Студопедия

Главная страница Случайная страница

Разделы сайта

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Испания в VIII — середине XI в.






 

Мусульманское завоевание Испании. К концу VII в. арабы завершили покорение византийских владений в Северной Африке, и в 709 г. их первый отряд высадился на территории Вестготского королевства. Кроме арабов в завоевании участвовали коренные жители Северной Африки — берберы, незадолго до того приняв­шие ислам. В 711 г. началось их вторжение в Испанию. Вестгот­ское войско значительно превосходило врага численно, однако потерпело сокрушительное поражение в первой же крупной бит­ве; к 714г. сдались все крупные крепости королевства. Арабы и берберы (в христианском мире их обычно называли маврами) за­хватили вестготские владения и к северу от Пиренеев, однако их продвижение в глубь Франкского королевства было остановлено Карлом Мартеллом.

Слабость Вестготского королевства была обусловлена острыми внутренними социальными и политическими противоречиями. Крестьянство бьио отягощено повинностями и государственны­ми налогами; знать вела ожесточенную борьбу за престол, по­скольку принцип наследования королевской власти здесь так и не утвердился; огромное влияние католической церкви вызывало недовольство части светской знати, а также проживавших в стра­не ариан и иудеев. Поэтому основная масса населения довольно безразлично отнеслась к вторжению арабов, а некоторые представители господствующей верхушки (например, архиепископ Севильи) даже помогали им. Серьезное сопротивление мавры встретили лишь на гористом севере полуострова, где несколько позже сформировались испано-христианские государства.

Мусульманская Испания. До 755 г. мусульманская Испания (или ал-Андалус) входила в состав Дамасского халифата. Когда власть там захватили Аббасиды, представитель свергнутой династии Омейядов Абд ар-Рахман сумел утвердиться в ал-Андалусе и про­возгласил себя эмиром. Его столицей стал город Кордова. В 929 г. эмир Абд ар-Рахман III окончательно утвердил независимость арабской Испании от других исламских государств, присвоив себе титул халифа. X век был вершиной политического могущества ал-Андалуса, однако вызревавшие в это время тенденции феодаль­ной раздробленности вызвали в 1008—1031 гг. серию междоусо­биц и дворцовых переворотов, что привело к распаду халифата на несколько десятков независимых княжеств-тайф, крупнейшими из которых были Кордовская, Толедская, Севильская, Валенсийская, Сарагосская тайфы.

В экономическом отношении мусульманская Испания представ­ляла собой процветающий регион раннесредневековой Европы. На юге полуострова были созданы ирригационные системы, по­зволившие значительно поднять урожайность традиционных куль­тур (зерновых, винограда и др.) и начать культивирование новых (сахарный тростник, рис, хлопок, некоторые овощи и фрукты). В центральных районах страны получило широкое распространение перегонное овцеводство. Значительная часть завоевателей осела и городах, которые быстро превратились в торгово-ремесленные центры. Ал-Андалус славился своими тканями, керамикой, изде­лиями из металла и кожи. Несмотря на сложные отношения с остальным исламским миром, арабская Испания активно торго­вала на Средиземном море, ее монета обращалась на огромной территории от Индии до Ирландии. Экономическое благополу­чие отличало ал-Андалус вплоть до его окончательного покоре­ния христианами в XV в., делало его города привлекательной це­лью для военных походов.

Социальный строй ал-Андалуса свидетельствует о специфичности местного варианта феодализма. В сельском хозяйстве господствовало мелкое крестьянское хозяйство при фактически полном от­сутствии домена. Не получили развития прикрепление крестьян к земле и связанные с ним тяжелые формы личной зависимости. Крестьяне, как правило, арендовали на тяжелых условиях (до 2/3 доходов с земли) участки у крупных землевладельцев (воинов, чиновников, придворных и т.п.), проживавших обычно в горо­дах, а также платили значительные налоги в казну. В отличие от других западноевропейских стран раннего средневековья плате­жи взимались главным образом деньгами.

Политическое развитие ал-Андалуса даже в период халифата с его централизованной и развитой администрацией отличалось относительной нестабильностью. Правители отдельных террито­рий, особенно окраинных, нередко добивались реальной автоно­мии от Кордовы. Постоянно вспыхивали мятежи, вызванные про­тиворечиями между племенными группировками арабов, между арабами и берберами. Непросто складывались и отношения завоевателей с местным населением. Значительная часть его приняла ислам, другая, сохранив свою религию, усвоила язык и культуру мавров (таких называли мосарабы, т.е. арабизированные). Тем не менее эти категории населения не были полноправными, часто поднимали восстания, особенно в периоды усиления му­сульманского религиозного фанатизма. Главным очагом таких восстаний был город Толедо.

Высокоразвитая городская цивилизация мусульманской Испа­нии стала базой для невиданного в раннесредневековой Западной Европе развития культуры. В светских и религиозных школах Кор­довы, Севильи, Толедо изучались право, философия, история, причем здесь учились и выходцы из христианской Европы. Биб­лиотека кордовских халифов насчитывала более 400 тыс. свитков, в том числе переводы античных и византийских авторов. Дея­тельность андалусских ученых и переводчиков сыграла большую роль в становлении европейской средневековой науки; сюжеты и художественные приемы испано-арабской литературы активно заимствовались писателями и поэтами других стран; арабская лек­сика обогатила все европейские языки, в особенности испанский и португальский.

Возникновение испано-христианских государств и начало Реконкисты. В ходе завоевательного похода 709—714 гг. арабам не уда­лось покорить небольшую территорию между Кантабрийскими горами, Пиренеями и Бискайским заливом. Эти земли, заселенные кантабрами, астурами, басками[5], не смогли в свое время захватить ни римляне, ни готы, здесь почти не получили распространения процессы феодализации. Бежавшие в Астурию немногочисленные остатки вестготского войска получили поддержку местного населе­ния. В 718 г. близ местечка Ковадонга был разбит арабский отряд, посланный для ликвидации этого последнего очага сопротивле­ния. Командовал победителями Пелайо, родственник последнего готского короля; он был провозглашен первым королем Астурии.

К концу 50-х годов VIII в., воспользовавшись междоусобицами в ал-Андалусе, астурийские короли сумели захватить земли, в не­сколько раз превосходившие по площади первоначальную терри­торию государства. Часть этих земель (Галисия) была присоеди­нена, часть опустошена. На границах образовалась своеобразная заградительная полоса от арабских набегов, которая служила одно­временно земельным фондом, пригодным для колонизации и хо­зяйственного освоения (они зафиксированы в источниках уже в самом начале IX в.). Процесс возвращения и колонизации испа­но-христианскими государствами занятых мусульманами терри­торий получил названия Реконкиста (по-испански — отвоевание).

Стабильность этого процесса и его конечная победа в XV в. были обусловлены тем, что все группы населения христианских терри­торий по тем или иным причинам были заинтересованы в Рекон­кисте. Феодалы в ходе завоеваний получали новые земли, долж­ности в администрации покоренных областей, укрепляли свою самостоятельность по отношению к центральной власти. Церковь не только получала обширные земельные пожалования, но и учреждала в бывших мусульманских владениях новые приходы, монастыри, епископства, использовала лозунги борьбы христи­анства против ислама для усиления своего идейного и полити­ческого влияния в обществе. Победы над ал-Андалусом обогаща­ли королевскую казну, упрочивали позиции и престиж короны как внутри страны, так и на международной арене. Крестьянство стремилось найти на новых территориях облегчение от сеньори­альных и государственных повинностей, приобрести землю, еще не поглощенную феодальными вотчинами. Города, которые ос­новывались в ходе Реконкисты или заселялись христианами пос­ле отвоевания, пользовались значительными льготами. Общим для всех участников войн с маврами было стремление к захвату бога­той добычи.

Реконкиста длилась почти восемь веков и имела свои особен­ности на различных этапах истории Испании. Так, до середины VIII в. для астурийской Реконкисты было характерно переселе­ние людей с юга на север, освоение внутренних районов королев­ства выходцами из разоренных войной территорий, а также эмигрантами-мосарабами. До середины IX в. заселение безлюдных пограничных земель велось на свой страх и риск отдельными крес­тьянами и вотчинниками. Позже, когда граница Реконкисты по­дошла к заселенным землям, замкам и городам, руководство ею взяла на себя королевская власть.

В конце VIII в. наряду с королевством Астурия на Пиреней­ском полуострове сложился еще один центр Реконкисты — вла­дения франков. Хотя поход Карла Великого на Сарагосу в 778 г. не был удачным, вскоре после него франкам удалось захватить территорию нынешней Каталонии. Там была создана Испанская марка с центром в Барселоне. Горные районы между Астурией, Каталонией и арабскими владениями переходили из рук в руки, пока в течение IX—X вв. здесь не образовались два небольших государства — королевство Наварра и графство Арагон. Таким образом, весь север полуострова был отвоеван у арабов.

В X — начале XI в. на политической карте Испании происходят серьезные изменения. После распада империи Каролингов на тер­ритории Испанской марки образуется фактически самостоятель­ное графство — Барселонское. Астурийские короли, отвоевав у мавров несколько крупных городов к северу от реки Дуэро, пере­несли свою столицу из Овьедо в Леон. Во второй половине X в., в период наивысшего расцвета халифата, Реконкиста приостанови­лась. Мусульмане под командованием талантливого полководца аль-Мансура неоднократно опустошали как Астуро-Леонское ко­ролевство, так и Барселонское графство. Королевская власть в Леоне в это время ослабела, большое влияние в стране приобрели фафы Кастилии, сумевшие объединить прежде раздробленные 1емли на востоке страны. В 1035 г. Арагон и Кастилия стали ко­ролевствами. В 1037 г. кастильский король Фернандо I разбил леонского короля и объединил под своей властью запад хрис­тианской Испании. Таким образом, к концу 30-х годов XI в. на Пиренейском полуострове сложились: королевство Кастилия[6], Наварра и Арагон, графство Барселонское с вассальными терри­ториями и около тридцати мусульманских княжеств.

Социально-экономический и политический строй Астуро-Леонского королевства. Север Пиренейского полуострова, за исключением побережья Каталонии, былотсталой окраиной как римской, так и готской Испании. Арабское завоевание, постоянные набеги с юга также препятствовали экономическому развитию региона. До XI в. Астуро-Леонское королевство было малолюдной аграрной страной. Жители небольших, удаленных друг от друга деревень занимались возделыванием злаковых (пшеница, ячмень) и техни­ческих (лен, конопля) культур. Под влиянием Реконкисты не­обычайно широкое распространение получило скотоводство. Оно требовало меньшего количества рабочих рук, чем земледелие; в случае военной опасности стада были гораздо менее уязвимы, чем посевы; пограничные территории с их благоприятным ландшаф­том и редким населением могли успешно использоваться под паст­бища; широкое применение конницы в войнах также стимулиро­вало развитие этой отрасли хозяйства. Поскольку названные фак­торы действовали на протяжении всей Реконкисты, скотоводство долго оставалось важнейшим элементом экономики средневеко­вой Испании. Кроме того, в Астуро-Леонском королевстве полу­чили развитие промыслы (рыболовство, добыча соли), домашнее и вотчинное ремесло. Торговля была слабой.

Источниками формирования зависимого крестьянства были: дифференциация в среде свободных кантабро-баскских общин­ников; переселение на север (вместе с вотчинниками) части за­висимого населения в процессе арабского завоевания; захват сво­бодных земель внутри страны вестготской и местной знатью и подчинение живущих на них общинников; включение в феодаль­ные вотчины завоеванных территорий и их населения; испомещение на земле пленных мавров. К середине X в. в королевстве складывается система феодальных повинностей. Поземельно за­висимые крестьяне выплачивали поземельный налог, отра­батывали полевые барщины. Лично зависимые кроме того пла­тили подушную подать, поборы за право наследовать имущест­во, вступать в брак вне вотчины. Потребности Реконкисты обусловили весомую долю служб и платежей военно-адми­нистративного характера (военный налог, налоги и отработки по ремонту дорог, укреплений, мостов) в системе повинностей. Существенное значение имели поборы за пользование покосами и пастбищами.

Тем не менее, несмотря на разнообразие и обилие феодальных повинностей, в Астуро-Леонском королевстве не сложились пред­посылки для развития особенно тяжелых, жестких форм крестьян­ской зависимости. Необходимость колонизации новых земель за­ставляла вотчинников и королевскую власть предоставлять пере­селенцам льготные условия поселения, частыми были случаи бегства крестьян на свободные территории близ южной границы. В такой обстановке даже в глубинных районах страны феодалы были вынуждены смягчать эксплуатацию; серваж исчез уже к XI в. Кроме того, свободные крестьяне составляли важный источник пополнения войска, что побуждало государство заботиться о со­хранении данной категории населения. С X в. кастильские графы даже предоставляют свободным крестьянам, способным содержать боевого коня и снаряжение, некоторые привилегии, сближавшие таких крестьян (их называли кабальеро-вильяно) с низшими сло­ями господствующего класса. Свободное крестьянство пополня­лось и за счет привлечения на пустующие земли переселенцев-мосарабов из ал-Андалуса.

В состав господствующей верхушки Астуро-Леонского королев­ства входила высшая светская знать, средние и мелкие служилые феодалы (инфансоны), крупное духовенство. Феодальная вотчина здесь отличалась относительно неразвитым доменом; значительную роль в доходах феодалов помимо поземельных платежей играли поступления от военной добычи, отправления судебных и адми­нистративных должностей. Наибольшая концентрация крупного вотчинного землевладения наблюдалась в Галисии, наибольшее распространение мелкого крестьянского и вотчинного землевла­дения — в Кастилии.

Астуро-Леонское королевство было раннефеодальным государ­ством. В VIII в. король в значительной степени являлся еще воен­ным вождем, опиравшимся на вооруженную силу свободных об­щинников, лишь к X в. утвердился принцип наследования вер­ховной власти, сложилась достаточно примитивная система центральной и местной администрации (королевский совет, двор­цовые графы, судьи и графы на местах). Большую роль в военной организации наряду с феодальными дружинами продолжало играть крестьянское ополчение. Особенностью внутрифеодальных отно­шений было сравнительно слабое распространение иммунитетов, замедленное превращение бенефициев (в Испании они назывались престимониями) в феоды и постоянное укрепление королевского домена за счет включения в него отвоеванных у мавров земель. Это способствовало относительной стабильности центральной власти. Кроме того, очевидная внешняя опасность заставляла фе­одалов ограничивать сепаратистские устремления. Вследствие этого феодальная раздробленность не приводила в Испании к утрате государственного единства.

Каталония. В IX в. на территории Испанской Марки возникает несколько графств, управляемых наместниками франкских госу­дарей — графами. Наиболее сильным из них было графство Бар­селонское, где в последней четверти столетия укореняется динас­тия, основанная графом Вифридом Волосатым. После распада франкской державы Испанская Марка оказалась в составе Запад­но-Франкского королевства. Самостоятельность ее постепенно росла, и когда в 987 г. во Франции была низложена династия Каролингов, графы Испанской Марки отказались признать Гуго Капета королем. С этого времени их подчинение французской короне стало номинальным, хотя и сохранялось юридически до 1259 г. В XI в. в Испанской Марке происходит политическая кон­солидация вокруг Барселонского графства, постепенно подчинив­шего себе другие графства области. В дальнейшем за ней закреп­ляется название «Каталония», которое, как и топоним «Касти­лия», по-видимому, означает «страна замков».

Каталония также участвовала в Реконкисте, хотя и в меньшей мере, чем государства Западной Испании. Борьба шла с перемен­ным успехом. В середине X в. каталонские графства признавали вассальную зависимость от Кордовского халифата и поддержива­ли с ним интенсивные торговые связи. В 985 г. мавры неожидан­но напали на Барселону и разорили ее, но уже через два-три десятилетия инициатива перешла в руки христиан. К началу XII в. граница была отодвинута на юг, в сторону реки Эбро, а некото­рые мусульманские правители, включая эмира Сарагосы, платили графам Барселоны дань.

Колонизация новых земель способствовала постоянному попол­нению слоя крестьян-аллодистов, особенно в Южной, так назы­ваемой Новой Каталонии, где крестьяне были одновременно обязательно воинами. В Старой Каталонии также сохранялось крестьянское аллодиальное землевладение, сложившееся в ходе франкских завоеваний начала IX в. Однако здесь оно рано стало объектом притязаний со стороны светских и церковных сеньо­ров, с X в. опиравшихся на хорошо укрепленные замки, столь важные в приграничных условиях. Феодальная вотчина этого района была архаичной (вплоть до начала XI в. в ней использо­вался труд рабов) и влияние Реконкисты испытала на себе срав­нительно слабо.

В Старой Каталонии феодализация проходила быстрее, чем где бы то ни было в христианской Испании, а феодальная зависи­мость приняла наиболее тяжелые для крестьян формы. Свобода перехода крестьян из одной вотчины в другую или переселение их на новые земли существенно ограничивались, платежи взимались в большем размере, чем на западе Пиренейского полуостро­ва, и сопровождались достаточно обременительными службами, в том числе унизительного характера. В середине XI в. крестьян­ские повинности были зафиксированы в первом кодексе феодаль­ного права Каталонии (одном из древнейших в Европе) — «Бар­селонских обычаях». Центральное место в этом своде занимают статьи, регулирующие взаимоотношения в среде феодалов. Они свидетельствуют, что социально-политическое развитие в Ката­лонии совершалось примерно в том же направлении и такими же темпами, что и в Южной Франции.

Наварра и Арагон. Общественный строй Наварры и Арагона в раннее средневековье был более архаичен, чем в Астуро-Леонском королевстве и Каталонии. Этот район был очень слабо освоен рим­лянами, влияние вестготов и франков также было поверхностным. В рассматриваемый период здесь преобладало баскоязычное насе­ление, романизировавшееся очень медленно. Землевладение фео­дального типа развивалось главным образом в долинах больших рек, в горах же сохранялись свободные крестьянские общины. За­поздалым было и формирование феодальной иерархической струк­туры. Об утверждении в этих государствах феодального строя мож­но говорить не ранее, чем с середины XI в.

На рубеже Х-Х1 вв. при короле Санчо Великом Наварра со сто­лицей в Памплоне была сильным государством, подчинившем себе Арагон и Кастилию. После смерти Санчо (1035 г.) его держава распалась; Наварра, оттесненная от арабской границы своими более активными соседями, постепенно отошла от участия в Ре­конкисте. В дальнейшем ее судьба оказалась все теснее связанной с судьбой Франции. Арагон, напротив, ведет в XI в. последова­тельно наступательную политику, понемногу расширяя свои вла­дения за счет мусульманских эмиратов долины Эбро. Общность целей во внешней политике с графством Барселонским предоп­ределила слияние их в XII в. в единое государство.

 

Глава 7






© 2023 :: MyLektsii.ru :: Мои Лекции
Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав.
Копирование текстов разрешено только с указанием индексируемой ссылки на источник.