Студопедия

Главная страница Случайная страница

Разделы сайта

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Бактериальные инфекции






Успехи, достигнутые в настоящее время в борьбе с инфекци­онными болезнями, благодаря достижениям в области профила­ктики, векторного контроля в отношении переносчиков инфек­ции, иммунизации и специфической химиотерапии изменили си­туацию в благоприятную сторону. Снизилась общая заболевае­мость человечества, обусловленная микроорганизмами, намети­лась тенденция к искоренению одних (оспа) или значительной эффективности лечения при других (малярия) инфекциях. Одна­ко проблема борьбы с инфекционными болезнями продолжает оставаться одной из самых актуальных в здравоохранении. Еже­годно во всем мире около 1, 5 млрд человек, т.е. треть человече­ства, переносят заразные заболевания. Подавляющее большин­ство имеющих установленную этиологию инфекционных болез­ней вызывается вирусами, риккетсиями, бактериями, микоплазмами, хламидиями, грибами, простейшими или гельминтами. Из них самыми распространенными являются вирусные и бактери­альные (занимают второе место по частоте) инфекции.

Спектр инфекционных заболеваний, вызываемых бактерия­ми, чрезвычайно разнообразен, однако степень распространен­ности и тяжести каждой из них зависит, как правило, от трех при­чин: 1) свойств самих бактерий; 2) состояния макроорганизма (человека) на момент заболевания; 3) особенностей того органа, в котором преимущественно развивается патологический про­цесс.

Свойства бактерий. К ним относят патогенность и вирулентность. Потенциальная способность бактерий вызывать инфекционные заболевания, являющаяся их видовым признаком, называется болезнетворностью, или патогенностью. Из­вестно, что у одного и того же вида бактерий степень выражен­ности патогенных свойств может довольно широко варьировать. Вирулентностью называют степень патогенности штам­ма определенного вида бактерий. В условиях современного лече­ния антибиотиками вырабатывается ряд механизмов, определяю­щих их вирулентность. Известен ряд структурных образований у различных микроорганизмов, которые обусловливают разные формы патогенности последних — появление многослойных оболочек, микрокапсул, микропилей и увеличение числа нуклеотидов. Эти структурные образования нередко служат морфоло­гическим эквивалентом продуцирования ряда токсинов и фер­ментов, определяющих патогенность того или иного микроорга­низма.

В последнее время открываются совершенно новые и не­обычные, иногда просто оригинальные механизмы патогенности ассоциаций микроорганизмов. В частности, оказа­лось, что затяжные формы и хроническое бактерионосительство при дизентерии возникают в связи с превращением кишечных лямблий в источник перманентного поступления шигелл. Дли­тельное переживание шигелл внутри лямблий в результате эндоцитобиоза делает терапию дизентерии неэффективной. Во всем мире отмечается рост венерических заболеваний, причем антиба­ктериальная терапия зачастую оказывается неэффективной. Вы­яснилось, что при гонорее имеет место эндоцитобиоз гонококков с трихомонадами, при котором гонококки как бы защищены от действия антибиотиков (то же при сифилисе — трепонемы с три­хомонадами). Открытие такого механизма сочетания бактерий продиктовало принципиально новую тактику лечения, заключа­ющуюся в уничтожении сначала трихомонад, а затем уже — " прячущихся" в них гонококков.

Бактерии, способные вызывать заболевание, обычно относят к патогенным. Понятие вирулентности, степени патогенности следует отличать отинвазивности — способности распро­страняться и диссеминировать в макроорганизме. Например, Clostridium tetani является патогенным микроорганизмом и благодаря наличию у него экзотоксина высоковирулентным, но он почти полностью лишен инвазивности. Более того, при опреде­ленных обстоятельствах и определенной анатомической локали­зации слабопатогенные микроорганизмы могут вызвать фаталь­ное заболевание, а высокопатогенные виды — просто размно­жаться и переживать, не оказывая никакого повреждающего действия.

Патогенез бактериальных инфекций. Все инфекции по ме­ханизму передачи и локализации возбуди­теля в организме больных (носителей) делятся на 4 группы: а кишечные;

▲ дыхательных путей;

▲ кровяные;

▲ наружных покровов.

Независимо от механизма передачи первоначально при лю­бой бактериальной инфекции происходит взаимодействие микро­организма с клеткой хозяина (макроорганизма) — адгезия и внедрение, причем оба эти процесса начинаются с биологи­ческого узнавания, которое является основополагающим принципом функционирования всех биологических систем (сис­тема биологического узнавания лиганд — рецептор).

Процесс прилипания возбудителя к клеткам хозяина осущест­вляется с помощью адгезинов на поверхности бактерий и рецепторов на поверхности клеток макроорганизма. Адгезины микроорганизмов (лектины) крайне разнообразны по своему строению и включают в себя все известные антигены их поверх­ности, а также пили, жгутики, фимбрии. У грамположительных кокков (таких, как стрептококки) ими являются фибриллы, со­стоящие из М-протеина и липотейхоевых кислот (рис. 10). Липотейхоевые кислоты гидрофобны и связываются с поверхностью всех эукариотических клеток, однако более всего отмечается аф­финность к определенным рецепторам клеток крови и эпителию полости рта.

На поверхности грамотрицательных бактерий имеется два ви­да пилей. Половые пили используются для обмена генами, кото­рые несут плазмиды, или для обмена транспозонов от одной бак­терии к другой. Другие пили регулируют адгезию. На кончиках этих пилей имеются маленькие белковые компоненты, которые и определяют, к какой клетке хозяина будет привязан микроор­ганизм (бактериальный тропизм). Например, у E.coli эти бел­ки антигенно отличаются и обусловливают определенные ин­фекции: протеин Р связывает галактозу и вызывает пиелонеф­рит, протеин S связывает сиаловую кислоту и вызывает менин­гит. В то же время тропизм возбудителя обеспечивают в равной мере и лектины рецепторов клеток макроорганизма.

Рис. 10. Молекулы на поверхности грамотрицательных (а) и грамполо-

жительных (6) бактерий, вовлеченные в патогенез.

1 — внутренняя мембрана; 2 — пептидогликан; 3 — наружная мембрана; 4 —

протеин 1; 5 — протеин 2; 6 — липополисахарид; 7 — адгезивный протеин; 8 —

пили; 9 — фибрилла (например, М-протеин); 10 — липотейхоевая кислота; 11 —

капсула.

 

В противоположность вирусам, которые могут инфицировать ряд клеток хозяина, факультативные интрацеллюлярные бакте­рии инфицируют преимущественно или эпителиальные клетки (например, шигелла и энтеропатогенная E.coli), или макрофаги (микобактерии туберкулеза и лепры, легионелла, пневмофилла, иерсиния), или оба этих клеточных типа (Salmonella typhi).

Механизм попадания бактерий внутрь эпителиоцитов разли­чен. Часть бактерий связывается с интегринами клеток хозяина, т.е. с белками плазматических мембран (легионелла, микобактерия туберкулеза). Некоторые интрацеллюлярные бактерии не­посредственно в клетку проникнуть не могут — они поглощают­ся эндоцитозом в эпителий или в макрофаги, а затем с помощью гемолизина выбираются из вакуоли эндоцитоза в цитоплазму и уже в цитоплазме ингибируют синтез белка хозяина, быстро реплицируются и лизируют клетки хозяина. Так ведут себя, напри­мер, шигеллы, E.coli. Наоборот, другие бактерии, например саль­монелла, иерсиния, микобактерия туберкулеза, реплицируются уже в фаголизосомах макрофага.

Тонкий субклеточный механизм адгезии возбудителя к рецеп­тору (гликокаликсу) клетки макроорганизма оказался ключом к объяснению воздействия экзотоксинов без проникновения мик­роорганизма в клетки хозяина. У многих грамотрицательных ба­ктерий удалось расшифровать этот механизм: возбудители выде­ляют ферменты (например, у холерного вибриона и сальмонелл это муциназа и нейраминидаза), которые расщепляют сиаловую кислоту гликопротеинов гликокаликса клеточной мембраны. Ультраструктурно взаимодействие токсина с мембраной показа­но в виде " шапочки" на микроворсинках эпителиоцита. При дизентерии действие экзотоксина не связано с феноменом инвазии шигеллами энтеро- и колоноцитов. Токсины стафилококков, клостридий, недавно открытый экзотоксин кампилобактера про­являют свой цитотоксический эффект без инвазии в клетки мак­роорганизма.

Все грамотрицательные бактерии обладают эндотокси­ном. Это липополисахарид, который является структурным компонентом наружной мембраны клеточной стенки грамотри­цательных бактерий и состоит из жирной кислоты (липид А) и серцевинного сахара. Биологически активные функции липополисахарида включают вызов лихорадки, активацию макрофагов, выраженную воспалительную клеточную реакцию и т.д., но мо­гут значительно изменяться под воздействием таких цитокинов хозяина, как ФНО и ИЛ-1. Крайним выражением действия липополисахарида является развитие эндотоксического шока. Таким образом, явления, которые возникают при бактериальных ин­фекциях, в значительной степени объясняются действием того или иного токсина или нескольких токсинов. Но этого недоста­точно. В развитии заболеваний имеет значение также доза инфи­цирования, которая колеблется в широких пределах — от не­скольких десятков до нескольких десятков тысяч бактерий.

Действие токсина заканчивается гибелью клетки. Таким об­разом, в настоящее время отвергнуто давно устоявшееся мнение о том, что пусковым моментом инфекционного процесса являет­ся инвазия микроорганизма в клетку. Задолго до инвазии бакте­рии размножаются в уже поврежденных токсичными веществами или в погибших клетках, в основном их размножение происходит вне клеток, в тканевом детрите, в некротических массах, причем чаще всего в полостях человеческого организма (альвеол и дыха­тельных путей, пищеварительного тракта, серозных и др.). Воз­можно размножение бактерий в интерстициальной ткани. Разм­ножение бактерий внутри клеток эпителия происходит позднее и • только в том случае, если повреждаются те органеллы эпители­оцита, которые обеспечивают нормальный внутри- и чресклеточный транспорт.

Первоначальной реакцией, обнаруживаемой при морфологи­ческом исследовании, является нарушение кровообращения — полнокровие, стазы в мелких кровеносных сосудах, нарушение их проницаемости. В результате этого происходит выпотевание в ткани или полости плазмы крови — возникает серозное воспале­ние. Его выраженность колеблется в большой степени и зависит прежде всего от степени токсигенности бактерий. При макси­мальной степени нарушения проницаемости воспаление приобре­тает черты серозно-геморрагического, а при выпотевании грубо-дисперсных белков — серозно-фибринозного.

Вслед за этим возникает важнейшая при бактериальных ин­фекциях клеточная защитная реакция — макрофагально-лейкоцитарная. При этом бактерии фагоцитируются не только так на­зываемыми профессиональными фагоцитами — макрофагами и нейтрофильными гранулоцитами, но и эпителиальными клетка­ми, которые при развитии инфекционного процесса восстанавли­вают фагоцитарные свойства, присущие эпителию простейших и репрессированные в обычных условиях у высших животных.

Грамотрицательные аэробные микроорганизмы (эшерихии, клебсиеллы, протей, псевдомонас, а также менингококки и др.) при определенных условиях могут послужить причиной развития бактериального шока. Бактериальный шок, по совре­менным данным, клинически характеризуется выраженным сни­жением артериального давления, падением температуры тела до субнормального уровня, тахикардией, холодным потом, анурией, адинамией, вялостью. Считается доказанным, что токсический эффект обусловлен липидной фракцией бактериальной оболоч­ки, освобождающейся при массивном распаде микроорганизмов как в инфекционном очаге, так и в крови в период бактериемии. Нельзя исключить, что бактериальные токсины смешиваются с протеиногенными аминами, образующимися при жизнедеятель­ности бактерий. Следует учитывать и значение иммунных факто­ров, о чем свидетельствует сходство клинико-анатомической картины бактериального шока с генерализованным синдромом Санарелли—Шварцмана, а также влияния поступающих в крово­ток гистамина, серотонина, других катехоламинов и биологиче­ски активных веществ. При морфологической диагностике бак­териального шока всегда наряду с первичным очагом инфекции обнаруживают признаки нарушения гемодинамики и гемокоагуляции в виде синдрома диссеминированного внутрисосудистого свертывания крови (ДВС-синдром).

Особенности того органа, в котором протекает инфекционный процесс, определяют дальнейшее течение бактериальной инфекции. В случае воздуш­но-капельных инфекций развиваются бактериальные пневмонии. Воспалительный процесс при любой острой бак­териальной пневмонии протекает принципиально одинаково. В респираторных бронхиолах и альвеолах, где задерживаются мик­роорганизмы, развивается сначала серозное, затем фибринозное воспаление, которое благополучно завершается рассасыванием экссудата с помощью лейкоцитов и макрофагов. Если возбуди­тель не образует экзотоксинов, сильно действующих на орга­низм, то возникает так называемый расплывчатый тип патологи­ческого процесса (пневмококки, клебсиеллы). Для всех этих пневмоний характерно отсутствие некроза ткани. В случае ста­филококковой, стрептококковой инфекции вследствие резкого токсического действия происходит некроз экссудата, а нередко и самой ткани легкого. Кроме того, в связи с резко повышенной проницаемостью сосудов к экссудату примешиваются эритроци­ты, выпотевают белки и возникают периферические токсичные зоны с фибринозным выпотом в альвеолах. Аналогичный про­цесс может развиться при введении токсинов (пример экспери­ментальной пневмонии на введение эшерихии O111).

На возникновение и течение пневмонии влияют структурные особенности легкого, в частности строение бронхиального дере­ва, характер отхождения сегментарных бронхов (уровень, угол, длина, ширина, направление хода). При бактериальных пневмо­ниях часты кровоизлияния, отек, гипостазы и ателектазы. Пос­ледние, как правило, нельзя рассматривать как причину развития бактериальных пневмоний, так как ателектазы, наоборот, часто являются следствием ОРВИ, которая создает условия для возник­новения бактериальной пневмонии. Бактериальные пневмонии иногда сопровождаются генерализацией процесса с развитием гнойного менингита, артритов, эндокардита, других поражений вплоть до сепсиса. Однако в настоящее время принято считать, что сепсис обычно развивается у детей. Менингит развивается, как оказалось, только в случаях предварительного инфицирова­ния респираторными вирусами, что сопровождается повреждени­ем гематоэнцефалического барьера и создает почву для бакте­риальной инфекции. Вообще в случаях гнойного пневмококко­вого менингита прямая связь его с пневмониями выявляется редко.

При острых бактериальных кишечных ин­фекциях эпителий пищеварительной трубки повреждается в результате прямого токсического действия бактерий и, помимо того, в результате действия всасывающих токсинов. В слизистой оболочке желудочно-кишечного тракта развиваются дистрофи­ческие изменения эпителия, десквамация его, лейкоцитарная ин­фильтрация, отек стромы и подслизистой основы, разжижение содержимого кишки. При инфекциях, вызванных гноеродными бактериями, альтеративные изменения выражены сильнее, воз­никают изъязвления, порой глубокие, и значительная лейкоци­тарная инфильтрация.

Генерализация кишечных инфекций обычно осуществляется по кишечной трубке вместе с другой, непатогенной микрофло­рой. Распространение гематогенным и лимфогенным путем в принципе возможно, но оно не играет существенной роли. Нес­колько большую роль играет генерализация инфекции при сальмонеллезе. При ряде инфекций, сопровождающихся деструктив­ными изменениями, возможно развитие кишечного сепсиса.

Большую роль в развитии и характере течения кишечных ин­фекций играет состояние защитных механизмов желудочно-кишечного тракта. Сюда относят комплемент, лизоцим, лактоферрин, интерферон, а также собственную обильную микрофлору прежде всего толстой кишки. Дисбактериоз нередко является фоном для развития диарейных болезней. Наиболее важным сле­дует считать состояние местной иммунной системы желудочно-кишечного тракта. Кишечник человека содержит около 40 % всех лимфоцитов человека. Большинство их представлено супрессорно-цитотоксической субпопуляцией Т-лимфоцитов и хелперной субпопуляцией. Составной частью местной иммунной си­стемы являются иммуноглобулины А. Внедрившиеся бактерии специальными эпителиальными М-клетками транспортируются в лимфоидный аппарат кишечника, где секретируются антитела IgA. Эти антитела способны блокировать лиганд-рецепторное взаимодействие и тем самым препятствовать инвазии бактерий.

Состояние макроорганизма — третий фактор, который определяет течение бактериальных инфекций. В пер­вую очередь при взаимодействии макро- и микроорганизма име­ет значение состояние иммунитета и органов иммуногенеза боль­ного человека. При этом учитывается состояние иммунитета на момент заболевания и состояние иммунных сил организма в про­цессе болезни. Тяжелее всего бактериальные инфекции протека­ют у ослабленных больных, у которых недостаточность противомикробной защиты обусловлена дефектом иммунного ответа. В таких случаях инфекция становится реальной угрозой для жизни. При этом дефекты защитных механизмов человека могут быть выражены умеренно или значительно, они могут касаться специ­фических и неспецифических защитных механизмов. Например, полное отсутствие такого неспецифического фактора, как IgA, незначительно повлияет на чувствительность организма к инфекции, а вот отсутствие циркулирующих гранулоцитов крови или IgG ведет к развитию инфекций, опасных для жизни.

В процессе заболевания основными клеточными компонента­ми иммунного ответа являются Т- и В-лимфоциты, которые вза­имодействуют друг с другом, а также с моноцитами, макрофага­ми, иммуноглобулинами и системой комплемента. В-лимфоциты и плазматические клетки секретируют антитела, которые спо­собствуют ликвидации определенных инфекций. Т-лимфоциты — основной компонент клеточно-опосредованной иммунной системы. Они секретируют множество растворимых продуктов, влияющих на функциональное состояние других Т-лимфоцитов, моноцитов, макрофагов. Любой процесс, требующий опсонизации, например процесс, происходящий между нейтрофилами и бактериями, в значительной мере подвержен влиянию Т- и В-лимфоцитов.

Лица с дефектами защитных сил, находящихся в стационарах по поводу любых (но неинфекционных) процессов, нередко заболевают внутрибольничными инфекциями. Внутрибольничные, или нозокомиальные, инфекции раз­виваются у 2—10 % больных, поступивших для лечения в стацио­нары общего профиля. Причина внутрибольничной инфекции — микроорганизмы, входящие в состав собственной микрофлоры (аутоинфекция), прежде всего — мочевыводящих путей. Эти оп­портунистические инфекции часто неизбежны, так как их разви­тие связано с дефектами слизистых оболочек и других защитных механизмов.

Список микроорганизмов, вызывающих внутрибольничную инфекцию, большой, но возглавляют его грамотрицательные ба­ктерии, что объясняется их наибольшей распространенностью вообще и в мочевыводящих путях в частности. Многие из этих бактерий, например псевдомонады и клебсиеллы, создают резер­вуары как в организме больного, так и на предметах больнично­го обихода. Кроме того, они очень быстро вырабатывают устой­чивость к антибиотикам — гораздо быстрее, чем грамположительные кокки. Эта устойчивость грамотрицательных бактерий обусловлена приобретением плазмид, называемых факторами резистентности (R-фактор), состоящих из внехромосомной коль­цевой ДНК, которая опосредует антибактериальную устойчи­вость для ферментов, инактивирующих препарат. У некоторых бактерий может быть несколько таких факторов резистентно­сти. Грамотрицательные бактерии отличаются тем, что способ­ны передавать этот R-фактор по наследству, причем даже через виды и роды таким образом, что у некоторых бактерий (Enterobacter, Pseudomonas, Serratia) развился дополнительный хромосомный механизм устойчивости к пенициллину и антибио­тикам группы цефалоспорина. Среди грамположительных кок­ков наиболее важным патогенным агентом является золотистый стафилококк — бич 50—60-х годов, и энтерококки (стрептокок­ки группы В).

Основной способ передачи внутрибольничной инфекции — контакты с обслуживающим персоналом, а основной способ борьбы с ней — мытье рук. Нозокомиальные инфекции — это в основном инфекции мочевыводящих путей (40 %), передаваемые через катетеры и другие собирающие мочу сборники, раневые инфекции (передаются непосредственно во время операций), и пневмония (развивается у больных с угнетенным рвотным и кашлевым рефлексом или у больных, которым проводят бронхоско­пии либо искусственную вентиляцию легких). В 5 % случаев нозокомиальная инфекция проявляется бактериемией, которая яв­ляется следствием манипуляций на сосудах — катетеризации, пункции и т.д.

Итак, при условии хорошо выраженных защитных сил орга­низма и при полноценном иммунном ответе бактериальная инфекция благополучно заканчивается выздоровлением больного. Но в отдельных случаях бактериальная инфекция приобретает генерализованный характер и тогда развивается сепсис.

СЕПСИС

Сепсис — генерализованное ациклически текущее инфекци­онное заболевание, вызываемое различными микроорганизмами и характеризующееся крайне измененной реактивностью орга­низма.

Этиология. Первая и самая главная особенность сепсиса, от­личающая его от других инфекционных заболеваний, заключает­ся в том, что сепсис полиэтиологичен, он может быть вызван многими микроорганизмами, однако в подавляющем большинстве случаев в числе возбудителей оказывается лишь ог­раниченное число бактерий, к которым относятся прежде всего стафилококки, менингококки, клебсиеллы, синегнойная и кишечная палочки. В последнее время существенное значение ста­ли придавать ^-гемолитическому стрептококку, а также сме­шанной этиологии сепсиса (например, кокки и палочки), при этом выраженность процессов, вызванных разными возбудителя-Ми, отличается в разных органах. У детей причиной развития сеп­сиса является гематогенная генерализация бактерий или грибов, однако нередко имеет место сочетанная вирусно-бактериальная инфекция, когда сепсис развивается на фоне уже имеющегося ин­фицирования вирусами, микоплазмами.

В развитии, течении и определении форм септического про­цесса в каждом конкретном случае важную роль играют не толь­ко вид возбудителя, но даже разные штаммы одного и того же Возбудителя, его количество, степень инвазивности, способность к размножению, степень токсичности его эндотоксинов, антиген­ные свойства. Характер возбудителей, их биологические свойст­ва при сепсисе постоянно видоизменяются, в связи с чем изменя­ется динамика сепсиса и его клинико-морфологические проявле­ния.

Вторая особенность, отличающая его от инфекционных бо­лезней, эпидемиологическая, заключается в том, что сепсис незаразен, он не воспроизводится в эксперименте.

Клиническое своеобразие сепсиса заключается в том, что в течении его отсутствует цикличность, свойствен­ная многим инфекционным заболеваниям, ему несвойственны строго очерченные сроки инкубационного периода. Даже про­должительность различных форм сепсиса может колебаться в очень широких пределах — от нескольких дней до нескольких Месяцев и даже лет. Именно поэтому иногда выделяют следую­щие варианты течения сепсиса: острейший, острый, подострый, хронический. Полагают, что при сепсисе клинические про­явления болезни трафаретны, неспецифичны и не зависят от ха­рактера возбудителя.

Морфологические проявления сепсиса склады­ваются из изменений во входных воротах инфекции (местные из­менения) и во внутренних органах (общие изменения). Каких-ли­бо специфических, свойственных определенному возбудителю или определенной клинической форме изменений не выявляет­ся — морфологические проявления сепсиса трафаретны. Долгое время считали специфичными тканевые реакции, которые воз­никают при бактериальных инфекциях, и в первую очередь гранулематоз как специфическое свойство микроба. В настоящее время показано, что гранулематоз является всего лишь морфоло­гическим выражением своеобразных иммунологических отноше­ний между макроорганизмом и возбудителем. Еще И.В.Давыдов­ский показал, что такая тканевая реакция, как гранулема, не вполне специфична, поскольку сходными являются биологиче­ские основы гранулематоза, который отражает динамику имму­низации процесса.

Иммунологические особенности сепсиса за­ключаются в том, что при нем иммунитет не вырабатывается. Больной, перенесший сепсис, может заболеть им еще раз. Осо­бенностью сепсиса является развитие его на гиперергическом фоне.

Долгое время считали, что проблема сепсиса — это проблема микробиологическая и вся широкая палитра изменений при сеп­сисе целиком и полностью зависит от особенностей микроорга­низма. И.В.Давыдовский первый показал, что проблема сепси­са — это проблема макробиологическая. Для развития сепсиса необходимы определенная, совершенно необычная реактив­ность, когда организм не может отграничить сравнительно безо­бидный маленький очаг гнойного воспаления, и развивается гроз­ное заболевание с огромной летальностью. История развития ин­фекционной патологии говорит о том, что первая встреча чело­века с возбудителями нынешних циклических инфекций прохо­дила вообще по типу сепсиса. Примером может быть пандемия сифилиса с высокой летальностью в Европе, куда ее завезли мо­ряки Колумба, заразившись от аборигенов. Вот почему И.В.Да­выдовский и А.И.Абрикосов (авторы реактологической теории сепсиса) считали, что сепсис в эволюционном плане является наи­более примитивной и древней реакцией макроорганизма на вне­дрение микроорганизма, когда первый в силу особенностей своей реактивности не может локализовать процесс в виде местного очага воспаления с последующим его отторжением и освобожде­нием от микробных тел; поэтому его органы и ткани становятся ареной взаимоотношений между размножающимися микроорга­низмами и макроорганизмом.

Существенным подтверждением реактологической теории является оценка иммунного статуса и реактивности больных, у которых обычно развивается сепсис. Сепсис встречается во всех возрастных группах — от новорожденных до стариков. Ведущее значение реактивности макроорганизма в возникновении сепсиса подтверждается значительно большей частотой сепсиса в пери­натальной и педиатрической практике. При этом выявлена зави­симость частоты сепсиса от возраста: например, у плодов любая инвазия микроорганизмов со стороны матери вызывает развитие сепсиса; сепсис у недоношенных новорожденных встречается на­много чаще, чем у доношенных, у детей до 3 лет он встречается чаще, чем в более старших возрастных группах — зависимость очевидна: чем более несовершенна система механизмов антимикробной защиты, тем чаще развивается сепсис.

Среди взрослых сепсису подвержены хирургические, травми­рованные, ожоговые больные и роженицы. Помимо этого, сеп­сис развивается нередко у больных с выраженным иммунодефи­цитом. Речь идет о наркоманах, онкологических больных, полу­чающих цитостатическую и лучевую терапию, больных, прини­мающих длительное время кортикостероидные препараты и ан­тибиотики. У последней группы больных инфицирования извне не происходит — сепсис развивается в результате активации аутоинфекции, т.е. происходят физиологические колебания им­мунитета в отношении собственной микрофлоры. Аутоинфек­ция, к которой относится группа так называемых оппортунисти­ческих инфекций, получила в настоящее время исключительно широкое распространение (оправдалось важное положение ин­фекционной патологии, выдвинутое И.В.Давыдовским, согласно которому будущее принадлежит аутоинфекции).

Патогенез. Возбудители сепсиса попадают в организм раз­личными путями (воздушно-капельным, алиментарным, через кожу и т.д.) через входные ворота. В настоящее время наиболее частыми (учитывая входные ворота) являются пупоч­ный сепсис и сепсис, который развивается в результате несте­рильно проведенной катетеризации сосудов. Иногда катетериза-ционный сепсис развивается как " отсроченный", связанный с ра­нее проведенными внутрисосудистыми манипуляциями. Третье место по частоте занимает сепсис, при котором входными воро­тами являются легкие — сепсис развивается при госпитальной инфекции, связанной с интубацией или с нестерильно проводи­мым отсасыванием слизи. При тяжелых первичных пневмониях развитие сепсиса, как правило, не происходит скорее всего пото­му, что частыми возбудителями являются пневмококки и гемофильная палочка, которым несвойственно вызывать сепсис. Ко­нечно, и здесь возможны исключения: все случаи сибиреязвенно­го сепсиса, описанного во время вспышки 1979 г. в Свердловске, возникли в результате аэрогенного заражения больных.

В качестве входных ворот при определенных условиях могут выступать также операционные раны, ожоговые или травмати­ческие поверхности, а также слизистая оболочка матки, где раз­вивается септический эндометрит после аборта или родов, сопро­вождавшихся инфицированием матки. Гораздо реже в настоящее время стали встречаться такие формы сепсиса, как отогенный, одонтогенный и тонзиллогенный. Наконец, иногда (например, при инъекциях) входные ворота обнаружить не удается; в таких случаях сепсис называют криптогенным (от греч. kryptos — тай­ный, скрытый).

После попадания инфекции в организме больного развивает­ся генерализация инфекции. Однако под этим термином следует понимать не просто проникновение бактерий в кровяное русло, т.е. обычную бактериемию. Этого недостаточно для развития сепсиса, тем более что бактериемия является естественным со­стоянием при многих инфекциях (брюшной тиф, туберкулез). Ба­ктериемии недостаточно, так же как и недостаточно измененной реактивности организма. Под термином " генерализация инфек­ции" понимают возникновение особых взаимоотношений в Мм-системе, т.е. между микроорганизмами (" внешний" фактор гене­рализации) и макроорганизмом (" внутренний" фактор — иммунореактивность организма). При этом основным звеном патоге­неза сепсиса является патогенное взаимодействие в системе макро - микроорганизм.

Патологическая анатомия. При сепсисе различают местные и общие изменения.

Местные изменения развиваются во входных воротах, т.е. в очаге внедрения инфекции, реже — вдали от входных ворот. Об­разуется септический очаг, который представлен преж­де всего очагом гнойного воспаления и поражен­ными рядом с ним лимфатическими и кровеносными сосудами. В лимфатических сосудах развивается лимфангит, а в кровеносных (в венах), — флебит, который чаще всего носит ха­рактер гнойного; при этом эндотелий сосуда повреждается и об­разуются тромбы, т.е. возникает тромбофлебит. В тромботических массах нередко выявляются колонии микробов {сеп­тический тромб), при этом тромб расплавляется и возможно развитие тромбобактериалъной эмболии. Последним элемен­том септического очага являются регионарные лимфатические узлы, в которых развивается лимфаденит.

Общие изменения при сепсисе развиваются в паренхиматоз­ных органах (печень, почки, миокард, ЦНС, мышцы) и носят ха­рактер дистрофических и воспалительных изме­нений, а также в органах кроветворной и лимфатической сис­темы, где развиваются гиперпластические процессы. При этом возникает интерстициальное (или межуточное) воспаление: миокардит, гепатит, нефрит — с выраженными дис­трофическими и некробиотическими процессами в паренхиматоз­ных клетках этих органов. Воспалительные процессы развива­ются в сосудах (васкулиты), что приводит к повышению сосуди­стой проницаемости и развитию множества диапедезных крово­излияний. В отдельных случаях на клапанах сердца также возни­кают воспалительные процессы — эндокардиты.

Гиперпластические процессы характеризуются тем, что раз­вивается гиперплазия костного мозга плоских костей. Желтый костный мозг трубчатых костей становится красным и в перифе­рической крови нарастает количество лейкоцитов, развивается лейкоцитоз. Нередко при сепсисе в периферической крови появ­ляются молодые (юные) формы лейкоцитов, развивается так на­зываемая лейкемоидная реакция. В противоположность белому ростку крови красный росток угнетен — возникает анемия слож­ного генеза, но прежде всего она носит гемолитический характер в связи с гемолитическим действием некоторых бактериальных токсинов. Гиперплазия лимфоидной ткани приводит к генерали­зованной лимфаденопатии — увеличиваются все группы лимфа­тических узлов, они становятся мягкими, сочными, в них выявля­ются крупные лимфоидные фолликулы с большими светлыми центрами роста. Очень характерна так называемая септическая селезенка — увеличена в 3—4 раза, с резко напряженной капсу­лой; на разрезе рисунок строения стерт, пульпа малинового цве­та, дает обильный соскоб.

Классификация сепсиса. При классификации сепсиса учиты­вают следующие признаки: 1) этиологический; 2) локализацию септического очага по входным воротам инфекции; 3) клинико-морфологические формы сепсиса.

По этиологии различают стафилококковый, менингококковый, клебсиеллезный, синегнойный, колибациллярный, стрептококковый, сальмонеллезный, грибковый, сибиреязвен­ный, туберкулезный и др. Особенно большое значение в разви­тии сепсиса придается стафилококку, синегнойной палочке и их ассоциации.

В зависимости от характера входных вороти, следова­тельно, локализации септического очага различают хирургиче­ский, терапевтический (параинфекционный), раневой, пупочный, маточный, отогенный, одонтогенный, тонзилогенный, уросепсис и криптогенный сепсис. Септический очаг в большинстве случа­ев располагается непосредственно в области входных ворот, но возможны также случаи сепсиса, когда септический очаг нахо­дится вдали от входных ворот (например, септический очаг рас­положен на клапанах сердца, а входными воротами являются миндалины).

По клинико-морфологическим признакам выделяют 4 клинико-анатомические формы сепсиса: септице­мию, септикопиемию, септический (бактериальный) эндокардит и хрониосепсис.






© 2023 :: MyLektsii.ru :: Мои Лекции
Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.
Копирование текстов разрешено только с указанием индексируемой ссылки на источник.