражения и испортил явную победу. Он чуть не зааплодировал, когда Доккери унесли с поля.

Но тем не менее идея заполучить его в свою команду казалась заманчивой.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.007 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал