Студопедия

Главная страница Случайная страница

Разделы сайта

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 5. У Люка было такое чувство, как будто он проглотил целую миску мелкой рыбёшки






 

У Люка было такое чувство, как будто он проглотил целую миску мелкой рыбёшки. Бен подозрительно позеленел. Мара, которая могла часами кружиться в танце при слабой гравитации, сжала зубы от подкатывающей тошноты. Скайуокеры уже не первый раз сталкивались со слабой силой тяжести, но их желудки восставали против странностей астероидного поселения: липкого золотистого воска, покрывавшего коридоры, постоянного жужжания насекомых, бесконечного потока шестиногих рабочих в один метр ростом, снующих по стенам и потолку.

Саба же, по-видимому, чувствовала себя прекрасно. Она ходила по стенам на всех четырёх конечностях и пробовала длинным языком сладкий воздух. Люк подумал, что жара и сырость напоминают ей Бараб-1, но могло статься, что ей просто нравится скользить руками и ногами по восковой поверхности коридора. Барабелам, как он заметил, нравились подчас довольно странные вещи.

Они подошли к косой развилке, и Люк остановился, вслушиваясь в странный пульсирующий звук, который доносился из бокового туннеля. Приглушённый, жутковатый, похожий на скрежет, звук явно содержал мелодию и ритм.

– Музыка, – сказал Люк.

– Замечание, достойное жителя Татуина, – усмехнулась Мара. – Остальные назвали бы это отрыжкой ранкора.

– Оной нравитззя, – возразила Саба. – От этой музыки оная виляет хвоззтом.

– Я видела, как ты виляла хвостом от скрипа тягового пропеллера, – Мара указала на пол, стёртый до камня. – Вижу, это место пользуется успехом. Давайте посмотрим, что там.

Они двинулись по проходу.

– А Джейна здесь? – спросил Бен.

– Нет, – терпеливо ответил Люк. Бен задавал этот вопрос с того момента, как они вышли из гиперпространства. – Я уже сказал тебе, что её нет на астероидном поселении.

– А где же она?

– Пока неизвестно, – Люк обернулся к сыну. – Это мы и пытаемся выяснить.

Мальчик на секунду задумался, а потом сказал:

– Если вы не знаете, где она, то может быть, она здесь, а вы просто этого не знаете.

У Сабы опять случился приступ смеха.

– Он вас поймал, маззтер Скайуокер.

Бен спрятался за спину матери, и Люк удивился, почему мальчик так боится Сабу. В своей жизни он уже встречал представителей многих рас, но пугался только Сабы.

Люк терпеливо улыбнулся и объяснил:

– Бен, если бы Джейна была здесь, я бы почувствовал её в Силе.

– Понятно.

Удивлённый, что Бен так быстро потерял интерес к этому вопросу, Люк добавил:

– Я чувствую тётю Лею. Она здесь с дядей Ханом.

Саба остановилась посредине стены и поглядела на Люка.

– Соло здеззь? Оная думала, что они охотятззя на Трёхглазую.

– Вот и я тоже так думал, – Люк не мог сдержать недовольства в голосе. – Видимо, они решили, что лучше будет встретиться с нами.

– И они правы, – вмешалась Мара. – За прошедший год мы чаще виделись с Джейной, чем они. К тому же, пока Джейсен ищет знание Силы… Наверное, Хану и Лее очень одиноко, – она взъерошила волосы Бена. – Мне бы точно было очень одиноко.

– Знаю, – Люк чувствовал себя виноватым за раздражение. Он настолько привык, что все выполняют волю Совета, что начинал уже забывать об отсутствии у того формальной власти; все, особенно семья Соло, служили Совету исключительно по своей доброй воле. – Они уже и так сделали больше, чем мы имели право у них просить.

– А как же Трёхглазая? – спросила Саба. – Кто теперь её оззтановит?

– Пока мы ищем Джейну, этим может заняться Полиция Восстановления. Уже потом можно будет направить её и Алиму вместе с Зеком. Они втроём быстро решат эту проблему.

– Но это, еззли они соглаззятззя, – Саба продвигалась по коридору, качая головой. – Оная начинает сомневатьззя в разумноззти решений Совета. В любой стае должен быть вожак, чтобы охотники не разбежализзь каждый за своей добычей.

– Джедаи не похожи на волков, – сказал Люк, следуя за ней. – Каждый из нас – вожак.

– Стая вожаков? – Саба трижды хохотнула и исчезла за поворотом. – О, маззтер Скайуокер…

Чем дальше они продвигались по коридору, тем громче становилась музыка. Можно было различить беспорядочный щебет, который Люк принял за пение, ритмичное скрежетание, похожее на ударные, и резкие звуки флейты, выводившей некое подобие мелодии. Всё вместе звучало на удивление живо, и вскоре Люк поймал себя на том, что ему это нравится.

Через пятьдесят метров проход превращался в пещеру, освещённую тусклым светом плавающих светильников. Музыка раздавалась с эстрады в центре, где трое тощих верпинов играли под химическим светом десятка восковых светящихся шаров. Люк с удивлением разглядывал их музыкальный инструмент, пытаясь понять, как им удавалось извлечь столько различных звуков при помощи одной лишь струны.

– Астрал! – Бен появился из-за спины Мары и направился в эту кантину. – Вот здорово!

Мара поймала его за плечо.

– Ни в коем случае.

Мальчик довольно усмехнулся: Нанна и Р2-Д2 остались сторожить «Тень».

– Вы же не можете оставить меня здесь одного. Мне ведь всего восемь лет.

– А кто тебе сказал, что мы тебя здесь оставим? – Мара кивнула Люку на кантину, а затем обратилась к Бену: – Мы с тобой постоим и покараулим.

Люк и Саба вошли внутрь. Представители самых распространённых рас космолётчиков: гивины, ботаны, найкто и куаррены – сидели в центре заведения на скамьях из синтетического камня со стаканами в руках. В некоторых случаях опасные типы, как, например, дефел, спрятавшийся в углу, и хулиган дженет, наблюдавший за всеми из дальней части комнаты, сидели отдельно. Многие завсегдатаи заказывали себе постоянное место, но в Силе не чувствовалось скрытой враждебности, которая обычно пронизывает всё вокруг в кантинах космопортов.

Люк прошёл с Сабой к барной стойке, где стоял рассеянный дурос с аппаратами для розлива напитков. Не было видно ничего, что бы напоминало прилавок, однако из тёмного алькова позади аппарата раздавалось пощёлкивание. Когда они подошли поближе, пощелкивание прекратилось, и появился насекомообразный работник. Мгновение он разглядывал их, затем протянул каждому по пустой чашке и опять скрылся в алькове.

Люк и Саба пытались разобраться с аппаратами, на которых не было никаких обозначений. Саба недовольно зашипела. Она подошла к рассеянному дуросу и всучила ему свою кружку.

– Хочу кровавого коктейля.

Дурос резко повернул было свою безносую голову и увидел, что с ним разговаривает барабелиха. Синева пропала с его лица.

– Кровавого коктейля нет, – сказал он бесцветным голосом, свойственным дуросам. – Только мемброзия.

– Оной понравитззя мемброзия?

– Всем нравится, – пожал плечами дурос.

– Тогда и мне тоже, – сказал Люк, передавая ему свою кружку.

Дурос некоторое время разглядывал Люка, явно пытаясь представить его себе в другом обличье, а не в поношенной лётной одежде.

– Я просто пилот, – сказал Люк, пытаясь замаскировать себя с помощью Силы. – Пилот, который умирает от жажды.

– Понятно.

Дурос повернулся к ближайшему аппарату и наполнил обе кружки густой янтарной жидкостью. Люк вынул из кармана банкноту в десять кредитов, но дурос отклонил его руку.

– Здесь никто не платит.

– Никто не платит? – переспросила Саба. – Оная тебе не верит.

В Силе почувствовалось слабое недовольство, затем дурос пожал плечами и повернулся обратно к верпинам-музыкантам.

Саба смотрела на него некоторое время, потом глянула на Люка.

– Оная уззтала. Оная сядет.

Она хлебнула из кружки и пошла вглубь кантины. Казалось, дурос с нетерпением ждёт, когда же Люк последует за ней, но Люк не двигался с места, источая в Силе благожелательность и дружелюбие. Кажущееся равнодушие дуроса не пропало, пока Саба не заняла пустовавшее место перед эвоком, чем вызвала у того бурю разозлённого бормотания.

– Становится интересно, – усмехнулся дурос. – Этому маленькому эвоку вынесли смертный приговор в десяти звёздных системах.

– Да что ты говоришь? – Люк хлебнул мемброзии. Сладкая, густая и крепкая жидкость прогрела его от пальцев ног до кончиков ушей. Он посмаковал послевкусие, пришедшее за одурманивающей теплотой, а потом спросил: – Давно ты здесь?

– Слишком давно, – сказал дурос. – Лизил, как выяснилось, не применяет процессорных микросхем, и из-за этого я не могу вывести отсюда свой груз.

– И у всех тут такие проблемы?

– У всех, но это не проблема, – дурос вяло махнул рукой в сторону своих аппаратов. – Всё бесплатно. Можешь сидеть здесь, сколько хочешь.

– Очень щедро, – сказал Люк. – И в чём подвох?

– Никаких подвохов, – мотнул головой дурос. – Только когда подсядешь на мемброзию, то улетать уже не захочется.

– А ты говоришь, никаких подвохов.

– Всё зависит от того, как на это смотреть, – пожал плечами дурос. – Особенно, если у тебя остались невыполненные обязательства дома.

– А почему бы тебе не вывезти свои микросхемы в исследованную галактику? – спросил Люк. – Столько планет разрушено войной – эти микросхемы могли бы здорово пригодиться Галактическому Альянсу.

– Слишком опасно, – дурос приблизил свою большую голову к Люку. – Ты же не хочешь, чтобы какой-нибудь наёмник поймал меня с этими микросхемами.

– А-а, – протянул Люк. Ландо и Тендра объявили награду в миллион кредитов за возврат партии процессорных микросхем, похищенных по дороге на завод их компании «Вооружение Тендрадо» по изготовлению дроидов. – Теперь понятно.

– Это точно, клянусь пустым дыханием, – сказал дурос. – Уже пять джедаев пускалось по моему следу. Тогда-то я и решил сбагрить кому-нибудь свой груз.

Люк постарался не вздрогнуть.

– А ты уверен, что джедаи ищут тебя?

– А кого ещё им искать? – покачал головой дурос, а потом добавил: – Я слыхал, что Калриссиан связан с джедаями, но кто мог предположить, что до такой степени?

– Да, уму непостижимо, – Люк шагнул поближе к дуросу и понизил голос. – А эти джедаи, которые наступали тебе на пятки, они были молодые? Несколько человек с барабелом и вуки?

– И ещё тви’лекка, – дурос что-то заподозрил и отодвинулся от Люка. – А ты откуда знаешь?

– У меня у самого с ними кое-какие проблемы. И я не хочу, чтобы они поджидали меня там, куда я лечу. Кстати, а куда они все полетели?

Дурос некоторое время смотрел на верпинское трио на эстраде, несомненно, обдумывая свой отет. Люк разлил в Силе ещё немного доброжелательности, и наконец дурос покачал головой.

– Не знаю, – сказал он. – Спроси у Лизила.

Люк собирался спросить, где найти этого Лизила, как почувствовал, что кто-то подошёл к нему сзади. Казалось, подошедшая присутствует в Силе и как личность, и как часть огромной, распылённой сущности, которая наполняла всё астероидное поселение. Он обернулся и увидел поразительную женщину-фаллину. Её кожа была почти такая же зелёная, как и у мужчин её расы. Она вежливо кивнула Люку и повернулась к дуросу.

– Тарнис, у нас для тебя груз есть, – сообщила она.

Дурос хлебнул мемброзии и постарался сохранить спокойствие.

– И куда?

– Улей Хорох, – ответила фаллина. – Там тебе дадут груз для переправки домой, конечно.

Глаза Тарниса ещё больше округлились, по меркам дуросов.

– Беру.

Поскольку дурос не кинулся в ту же секунду к выходу, фаллина добавила:

– Вылет прямо сейчас. Лизил уже грузит «Звёздную песню».

– Без проблем, – Тарнис поставил свою кружку на пол. – Пойду собирать экипаж…

– Мы уже их собираем, – фаллина пошла к выходу. – Встретитесь в ангаре.

– Уже иду, – Тарнис пошёл за фаллиной, удивлённо качая головой. – Наконец-то!

Видя, что о нём все забыли, Люк с помощью Силы задержал дуроса, а потом нарочито откашлялся.

– Ах, да, – Тарнис взял фаллину за руку и указал на Люка. – Этот хочет что-то спросить. Я и сам могу найти ангар.

Фаллина чуть замедлила шаг.

– Нам некогда, – она обернулась, стараясь не смотреть Люку в глаза. – Наслаждайтесь гостеприимством этого улья.

Люк решил проверить в Силе, что она чувствует, но ощутил лишь глубокое беспокойство. Её чешуя взволнованно вздыбилась, и тут его вытолкнуло из её сознания таким жёстким и сильным импульсом, что он ударился об аппарат.

Тарнис и фаллина прошли к выходу. Мара выглянула из-за угла, убеждаясь, что удивление, которое она почувствовала, не несёт ничего опасного. Люк улыбнулся и отвернулся, показав пятно мемброзии на спине. Он проследил, как Тарнис и фаллина исчезли в коридоре.

Когда они отошли достаточно далеко, чтобы не заметить слежки, Мара взяла Бена за руку и тоже пошла по коридору, разговаривая, как будто мать и сын просто возвращались к своему кораблю.

Люк прошёл в центр кантины и сел на скамью рядом с парой иши-тибов. Некоторое время он молчал, притворяясь, что слушает музыку. На самом деле он искал в Силе подслушивающие устройства. Он ещё не до конца разобрался в том, что произошло у мемброзийного аппарата, но был уверен, что появление фаллины было не случайно. Лизил, кто бы он ни был, явно не хотел, чтобы Тарнис рассказал ему о Джейне и других.

Через некоторое время он почувствовал, что может спокойно задать окружающим несколько вопросов. Люк начал излучать дружелюбие и благожелательность, и скоро к нему повернулась иши-тиба, сидевшая ближе всего.

– Меня зовут Зелара, – она указала на свою подругу, которая повернула к нему свои глазные стебельки и слегка прищёлкнула клювом. – А это Ляри. Ты ей понравился.

– Спасибо, – улыбнулся Люк.

– Мне ты тоже понравился, – Зелара хлопала жёлтыми глазами.

– Очень приятно, – он немного ослабил распространяемое чувство благожелательности и добавил: – Вообще-то я тут своих друзей ищу…

– Мы будем твоими друзьями, – предложила Ляри. Она села рядом с Люком и просунула свою плотную руку ему под локоть. Изо рта у неё шёл густой запах мемброзии. – Я ещё никогда не чувствовала ничего подобного к человеку.

– И я тоже, – Зелара взяла Люка под другую руку. – Но этот очень милый, даже несмотря на утопленные глаза.

– Дамы, кажется, вы мемброзии перебрали, – Люк почувствовал, что Мара возвращается в кантину. Он не почувствовал её страха или ярости, только раздражение; она не смогла уследить за дуросом и фаллиной. – Я пытаюсь найти нескольких молодых путешественников, которые тут останавливались. Там было, по крайней мере, двое человек, одна тви’лекка, один барабел…

– И ещё один вуки? – спросила Ляри.

– Значит, вы их видели, – сказал Люк.

– Может быть, – Ляри открыла клюв в некоем подобии улыбки.

– А может быть, и нет, – добавила Зелара. Она начала расстёгивать Люку лётный комбинезон на груди. – Давай посмотрим на тебя и всё расскажем.

Люк поймал её руку.

– Не думаю, что нам следует…

– Да ладно тебе, – Ляри ещё больше расстегнула комбинезон. – Давай хоть попробуем.

– Нет, – Люк вложил в это слово всю Силу, чтобы Ляри совсем не расстегнула ему комбинезон. – Не получится.

– Это почему? – спросила Зелара.

– Хотя бы потому, что у меня губы, а у вас клювы.

Зелара широко расставила глаза.

– Ты даже не догадываешься, на что способна девушка с клювом.

– Давай я тебе покажу, – сказала Ляри. Она поймала своим клювом нос Люка и дёрнула им.

– Ай! – Люк вырвал у неё свой нос. На них уже начали посматривать с других столиков, а ему этого совсем не хотелось. – Дамы, пожалуйста, просто расскажите мне, где мои друзья.

Зелара рывком расстегнула комбинезон, практически раздев Люка до нижнего белья.

– Сначала мы посмотрим на тебя, а потом…

Удивлению Мары не было пределов. Казалось, Люка ударило из Силы, как молотом, и он не расслышал, что говорила Зелара. Он повернулся к выходу и увидел, как Мара закрыла сыну руками глаза.

– Кто это? – спросила Ляри, проследив за его взглядом.

– Жена.

– Жена? – одновременно повторили иши-тибы. Обе вскочили.

– Ты не говорил, что женат! – воскликнула Зелара.

– Да у него и птенец есть! – крикнула Ляри.

Из-за шума верпинские музыканты стали сбиваться, и несколько раздражённых посетителей потребовали, чтобы Люк с иши-тибами перебрался в какой-нибудь тихий уголок подальше.

Мара яростно сверкнула глазами, затем покачала головой и утащила сопротивляющегося Бена за угол.

Люк послал ей в след чувство ободрения, пытаясь объяснить, что на всё есть достаточная причина, но получил в ответ лишь сомнение и удивление. А потом он услышал, как Саба хохочет в другом конце комнаты, и понял, что редко попадал в более позорное положение. Он с отвращением покачал головой, застегнул комбинезон и посмотрел на иши-тибов.

– Сядьте.

Зелара положила руку себе на бедро.

– И не подумаю.

– Забудь о нас, двурушник, – Ляри указала ему на выход. – Иди, догоняй свою жену и птенца.

– Сначала ответьте на мои вопросы, – Люк схватил обеих иши-тибов за руки и силой усадил их обратно. – Когда вы видели моих друзей: вуки, барабела и других?

– Когда они здесь были, тогда и видели, – холодно ответила Зелара.

– Кто из них здесь был? – Люк вложил в вопрос всю Силу, заставляя иши-тибу ответить.

– Не знаю, – Зелара повернулась к Ляри. – Когда это было?

– Не помню. Они тут пробыли всего день.

Люк заставил Ляри вспомнить, затем почувствовал, что кто-то приближается. Как и с фаллиной, которая увела Тарниса, незнакомец присутствовал в Силе, и его присутствие было ещё более угрожающим и могучим, чем у фаллины. Люк обернулся и при виде огромной тени с красными глазами и белыми клыками хотел уже выхватить световой меч.

Дефел смотрел на руку Люка, пока тот не убрал её, а затем обратился к иши-тибам.

– В улье появилась бочка свежей тибринской соли, – проскрежетал он. – Мы сейчас готовим иммерсионный бак.

– Для нас? – чуть не задохнулась Зелара.

– Где? – спросила Ляри.

Дефел протянул каждой по меховой лапе.

– Мы проведём вас.

– Сначала ответьте на мои вопросы, – сказал Люк, опять вложив в своё требование всю Силу.

Ляри остановилась и стала оборачиваться, но дефел подтолкнул её.

– Пройдёмте, дамы, – его красные глаза блеснули. – А то бак остынет.

И вновь чьё-то тёмное присутствие остановило Люка. Это не было нападение в Силе, а просто выражение сильной воли. Если бы Люк захотел, он бы нашёл способ ответить, но это значило бы привлечь к себе ещё больше внимания загадочной личности.

К тому же, к нему шла Саба с маленьким мохнатым эвоком, тем самым, который сидел напротив неё. Белая полоска пересекала по диагонали его чёрную, как космос, шерсть. Они остановились перед Люком и стояли, хохоча и давясь от смеха.

– Ну, – сказал Люк. – Хватит смеяться. Как зовут твоего друга?

– Чёр… Чёрный Клык, – Саба никак не могла справиться со смехом. – Говорит, что может помочь нам найти друзей… если ты, конечно, закончил любезничать с иши-тибами.

 






© 2023 :: MyLektsii.ru :: Мои Лекции
Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.
Копирование текстов разрешено только с указанием индексируемой ссылки на источник.