Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






То, что меня не убивает, лучше пусть смывается, да поживее. Надпись на футболке






 

- Ты куда? – спросила я у Рейеса, когда он выбрался из постели.

- В кухню. Точнее в жалкое ее подобие.

Я ахнула. Еще никому из тех, кто оскорблял мое жалкое подобие кухни, не сошло это с рук. Но тут Рейес улыбнулся мне своей умопомрачительной улыбкой, и я мигом забыла, о чем речь.

- У тебя есть, чем перекусить?

- Зеленое и покрытое пушком сойдет?

- Я не из любителей здоровой пищи, - отозвался Рейес, улыбаясь еще шире, отчего у меня голова просто кругом шла.

Когда он проходил мимо комода, я вспомнила, что вытащила оттуда фотографию. Ту самую, на которой он связан и с повязкой на глазах. Меня тут же накрыло приступом паники. Рейес даже не взглянул на комод. А значит, мог и не увидеть снимок. Но овладевшая мной паника заставила его остановиться. Вечно забываю, что он такой же, как я. Так же легко может улавливать эмоции других людей. Чувствовать их вкус и запах в воздухе. Конечно, мою панику он не мог не заметить. А значит, я себя выдала с потрохами.

Повернувшись ко мне, Рейес приподнял брови и спросил:

- Что такое? – На его губах все еще играла полуулыбка.

- Ничего. Мне показалось, что ты уходишь.

Он застыл и подозрительно уставился на меня.

- Почему ты мне врешь?

- Я не вру. То есть вру, но только потому, что не хочу, чтобы ты кое-что увидел.

Рейес тут же инстинктивно осмотрелся по сторонам. Но фотографию не заметил. Она лежала на комоде лицом вниз, наполовину прикрытая папками, расческой и коробкой исключительно женских причиндалов, которые я забыла отнести в ванную.

Снова повернувшись ко мне, Рейес сложил на груди руки.

- Вот теперь мне любопытно.


Я прикусила губу:

- А если я попрошу ни о чем меня не спрашивать?

- Ты мне не доверяешь?

- Дело не в доверии. Правда. По крайней мере не по отношению к тебе. Он задумчиво переступил с ноги на ногу.

- То есть вопрос в том, могу ли я доверять тебе?

- Ну, можно и так сказать. Если, конечно, ты так на это смотришь.

- А как конкретно мне смотреть? – Рейес оглянулся, испытывая полнейшее замешательство.

Будь снимок змеей, он бы уже укусил Рейеса, а потом Рейес покончил бы с ним самым воинственным образом. Так что да, он был слишком близко.

- Может, сходим куда-нибудь перекусить?

- Это оно? – спросил Рейес и не глядя взял с комода фотографию.

- Как ты… - Я замолчала, пока не выкопала себе могилу еще глубже.

Прекрасные глаза Рейеса все еще смотрели на меня, когда он поднес фото к лицу. Но в тот момент, когда он увидел, что там изображено, в меня врезалась волна ледяного ужаса. Рейес моргнул, переживая глубокий шок.

Я встала на колени и поползла по кровати к нему.



- Рейес…

- Где ты это взяла?

Следующее, что я в нем уловила, не было ни злостью, ни болью. Это было ощущение предательства. И недоверие.

- Мне… мне дала это одна женщина. Она нашла фото в квартире, где ты жил, когда мы впервые встретились. И сохранила его.

- А тебе оно зачем?

Внутри него бушевала настоящая мука, из-за чего мне было трудно сосредоточиться. В груди у меня все сжалось, сердце обливалось кровью.

- Не знаю. С тех пор, как я его увидела, я больше ни разу на него не взглянула.

Рейес шагнул ко мне, и меня ударило стеной ярости. Ну наконец-то то, с чем я могу бороться.

- Тогда зачем ты его хранишь, Датч? Я с вызовом задрала нос:

- Не знаю.

Как я могла ему сказать, что не хочу забывать о том, через что ему пришлось пройти?

Через что нам обоим пришлось пройти в руках этого чудовища?

Он вышел из спальни с фотографией в руке. Я поспешила за ним и догнала возле плиты. Он собирался сжечь снимок. Может быть, так было бы лучше, но по какой-то странной, необъяснимой причине я попросту вырвала фотографию из его пальцев.

В его глазах пылала ярость:

- Отдай.

- Ты можешь рассказать мне, что тогда случилось? – спросила я, прекрасно зная, что ничегошеньки он не расскажет. Потому что не захочет снова вспоминать прошлое с Эрлом Уокером. Его можно понять, но попытаться стоило.

- Давай я просто спалю его к чертям, и мы с тобой обо всем этом забудем.

- Не могу, - сказала я, пытаясь обуздать растущую в сердце боль. Но Рейес все равно ее


почувствовал.

Из его груди вырвалось нечеловеческое рычание, и у меня бешено забилось сердце.



Рейес схватил меня одной рукой за горло, второй за талию и прижал к стене.

- Не смей меня жалеть, Датч. Меньше всего на свете мне нужна твоя жалость.

- Это улика, Рейес. Если когда-нибудь то, через что ты прошел, снова всплывет, у нас будут доказательства. И я вовсе тебя не жалею. Я тебе сочувствую.

Улыбка, которая опять появилась на его губах, не имела ничего общего с весельем. В ней было больше враждебности, чем теплоты. Больше угрозы, чем симпатии. И у меня разбилось сердце. Я думала, мы выше этого. Оказывается, нет.

Рейес прижался ко мне. Исходящий от него горячий гнев обжигал мне кожу, как растопленная лава. Усугублялось все еще и тем, что мое тело всегда одинаково реагировало на его близость. Я вдохнула сквозь стиснутые зубы, и Рейес застыл. Через мгновение он прижался лбом к моему лбу, будто так же, как и я, не мог противиться взаимному притяжению. Однако в его глазах я выглядела предательницей. Он не хотел, чтобы я копалась в его прошлом, а фотография как раз и была частичкой этого прошлого.

Когда он снова заговорил, его голос был безразличным и каким-то чужим:

- Позовешь, когда сумеешь объяснить мне разницу между жалостью и сочувствием.

Он оттолкнул меня, взял свою сумку и вышел из квартиры, хлопнув дверью. Я сползла по стене на пол, пытаясь вспомнить, как надо дышать.

 

***

 

На следующее утро пришла Куки с новой информацией по делу. Я изо всех сил старалась не показывать, как мне грустно.

- В общем, - начала она, читая свои записи и одновременно делая себе кофе, - садовник, о котором тебе говорила миссис Бичер, Феликс Наварро, умер несколько месяцев назад.

- Что ж, это объясняет, почему он больше не работает у Лоуэллов. С его смертью ничего подозрительного не связано?

- Нет. Его дочь мне сообщила, что он умер по естественным причинам. Расследовать там нечего.

- Тогда он точно не тот, кого мы ищем. Если он и правда таскал с собой в бумажнике фотографии Харпер, то, может быть, на самом деле любил ее.

Я отпила кофе и уселась за стойку. От коробок в квартире почти ничего не осталось. За последние два дня Куки изрядно потрудилась. Остались только те, которыми была прикрыта Зона-51.

- Так и было, он ее любил, - подтвердила Куки. – Его дочь сказала мне, что он носил с собой фото всех своих детей, а Харпер и ее сводного брата Арта он считал частью своей семьи.

- Блин, это ужасно мило.

- Даже очень. Хотя я могу понять, почему миссис Бичер сочла это подозрительным.

Особенно если учесть все, что произошло.

- Тоже верно.

Куки перевернула страницу:

- Ах да. Звонил твой дядя. Сегодня утром сожгли еще одно здание.

- Опять наш парень?


- Похоже на то. Я записала адрес, - она указала на папку, лежавшую на столе. – Судя по всему, перед тем как все запылало, наш поджигатель вытащил кого-то из здания. И этот кто- то кричал и сопротивлялся.

Я поставила чашку на стойку.

- Что ж, по крайней мере у него есть свое чувство гражданского долга. Куки кивнула, помешивая кофе, а я пошла за сумкой.

- Позвони, если еще что-то выяснишь, - попросила я.

- Лады.

Перед тем как пойти к двери, я взглянула на папку. Только когда я уже надела сумку на плечо и потянулась к дверной ручке, до меня дошло. Вспомнив адрес, я застыла, а потом развернулась так быстро, что мир пошатнулся. Бросившись к папке, я отодрала стикер с адресом. Мир пошатнулся еще раз, но теперь по другой причине.

 

***

 

Когда я подъехала к месту последнего поджога, через вентиляцию Развалюхи тут же просочился едкий и противный запах гари. Пожарные все еще работали, поливая здание водой из огромных красных машин. Всю территорию обнесли лентой, свидетели стояли в сторонке, наблюдая за работой пожарных и снимая на сотовые внушительную стену дыма.

Я вышла из машины и осмотрелась. Нет, это точно не случайность и не совпадение. Именно об этом здании я говорила с Рейесом меньше трех часов назад. Здесь я впервые его увидела. Здесь нашли ту фотографию.

Я набрала Куки:

- Слушай, солнце, мне нужно, чтобы ты кое-что проверила.

- Легко.

- Возьми список всех адресов, где похозяйничал поджигатель. Он в папке. Потом сравни его со списком адресов, который составил дядя Боб, когда арестовал Рейеса за убийство Эрла Уокера. Файл у меня в ящике.

- Точно, я помню. – Куки настороженно растягивала слова. – Думаешь, есть связь?

- Это я и хочу выяснить. То есть хочу, чтобы ты выяснила. – Повесив трубку, я направилась к дежурному офицеру. – Где женщина?

- Простите? – Он пошел мне навстречу, предупреждающе подняв руки. – Вам нельзя подходить ближе, чем на тридцать метров.

- Женщина, которую вытащил поджигатель, перед тем как поджечь здание. Где она? Чувак осмотрелся по сторонам.

- Как вы узнали?

- Я работаю над этим делом с управлением полиции Альбукерке под руководством детектива Роберта Дэвидсона. – Он с места не сдвинулся, поэтому я показала ему свое удостоверение частного детектива и еще одно, в котором я значилась консультантом полиции. – Дать вам номер детектива Дэвидсона?

Не успел он ответить, как я услышала голос дяди Боба.

- Чарли! – позвал он, ковыляя ко мне. Должно быть, его опять донимало колено. – Не ждал, что ты объявишься. Насколько нам известно, в здании было пусто. За исключением той женщины. Она рвет и мечет, что ее вытащили на улицу.

Я кивнула. Наверняка это мисс Фэй. Конечно, она рвет и мечет, но не это было


причиной моего беспокойство, от которого кишки в узел завязались. Наверное, у меня все на лице было написано, потому что дядя Боб спросил:

- Что случилось, милая?

Я изобразила бледную улыбку:

- Может быть, ничего. То есть… я надеюсь, что ничего.

- Солнышко, если тебе что-то известно по этому делу…

- Я пока не уверена. Прямо сейчас Куки пытается все выяснить. Если у меня появится что-то конкретное, я сразу позвоню. – Диби кивнул, а я спросила: - Мисс Фэй может опознать поджигателя?

- Нет. Она сказала, что было очень темно. Но описала его как высокого и худого.

Я бы не назвала Рейеса худым, но мисс Фэй вполне могла. У нее странный взгляд на


мир.


 

- У твоей Карсон появились серьезные зацепки по грабителям банков.

- К сожалению, - отозвалась я.

- Твои друзья?

- Очень хорошие друзья. Ну, кроме одного. Он хочет познакомиться со мной поближе. И


нет, не в хорошем смысле, - добавила я, предупреждая логичный вопрос.

- Ага, значит, познакомиться поближе – то есть со всеми потрохами?

- В яблочко.

- Что ж, рад, что мы это сразу прояснили. А как движется другое твое дело?

Зуб даю, выражение моего лица в этот момент было самым что ни на есть расстроенным. То бишь таким, когда мои губы выглядят так, будто отдельно от меня происходят от какого-нибудь утиного семейства.

- Никак.

- Мне очень жаль, милая. Дай знать, если я чем-то могу помочь.

- Спасибо, дядя Боб. Кстати, будь осторожен с мисс Фэй. У нее глаз наметан на…

- Ага, уже выяснил. – Он потер плечо. Да уж, с этой женщиной шутки плохи.

Забравшись в Развалюху, я стала раскладывать мысли по полочкам. Рейес пах дымом. На его футболке были следы от ожогов. На лице – царапины. Такое как раз в духе мисс Фэй, даже учитывая, что речь идет о Рейесе. Впервые в жизни я молилась о том, чтобы мои догадки оказались ошибочными.

 

***

 

Раз уж я была неподалеку, то перед следующим пунктом назначения решила повидаться с Харпер. Я вошла в салон через черный ход под жужжание машинки. Наверное, кто-то работал со знакомым или другом, потому что до открытия оставалось еще несколько часов.

Пари я нашла за столом.

- Привет, подруга. Как там Харпер?

- Ты что натворила? – рявкнула она, возясь с солнцезащитными очками.

- Ничего. – Я решила, что, пока есть шанс, надо прикидываться невинной овечкой. – А что? Что я могла натворить?

Надев наконец очки, Пари решительно потопала ко мне.

- Сиенна уехала. Вернулась в Новый Орлеан. Я попятилась, подняв руки:


- Ничего мы не делали. Ей нравилась ты, а не я.

- Она пришла вчера, вся тряслась от страха. Сказала, что ты не та, за кого себя выдаешь.

– Даже сквозь очки я чувствовала ярость в ее взгляде. – Как она узнала?

Я не могла не заметить улыбку Тре, пока тот набивал осьминога на спине какого-то студентика. Рисунок был потрясающим. Позади осьминога находился целый лабиринт паровых механизмов. Шестеренки и винтики работали сообща, чтобы двигать стрелки огромных часов на левой лопатке. Но улыбался Тре вовсе не из-за своей работы. Блин, иногда до меня действительно туго доходит. Парень по уши влюблен в Пари. Само собой, он в восторге, что Сиенна испарилась.

Я потащила Пари туда, где нас никто не услышит.

- Папа пытался меня пристрелить. Я пригнулась. Вот и все.

- Твой отец пытался тебя пристрелить?!

- Всего лишь дважды.

Она удрученно опустила голову:

- Между нами с Сиенной была особая связь. Я даже думала, что она может оказаться той самой.

- Ты провела с ней всего день.

- Зато какой! – огрызнулась Пари.

- А ты никогда не думала о том, чтобы поискать поближе? – поинтересовалась я.

- В смысле среди родственников? К такому обычно относятся, мягко говоря, с неодобрением.

- Нет, прямо сейчас поближе, - я кивнула на Тре, который набивал тень от щупальца.

Поначалу ее лицо исказилось от отвращения. А потом она, видимо, передумала. Я почти слышала, как скрипят шарики и ролики у нее в голове, когда она заглянула за угол, чтобы еще раз взглянуть на Тре.

- А он ничего.

- Еще бы.

- Но он же… ну не знаю, кобель.

- Кто бы говорил. Минуточку! – Я наградила ее понимающей улыбкой. – Ты боишься конкуренции.

- Ничего подобного.

- Еще как.

- Нет.

- Да.

- Босс! – радостно крикнул Тре. – Если вы там закончили обсуждать, какой я офигенный, то твой клиент уже решил по поводу цвета.

Пари выпрямилась:

- Все, мне пора. Передай от меня привет Харпер.

- Будет сделано.

Я пошла в комнату, где жила Харпер, но ее там не было. Я прочесала каждый уголок салона, но все без толку. Черт, у меня заканчивалось время.

 

***

 

Надо признать, при первой нашей встрече миссис Бичер мне немного помогла, поэтому


я решила опять с ней поговорить, только на этот раз о том, какой стала Харпер после возвращения от бабушки с дедушкой. Остановившись у ее дома, я снова восхитилась фиолетовыми цветами и постучала в дверь. Из головы никак не шли мысли о том, куда могла подеваться Харпер.

Миссис Бичер открыла деревянную дверь, но сетчатая, как и в прошлый раз, оставалась запертой. Зато теперь, в отличие от первого раза, ее, похоже, раздражало мое присутствие. Что ж, ее можно понять. Я многих раздражаю.

- Здравствуйте, это снова я, - поздоровалась я и по-дурацки помахала в знак приветствия. – Можно задать вам еще несколько вопросов?

Миссис Бичер оглянулась через плечо:

- Я обедаю.

- Обещаю, это займет не больше минуты.

Поджав губы, она кивнула. Сегодня на ней были серое платье под цвет волос и глаз и бледно-желтый передник.

- Супер, большое вам спасибо. Во время медового месяца родителей Харпер жила у бабушки с дедушкой. Может быть, вы помните что-нибудь странное после ее возвращения? Не показалось ли вам, что ее могли обидеть? Или напугать? Что угодно, что вы могли бы счесть необычным. – Я достала блокнот на случай, если она даст мне какие-нибудь сочные лакомые кусочки. Все ведь знают: самые лучшие лакомые кусочки всегда сочные.

- Ничего особенного, - пожала плечами миссис Бичер и задумалась. – Каждый вечер она возвращалась домой, ужасно обгорев на солнце, потому что целыми днями играла во дворе с соседскими детишками. Если не считать этого, она прекрасно проводила время. Ей нравилось жить у бабушки с дедушкой.

Я тоже задумалась, потом провела языком по нижней губе и удивленно переспросила:

- Возвращалась домой? То есть вы были там? Жили с ней в одном доме?

Губы миссис Бичер растянулись в такой фальшивой улыбке, будто ей неудачно сделали подтяжку лица. И до меня вдруг дошло, что каждое ее движение предельно продумано, а каждое выражение лица тщательно отрепетировано.

- Совершенно верно. Я полагала, вам об этом известно.

- Нет. Никто об этом не упоминал.

Неужели кто-то и правда может относиться к обслуживающему персоналу так, будто этих людей попросту не существует?

От женщины передо мной пошла волна напряженности, и я поняла, что, возможно, неверно определила источник ее страха. Мне казалось, она боится со мной говорить из-за миссис Лоуэлл. Из-за того, что могла сделать миссис Лоуэлл с самой миссис Бичер. Я и представить не могла, что…

Нет, нельзя делать поспешных выводов. Во-первых, у меня это откровенно плохо получается, а во-вторых, миссис Бичер на вид – просто милейшая старушка. А милые старушки детей не преследуют. Не мучают их и не запугивают без всяких на то причин. Да и вообще, что это должна быть за причина, чтобы издеваться над пятилетним ребенком?

Я решила, что пора разыграть мой туз и посмотреть, какие карты у нее в руках. Секунду помолчав, я сказала:

- Два дня назад, когда я разговаривала с Харпер, она ни словом не обмолвилась о том, что вы были тогда с ней. Так значит, ничего особенного вы в то время не заметили?

В тот самый момент, как я произнесла эти слова, эмоции внутри миссис Бичер слетели


с катушек, как будто я только что сорвала джекпот на игровом автомате. Однако сама она оказалась настоящим профессионалом. Выражение ее лица оставалось бесстрастным. Чувства, которые бурлили под внешним спокойствием, напоминали мне летний ураган, за которым наблюдают из безопасного укрытия.

Я застыла в полнейшем замешательстве. Домработница? Серьезно? В ней же от силы полтора метра росту, и она круглая, как кекс.

- Прошу прощения, что задаю вам один и тот же вопрос, - сказала я, придя в себя. – Мы действительно очень беспокоимся о Харпер. Любая информация от вас может нам помочь.

Внезапно миссис Бичер показалась мне хрупкой, как китайский фарфор. Открыв сетчатую дверь, она посторонилась:

- Конечно. Простите мне мою грубость. Проходите, пожалуйста. – Теперь она говорила дрожащим голосом, совсем не так, как до сих пор.

Да уж. Добром все это не кончится.

Мне стало интересно, кто еще сидит у нее в доме. Какой-нибудь здоровяк-красавчик, который делает за нее всю грязную работу? А может, сумасшедшая дочурка, готовая выполнить любой ее каприз? По виду миссис Бичер ни за что не скажешь, что она способна убить кролика и подложить его маленькой девочке в постель. Но в мире случаются и куда более странные вещи.

Мне с трудом удалось заставить себя сделать шаг в эту паутину.

- Заварить вам чаю, дорогая? – предложила миссис Бичер. Чтобы подсыпать мне мышьяка? Ну уж нетушки.

- Эм-м, нет, спасибо.

Мы стояли в прихожей, но даже отсюда я заметила семнадцать миллионов фотографий одного и того же человека. Снимки представляли целую жизнь – от самого младенчества до сорока с хвостиком. Сын? Или внук?

- Хорошо. Что еще вы хотите знать?

Что ж, прямо сейчас я хотела знать, каким образом мне удастся доказать, что эта милая старушка почти всю жизнь мучила Харпер. Однако задавать такой вопрос, наверное, не стоило. Мне нужны доказательства. Или чистосердечное признание.

Миссис Бичер посмотрела куда-то мне за спину. На что именно она смотрела, я не имела понятия, потому что не могла обернуться, чтобы не показаться подозрительной. Мне было нужно, чтобы эта женщина целиком и полностью поверила в то, что ей удалось обвести меня вокруг пальца.

- Знаю, это глупо, - сказала я, закатив глаза и беспомощно улыбнувшись, - но мисс Лоуэлл настаивает, что кто-то хочет причинить ей вред. Не могли бы вы мне рассказать, что вы помните из того времени, когда жили с Харпер у ее бабушки и дедушки? Вы помните, когда начались эти «гипотетические», - я показала в воздухе кавычки, - угрозы?

Ее улыбка стала не такой напряженной. Еще бы, она ведь уверена, что я такая же наивная, какими все эти годы были ее работодатели. Однако должна признать, я была всерьез озадачена. Зачем этой женщине издеваться над пятилетней девочкой? И продолжать в том же духе всю ее жизнь? Она же доконала Харпер настолько, что ту пришлось поместить в лечебницу. От одной только мысли об этом мороз по коже.

Я посмотрела на фотографии вокруг нас. Может быть, миссис Бичер кто-то помогал. Не надо быть гением, чтобы понять: с парнем на снимках что-то не так. Голубые глаза чересчур яркие. Каштановые волосы везде растрепаны. Выражение лица на каждом снимке какое-то


диковатое. Он напоминал мне Джеральда Рому, с которым я училась в младших классах. Джеральд оказался большим любителем жечь лупой муравьев. Он всегда был немножко не в себе. А в последнюю неделю на первом курсе он сгорел. Расплата – та еще стерва.

Рассмеявшись, миссис Бичер повела меня дальше в дом.

- У девочки весьма живое воображение. Эти истории она начала рассказывать лет с пяти.

Она вела меня в кухню, а я по пути старалась заглянуть в каждой уголок, чтобы понять, с чем конкретно имею дело. И тут мне улыбнулась удача – позвонила Куки. Очень вовремя.

- Простите, - сказала я, нажав кнопку, чтобы принять звонок, - я на минутку. Надо ответить.

- Конечно-конечно, дорогая.

Отвернувшись, я отошла к двери, которая вела куда-то из кухни, и с удивлением обнаружила, что, чем ближе подходила к двери, тем больше беспокоилась миссис Бичер.

- Привет, Кук, - весело проговорила я в трубку и продолжила, пока Куки не ответила мне в том же духе: - Ага, я как раз с миссис Бичер. Короче говоря, это дело – сплошной тупик. Мне так и не удалось найти никаких свидетельств того, о чем говорила Харпер Лоуэлл. – Мои слова, похоже, немного успокоили миссис Бичер, поэтому я сделала еще пару шагов к двери.

- Ясно, - отозвалась Куки, сразу поняв, что к чему. – Тебе угрожает опасность?

- Не думаю, но в таких делах знать наверняка никак нельзя.

- Чем я могу помочь?

- Конечно, я могу встретиться с дядей Бобом за чашечкой кофе. Позвони ему и скажи, чтобы ждал меня по тому адресу, который ты мне дала.

- Будет сделано. Мне вызвать к тебе «скорую»?

- Нет-нет, все в порядке. Скажи ему, чтобы не торопился. Я скоро здесь закончу.

- Поняла, сейчас же звоню Диби. Будь осторожна.

- Что? Тебе нравится смотреть на голых мужчин в интернете?

- Чарли, я серьезно.

Блин. А ведь она ни разу в жизни не попросила прибавки. Какой толк от домогательств и притеснений, если время от времени не получать прибавку? Повесив трубку, я сделала еще шажок к двери. Сквозь плотную темноту рассмотреть ничего было нельзя, но там было холоднее, чем в доме. Может, за дверью находился какой-то подвал. Что-то мне подсказывало, что от подвалов ничего хорошего ждать не приходится, поэтому я уже собиралась развернуться и отойти, как вдруг услышала громкий звук, как от удара. В голове вспышкой взорвалась острая боль, и мир вокруг меня бешено завертелся и болезненно запрыгал.

Я скатилась вниз по лестнице и остановилась в спутанной куче волос и собственных конечностей. Кто бы мог подумать, что сосна такая жесткая? Больно было неимоверно.

Свернувшись в позе зародыша, я схватилась за голову и стиснула зубы, пытаясь унять боль, пронзавшую каждую молекулу во мне. Надо мной захлопнулась дверь, и я услышала, как миссис Бичер спускается по лестнице. Новорожденная черепаха и то передвигается быстрее. В руках милая старушка держала чугунную сковородку, и я была уверена на все сто, что именно эта сковородка и стала началом моего волнующего путешествия в неизвестность. Кто же знал, что чугун может быть таким тяжелым?

Мне по-прежнему были нужны доказательства причастности миссис Бичер к делу


Харпер. В данный момент я могла доказать только то, что на меня напала старушка со сковородкой. Причем старушка эта вполне могла объявить себя в суде недееспособной по причине маразма и слабоумия и выйти сухой из воды. Призвав на помощь всю свою силу воли, я заставила себя расслабиться и прикинуться только что вынутой из воды лапшой. Сюда уже едет дядя Боб. Может быть, мне удастся покончить с этим делом еще до того, как он появится.

Оказывается, у меня текли слезы – я ощущала прохладный воздух на влажных щеках. И это была единственная светлая сторона, которую я сумела рассмотреть в сложившейся ситуации. Ну, может быть, сюда же можно отнести и тот факт, что при необходимости я, наверное, все-таки сумею одолеть миссис Бичер. Она была уже на полпути вниз, поэтому я решила приберечь остатки силы воли на потом, а пока обдумать, каково было бы жить в мире, где правят бабочки, а люди – их рабы.

Не сработало. Думать получалось только о боли, царящей в Барбаре – моем мозгу. Как правило, я не очень много внимания уделяю Барбаре – она редко выходит погулять. Но сегодня, по всей видимости, ее звездный час. Я была уверена, что какие-то ее части уже просачиваются наружу через Фреда – мой череп.

Пока я валялась, прикидываясь спагетти, миссис Бичер прошла к ряду полок и стала копаться в старых коробках. Наверное, искала какую-нибудь старую ржавую ножовку, чтобы расчленить меня, а потом похоронить по частям в этом самом подвале. Пол здесь был земляным. Удобненько.

А потом я услышала что-то еще. Посмотрев вверх, я увидела, как по лестнице на цыпочках спускается Харпер. Я наградила ее многозначительным взглядом, но, едва заметив меня, она тут же помчалась вниз.

- Чарли, - прошептала она, в ужасе оглядываясь по сторонам, - что случилось?

- Ты что здесь делаешь? – спросила я сквозь стиснутые зубы, стараясь не шевелить губами. Уж не знаю зачем. Больше всего на свете мне хотелось свернуться в клубок, схватиться за голову и корчиться в муках.

Увидев миссис Бичер, Харпер положила руку мне на плечо. От какой-то мысли ее лицо посветлело.

- Я пришла сюда, потому что кое-что вспомнила

- Ты должна уйти. По виду не скажешь, но у этой женщины коварный хук слева. – Я зло оглянулась на миссис Бичер. – Чертова обманщица! На кой ей сдалась чугунная сковородка? Она же сама размером с теннисный мячик. – Однако Харпер меня уже не слушала. Она смотрела на спину миссис Бичер, и в ее взгляде плескалась смесь удивления и страданий. В моих глазах, наверное, тоже можно было разглядеть страдания, но причина у них была совсем другой. – Харпер, - прошептала я, пытаясь снова привлечь ее внимание. К счастью, миссис Бичер, похоже, ничего не слышала из-за шума, который производила своими копаниями в коробках. – Что ты вспомнила, солнце?

Огромные карие глаза Харпер посмотрели на меня, но как-то рассеянно.

- Ее внук, - еле слышно прошептала она. – Дьюи был чуть-чуть старше меня. Он жил с нами. В комнате миссис Бичер.

Боль начала ослабевать, пульсация в голове стала почти переносимой.

- Что произошло, солнце? Она жила с тобой у бабушки с дедушкой, когда родители уехали на медовый месяц. Ее внук тебя обижал?

У Харпер было такое выражение лица, будто она где-то в другом месте. Мне даже


показалось, что она не ответит. Однако через несколько секунд она заговорила:

- Нет, не меня. – Она прикрыла руками рот. – Маленького мальчика. Кажется, он убил мальчика. – Я зажмурилась, тщетно пытаясь остановить образы, рожденные у меня в мыслях словами Харпер. – Миссис Бичер нашла Дьюи, - продолжала она, - когда он пытался разбудить мальчика. Но у него не получалось. Тогда она и увидела меня.

Я снова посмотрела на Харпер.

- Миссис Бичер? Она видела тебя?

- Да. Мы играли в прятки в сарае. Дьюи разозлился, когда мальчик его нашел. Точно не знаю, что там случилось, но они начали драться. Дьюи повалил его на землю и сидел сверху, пока мальчик не перестал бороться. Не перестал дышать. – Харпер закрыла глаза. По ее щекам текли слезы. А потом она встрепенулась, словно вспомнила что-то еще. – Я пришла сюда спросить, почему миссис Бичер так поступила. Почему никому не рассказала о том, что произошло.

Судя по всему, миссис Бичер нашла, что искала, и уже шла к нам. Мне нужно было поторопиться.

- Харпер, что она сделала? Что сделала миссис Бичер в тот день, когда вы играли в сарае?

- Схватила меня. – Харпер посмотрела на свои руки. – У нее были ужасно острые ногти. Она меня трясла. Говорила, что Дьюи случайно убил кролика. Белого кролика. А если я хоть кому-нибудь расскажу, он поступит так же и со мной. Она положила кролика в чемодан и привезла его в город.

Наверное, у меня на лице было написано, в каком я шоке. Харпер печально кивнула:

- Только это был не кролик. Теперь я вспомнила. Тот мальчик похоронен где-то на нашей земле. В красном чемодане.

У меня что-то сжалось в груди. Куки говорила, что в то время в Перальте без вести пропал мальчик, а Перальта граничит с Боск-Фармсом. Трудно даже сказать, где кончается один городок и начинается другой. Дело так и не раскрыли.

Зато теперь уж точно раскроют.

Миссис Бичер была уже совсем рядом, поэтому я прикрыла глаза, все еще притворяясь, будто я без сознания, и стала следить за ней через узкие щелочки. Мне было видно достаточно, чтобы рассмотреть, что у нее в руках. Это был нож для колки льда. Нож для колки льда! Какого черта? Эта женщина – просто образец хладнокровия. Ахнув, Харпер укрыла меня собой. Никто и никогда ничего подобного ради меня не делал.

Над нами распахнулась дверь, и на лестнице послышались тяжелые шаги. К сожалению, это явно не дядя Боб. Он бы просто не успел так быстро сюда добраться. К тому же дядя Боб всегда кричит что-то вроде «Полиция! Руки вверх!». А этот парень ничего не кричал.

Глядя, как ко мне подходит чувак с фотографий, я съежилась. Отчасти потому, что он был огромным, почти в два раза выше миссис Бичер. Но в основном потому, что все это дерьмо вдруг стало очень реальным. Теперь придется бороться с обоими, а Барбара по- прежнему вытекает из Фреда.

- Кто ты? – спросил он меня.

Наверное, он говорил со спагеттиной, которой я притворялась изо всех сил.

- Эта женщина хочет тебя у меня забрать. Мы должны посадить ее в землю, чтобы она могла вырасти.


Чувак с фотографий опустил голову:

- Я больше не хочу так делать.

- Я тоже не хочу, зайчик, но мне нужно, чтобы ты был рядом со мной. Кто же еще поработает в саду?

Поработает в саду?

- Знаю, бабуля, но…

В каком еще, к черту, саду?

- Никаких «но». А теперь позаботься о ней, как ты позаботился о мисс Харпер. Он глянул в темный угол подвала. На свежую кучу земли.

- Харпер хорошо ко мне относилась.

А я-то думала, речь о стрижке газона. Вот, значит, что такое «поработать в саду». Миссис Бичер похлопала внука по здоровенному плечу:

- Я знаю, зайчик, знаю. Но она собиралась сдать тебя полиции. И тебя, сладкий мой, посадили бы в тюрьму. Что бы я тогда без тебя делала?

Он пожал плечами, и миссис Бичер принялась кудахтать над ним, ущипнув за щеку, будто ему года четыре. Ну, блин, я по уши в дерьме.

Схватившись за нож для колки льда так, будто от него зависела ее жизнь, старушенция посмотрела на меня.

- Погоди. Сначала надо удостовериться, что она действительно мертва.

Она тяжело опустилась рядом со мной на одно колено. На это у нее ушло столько времени, что я успела задуматься, каким станет мир, если растают полярные льды. Когда думать об этом мне надоело, я стала решать, что лучше – попытаться сбежать или как-то поладить с Дьюи. Лично мне он казался чуточку вменяемее, чем его сообщница.

- Как ты думаешь, где у нее сердце? – спросила упомянутая сообщница. Бетти Уайт? Ей нужна моя Бетти?

Я инстинктивно прикрыла Бетти руками. Она такая хрупкая, такая ранимая! А миссис Бичер собирается проткнуть ее ножом для колки льда? Фигушки.

От удивления старушенция отшатнулась, а я поползла вверх по лестнице, как вдруг мне на спину приземлился груз весом с бетономешалку.

- Какой же ты у меня молодец! Держи ее покрепче. А куда подевался наш ножик?

Харпер бросилась вперед, чтобы свалить с меня Дьюи, и очень удивилась, пролетев прямо сквозь него.

Черт возьми. Надо было ей сказать. Всегда тяжело, когда люди не знают, что умерли. От таких новостей они будто впадают в шоковое состояние, и иногда я их после этого годами не вижу. И все-таки я должна была все рассказать Харпер. От потрясения, написанного на ее лице, когда она протянула руку сквозь голову Дьюи, у меня зашлось от боли сердце.

- Я умерла? – глядя прямо мне в глаза, спросила Харпер и сползла на пол. От переполнявших ее чувств голос звучал хрипло, а взгляд стал таким, будто мыслями она была за тысячи километров отсюда.

Я напряглась под весом Дьюи, поражаясь, чем, елки-палки, его кормит бабуля, однако была не в силах подавить волну радости от того, что миссис Бичер потеряла нож для колки льда.

- Мне очень жаль, Харпер, - еле-еле выдавила я. – Я хотела тебе рассказать.

- Что ты там бормочешь? – спросила миссис Бичер.

- Я вызвала полицию, - сказала я, вытянув шею. – Они уже в пути.


Насмешливо фыркнув, она повернулась ко мне спиной.

- Мне не хватает света. Куда же могла подеваться эта штуковина?

- Они меня убили? – ошеломленно спросила Харпер. Я потянулась к ней и положила руку ей на колено.

- Да, но я не знаю, кто именно. Ты что-нибудь помнишь?

- Бабуль, она разговаривает.

- Ну так навались на нее посильнее.

Внучек тут же последовал совету и даже подпрыгнул на мне для проформы. Все, о чем я могла думать в этот момент, можно было уложить в одно слово: «Гос-по-ди!». И где только носит дядю Боба, когда он мне так нужен?

Я чувствовала себя так, будто попала в настоящий фильм ужасов. Еще чуть-чуть, и из- под лестницы выскочат злобные клоуны. Я изо всех сил постаралась сосредоточиться на том, чтобы выжить в этом чертовом шоу уродцев.

- Чем это ты занимаешься?

Я с трудом повернула голову в другую сторону и увидела Ангела. Судя по выражению его лица, ничего хорошего он сейчас обо мне не думал.

- Пытаюсь дышать, - ответила я, пытаясь дышать, однако по бокам уже отчетливо видела темные пятна.

- Почему этот чувак на тебе сидит? – И тут он увидел Харпер. – Ух ты… привет. – Ангел кивнул, но она до сих пор была в шоке – смотрела на свои руки, снова и снова поворачивая их ладонями то вверх, то вниз.

- Как думаешь, сможешь спихнуть его с меня? – спросила я у Ангела.

- Могу попытаться.

- Ну и когда, стесняюсь спросить?

Ангел нахмурился, уставился на Дьюи, сосредоточился и через несколько секунд толкнул его. Дьюи кубарем покатился вниз.

Ох ты ж пирог из батата!

Я снова поползла по лестнице, чувствуя, как кренится Земля. Меня постоянно притягивало к стене, и я поняла, что у меня скорее всего сотрясение. К сожалению, Дьюи быстро пришел в себя, потянулся над лестницей и дернул меня за ногу.

Держу пари, будет больно.

Ага. Я стукнулась подбородком о ступеньку, громко клацнув зубами. Происходящее очень напоминало мне то, что я видела в ужастиках, которых пересмотрела за всю жизнь не меньше тысячи. Я грохнулась с лестницы, и не последнюю роль в этом сыграло убийственное головокружение.

Подняв руки, я посмотрела на Дьюи и сказала:

- Послушай, тебе надо успокоиться.

В ту же секунду он схватил меня за горло огромными ручищами. Когда-нибудь я обязательно пойму, что просьба успокоиться оказывает на людей прямо противоположный эффект.

- Держи ее, сладкий мой. Никак не могу найти этот дурацкий нож. Придется воспользоваться сковородой.

- Прекрати думать, как человек, - сказал мне Ангел.

- Никакой от тебя помощи, блин. Найди Рейеса.

- Я здесь, - услышала я из угла голос Рейеса. – Смотрю, как тебе надирают зад. Опять.


Плотные волны черного плаща клубились вокруг меня, вызывая приступы морской болезни. Рейес определенно был в нематериальном виде, потому что Бичеры его не видели.

На долю секунды хватка Дьюи ослабла, и я сумела выдавить:

- Сделай что-нибудь.

- Сломать ей шею?

- Нет.

- А ему?

Тут надо подумать.

Ко мне уже шла миссис Бичер со сковородкой в руке.

- Спаси… Фреда и… Барбару, - сказала я. Дьюи так мощно сдавливал мне горло, что мой голос звучал, как у мультяшного персонажа. А это мне совсем-совсем не нравилось. Ну серьезно, сколько еще Рейес будет на это смотреть?

- Я пытаюсь дать тебе возможность проявить свои силы.

- К черту мои силы. Сделай что-нибудь.

Рейес дематериализовался и появился снова рядом со мной. Я услышала свист меча, рассекающего воздух. Пальцы Дьюи расслабились, лицо превратилось в маску чистейшего замешательства, а потом он упал на пол. Рейес рассек ему позвоночник, хотя у врачей уйдет какое-то время на то, чтобы это выяснить. Внешних травм не будет, потому что Рейес режет изнутри.

Миссис Бичер застыла с исказившимся от ужаса лицом.

- Миссис Бичер, - начала я, кашляя и булькая, как старенький «юго» (1), - сейчас же опустите свою сковородку.

 

 

(1) «Юго», или «застава-корал» (серб. Zastava Koral) — югославский субкомпактный автомобиль марки «Zastava», выпускавшийся с 1980 по 2008 годы. Создан по образцам итальянских автомобилей Fiat 127 и Fiat 128, является одним из наиболее мощных автомобилей марки «Zastava». В Европе выпускался под именами «Yugo» и «Innocenti Koral» Несмотря на огромное количество произведённых экземпляров и популярность на Балканах, автомобиль был официально признан одним из 50 худших автомобилей за всю историю автомобильной промышленности.

 

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2020 год. (0.049 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал