Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Альпинизм




 

Юрий Иванович Васильев пришел из магазина и с вздохом «ух» поставил на стол два пакета, наполненных российской копченой колбасой, которую мы должны были забрать на Тибет.

Я вот шел с колбасой и думал: провезете ли вы через таможню спирт или нет? сказал он.

- Провезем. Опыт уже есть; я весь спирт перелил в пластмассовые колбы изпод минеральной воды. Скажем, что вода это, ответил Селиверстов.

- А если понюхают?

- Ни разу еще не нюхали.

- Ну ладно тогда.

- Из кухни раздался голос Ирины:

- Мальчики, кушать!

- А Равиля с Рафаэль Гаязовичем ждать будем?

- Да нет. Гаязыч дотошный, в магазинах еще долго кондыхаться будет. Пока все инструкции не перечитает... Придут когда, еще по полчаса душ по очереди принимать будут, как будто на все время экспедиции заранее отмыться хотят, уверенно заметил Юрий Иванович.

За столом мы с Ириной поведали нашим друзьям о наших мыслях по поводу гор.

- Странно это, - проговорил Селиверстов. - Очень странно. У меня лично горы вызывают трепет. Я всегда, когда бываю в горах, смотрю на них с каким-то восторгом. Я преклоняюсь перед ними и, естественно, не могу отнестись к горам, как к мертвым скалам. Но я не мог и подумать о том, что в горах мы путешествуем по мозговым извилинам Земли.

- Ты, кстати, Сергей Анатольевич, видел когда-нибудь мозг человека? задал вопрос Юрий Иванович.

- Ну, на рисунках видел. А что?

- А живьем?

- Нет. Я же не патологоанатом.

- Вообще-то патологоанатом вскрывает череп после смерти, а не живьем, кинул реплику Юрий Иванович.

- Ну, так что же? — слегка возмутился Селиверстов.

- А то, что никто, кроме хирургов, увидеть живьем мозг человека не может, а мозг Земли видит каждый человек. Но только альпинисты и туристы имеют возможность соприкасаться с мыслительной силой гор, поднимаясь на их вершины.

- Слушай, ведь и в самом деле на вершине горы человек ощущает эйфорию, не сравнимую ни с чем на свете, возбужденно проговорил Селиверстов. Почему возникает эта эйфория? Не только от того, что альпинист, превозмогая себя, смог подняться на вершину, но и от того, что на вершине человек начинает ощущать мысли гор. А они, эти мысли, сладкие, потому что они чистые.

- На оргазм во время секса похожа эта эйфория, - многозначительно вставил Юрий Иванович. - Я ведь тоже бывал на вершинах.

- Я не буду, Юрий Иванович, развивать эту мысль, смеясь, сказал Селиверстов, скажу лишь то, что йоги в Гималаях нам говорили, что Тот Свет слаще, чем секс. Отсюда какой вывод можно сделать?

- Какой?

- Человек на вершине горы соприкасается с Тем Светом, вот!

- Трогает его рукой, что ли?

- Да нет, - Селиверстов взглянул на Юрия Ивановича. - Когда человек стоит на вершине горы, он как бы стоит на вершине треугольника и как бы соприкасается с треугольными мыслями гор, связанными с мыслящим Космосом и, в частности, с Тем Светом. Поэтому человек на вершине горы чувствует свое единение с Вечным и подсознательно осознает суть Бытия. Поэтому чувство, называемое вершинной эйфорией, незабываемо. Люди, ощутившие это, становятся как бы рабами гор и из года в год поднимаются на вершины, чтобы еще и еще раз вобрать в себя прелесть Вечного.



- Красиво говоришь, прокомментировал Юрий Иванович. Только вот скажу, что среди моих знакомых альпинистов столько обреченно дернутых маньяков, что мне даже неприличным кажется.

- Ты в этом уверен?

- Один, помню, альпинист экзальтированный признался мне по пьянке, что у него есть мечта погибнуть на вершине Эвереста. Меня туда же зазывал вместе с ним.

- Так он погиб там?

- Да нет. Денег у него на это не хватило.

-Как это? — удивился Селиверстов.

- Дело в том, что за восхождение на Эверест надо заплатить непальскому правительству 50 тысяч долларов. А у него такой суммы не было, пояснил Юрий Иванович.

- Так он у тебя эти деньги просил?

- Нет. Предложил пойти с ним и разделить счастье... гибели на самой высокой вершине мира. Прямо говорил.

- Ну а ты что?

- Я что, чокнутый, что ли? Чтобы заплатить за свою гибель! И ему я денег не дал; я что, идиот, спонсировать самоубийство. Да таких денег у меня никогда и не водилось.

- Так он нашел деньги для... этого дела?

- Нет, до сих пор живой ходит.

- А...а...

- Что, нам на Земле делать нечего? Сам же говорил, Сергей Анатольевич, что Бог, создав человека, приказал ему следовать постулату реализуй себя сам. А альпинист этот, желающий красивой смерти в горах, подумал бы лучше о матери, детях, жене... противоестественно это, да и противобожественно.



- А знаете, что мне претит в альпинистах, лицо Селиверстова стало серьезным, дух покорения вершины. Я ее покорил! Она подо мной! Я сильнее ее! А если подумать о том, что Земля живое существо, а мы, люди, ее дети, то термин «покорять» звучит по меньшей мере глупо и высокомерно. Покорить мыслящее существо, породившее тебя...

Слушая слова Селиверстова, я на мгновение задумался о том, что сам в своей жизни «покорил» много вершин и даже, имея привычку брать с каждой вершины камень, собрал коллекцию «камней с покоренных вершин». Мне стало как-то стыдно за то, что всю жизнь я использовал словосочетание «покорить вершину», хотя существует нормальное русское выражение «совершить восхождение на вершину». Я, конечно же, был глуп и неразумен, когда исступленно карабкался по горным кручам и считал, что вот-вот, еще немного, еще чуть-чуть, и вершина покорится мне. Я, обвешанный веревками, ликовал и громко кричал на вершине, будучи во власти эйфории. Мне казалось, что гора покорилась мне.

Постепенно, с возрастом, я несколько поумнел и стал смотреть на горные вершины с чувством непонятного вожделения, как бы упрашивая вершину допустить меня до ее главной верхней части. Я примитивно называл это горным опытом, осознавая, что при восхождениях почти все зависит от погоды, которая в горах имеет склонность быстро меняться, порой наказывая восходителя смертельным ураганом. Нередко в моей голове копошились мистические мысли, а когда, например, в самый неподходящий момент на скале начинали омерзительно ныть обмороженные ноги, я стал про себя приговаривать: «Боженька, помоги!» или «Гора! Пусти!» И только сейчас, когда невесть откуда взявшаяся мысль о том, что «гора думает», и поэма Марины Цветаевой подтолкнули мое воображение, я понял, что гору нельзя покорить. Она непокорна и громадна. Гору надо просто любить, а восхождение на ее вершину воспринимать как счастье, дозволенное тебе, и как прекрасную возможность соприкоснуться с чистой мыслью горы, связанную напрямую с Вечным. Конечно же, можно радоваться и тому, что ты преодолел перенапряжение, холод и опасности, почувствовав себя настоящим мужчиной, но больше всего надо радоваться тому, что гора допустила тебя до своей вершины, чтобы ты ощутил мощный разум гор. А гора допускает только тогда, когда ты идешь к ней с чистой душой.

Эта мысль о том, что к горе надо идти с чистой душой, крепко засела в моем сознании. Я стал представлять священную гору Кайлас и стал анализировать самого себя в том плане, что смогу ли я подойти к ней с чистой душой. Я даже начал волноваться, понимая, что налет греховности в моей душе присутствует в приличном порядке. Смогу ли? Уйдет ли при виде священного Кайласа предельно материализованный европейский апломб?

Но тут я себя поймал на мысли о том, что если я уж начал думать об этом, то я смогу подойти к священной горе с чистой душой. Мне стало легче.

Тогда, может быть, священная гора откроет свои секреты! Тогда, возможно, мы сможем увидеть то, что выпадает из поля зрения других людей! Что мы можем увидеть? Город Богов?

Место входа в легендарную подземную Вару, где был заново клонирован человек? думал я.

За столом у Ирины дома шло веселье. Уже пришли Равиль и Рафаэль Гаязович. Бессменный друг Ирины по имени Слава командовал прощальным застольем. Все смеялись, но... с каким-то оттенком грусти.

- А ты, Сергей Анатольевич, будешь восходить на гору Кайлас, если такая возможность представится? с некоторым сарказмом спросил Юрий Иванович, смачно откусив бутерброд с красной икрой.

- Я? Лично?

- Да, ты.

- Нет, не буду, - лицо Селиверстова стало серьезным. - По преданиям, которые я читал, на священную гору Кайлас восхождение запрещено или, вернее, считается святотатством. Говорят, что только сам великий святой Меларепа был на вершине Кайласа в незапамятные времена, когда боролся со злым магом. Во всей литературе, которую я читал, никто из паломников даже не имеет помыслов взойти на Кайлас.

- А европейцы или американцы не пытались восходить? — задал вопрос Слава.

- Вроде бы нет. Научных экспедиций туда не было, кроме того, что Рерих в суровых условиях мирового разброда хотел достигнуть Кайласа. Было там четыре альпиниста, хотевшие покорить Кайлас, но по неизвестным причинам они отказались от восхождения на священную гору и взошли на одну из близлежащих гор, после чего в течение годаполутора быстро постарели и умерли. Священная гора не позволила покорить себя и... наказала их только лишь за мысль об этом, вдохновенно сказал Селиверстов.

- В наступившем молчании раздался голос Ирины: Ребята, будьте осторожны, я надеюсь на вашу благоразумность. Запомните слова Цветаевой:

 

О когда б, здраво и попросту

Просто холм, просто бугор,

Говорят тягою к пропасти

Измеряют уровень гор...

 

Главное, мужики, авантюризм свой надо харчком сплюнуть и об пол растереть, дал напутствие Юрий Иванович.

 

 

Где она «Долина Смерти»?

 

Кто-то мне говорил, точно не помню, вновь заговорила Ирина, что в каком-то районе Тибета есть необычная гора, которая называется «Зеркало Царя Смерти». У меня такое предчувствие, что это «Зеркало» там, куда вы идете. Имейте это в виду. Не зря, наверное, назвали так. Кто он Царь Смерти? Почему эта гора называется зеркалом?

Возможно, именно там находится легендарная «Долина Смерти»? сделал предположение Равиль.

Возможно, вполне возможно. Но давайте подумаем вот о чем почему в горах Тибета есть место, связанное с понятием «смерть»? начал размышлять Селиверстов. Если подходить к понятию смерти с индуистской или буддистской точек зрения, то она отнюдь не страшна и является всего лишь переходом в иное (волновое) состояние жизни. Отсюда следует, что «Долина Смерти» есть место, кем-то сотворенное в горах для облегчения перехода в мир иной.

- Убивающее, что ли, место? спросил Юрий Иванович.

- Или для самоубийств?

- Да, убивающее, - нервно ответил Селиверстов, но...

- Странно, проговорила Ирина, что смерть воспринимается людьми как трагедия или наказание, а от понятия «Долина Смерти» веет чем-то возвышенным и одухотворенным. К чему бы это?

- Смерть смерти рознь, глубокомысленно произнес Селиверстов. По поверьям, в которых описывается «Долина Смерти», человек, умерший там, возносится сразу в рай, а умерший в другом месте... м... м... не сразу в рай.

- А куда? - усмехнулся Юрий Иванович.

- Ну откуда я знаю! Откуда! заохал Селиверстов.

- Что-то глубинное и очень сакральное таится в этой «Долине Смерти», вздохнула Ирина.

- Был у меня знакомый, когда я работал на трассе, Лехой звали... начал было Юрий Иванович.

- Позвольте мне развить мысль и постарайтесь не перебивать меня, взмолился Селиверстов.

- Валяй, утвердительно кивнул Юрий Иванович.

- По легенде, в «Долину Смерти» приходят йоги, чтобы умирать. Причем, они садятся, настраиваются и умирают безо всякого насильственного акта. И делают это только йоги, а не паломники. Паломникам, вроде бы, это не позволено. Мы в ходе предыдущих гималайских экспедиций поняли, что йоги большую часть времени медитируют, своим Духом пребывая на Том Свете, а телом оставаясь на Земле. Йоги как бы живут на Том Свете...

- Который слаще, чем секс, - не удержался и вставил Юрий Иванович.

Селиверстов строго посмотрел на него и продолжал:

- Общаясь там, на Том Свете, с духами умерших людей и другими иерархическими уровнями этой формы жизни, йог рано или поздно получает задание покинуть Землю. А оттуда, сверху, как говорится, виднее, в каком месте Земли лучше всего совершить «обряд» перехода в мир иной. Йог, живущий в горах и имеющий способности мысленно общаться с горами, знает, в каком месте гор находится это «смертельное место», откуда можно попасть именно в искомое и уже определенное место Того Света.

- Поэтому только йоги могут полноценно воспользоваться «Долиной Смерти». Если это сделает обычный паломник, то того эффекта не будет; будет как обычно, как при земной смерти.

- Интересно, а каков все же механизм смерти физического тела в «Долине Смерти»? Ведь что-то же должно убить тело, задался вопросом я.

- Я думаю, что «Зеркало Царя Смерти» убивает, угрюмо проговорил Селиверстов. Равиль тяжелым взглядом посмотрел на него и спросил:

- А сможем ли мы обнаружить в горах «Зеркало Царя Смерти» и не входить в эту «Долину Смерти»? У нас ведь нет точных сведений и вряд ли будут.

- А может быть, легенды о «Долине Смерти» и «Зеркале Царя Смерти» всего лишь вымысел, всего лишь фантазия отрешенных людей с воспаленным сознанием? - высказал сомнение Рафаэль Гаязович.

- Который год уже мы ходим в экспедиции по легендам, и каждый раз легенды находят научное подтверждение, парировал Селиверстов.

Несмотря на то, что я ученый материального толка, я вынужден ответить на вопрос Равиля так: у нас нет другого выхода, как идти к священной горе с чистой душой и слушать «шепот гор», надеясь лишь на свое подсознание, сказал я. Мне кажется, что «Долина Смерти» находится в районе Кайласа. А «Зеркало Царя Смерти», на мой взгляд, является составной частью Города Богов.

- Несладко... слушать «шепот гор», - хмыкнул Рафаэль Гаязович.

 

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.025 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал