Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Изображение лица в природном материале




Скульптурное изображение человеческого лица может быть выполнено в романтическом, гротесковом или в реалистическом стиле. Перед автором стоит задача – воплотить образ в дереве так, чтобы природная фактура материала стала естественным дополнением или составной частью произведения. Художник порой создает настолько выразительный образ, что кажется, будто его сотворила сама природа. Успех скульптора по дереву во многом зависит от понимания им декоративных возможностей данной породы, знания анатомии человека, собственной фантазии, умения видеть образ в материале, чувства пластики и уровня мастерства при обработке древесины.

Методы работы Степана Эрьзи
И вновь хотелось бы обратиться за примером к произведениям замечательного скульптора Эрьзи. Именно его творчество стало началом нового подхода в романтическом изображении человека с использованием внешней декоративности и внутренней красоты дерева как естественной части произведения. Огромные кряжи аргентинских экзотических пород (кебрачо, альгарробо, урундая) дали художнику возможность для неожиданного пластического воплощения реалистических и символических образов, исполнения их с виртуозным мастерством.
Он талантливо использует неповторимые извивы стволов и сучьев, свилеватые наросты, редкостную красоту фактуры, великолепный цвет плотной и очень твердой древесины.


Фото 192. С. Эрьзя. Пламенный. Кебрачо, 80 см

Словно выветренная, испещренная поверхность дерева превращается то в развевающиеся пряди женских волос, то в извивающиеся змеи-волосы на голове мифологической горгоны Медузы. Скрученный сувель под поющей фрезой оживает, становясь головой «Мыслителя». Иногда Эрьзя применял способ соединения отдельных кусков материала в целый массив, создавая задуманный образ. Места стыковок склеивал так умело, что подчас их невозможно обнаружить. Секреты свои раскрывать не любил, многие хитрости мастера так и остались неразгаданными.
Некоторыми вопросами технологии поделились со мной его ученицы Ю.А. Кун и Е.И. Мроз, несколько лет помогавшие мастеру. Одно время мне посчастливилось поработать в их мастерских, где я заканчивал и реставрировал их скульптуры из дерева. Многое узнал и от первого советского посла в Аргентине Михаила Григорьевича Сергеева, который помог вернуть творчество мастера в нашу страну, и от художника Владимира Григорьевича Сутеева, много лет общавшегося с Эрьзей, а также от писателя Юрия Константиновича Ефремова, который принимал активное участие в судьбе мастера, особенно в последние годы его жизни. С большим интересом слушал и записывал все, что рассказывали они об Эрьзе, его творчестве.
Вернемся к некоторым приемам мастера в работе. Скульптор создает нередко только лицо или часть его, оставляя большую поверхность материала нетронутой, но и этого вполне достаточно, чтобы произведение стало выразительным. По-новому решенная пластика, тщательно обработанная, отшлифованная поверхность подчеркивается контрастом необработанной поверхности дерева. Творчество человека и природы соединилось в одно целое, многократно усилилось, превращаясь в гармонию высокого искусства. Образ создается собирательный, без натуралистического копирования. Автора в таких работах интересует не конкретное лицо и схожесть, а внутренняя правда, эмоциональность, состояние души и ее красота. Эрьзя стремится минимальными пластическими средствами достичь максимальной художественной правды, отражая свое переживание и небезразличие к теме или к образу.




Фото 193. С. Эрьзя. Обнаженная. Кебрачо, 200 см

Интересны и технические особенности выполнения таких работ. Прекрасно зарекомендовала себя в обработке твердых, свилеватых пород бормашина С. Эрьзи. Мощность ее 500 Вт, вращение вала 5 тыс. об/мин, ременная передача рассчитана на три дополнительные скорости. Гибкий вал рукава толщиной 8 мм, наконечник с цанговым зажимом для фрез до 50 мм в диаметре с шестимиллиметровым хвостовиком. Двигатель с ременной передачей, закрытый металлической сеткой, крепится на вращающейся оси к мощной станине. Работать такой установкой очень удобно. Шарообразные формы фрез предопределяют текучую, мягкую пластику поверхности. И когда смотришь на произведения Эрьзи, создается впечатление, что другой способ обработки в данном жанре просто неуместен.
Скульптор часто отказывается формировать подробности объема глаз или делает контробъем, создавая пластический образ, который работает еле заметным рельефом и бликами. Зрачка (в привычном понятии) нет, но мы чувствуем и даже видим взгляд человека благодаря высокому мастерству автора. Лицо предельно обобщено, усилены и подчеркнуты основные, характерные детали, ничего лишнего и отвлекающего. Трещины и пустоты зашпаклеваны мелкими опилками древесины данной породы, смешанными с клеем. Ю.А. Кун, которая была с Эрьзей в Аргентине, рассказывала, что в 1930-х годах он использовал авиационный клей.




Фото 194. С. Эрьзя. Портрет девушки. Кебрачо, 50 см

Окончательную обработку поверхности Эрьзя завершал в одних случаях фрезой с крупной насечкой или рифлевкой, в других – циклевал осколком стекла лампы большой мощности. Наждачной шкуркой шлифовал редко. Иногда там, где текстура ярко выступала, мешая пластической форме, он заглушал ее плотным покрытием тушью.
Если в материале не хватало объема для создания какой-либо детали лица, добавлял незастывшую массу клея с пыльцой породы, которая склеивалась намертво. После затвердения восстанавливал то, чего недоставало, фрезой бормашины. Иногда заполнял трещины плотно расположенными пробками данной породы. Такая технология применена в произведении, хранящемся в Саранске, – в мужественном лице «Пламенного». К сожалению, время и новая для данной породы климатическая обстановка со сменой температуры, влажности, давления сделали свое дело: тщательно заделанные швы стали заметны. Когда реставраторы шпаклевали работы Эрьзи из кебрачо опилками бука, подкрашенными в шоколадный цвет акварелью, они, на мой взгляд, делали это некачественно. Вставки следует делать только из древесины равнозначной породы. Иначе различие внутренних структур, текстурных данных со временем выявляется, давая отрицательный эффект. Это подтверждает и мой опыт.


Фото 195. С. Эрьзя. Моисей. Альгарробо, 197 см

Одна из удивительных скульптур – двухметровой высоты голова библейского пророка Моисея (фото 195).
Гневный взгляд из-под нахмуренных бровей, напряженный лоб, прямой нос, разлохмаченные в нервном порыве усы и борода – все говорит о сверхчеловеческой мощи монументальной личности. Музеи Америки предлагали за него огромные суммы денег, но художник не расстался с любимой работой и подарил ее своей родине. Теперь выдающееся произведение находится в Мордовском музее изобразительных искусств имени С. Эрьзи среди сотни других замечательных его творений. Из множества отдельных, умело соединенных кусков альгарробо собран гениальной человеческой рукой монолитный образ мифологического героя. Думается, одной этой скульптуры достаточно, чтобы заслужить всеобщее признание.
Об удивительном скульпторе и своеобразных его произведениях можно говорить много. Эрьзя – явление в изобразительном искусстве, его уникальное творчество не всегда поддается описанию, оно познается на уровне чувств, эмоционального восприятия.
Очень хотелось бы, чтобы резчик, увлекшийся работами в дереве, внимательно изучал творчество скульптора, старался понять его подход к работе, разгадать технологию и способы обработки материала. Знакомясь с его биографией, анализируя пластические приемы, технические тонкости, думается, вы найдете ответы на многие, ранее не решенные вопросы. Альбомы с репродукциями его работ могут послужить пособием для изучения пластики. Бесспорно, она сложна. Для освоения технических приемов рекомендовал бы скопировать несколько образов. И, почувствовав уверенность, попытаться найти свой подход. Возможно, он будет удачен: кто ищет, тот быстрее найдет.
Имея собственный небольшой опыт в данном направлении, постараюсь вкратце изложить технологию на нескольких примерах. Мое изучение в начальной стадии также основывалось на творчестве скульптора Эрьзи. Других, более убедительных художников в этом направлении встретить не пришлось. Позже увидел скульптуры, выполненные в 1930-х годах его ученицей Ю.А. Кун, которая использовала кебрачо, бормашину, работала в манере Эрьзи, но пластические возможности и уровень ее исполнения значительно отличались.

<<

>>

Прежде чем подступиться к сложному жанру, я попытался на кусках древесины потренироваться в вырезании женского и мужского лица с пластикой, предложенной Эрьзей, без природного дополнения. Когда же в руках оказался великолепный свилеватый нарост дуба 50 см высотой, появилось желание попробовать свои силы: уж больно удачный материал. Причудливый сувель спиралью обнимал ствол, напоминая вспененную волну или скорее бороду мудреца. Оставалось вырезать само лицо так, чтобы декор природы стал естественной составной частью произведения. Создавая скульптуру, старался понять, как творил великий мастер, какими приемами пользовался. Это было скорее изучение его творчества, чем вырезание своего образа (фото 196), подражание, повторение приемов. Глаза сделал контррельефом, усилил выпуклости лба, нахмурил брови – как умел, соединил обобщенную пластику лица с природной основой. Работу выполнял стамесками и ножом. Старательно проработал шкуркой до естественного блеска древесины. Цвет дуба приятного коричневого оттенка соответствует образу, тонировка не потребовалась. В завершение покрыл горячим воском и растер суконкой.


Фото 196. Вспоминая Эрьзю. Дуб, 50 см. Находится в музее его имени в Саранске

Считаю, первая попытка не очень удалась, позже пришло решение более, думается, правильное. Из такого уникального сувеля мог бы получиться неплохой портрет Льва Толстого. И все же это начало вселило уверенность и дало возможность попробовать себя в новом направлении, преодолеть психологический барьер. Появилось радостное чувство прикосновения к великому, удивительному творчеству мастера.

«Тишина»
Приобретя первый опыт, решил следующую композицию усложнить. Тему подсказал один из плакатов с изображением матери и ребенка. Нашел подходящий сувель березы, частично окаймленный корой, и приступил к работе. Форма и размеры наплыва не позволяли уместить голову женщины с прической, пришлось заменить образом мужчины. В пластике Эрьзи вырезал лицо отца и доверчиво прижавшееся к нему личико спокойно спящего ребенка. Назвал работу «Тишина» (фото 197), имея в виду мир после отгремевшей страшной войны.
Убирал лишнее с заготовки стамеской и ножом. Сложность, по неопытности, была немалая. Сувель из-за закрученных слоев с повышенной плотностью трудно поддавался резцам, задирался и скалывался, но было удовольствие в преодолении малознакомых качеств материала. Очень хотелось подчинить свилеватость древесины. С практикой все лучше понимал возможности породы, ощущал необходимость применения бормашины, которую еще не приобрел.


Фото 197. «Тишина». Береза-сувель, 42 см

После обработки шкуркой поверхность заиграла легким перламутровым блеском, что усилило настроение внутреннего спокойствия. Лица словно засветились. Для достижения цельности композиции, как бы единого мира для двоих, поверхность сувеля вокруг лиц оставил нетронутой. Покрытие горячим воском усилило блики, выявив плотность материала.

«Лес дремучий»
Другой срез части огромного березового сувеля, в 80 см высотой, не потребовал долгих размышлений для разгадывания. При первом же взгляде увидел лицо самого леса с лохматой головой и густой бородой. Образ уже был готовый, даже формы носа, бровей, лба полностью сформированы природой до меня. Требовалось только слегка выявить и усилить впадины глаз и форму губ в уже существующей легкой улыбке. В первый раз воспользовался бормашиной для формирования лица. Старался пластически угадать предложенный природой образ. Волнистость свилеватых слоев наплыва соответствовала дряблости лица старца. Фреза смягчила переходы в объемах, обработка шкуркой усилила рисунок текстуры, легкая тонировка морилкой помогла окрасить нетронутые места поверхности сувеля – и образ леса ожил (фото 198).


Фото 198. Образ леса. Береза-сувель, 55 см

Хотелось бы вновь обратить внимание на затронутую ранее немаловажную тему. Еще до моего прикосновения к дереву резцом на нижней части «лица» были следы резаных ран от чего-то острого, заметны эти зарубки на носу. Видимо, в лесу кто-то тренировался в меткости, втыкая нож или туристский топорик в растущее дерево, и не задумывался, возможно, что оно живое и чувствует боль.
Вспомнил и такой пример. Как-то встретил в Подмосковье изуродованную, засохшую яблоньку, из ствола которой торчали куски вросшей колючей проволоки. Возможно, во время войны или после затянули на ней этот «символ насилия», а искореженные два сучка, вскинутые вверх, будто руки, взывали о помощи, страдая. Защемило у меня в душе, захотелось показать людям. Привез в мастерскую, смастерил подставку-постамент, вырезал к подножию два тюльпана из розового дерева, составив композицию «Память». Стояла она не раз на выставках. Все это примеры недоброго отношения человека к природе.

Аргентинка
В произведениях Эрьзи встречаются великолепные портреты женщин разных национальностей, созданные из дерева на природной основе. Он собирался изваять целую галерею представительниц прекрасного пола наших республик, но кончина не позволила осуществить эту мечту. Восхищаясь красотой, сотворенной большим художником, я решил попробовать свои силы в разработке и этой интересной темы.
В запасах материала нашел небольшой, сплошь покрытый корой срез сувеля березы 40 см длиной, в форме которого угадывалась женская головка с длинной красивой шеей. Материал был плоский, толщиной 12 см, позволял вырезать барельеф профиля. Поставил задачу решить образ на основе пластики Эрьзи, применяя только резцы и шкурку без бормашины, а березовый нарост захотелось приблизить по цвету к кебрачо.
Очистил места для лица и шеи, максимально оставляя декоративную кору для прически. Вырезая детали, для большей выразительности немного развернул глаз на зрителя, как это было принято в искусстве Древнего Египта. Нос оставил в одну линию со лбом без переносицы – казалось, так будет экзотичнее. Фоном ему послужила прядь волос из оставшейся коры. Губы старательно проработал в легкую улыбку (фото 199).
Резать было нелегко, на каждом сантиметре приходилось искать направление среза, иначе одолевали сколы. Когда форма и детали были закончены, тщательно проработал шкурками, уточняя каждый объем. Зная об опасности снятия лишнего при чрезмерном шлифовании, начинал его с более глубоких и неудобных мест. Выступившая после этого текстура свилеватых слоев мешала рельефу. Тонировка морилкой устранила цветовую пестроту, создав единую монолитную поверхность. Покрытие воском и последующее полирование суконкой усилили блики, подчеркнули объем деталей.


Фото 199. Аргентинка. Береза-сувель, 60 см


Фото 200. Ветер. Дуб, 36 см


Фото 201. Профиль. Береза-сувель, 38 × 45 × 20 см


Фото 202. Модница, Кебрачо, 44 см


Фото 203. Посиди, подумай! Липа-кап, 55 см


Фото 205. Вдохновение. Кебрачо, 21 см


Фото 204. Портрет. Липа, 40 см


Фото 206. Девушка с косой. Береза-сувель, 20 см


Фото 207. Сон. Береза-сувель, 15 см


Фото 208. Любовь. Береза-сувель, 35 × 45 × 18 см


Фото 209. Юность. Липа-сувель, 60 см

Общая форма композиции, сужающаяся книзу, как бы напрашивалась быть закрепленной на подставке из бруска темного цвета. С тыльной стороны скульптуры укрепил впотай металлический арматурный стержень, который с усилием воткнул в отверстие подставки, просверленное заранее. Такое крепление не лишило легкости и придало достаточную устойчивость композиции.

Гротеск в деревянной скульптуре
Другое (думается, не менее интересное) направление в области деревянной скульптуры – это создание гротеска. Тему часто подсказывает сама природа. Нарост на стволе порой настолько напоминает будущее лицо, что при первом же рассматривании обнаруживаешь тот или иной очень конкретный образ, требующий небольшой доработки. Обратите внимание на скульптуру «Мой сосед», показанную на фото 210. Можете не поверить, но его «лицо» я не придумал, именно таким оно было создано самим лесом. Форму лба оставил нетронутой, искаженная улыбка, бородавки на носу и щеке – все было. Не меньшее удивление вызвало расположенное на нужном месте, правильное по форме огромное, но единственное ухо. Возникла ассоциация с человеком, готовым постоянно подслушивать, что говорят соседи. Жаль, не сфотографировал наплыва перед проработкой образа, иначе можно было бы убедиться, что мое прикосновение было совсем незначительным. Попытался оживить глаза, обозначив зрачки, уточнил форму носа и рта. Резкие переходы, контрастные тени объемов потребовали резьбы стамеской и ножом без бормашины. Поверхность оставил со следами резца, желая придать ей нервозность и беспокойство.


Фото 210. «Мой сосед». Береза-сувель, 46 см


Фото 211. Себе на уме. Береза-сувель, 45 см


Фото 212. Можжевельник, 15 × 14 × 2 см, заготовка


Фото 213. Профиль. Выполнен бормашиной


Фото 214. Начало работы. Сувель, 30 × 45 × 30 см


Фото 215. Работаю бормашиной С. Эрьзи

Гоголь
Добиться в портрете внешней схожести, внутренней правды и эмоционального настроя, как вы убедились, дело сложное, но очень интересное. Еще больше проблем, если работа создается на основе природного материала с заранее предлагаемой формой и декоративной условностью, которую необходимо с максимальной пользой подчинить данному портрету. Техника выполнения в своей основе мало отличается от предыдущих работ. Пластику лица в портрете также следует решать достаточно обобщенно и декоративно, созвучно природе, но не в ущерб схожести, психологичности.


Фото 216. Композиция готова. Детское лицо прошкурил


Фото 217. Мой отец. Береза-сувель, мореная и натертая щеткой

Расскажу об одной своей попытке создать конкретное лицо из сувеля березы (фото 218). В преддверии 175-летия Н.В. Гоголя я получил заказ на изготовление его скульптурного портрета. Без особого энтузиазма, хотя с детства любил гоголевские рассказы, я согласился и начал изучать все имеющиеся изображения великого русского писателя. Образы, созданные его современниками, художниками Ф. Моллером и А. Ивановым, знакомы всем со школьной скамьи. Несколько портретов дали мне в библиотеке его имени. Удалось увидеть и единственный снимок – дагеротип, сделанный в Италии. На нем совсем другой Гоголь – конкретный человек, а не художественный образ.

 

<<

>>

Для портрета отобрал большой березовый наплыв, напоминающий голову, и начал работать. Решил резать сразу в дереве, без предварительного эскиза в глине, что осложняло задачу. Закрученное строение сувеля препятствовало обработке, диктуя свои условия. Но личность Гоголя в процессе создания портрета настолько меня увлекла, что начальные сомнения были забыты и я не прекращал работы. Двадцать дней жил на каком-то подъеме, убирая лишнее с поверхности материала. Меня не покидало ощущение, что лицо там уже есть, осталось снять все, что мешает, загораживает его от меня. Это было счастливое время. Вспоминаются слова скульптора Эрьзи: «Пока режу, я живу». Не стал выделывать подробности глаз – зрачки. Пряди волос оставил крупными массами. Для портрета использовал метод обобщенной пластики, стараясь создать не натуралистическую схожесть, а монументальный собирательный образ писателя, творца «Мертвых душ», «Ревизора» и других замечательных произведений.


Фото 218. Н. Гоголь. Береза-сувель, 50 × 50 × 40 см

Мемориальный музей «Дом Гоголя» в Москве приобрел портрет. Теперь он в доме, где жил и скончался замечательный писатель. Для автора это признание его труда. Теперь он для всех и навсегда.

Лев Толстой
Образ Толстого как человека и мыслителя интересовал всегда. Давно было желание изваять его портрет, но боялся не осилить задачи. Когда мне подарили кебрачо, решил, что это достойный материал для портрета русского гения. Один из кусков напоминал голову с развевающейся бородой. Он и стал основой композиционного решения. Размеры были небольшие, всего 22 см высоты, возможности ограничены. За основу взял набор фотооткрыток. Эскиза в пластилине не делал, было желание испробовать свои возможности, работая сразу в материале, как чувствую и понимаю, без прикидок. От создания основной формы до выделывания фактуры поверхности работал бормашиной. Удивительное чувство, когда на твоих глазах рождается знакомое лицо из-под певучей фрезы, снимающей мельчайшие частицы плотного, сопротивляющегося материала.


Фото 219. Лев Толстой. Кебрачо, 22 см


Фото 220. Работаю над портретом бормашиной

Какое-то непонятное состояние было в течение всей недели работы. Мной владело мощное желание преодолеть, достигнуть, хотя бы чуть-чуть прикоснуться к великому творцу и рассказать о нем другим. В минуты творчества чувствовал себя бесконечно счастливым, наполненным единым порывом вдохновения. Считаю, что это один из удавшихся портретов, и лучшей оценкой для меня стало приобретение его московским Музеем Л.Н. Толстого на ул. Пречистенка.
Если почувствуете влечение к жанру скульптурного портрета и встретите интересного по красоте лица или делам человека, не ждите вдохновения, начинайте работать, вкладывайте душу и мастерство, создавайте неповторимый образ.

Степан Эрьзя
С начала увлечения изобразительным искусством своим учителем считаю скульптора Степана Эрьзю. В знак благодарности не раз обращался к его образу. На фото 221 вы видите седьмой портрет, выполненный из сувеля березы 60 см высоты. Форма нароста очень напоминала голову. Работал стамесками без бормашины. Часть ствола над головой убрал. В финале заморил и покрыл воском.
На торжественном вечере в Саранске к 115-летию скульптора подарил портрет Эрьзи Мордовской республике. Теперь он хранится на родине скульптора в музее села Баева.
Следующий портрет задумал в 2006 году к его 130-летию. Появилось желание создать образ из дерева кебрачо, в котором работал Эрьзя, и его же инструментом. Хотелось лучше понять, что чувствовал мастер в минуты творчества. Его стамески мне подарила Елена Мроз, а аргентинскую бормашину 1930 года Юлия Кун – обе его ученицы.
Определив место, форму и размер лица, снял стамесками лишнее до обобщенного образа. Уточнил расположение носа, глаз, рта, наметил пряди волос, усов, бороды. Когда до поверхности лица осталось 1–2 см, начал работать бормашиной, уточняя подробности деталей. Строение древесины кебрачо свилеватое, поэтому стамесками сложно создавать окончательную поверхность формы. Пластика лица от бор-фрезы создается более текучей с «мягкими» переходами меж деталями. Это значительно отличается от резьбы стамесками, резцами.
Фон за головой с природной фактурой сохранил, не нарушив бормашиной. Работать с удивительным материалом особое удовольствие.
Этот портрет стоял на выставке в честь 130-летия С. Эрьзи в московской Галерее на Песчаной рядом с его бывшей мастерской.


Фото 221. Портрет С. Эрьзи. Береза-сувель, 80 см. В музее села Баева – родины скульптора


Фото 222. Массив кебрачо, 45 × 45 × 45 см. Исходный материал к портрету Эрьзи


Фото 223. Эрьзя – мой учитель. Использовал его стамески и бормашину


Фото 224. Благодарственное письмо от Мордовского республиканского музея изобразительных искусств

На этом сложном жанре я завершаю описание методов резьбы по дереву. Надеюсь, благодаря этой книге вы, уважаемый читатель, откроете для себя удивительный мир творчества и, терпеливо постигая его тайны и законы, добьетесь успеха.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.011 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал