Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Организация редакций




То, что было описано выше, является основой функции input. В каждой редакции или отделе новостей имеются функции input (приема) и out­put (выпуска). Конечно, эти должности могут называться по-разному, но функции их, независимо от организации редакции, одинаковы и заключаются в сборе информации и ее публикации/ выдаче в эфир. В странах Запада многое в структурах редакции и названиях должностей на радио и телевидении заимствовано из англосаксонских традиций организации работы СМИ.

В Швеции, как и во многих других странах мира, используются сегодня выражения input, output, desken.

Редактор приема (input)- руководитель, планирующий работу. Он занимается приглашениями, пресс-релизами, газетными вырезками, следит за тем, что отмечается в памятках. Он же распределяет работу репортерам по их интересам, компетенции или специализации. В телевизионной редакции принимающий редактор занимает центральную позицию, поскольку обилие используемой техники требует тщательного планирования.

Редактор выпуска (output) - тот, кто отвечает за выпуск программы новостей. В некоторых редакциях этого человека называют ответственным секретарем или desken. Выпускающий редактор заступает на смену, когда принимающий, как правило, уже ушел домой. Он обговаривает с репортерами окончательные версии каждого сюжета. Он же принимает решения о том, какие будут показаны сюжеты и зачитаны телеграммы, а также определяет план программы. Во время эфира выпускающий находится в центральной аппаратной, следит за ходом выпуска и, в случае необходимости, принимает решение о том, чтобы вставить какой-то кусок в программу или, напротив, сократить сюжет. В штаб выпускающих в редакции входят также журналисты-ведущие программы, все режиссеры монтажа, технические редакторы, режиссер и его ассистенты.

Большинство специализированных групп репортеров, таких как политические обозреватели, международники, спецкоры и другие, как правило, имеют своих принимающих редакторов, которые не только распределяют задания, но и активно работают творчески. В штаб приема входят и researchers - те, кто разыскивают факты и подго­тавливают платформу для сюжетов и материалов.

Desk (центральная редакция) - место, где размещаются шефы, сердце редакции, центр, куда стекаются все ручейки. Именно здесь принимающий и выпускающий редакторы следят за тем, чтобы поступающий материал был журналистски обработан и в форме новостей представлен аудитории. В газетах принимающего редактора называют редактором отдела новостей или ответственным секретарем.

Утренний редактор - тот, кто планирует и распределяет задания в самом начале рабочего дня в утренней газете. Вечерний(ночной) редактор - тот же выпускающий, который вечером и ночью должен решить, что войдет в завтрашний номер газеты.



Такое распределение ответственности далеко не бесконфликтно. В реальной жизни все редакции новостей страдают от напряженных отношений или даже открытой борьбы за власть между принимающим и выпускающим редакторами. Репортеры, фотографы, операторы вынуждены служить двум господам одновременно, а вышестоящему руководству приходится постоянно пытаться установить и удержать баланс между этими двумя силами.

Ситуация, когда принимающий раздает задания, тема которых оказывается неинтересной для выпускающего, становится в конце концов невыносимой для сотрудников редакции. Раздражает и то, когда импульсивный выпускающий в спешном порядке раздает задания тем репортерам, которые в этот момент работают над другими сюжетами. С другой стороны, работа с новостями сопряжена со стрессом, спешкой и неожиданностями, поэтому нам нередко приходится мириться с нарушениями в планах. Однако не нужно забывать и о том, что производство новостей - круглосуточное. Разным категориям сотрудников приходится работать посменно. Такая схема работы требует от каждого не только гибкости, но и уважения к установленным планам.

Конфликт между этими силами почти неразрешим, но поддается урегулированию, когда каждый в коллективе воспринимает себя частью целого, а редакция ставит перед собой общие цели и имеет четко выработанную политику. Оптимальных результатов можно добиться лишь тогда, когда принимающий и выпускающий не препятствуют друг другу в работе, а, напротив, стремятся к одной цели. У репортера должно иметься желание передать начатую им работу другому в этой бесконечной эстафете. Волк-одиночка в редакции новостей обречен на неудачу.



 

Репортеры приема и выпуска

Завзятый журналист с опытом руководящей работы как-то с иронией заметил, что существует два сорта репортеров: репортеры приема и репортеры выпуска. Вопрос в том, кто из них хуже?

„Принимающий" репортер незаменим, когда необходимо держать ситуацию под контролем, у него колоссальное количество контактов и источников, прекрасно организованный архив. Ни одна новость не ускользнет от его недремлющего ока. Беда лишь в том, что он редко представляет что-либо на суд аудитории. Знания так и остаются у него самого, ведь все его время уходит на поиск и охоту за сведениями, на творчество нет ни минутки. Другим редко удается узнать то, что известно ему.

выпускающий" репортер работает также одержимо, с одним лишь отличием - он неутомимо творит. Его голос звучит во всех выпусках новостей по радио, он не исчезает с экранов телевизоров, успевает писать одну за другой книгу, фельетоны и колонки комментатора. Публика обожает его. Напрашивается лишь один вопрос: когда же он успевает раздобыть информацию для своих сообщений, если он не вылазит из прямого эфира?

Золотая середина, баланс между „принимающим" и „выпускающим" репортером — то, к чему каждый журналист должен стремиться.

Роль ответственного издателя Шведская Конституция очень четко определяет, кто несет ответ за все, что печатается в прессе или выходит в эфир. Эти полномочия возлагаются на ответственного издателя в прессе и ответственного выпускающего на радио и телевидении. Пожалуй, это единственное должностное лицо в Швеции, обладающее такой властью:

В задачу ответственного издателя входят полномочия вести наблюдение за изданием печатного органа и принимать решения, касающиеся его содержания. Таким образом, ни один материал не может быть принят к печати против воли издателя. Любые попытки ограничить его полномочия не имеют законных оснований.

Закон о свободе печати, глава 5, § 3

Закон о свободе печати распространяется на печатные издания, однако подобное положение для ответственных выпускающих теле- или радиопрограмм имеется в Законе о свободе слова. Оба закона тесно перекликаются друг с другом и содержат ряд положений, касающихся работы средств массовой информации. Всякое шведское периодическое издание, выходящее четыре раза в год или чаще, теле- и радио-программы должны назначить ответственного издателя/ответственного выпускающего, лично отвечающего за содержание публикаций и сюжетов. Ни один материал не может быть опубликован вопреки решению ответственного издателя, ни один сюжет не может быть снят из программы новостей против воли ответственного выпускающего. Только он может быть привлечен к ответу за какие-то нарушения.

С помощью введения института ответственного издателя шведские законодатели создали некоего коллективного виновника, который иногда вынужден отвечать за деяния других - репортеров, сотрудников редакции, информаторов. Это обеспечивает гарантии свободы печати и свободы слова. Ни одно государственное учреждение, организация или должностное лицо не имеет права принимать решения о том, что может, а что не может быть опубликовано или предано гласности.

Недопустимо, чтобы содержание сюжета, предназначенного к использованию в радиопрограмме, или звукозапись подвергались контролю и проверке со стороны властей или общественных органов до публикации. Властям и другим общественным органам непозволительно, без поддержки данного закона, запрещать или пытаться препятствовать обнародованию сюжетов или звуко­записей на основании данных или предположений относительно их содержания.

Закон о свободе слова, глава 1, § 3

Это означает, что в Швеции, как и в других демократических странах, запрещена официальная цензура печати или другие серьезные ограничения публикаций. Институт ответственного издателя создает защиту отдельного репортера от возможных наказаний или преследований за сказанное или написанное им. За все допущенные ошибки или неточности отвечает ответственный издатель.

На радио практика такова, что ответственным выпускающим, как правило, является шеф редакции. Его роль и задачи схожи с теми, которые возлагаются на ответственного издателя, хотя, возможно, несколько сложнее. Подготовка новостей и выход в эфир в крупных редакциях происходит круглосуточно, в том числе и в вечернее время в отсутствие шефа. Это возлагает особую ответственность на репортеров и выпускающих редакторов. Некоторые решения могут быть приняты сотрудниками самостоятельно. Однако в сложных ситуациях, в частности, касающихся этических вопросов, решения всегда принимает ответственный выпускающий.

Литература для чтения:

Ullman John and Colbert Jan: The Reporters Handbook. St Martins Press 1991.

 

Говорить о конкретном!

Accuracy, Brevity and Clarity- так сформулировала свое кредо в работе с новостями американская телекомпания АВС. Эти три слова - точность, краткость, ясность - основа основ журналистской науки.

Новость должна быть корректна - это один из главных принципов подачи информации. Сведения, которые получает от нас аудитория, должны быть точными и проверенными, настолько насколько это возможно. Для радио- и тележурналистов особенную важность имеет краткость, ведь им даже при обзоре крупных и сложных событий нужно уложиться в считанные минуты, а иногда и секунды, и при этом донести до публики суть дела. Для того, чтобы добиться этого необходимо писать ясные тексты и использовать понятный всем язык кадров.

Точность, краткость и ясность. Мне хотелось бы добавить к этим трем понятиям и четвертое - конкретность. Заинтересовать может лишь конкретное. Это касается как политики, так и журналистики. Конкретные данные и детали всегда привлекают внимание, что особенно важно в теле- и радиовещании, где интенсивность и сжатость передачи информации намного выше, чем в прессе.

Отождествление Новости рассказывают о людях. О тех, кто что-то пережил, работает с чем-то или о тех, кого принятие какого-то решения непосредственно затрагивает. Конкретизируя свое сообщение, журналист предоставляет аудитории возможность найти точки соприкосновения с новостью.

Легче всего добиться отождествления в так называемых событийных новостях. Публика хочет видеть и слышать участников события или происшествия. Передать информацию о случившемся репортер может словами свидетеля. Гибель парома „Эстония" осенью 1995 года шокировала в Швеции всех, но особенно глубоко потряс людей рассказ двух выживших пассажиров - Сары и Кента. Их свидетельство пережитой ими трагедиии позволило людям отождествить себя с теми, кто находился на борту „Эстонии" в ту роковую ночь.

Рассказ о судьбе отдельного человека помогает зрителю, слушателю, читателю отождествить себя с новостью даже тогда, когда речь идет не о катастрофах или несчастных случаях. Аудитории легче понять сложные явления или решения политиков на примере отдельной семьи или человека. Один из основных принципов журналистики - освещать крупные и сложные явления и события на примере простых людей.

Рассказать о закрытии родильного отделения больницы можно словами женщины, ожидающей рождения ребенка. Как влияет решение политиков на нее? Как отразится закрытие завода на жизни рабочего и его семьи? Как изменится бюджет пенсионера после повышения тарифов на телефонные разговоры? Рассказы простых людей о том, какое влияние оказывают на их жизнь решения политиков или властей, помогают аудитории узнать себя и лучше понять суть событий.

Даже тот, кто делает что-то может помочь идентификации в сложном и запутанном вопросе. Министр финансов Швеции, собственной персоной, передает проект госбюджета в парламент. Теперь, совершая свою традиционную прогулку от Правительственной Канцелярии до здания Риксдага, ему не приходится нести массу папок - весь госбюджет уместился на одном-единственном компьютерном компакт-диске, который министр с гордостью показывает журналистам. Эта конкретная деталь может сделать рассказ о сложной теме - проекте госбюджета -более доступным.

В политических дебатах главная роль принадлежит их участникам, тем, кто выступает с замечаниями, требованиями, критикой или предложениями. Даже из очень абстрактного можно сделать вполне удобоваримую новость, „привязав" ее к участникам события. Если таковых нет, то наверняка есть пострадавшие или те, кого происходящее затрагивает. Установив компакт-диск с проектом госбюджета в компьютер, мы узнаем, что означает он для общества и какое влияние окажет на жизнь различных категорий граждан. Отождествление тех групп населения и отдельных граждан, на которые воздействуют те или иные политические или экономические решения, - одна из основных задач журналистики.

Однако, стремясь достичь этой цели, важно не поддаться соблазну использовать избитые сравнения и стереотипы. В шведских СМИ в последние годы создался образ жертвы кризиса - мать-одиночка, дохода которой явно не хватает на то, чтобы содержать себя и ребенка. Второй распространенный стереотип - символ тяжелых времен Швеции -семья, проживающая в дорогой вилле, которая после сокращения различных пособий жалуется, что ей в скором времени придется продать дом.

Многие журналисты упрощают свою задачу, превращая тему для серьезного обсуждения в сентиментальные, душераздирающие истории, лишенные критического анализа. Что находится за фасадом того или иного решения? Имелись ли альтернативы и какие? Какие последствия может вызвать решение, которое мы критикуем, в длительной перспективе - вот вопросы, на которые репортер должен найти ответы.

Большое видится в малом

Конкретизация в журналистике требует отождествления, однако рассказ о ком-то или о чем-то должен быть частью общей темы. Повествование о судьбе отдельного человека должно служить цели осветить более крупное событие. В каждой теме должна скрываться подспудная, обстоятельства которой разъясняются на конкретном примере.

В восьмидесятые годы редакция новостей „Эхо" при Шведском Радио решила поведать своим слушателям о процессе превращения шведского Телекоммуникационного ведомства („Телеверкет") из старорежимного учреждения в современное предприятие. Тема для радио довольно тяжелая и абстрактная, однако звонок в редакцию недовольной абонентки помог заинтересовать радиослушателей и узнать в этой ситуации себя. Слушательница Моника Трегембо описала методы работы „Телеверкета": когда она пожаловалась на неправильно выписанный счет за разговоры, у нее отключили телефон. Ее рассказ вызвал целый шквал звонков в редакцию - многим слушателям история Моники напомнила их собственный опыт общения с этим ведомством. Конкретный случай помог выявить крупные недостатки в работе "Телеверкета".

Однако, если рассказ о конкретном не является частью общей проблемы, не ведет к освещению более крупных вопросов или разоблачению существующего порядка, то новость теряет свою значимость для аудитории. Сообщая о конкретном, мы по-прежнему должны сообщать о важном. Выбирая отдельный пример, мы должны обосновать, почему мы выбрали именно его.

Драматургия повествования Одно из золотых правил техники повествования на радио и телевидении - начать рассказ с конкретного, чтобы затем перейти к абстрактному. Сначала репортер должен дать документальное определение проблемы, показать, в чем она заключается, заинтересовать аудиторию конкретным примером. Слушатель или зритель, погружаясь в действительность, начинает задавать себе вопрос - как же такое могло произойти и почему? Пробудив любопытство у аудитории, репортер переходит ко второму этапу - разъяснениям. Начни журналист свое повествование с абстрактного, публика, не уловив проблематики, потеряет к сюжету интерес, и скорее всего пропустит его мимо себя. Всегда начинать с определения проблемы, конкретное должно предшествовать абстрактному! К такому методу работы призывает теледраматург Боб Фосс.

Драматургические приемы на радио, телевидении и в прессе, конечно, отличаются. В газете новости преподносятся напрямик, безобиняков. Газетная статья чаще всего начинается с самого главного и заканчивается наименее интересными деталями, отчасти для того, чтобы ее при необходимости можно было сократить без ущерба содержанию. Подача крупных или важных событий на радио или телевидении происходит также прямо и наступательно, как и в прессе, в то время как обычный репортаж строится по принципам драматургии повествования. Сюжет должен иметь хорошо продуманные завязку, середину и концовку. Он следует развитию событий или конфликта. Урезание в прямом эфире концовки драматургически хорошо продуманного репортажа в выпуске новостей равнозначно небольшой катастрофе.

Репортеру и оператору еще на месте съемки следует продумать и обсудить начало и концовку сюжета. Снимая короткий инфор­мационный материал, нет необходимости прибегать к каким-то особым приемам теледраматургии. Как правило, сюжеты шведских программ новостей начинаются с кадров, представляющих зрителю объект интервью. Обычно оператор в начале сюжета делает „наезд" камерой, а „отъезд" он приберегает для заключительных кадров.

Подводкой, предшествующей репортажу, мы не только пробуждаем интерес зрителя, но и заключаем с ним негласный договор, о чем будет идти речь в сюжете. Это помогает очертить границы обсуждаемой темы, которые мы должны строго соблюдать. Не надо распыляться -для сюжета достаточно одной темы обсуждения. Если репортаж начинается с кадров, показывающих автомобильные заторы на Центральном мосту Стокгольма, то придерживайтесь именно этой темы, отступления от нее, скажем, рассказ о возможных заторах на Эресунском мосту после введения его в эксплуатацию, сбивает зрителя с толку.

Начальные кадры сюжета и сопутствующий им текст - это своего рода драматургическая приманка, которую рассказчик подбрасывает зрителю, намекая на дальнейшее развитие событий и привлекая его внимание. Эти кадры не должны выходить за рамки контекста сюжета, кроме того, их следует развить в продолжении материала. По законам логики, показав министра финансов, направляющегося с проектом госбюджета к Рикасдагу, следует в конце сюжета показать, как он открывает дверь и заходит в здание Парламента. Один из возможных вариантов окончания такого сюжета - министр финансов садится в свое кресло в пленарном зале Риксдага, передав проект госбюджета в руки спикеру.

Драматургические приемы повествования оказывают влияние на восприятие аудиторией действительности. Это мощная сила, злоупотребление которой может превратить ее в орудие манипуляции.

Осторожно! Кадры-каннибалы"! Кадры министра финансов, гордо вышагивающего с кипой бумаг в руках по направлению к Риксдагу, появились впервые на экранах телевизоров в Швеции еще в шестидесятые годы. Они не отличаются особым драматизмом, но передают действие и являются отличным сопровождением для текста за кадром. Тележурналисту необходим видеоряд, иллюстрирующий его рассказ. Кадры становятся основой визуального повествования и дополнением к тому, что говорит репортер в своем тексте (speakertexi). Когда видеоряд и текст перекликаются друг с другом, то репортеру нет необходимости в словесной форме передавать все, что он хочет поведать зрителю, как это приходится делать радиожурналисту. Давайте рассмотрим упомянутый выше пример с передачей проекта госбюджета в Парламент.

Нередко телевидение называют поверхностным эмоциональным средством. Это не совсем справедливо. Оно может быть очень эффективным и информативным тоже. Многое из того, что радиожурналисту приходится рассказывать, телевизионщик может передать визуально. В рассмотренном нами примере тележурналисту нет необходимости называть министра финансов - зрители сами видят, что это Эрик Осбринк и что он улыбается, несмотря на дождь, видят, куда он направляется и как выглядит компакт-диск с проектом госбюджета. Сэкономленные на спикерском тексте секунды, телерепортер может использовать на то, чтобы глубже информировать зрителя о содержании проекта.

Стремитесь предоставлять кадрам возможность говорить за себя. Однако, будьте осторожны с использованием слишком выразительных изображений. Нередко они поглощают внимание зрителя, отвлекая его от содержания сюжета. Это явление принято называть „каннибализмом" кадров. Кадры могут быть настолько яркими, эмоциональными или страшными, что зритель, приковывая взгляд к ним (или напротив, отворачиваясь), теряет интерес к рассказу за кадром. В Швеции один из классических примеров такой журналистики родился еще в эпоху черно-белого телевидения. Сюжет был отснят в 1961. Репортер, находясь в зубоврачебном кабинете, пытается рассказать своим зрителям о результатах работы комиссии по системе страхования стоматологической помощи населению. Оператор снимает крупным планом врача, который включив бормашину начинает сверлить зуб пациента. С этой минуты слова журналиста уже не доходят до зрителя, его внимание приковано к бедолаге, сидящему в кресле.

Еще один пример подобного „каннибализма": рассказ репортера о вопросах обороны страны сопровождается кадрами приземления военного самолета на борт авианосца. Зритель, не отрываясь следит за тем, что происходит на экране, ему интересно узнать, как пройдет

 

аудиотекст:

Видеоряд:

Текст тележурналиста:

Итак, сегодня состоялся дебют Эрика Осбринка. Окруженный шумной толпой журналистов, фотографов и операторов, новый министр финансов совершил традиционную прогулку от Правительственной Канцелярии до Риксдага для передачи нового проекта госбюджета. Новостью стало не только содержание проекта, но и его форма. На этот раз министру не пришлось сгибаться под тяжестью многочисленных папок - в руках у него один-единственный компакт-диск. Весь проект госбюджета помещается на этом переливающемся всеми цветами радуги компакт-диске для персонального компьютера. Эрик Осбринк довольно улыбался, неся свое творение, перевязанное очаровательной желто-голубой ленточкой, прокладывая себе дорогу среди окруживших его промокнувших под дождем репортеров.

Съемка с крыши или верхних этажей Парламента: группа журналистов;

операторы и

фотографы направляют камеры на человека, приближающегося к зрителю со стороны министерства финансов.

Крупный план:

министр финансов пересекает мост и идет по направлению к Парламенту, он улыбается,

накрапывает дождик. Титры (имя, должность).

Компакт-диск, перевязанный желто-голубой ленточкой.

Съемка в полный рост министра финансов и сопровождающих его лиц, прокладывающих себе дорогу в толпе репортеров.

Сегодня состоялся двойной дебют -министра финансов и новой формы проекта госбюджета. Правительство предлагает очередную программу по борьбе с безработицей и вдвое увеличивает денежные средства на

образование, повышая в то же время налог на энергию и

предпринимательский налог.

Компакт-диск для

персонального

компьютера.

Здесь уместились все новые пункты проекта госбюджета, который парламент может одобрить или отвергнуть целиком, -новый процесс, предоставляющий правительству еще больше власти.

 

приземление и какое ему в этот момент дело до проблем оборонной промышленности? Видеоряд „проглотил" текст.

Примером более невинной формы „каннибализма" кадров является плохая состыковка между текстом и видеорядом. Репортер произносит имя Бориса Ельцина, а в кадре в этот момент - Билл Клинтон. Или корреспондент рассказывает о плохом влиянии выхлопных газов автомобилей на окружающую среду, а на экране - группа велосипедистов.

Противоположностью этому явлению является т.н. „апельсиновое телевидение" - крайне убедительное, но слишком уж примитивное сочетание текста и видеоряда. Репортер произносит слово „апельсин", и в кадре появляется апельсин, который сменяется яблоком, как только журналист заговорил о яблоках. Стремитесь к сохранению баланса 1 между текстом и видеорядом.

Детали Радио лишено возможности использовать изображение, зато обладает силой вызвать представление о предмете обсуждения описанием. Репортер, владеющий искусством повествования и описания, своим рассказом может добиться гораздо большего эффекта, чем телевизионный сюжет. Но для этого радиожурналисту необходимо обладать умением видеть мельчайшие детали и доносить их до слушателя так, чтобы тот мог мысленно создать собственные картинки, иллюстрирующие событие. Это не означает, что репортеру придется удлинять свой текст или перегружать его подробностями и эпитетами. Достаточно лишь добавить одно-другое уточнение, вызывающее у слушателя чувство присутствия на месте. Скажем, в приведенном ранее радиотексте о передаче проекта госбюджета в парламент, толпа журналистов шумная, компакт-диск переливается всеми цветами радуги, желто-голубая ленточка -очаровательна. Конечно, эти слова можно выбросить из текста в погоне за большей эффективностью и информативностью, но тогда сюжет становится перенасыщенным и более тяжелым для восприятия.

Добившись своим описанием присутствия слушателя на месте, репортер может перейти к рассказу о содержании компакт-диска. Скорее всего, радиожурналисту потребуется на это больше времени, чем телерепортеру. Для телевизионщиков правило номер один при работе с текстом - вычеркнуть все лишние слова! То же правило применяют в своей работе и газетчики. В газетном тексте можно обойтись без усилительных слов. Текст должен быть выразителеным, содержа­тельным и передавать атмосферу происходящего.

Метонимия и метафоры Репортер должен владеть приемами, присущими ораторскому искусству, и научиться применять их и в жанре телевидения. Метонимия - это фрагмент целого. По многим причинам в телевизионном сюжете мы можем показать лишь отдельные эпизоды происходящего, с помощью которых зритель должен создать себе представление о целом. Кадры и звук помогают зрителю представить себе действительность. Кино- и телефильмы научили зрителя толковать язык кадров.

Показывая крупным планом пальцы на спусковом механизме ружья, мы даем зрителю понять, что это рука стрелка, не показывая его самого в кадре. Если на экране появляется мужчина с букетом алых роз в руке, беспокойно поглядывающий на часы, а за кадром звучит разноязычная речь и слышно сообщение по громкоговорителю о прибытии самолета, то понятно, что мужчина встречает в аэропорту свою возлюбленную.

Метонимия может быть необыкновенно выразительным средством телевизионной драматургии. Шведскому оператору Дану Йоме в день перед Рождеством 1989 года удалось заснять, как румынские солдаты снимают пограничную вывеску с надписью „Добро пожаловать в Социалистическую Республику Румынию". На оборотной стороне этой вывески написано "Farewell". Несколько коротких секунд съемки запечатлели исторические события в Румынии. В другом отснятом Даном Йома репортаже бездомный пес бежит навстречу потоку автомобилей на одной из улиц Москвы в весенний солнечный день. Этими кадрами оператору удалось отразить противоречия и катаклизмы процесса перестройки.

Метафора - это образное выражение понятия. Песочные часы могут символизировать бренность жизни. Метафора - орудие поэта, которое с успехом может быть использовано в телевизионной журналистике. Что кто-то голоден как волк, упрям как осел или мудрый как сова можно показать визуально. Дрожжащая рука, лихорадочно сжимающая бутылку, может стать символом социальной политики. Кадры увядшей розы нередко используются шведскими репортерами в сюжетах о потере социал-демократами симпатий избирателей. *

Ясность

Для того, чтобы материал был понятен аудитории, журналисту недостаточно конкретизировать сообщение и использовать символы для воплощения новости. Необходимо еще, чтобы он разбирался в предмете

· Роза-символ социал-демократической партии Швеции,— прим. В.М.

обсуждения. Только тот, кто сам понимает происходящее, может четко и ясно рассказать о нем другим. Репортер должен быть эрудирован и теоретически подготовлен к заданию.

Сотрудники отдела изучения программ и аудитории при Шведском Радио Улле Финдаль и Биргитта Хойер в процессе многочисленных исследований выделили некоторые факторы, влияющие на процесс понимания публикой того или иного события, описанного в СМИ:

Выделять причины и следствия. Как правило, первое в сюжете, на что обращает внимание слушатель или зритель, - указания места происшествия и его участников. Речь идет, в первую очередь, о конкретных деталях, таких, как географические названия, имена более-менее известных людей, названия фирм и предприятий и т д. „В Афганистане произошли столкновения между..." или „Вольво" увольняет 200 сотрудников". Эти элементы содержания сюжета публика отметит и запомнит почти автоматически, в то время как причины и следствия событий отодвигаются дле нее на второй план. Результатом такой подачи информации становится урывочное восприятие аудиторией отдельных, вырванных из контекста эпизодов описываемого происшествия.

Недостаточно лишь мимолетного упоминания о том, что лежит в основе события, и к чему оно может привести. Рассказ о его причинах и возможных последствиях должен занять центральное место в информационном сообщении, раскрывая тем самым суть происходящего. Лишь тогда у аудитории появляется возможность целостного восприятия сюжета, в котором у события есть предыстория и логическое развитие.

Таким образом, предпосылками для создания доступного пониманию сюжета являются четкое и ясное объяснение причин, вызвавших то или иное событие, и рассказ о его возможных последствиях.

Финдаль и Хойер подчеркивают важность подбора видеоряда и монтажа в этом процессе. Конкретные детали события несложно проиллюс­трировать, но такие решения нередко ведут к фрагментарному восприятию сюжета. Иллюстрации же к причинам и следствиям события помогут зрителю проследить и понять его в целом. Гармоничное сочетание звуко- и видеоряда играет в данном случае решающую роль. Обилие подвижных, часто меняющихся кадров или кадры, не имеющие отношения к тому, о чем журналист рассказывает, мешают восприятию содержания. Имеет значение и избранный темп подачи материала. Слишком интенсивный рассказ за кадром без пауз и остановок ведет зачастую к тому, что зрителю сложно успеть понять и „переварить" содержание.

К тем же результатам приводит и использование расплывчатых илиабстрактных понятий и терминов. Абстрактным цифрам следует придать конкретное содержание. Многие ли зрители или слушатели имеют представление о том, что такое 230 гектар земли? Сколько саженцев можно было бы посадить на этой площади? Сколько времени займет эта работа, если ее выполняют 2 человека? Что такое миллион долларов и сколько кружек пива можно выпить на эти деньги? Чем больше величины, тем абстрактнее они для людей. Кто за считанные секунды может представить себе, что такое 120 миллиардов долларов?

С помощью приемов риторики и собственной фантазии репортер может перевести недоступные пониманию абстрактные числа или понятия в образы, помогая зрителю или слушателю создать себе представление о называемых в сюжете величинах.

Корреспонденту „Литературной Газеты" Анатолию Рубинову удалось превратить конкретизацию в мощное оружие журналиста в самые застойные советские времена. Его критическое рассмотрение работы министертва связи стало классическим примером, подтверждающим силу конкретизации.

Чтобы проверить работу почты, Рубинов как-то раз отправил 100 писем самому себе. Он опускал эти письма в почтовые ящики по всей Москве, ведя учет каждому отправлению. Цель эксперимента заключалась в проверке функционирования правила о том, что письма, опущенные в почтовый ящик до десяти часов утра, поступают адресату в тот же день. Рубинов, как и другие жители Москвы, прекрасно знал, что это правило не имело ничего общего с действительностью, но ему были необходимы доказательства.

Ни одно из сотни отправленных писем не пришло к журналисту в тот же день. Большую часть отправлений он нашел в своем почтовом ящике лишь на третий день, а последние - еще через несколько дней. Дольше всего добирались до Рубинова письма, опущенные в почтовый ящик рядом с министерством связи - ведомством, отвечавшим за работу почты. Теперь у автора были конкретные данные и детали, но для того, чтобы написать статью ему была необходима фабула.

В музее Льва Толстого хранятся многие записи и письма писателя. Рубинову посчастливилось найти там письмо с четким почтовым штампом. 22 января 1890 года Лев Толстой отправил из Москвы письмо директору публичной библиотеки Петербурга. Почтовый штамп свидетельствовал о том, что оно дошло до адресата уже на следующий день, несмотря на то, что в те времена паровоз шел из Москвы в Петербург 14 часов. В те дни, когда Рубинов проводил свой эксперимент, имелся скоростной поезд .Москва - Ленинград". Рубинов отправил еще одно письмо, на этот раз с той улицы, где когда-то жил Толстой. Послание, адресованное директору ленинградской библиотеки, поступило к тому лишь на четвертый день.

Результат проведенного Рубиновым журналистского расследования показал, что почта работала эффективнее во времена Толстого, чем в советскую эпоху. Письмо стало той конкретной деталью, на которую министерству связи было трудно закрыть глаза.

За конкретными деталями может скрываться взрывная сила обличительной критики!

Литература для чтения:

Foss Bob: Narrative Technique and Dramaturgy in Film and Television. SVT Training, 1992.

 

 

Подготовиться и слушать!

Нередко говорят, что интервью - это искусство, а искусство не терпит ограничений правилами и указаниями. Но даже самый одаренный и талантливый художник начинает свой творческий путь с изучения законов живописи, чтобы впоследствии нарушить их. Интервью требует от репортера владения определенной техникой, хотя понятно, что удачное интервью - это намного больше, чем лишь умение задать хороший вопрос.

Давайте говорить не о технике, а о методике ведения интервью. Овладев ей, мы сможем формулировать такие вопросы, ответы на которые могут быть неожиданными, содержательными и разоблачающими.

Подготовка

Основа основ успешного интервью - тщательная подготовка репортера. Он должен хорошо ориентироваться в предмете разговора, знать о нем почти столько же, как и сам объект интервью. Представление о том, что журналисту следует задавать спонтанные и невежественные вопросы, отражающие средний уровень аудитории, - ложное. Лишь тот, кто владеет предметом беседы, сможет спросить о существенном. Вступительный или первый вопрос интервью может казаться другим страшно простым и наивным, но задавая его, журналист преследует определенную цель. Быть подготовленным к интервью означает, что мы, в какой-то степени, можем предугадать, какие ответы вызовет тот или иной вопрос, а тогда можно заранее подготовить и альтернативные последующие вопросы.

Журналист должен подготовиться и к интервью, в котором речь идет о фактическом положении дел, скажем, о работе правительственной комиссии или конкретном проекте. Труднее подготовиться к разговору о тех предложениях правительства или парламента, которые ранее не обсуждались, однако и в таких случаях репортеру важно иметь общее представление о теме беседы. Это позволяет задавать вопросы по существу и делать сопоставляющие комментарии. Вырезки из газет, собственные записи, странички на Интернете помогают журналисту подобрать справочный материал к предстоящему разговору, подготовиться к нему и не выглядеть профаном в глазах объекта интервью. Еще один способ подготовки - беседы для сбора информации с осведомленными в обсуждаемой области людьми, или предварительная беседа с объектом интервью.

На радио и телевидении все чаще используется термин предварительное интервью, то есть беседа ведущего программы или журналиста-расследователя редакции (researcher) с лицом, приглашенным на интервью, до начала записи. Это позволяет ведущему или репортеру убедиться в правильности постановки своих вопросов, еще раз проверить факты, а также помочь собеседнику создать себе представление о теме предстоящей беседы. Такой способ работы предоставляет журналисту знания и ориентацию в предмете разговора.

Подготовительная работа не менее важна и при работе с так называемыми интервью-портретами или зарисовками. Беседы для сбора информации с друзьями, коллегами героя портретного интервью, чтение или просмотр ранее сделанных с ним интервью, его собственные выступления или статьи - все это само собой разумеющиеся элементы подготовительной работы. Однако при такой активной подготовке всегда есть риск того, что журналист окажется в плену собранного им материала. Чужое восприятие действительности или человека, о котором идет речь, нередко передается из одного портрета в другой. Неточности, легенды, ошибочные факты повторяются и со временем все больше усугубляются в статьях и передачах. Постепенно герой интервью превращается в некую мифическую, созданную другими фигуру. Журналист, готовящийся к интервью-портрету, читая архивные материалы, может попасть под влияние пред-взятое™, субъективных и ложных представлений о человеке, и тогда ему уже неважно, что же в действительности говорит и делает тот, о ком он собирается рассказать. Одно из важнейших правил при работе с интервью - готовиться к нему без всяких предубеждений.

Формулировка вопросов

В идеальных представлениях репортер, готовящийся к интервью, часами просиживает в библиотеке, читая книги, справочники, подборки из газет, архивные записи, успевая к тому же провести предварительные интервью и беседы для сбора информации. Но в реальной жизниредакции, с ее запарками, стрессом и гонкой, чаще всего все происходит совсем по-другому. Нередко при подготовке к интервью времени хватает лишь на то, чтобы в спешке посоветоваться со своими коллегами.

В первую очередь журналист должен решить для себя, что за интервью они собирается сделать, о чем и с какой целью. Это означает, что репортеру заранее следует сформулировать и записать свои вопросы. Хорошие вопросы - это продуманные, краткие, точные и простые вопросы. Зачастую прекрасным исходным пунктом в их постановке является любопытство самого репортера - вот что мне хотелось бы узнать, это может быть интересным для моих слушателей, зрителей, читателей.

Каждый вопрос должен рассматривать лишь один аспект. Задавая два вопроса в одном, вы позволяете объекту интервью „увильнуть" от ответа на неудобный вопрос, предоставляя ему возможность ответить лишь на один из двух. Вопрос должен задаваться в вопросительной форме, а не в утвердительной. Его формулировка должна предоставлять интервьюируемому возможность передать то, что он думает, чувствует или пережил. Поэтому следует избегать вопросы, допускающие односложные ответы „да" или „нет", стремиться оставлять их настолько открытыми, насколько это возможно. Вопросы, которые кому-то кажутся глупыми, в действительности нередко приводят к самым неожиданным, глубоким и интересным ответам. Примером подобных вопросов являются:

- Что вы чувствуете?

- Что вы имеете в виду?

- Как вы себе это представляли?

- Что вы собираетесь делать теперь?

Работа с вопросами требует от журналиста тщательной подготовки, но это совсем не означает, что во время интервью он должен слепо и беспрекословно следовать заранее подготовленным записям. Черновик лишь придает чувство уверенности и позволяет соблюдать самообладание. Я всегда держу блокнот с записанными вопросами под рукой, но крайне редко заглядываю в него во время интервью и никогда не заучиваю вопросы наизусть.

Канадский репортер, писатель и преподаватель журналистики Джон Савотски уже много лет занимается разработкой методики ведения интервью. Основополагающим принципом разработанного им метода является тот, что вопросы должны быть открытыми, нейтральными и простыми. Открытые вопросы заставляют объект интервью задуматься над их содержанием и приложить усилия к тому, чтобы ответить на них. В таких случаях у вас есть возможность не только получить объяснения, но и услышать точку зрения респондента. Вопросы, допускающие односложные ответы, позволяют объекту интервью „гнуть" свою линию после того, как он ответил „да" или „нет".

Вопросы должны быть нейтральными. Лишь тогда интервьюируемый может высказаться и находиться в центре разговора. Окрашенные личным мнением репортера вопросы ставят в центр беседы самого журналиста.

После того как репортер составил и записал вопросы, следует провести небольшой тест. Может ли объект интервью дать ответ на поставленный вопрос, насколько вероятно, что он осведомлен в данной области, несет ли он ответственность за то, что произошло?

Один из способов подготовки к интервью - задать составленные вопросы себе. Можешь ли ты сам ответить на эти вопросы? Этот простой тест нередко выводит журналиста на следственные альтернативные вопросы, необходимые для проведения полноценного интервью. Если не хочется проверять вопросы на себе, попробуйте задать их своему коллеге или другу. Политики, готовясь к встрече с прессой, нередко проводят репетиции, во время которых их коллеги, играя роль журналистов, пытаются загнать политика в угол. Такие деловые игры помогают им выработать универсальные ответы, подчас не имеющие ничего общего с тем, что у них спрашивают. Прогон интервью со своими коллегами - прекрасный способ подготовиться к возможным неожиданностям, который к тому же позволяет репортеру за несколько минут убедиться в актуальности и правильности постановки своих вопросов.

Запрет

Постановку некоторых вопросов следовало бы запретить. Джон Савотски составил список десяти „смертных грехов" журналиста в работе с интервью:

Вопросы, допускающие односложные ответы („да" - „нет")

Утвердительное предложение вместо вопросительного

Два вопроса в одном

Перегруженные вопросы

Наводящие на ответ вопросы

Комментарии и собственные оценки в вопросе

Предположения и домыслы в вопросе

Вывешивание ярлыков в вопросе

Преувеличения в вопросе

Слишком сложные для понимания вопросы

К сожалению, мы слишком часто пренебрегаем этими запретами, забывая о том, что используя перечисленные выше вопросы, мы блокируем свои возможности на получение и распространение полноценной информации. Одна из самых типичных ошибок со стороны репортера - постановка вопросов, допускающих односложные ответы, и использование утвердительных предложений вместо вопросительных. Хороший способ совершенствования техники интервью - просмотреть, прослушать или прочитать свои вышедшие в эфир или напечатанные интервью и проанализировать их с помощью указанного выше списка.

К перечню „смертных грехов" Джона Савтоского мне хотелось бы добавить еще один вид вопросов, которые вполне можно задавать, но ответами на которые совсем не обязательно мучить зрителей и слушателей. Речь идет о фактических вопросах, цель которых -раздобыть конкретные данные, выяснить цифры или получить представление о подоплеке события. Конечно, репортеру необходимо располагать данными и фактами и донести их до своей аудитории как можно более доступно и понятно. Но не нужно забывать, что именно репортер должен сделать обобщение сведений, а не брандмайор или политик. Интервью должно освещать и разъяснять сложные аспекты того или иного вопроса, знакомить слушателей, зрителей и читателей с точкой зрения респондента, его чувствами и впечатлениями, а не сухо перечислять бесконечные факты и цифры.

- Господин капитан, не могли бы вы рассказать сколько людей погибло в пожаре?

- Сколько детских садов будут закрыты в целях экономии (вопрос главе местной администрации)?

- Господин директор, сколько человек будет уволено после переноса производства за рубеж?

Сами по себе эти вопросы совсем не так уж плохи, но задавая их и пересказывая ответы на них нашей аудитории, мы тем самым передаем нашу роль другим. Журналист, и никто другой, должен рассказать о том, как развивались события во время крупного пожара. Вопрос, который мы должны задать брандмайору, - почему он разговаривает с журналистами, когда за спиной у него бушует пожар? Глава местной администрации должен объяснить, почему он принял решение закрыть столько-то детских садов. Директору должен быть задан вопрос о прибылях предприятия и его парашютном договоре* после переноса производства за границу. Репортер сообщает факты, а ответственные лица объясняют, как и почему что-то произошло.

- Парашютный договор — договор, который предоставляет генеральному директору предприятия обговоренную им ранее сумму денег в течение установленного договором времени после того как он оставит занимаемую им должность, независимо от причин его ухода в отставку. Как правило, речь идет о крупных суммах денег,— прим. В. М.

 

Однако, когда речь идет о спорных вопросах, где сталкиваются две противоположные точки зрения, вполне оправданно и даже необходимо использование фактических вопросов. Это относится и к тем случаям, когда человеку, рассказывающему о событии, которому он был свидетелем, необходимы подкрепляющие вопросы для продолжения его рассказа.

Мне хотелось бы ввести запрет и на постановку гипотетических вопросов, в духе: ,Ято вы будете делать, если произойдет то-то и то-то?". Такие вопросы легко отмести, они, как правило, ведут к блокировке содержательного разговора. И еще один совет: раз и навсегда откажитесь от дурацкого вопроса „Вы можете гарантировать, что...?"


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.024 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал