Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ГЛАВА 15. Рен Омсворд молча сидела в темноте туннеля вместе со своими спутниками




 

Рен Омсворд молча сидела в темноте туннеля вместе со своими спутниками. Где-то впереди Филин стучал кремнем о кремень, высекая искру, чтобы зажечь смоляной факел, который он удерживал между коленей. Магический огонь, освещавший туннель, когда Рен входила в город, теперь исчез вместе с Арборлоном и эльфами в Лодене. Трисс вошел последним, неся на руках Элленрох. Он плотно закрыл за собой дверь, отгородив их от кошмара, бушевавшего снаружи, но одновременно заперев их в ловушке вместе с жаром пламени и зловонием Киллешана.

Впереди сверкнула искра, оранжевое пламя вспыхнуло неровным светом, отбрасывая во все стороны тени. Все головы повернулись в ту сторону.

— Скорее, — прошептал Филин. Его голос звучал резко и настойчиво. — Демоны скоро найдут дверь.

Все быстро поползли за ним — Эовен, Дал, Гавилан, Рен, Гарт, Трисс с Элленрох и Корт. Их преследовали вой и визг демонов, врывающихся в землю с цепкостью кротов. На коже Рен выступили капли пота, жара в туннеле становилась все сильней. Девушка потерла глаза, пытаясь смахнуть с них жгучую влагу. С трудом поспевая за остальными, она мысленно вернулась к Элленрох, вызывающей свет, который взметнул вверх Арборлон, а затем опустил его в сверкающие глубины камня.

Пробираясь через сплетение корней, сквозь нити свисающей донизу паутины, она ощутила страшный груз ответственности, который навалился на нее. Этот груз достался ей, далеко не самой сильной. Но таков наказ Алланона, отправившего ее на поиски эльфов.

Вдруг земля содрогнулась.

Цепочка путников замерла, все втянули головы в плечи, чтобы защититься от града камней, посыпавшихся с потолка. Землю сотрясали толчки — словно какой-то великан схватил остров своими лапищами и пытался поднять его.

— Что происходит? — услышала Рен вопрос Гавилана. Она упала на колени, но успокоилась, почувствовав, как рука Гарта опустилась ей на плечо.

— Идемте! — резко бросил Филин. — Быстрее!

Они бежали, низко пригнувшись, стараясь защититься от глыб земли, нависших над ними. Толчки продолжались, сопровождаемые подземным рокотом, который периодически возникал и исчезал; судороги, сотрясавшие почву, швыряли их то к одной, то к другой стене туннеля. Секунды, казалось, неслись так же быстро, как они сами, преследуемые страхом. Часть туннеля позади них обвалилась, осыпав их комьями земли. Они слышали, как трещит камень и раскалывается вулканическая порода.

— Филин, освободи нас! — раздался крик обезумевшего Гавилана.

Отчаянно карабкаясь, они принялись выбираться из туннеля через пролом, увеличивая его собственными руками, прокладывая путь к слабому свечению снаружи. И тут туннель обвалился окончательно, а в пролом, через который они пробирались, хлынула вода. Толчки продолжались, заставляя скалы скрежетать и крошиться. Рен с трудом поднялась на ноги и, встав вместе с другими под крону гибнущей акации, взглянула назад, туда, где они только что находились.



Киль кишел демонами, пытавшимися перебраться через ненавистное заграждение. Волшебная сила исчезла, но толчки, которые сменили ее, оказались еще более труднопреодолимым препятствием. Демоны падали со стены, пронзительно вопя, слетая, как листья с осенних деревьев в бурю. Киль скрипел и рассыпался, крошились, содрогаясь под ним, скалы, летели каменные глыбы, — казалось, рушится мир. Из-под земли вырывались языки пламени, кратер, из которого Арборлон был вырван магической силой, превратился в котел, где бурлил жар и бушевало пламя. Гейзеры били в небо шипящими струями воды и пара. Кора, покрывавшая склоны Киллешана, растрескалась, теперь она пропускала расплавленную породу.

— Киллешан проснулся, — тихо сказала Эовен. Все обернулись. — Исчезновение Арборлона нарушило равновесие на Морровинде, возникла пустота. Разрушение достигло самого сердца острова. Вулкан проснулся. Теперь его нутро будет полыхать, рождая новый жар и газы, пока они не вырвутся на свободу.

Элленрох пришла в себя после оцепенения, в которое впала, призвав волшебную силу Лодена. Теперь она выглядела спокойной, уверенной и больше не испытывала страха.

— У меня нет никаких сомнений, — сказала она. — Идя быстрым шагом, мы спустимся к берегу Синего Раздела, затем покинем остров и переберемся туда, где наша прародина. Держитесь вместе и будьте внимательны. Филин, веди нас.



Орин Страйт двинулся первым, остальные последовали за ним. Никто не задал Элленрох ни единого вопроса, само ее присутствие говорило о многом. Рен мельком взглянула назад и увидела, что ее бабушка идет рядом с Эовен, движущейся с совершенно отрешенным видом. Обняв провидицу, королева осторожно вела ее вперед. А позади в пламени вулкана светился Киль и бесновались демоны, окрашенные в цвет крови.

Смутными тенями группа медленно спускалась со склонов Киллешана, обходя зубцы скал, валежник и кустарник. Впереди шумела Ровена, неся свои вспенившиеся воды к океану. Их гнали вперед толчки и судороги земли, пробегавшие вдоль скалистых коридоров, сотрясая деревья и кусты, но сила их уменьшалась по мере того, как группа продвигалась вперед. Вулканический пепел повис, приглушив яркие цвета летнего утра, скрыл в тумане очертания пейзажа. Дыхание Рен стало спокойным и легким, тело уже не пылало жаром. В туннеле она чувствовала себя как в ловушке, теперь это ощущение исчезло.

Но все же ей не удалось заблаговременно обнаружить демонов. Более десятка небольших и шишковатых уродцев неожиданно выскочили из-за кустарников и ветвей деревьев. Эовен удалось избежать столкновения, а Филин исчез в шквале битвы. Все остальные, собравшись вместе, швыряли в нападающих всем, что попадалось под руку, — они защищали Эовен. Эльфийские Охотники сражались с мрачной жестокостью. Сражение закончилось, молено сказать, не начинаясь. Одному удалось бежать, остальные валялись на земле поверженные.

Из-за гребня горы вновь появился Филин — одежда изодрана в клочья, худое лицо исцарапано. Он подал спутникам молчаливый знак, свернув с тропы, по которой они шли, увлекая всех за собой с вершины в узкий извилистый овраг, исчезающий в тумане. Они поглядывали вокруг, ожидая новых атак: демоны могут таиться повсюду, ведь не все они ушли к Килю. Над головами простиралось желтое небо — восходящее солнце безуспешно пыталось пробиться сквозь пелену пепла.

Путники уже приближались к Ровене, когда Орин Страйт вдруг остановил их. Приникнув к земле и показав им жестом, чтобы и они залегли, он исчез в тумане. Минут через пять он появился снова, призывая продолжить путь. Скрываясь за гребнем скал, они двигались туда, где хребет горы отделял их от Ровены. Еще более мили они шли вдоль реки, затем вновь поднялись на вершину холма. Рен смотрела на ленивую серую ленту Ровены, исчезавшую вдали.

Полный покой.

К ним наконец присоединился Филин, его сухое лицо, казалось, еще больше сморщилось.

— Вся отмель заполнена темными существами. Надо перебираться здесь. Но река тут слишком широка, нам не переплыть. Построим плот, большой плот, чтобы удержал нас. Мы должны это сделать, другого выхода нет.

Он взял с собой Эльфийских Охотников и отправился валить деревья, чтобы соорудить плот, оставив Гавилана и Гарта с женщинами. Элленрох подошла к Рен, порывисто обняла ее, ободряюще улыбнувшись. Королева сказала, что все хорошо, но ее лоб прорезали морщины, выдававшие тревогу. Она тихо отошла в сторону.

— Дотронься до земли, Рен, — прошептала вдруг Эовен, нагнувшись к ней. Прижав руки к земле, Рен ощутила толчки. — Волшебная сила сметает все вокруг нас. Все, что угрожало нам и вызывало наш страх, начинает рушиться.

Рыжие волосы прядями упали на ее отрешенные глаза. Эовен выглядела так, словно она только что пробудилась от кошмарного сна. — Она должна тебе кое-что рассказать, Рен. Ей придется это сделать.

И Эовен отошла к королеве. Рен так и не поняла, о чем толковала прорицательница, но предположила, что она имела в виду Элленрох и какие-то секреты, которые та должна ей открыть.

Корт и Дал вернулись с бревном, затем снова исчезли. Филин, настороженный, как на охоте, согнувшись, двигался к реке. Все казалось каким-то ненастоящим, как сон, который прикинулся действительностью.

Неожиданный толчок потряс землю, заставив Рен открыть рот от изумления и мгновенно присесть, чтобы удержать равновесие. Воды Ровены, казалось, резко поднялись, вздыбившись волной, которая ударила о берег.

Гарт коснулся ее плеча: «Остров разваливается».

Она кивнула, вспомнив слова Эовен о том, что приближающееся бедствие — результат крушения магической силы.

Гарт спустился, чтобы помочь Эльфийским Охотникам вязать плот. Гавилан шепотом говорил о чем-то с Элленрох, и его глаза выражали беспокойство и раздражение. Рен изучающе смотрела на него, сравнивая двух Гавиланов — озабоченного и беспечного, крайне неловкого и удивительно проворного. Он нравился ей, она хотела, чтобы он стал ближе. Но было в нем что-то тревожащее и неразгаданное.

Рен поднялась с коленей, когда что-то небольшое и темное метнулось из зарослей и бросилось к ней. Она отшатнулась от неожиданности, но тут же поняла, что существо, уцепившееся за нее, это Фаун. Она засмеялась и крепко прижала к себе лесную скрипелочку.

— Фаун, — тихо сказала она странному маленькому существу. — Я подумала уже, что с тобой случилась беда. Но ты в порядке? Правда, малыш?

Элленрох и Гавилан оглянулись на ее голос, на их лицах отразилось недоумение, и она ободряюще помахала им, невольно улыбнувшись.

— Гр-р-р. Ты не забыла о своем обещании?

Повернувшись, Рен увидела Стресу с растопыренными иголками, глядящего на нее из темноты. Она опустилась перед ним на колени.

— С тобой все в порядке, мистер иглокот? Я волновалась о вас обоих. Не могла выйти убедиться, что вы в безопасности, но надеялась, что это именно так. Вы нашли друг друга после того, как я ушла?

— Да, Рен из рода эльфов, — ответил иглокот, его слова прозвучали со спокойным достоинством. — Фр-р-р. Скрипелочка прибежала на рассвете вся взъерошенная и все верещала о тебе. Она обнаружила меня у реки, где я ждал. Значит, теперь… Ты обещаешь? Ты помнишь о своем обещании, да?

Рен кивнула:

— Я помню, Стреса. Уходя из города, я должна была взять тебя с собой в Западную Землю. Я сдержу обещание. А ты волновался, что я нарушу слово?

— Ш-ш-ш! Ф-р-р! — Кот перестал топорщить свои иголки. — Я надеялся, что ты тот человек, слова которого кое-что значат. Не как… — Он осекся.

— Бабушка! — окликнула Рен королеву, и Элленрох подошла к ней; ее вьющиеся волосы спадали на лицо как вуаль. — Бабушка, это мои друзья, Стреса и Фаун. Они помогли Гарту и мне найти дорогу в город.

— Значит, они и мои друзья, — сказала Элленрох.

— Сударыня, — чопорно ответил Стреса, — это был наш долг.

— Кто это? — Гавилан подошел к ним, в его глазах вспыхнула радость. — Неужели иглокот? Я уж думал, что они все вымерли.

— Нас осталось несколько особей… Ш-ш-ш… Но не по вашей милости, — дерзко заявил Стреса.

— Бабушка, — вмешалась Рен. — Я обещала Стресе, что возьму его с собой, когда мы будем покидать остров, и должна сдержать обещание. И Фаун тоже должна отправиться с нами. — Она прижала к себе пушистого зверька.

Во взгляде Элленрох промелькнула нерешительность, как будто просьба взять с собой эти милые существа трудновыполнима, чего Рен понять не могла.

— Я не знаю, — тихо промолвила королева. Она взглянула на Эльфийских Охотников, запятых загрузкой плота, затем сказала: — Но если ты обещала…

— Тетя Элл! — резко оборвал ее Гавилан. Взгляд королевы был холоден.

— Но ты ведь знаешь правила…

— Замолчи! — Гавилан не скрывал своего гнева, избегая смотреть и на королеву, и на Реп, он устремил неприязненный взгляд на Стресу. — Это ошибка. Тебе лучше знать, иглокот. Помнишь, кто создал тебя? Помнишь почему?

— Гавилан! — Королева не на шутку рассердилась.

Эльфийские Охотники, оторвавшись от работы, посмотрели на них. Филин вновь появился из тумана, Эовен подошла и встала рядом с королевой.

Гавилан круто развернулся и зашагал к плоту. Все застыли в тумане, как статуи. Затем Элленрох сказала, обращаясь ко всем сразу и как-то растерянно:

— Я приношу извинения.

И ушла. Ее моложавое лицо настолько изменилось, что Рен не осмелилась последовать за ней.

Она растерянно смотрела на Стресу. Иглокот горько рассмеялся:

— Она не хочет, чтобы мы ушли с острова. Ф-ф-ф. Никто из них не хочет.

— Стреса, что тут произошло? — спросила Рен, не получив ничьей поддержки и на сей раз рассердившись сама.

Кот преобразился.

— Р-р-р… Рен Омсворд. Ты не знаешь?! Ш-ш-ш… Ты не знаешь, да? Элленрох Элессдил — твоя родная бабушка, и ты не знаешь? Как это странно!

— Пойдем, Рен, — сказал Филин, проходя мимо них и слегка коснувшись ее плеча. — Пора уезжать. Ну же, скорее.

Эльфийские Охотники толкали плот к краю воды, все остальные толпились рядом.

— Так ты скажешь мне? — резко крикнула Рен иглокоту.

— Прогулка вниз по Ровене отнюдь не моя идея, — сказал тот, не обращая внимания на ее тон. — Я сяду в середине плота, если позволишь. Ш-ш-ш. И даже если не позволишь.

Еще одна череда толчков потрясла остров. Киллешан изверг потоки темно-красного пламени, пепел и дым вырвались наружу. Из глубины земли доносился невероятный грохот.

Все хором звали Рен, и она подбежала к воде. Стреса бежал на шаг впереди, а Фаун обернулась вокруг ее шеи. Девушка была в ярости, что никто не доверяет ей, что в ее присутствии могут вестись споры о том, чего ей преднамеренно не говорят. Рен становилось очевидным, что, пока она сама всего не выяснит, никто никогда не расскажет ей правду об эльфах и о Морровинде.

Она подошла к плоту, когда его стаскивали в Ровену, на ходу обменявшись недружелюбными взглядами с Гавиланом и держась поближе к Гарту. Эльфийские Охотники стояли уже по колено в воде, придерживая плот. Стреса прыгнул на плот без спросу и устроился в центре среди мешков с припасами. Никто не возразил и ничего не сказал. Эовен и королеву проводил на их места Трисс, при этом королева крепко держала жезл Рукха обеими руками. Рен и Гарт шли следом. Оставшиеся на берегу оттолкнули плот от берега, и сразу же течение подхватило и понесло его. Сидевшие на кормовой части забили ногами по воде, стараясь оттолкнуть плот подальше от скал и корней деревьев, которые могли зацепить их.

Киллешан не утихал, огонь и зола вырывались из жерла вулкана, громко выражавшего свое недовольство. Небо потемнело от нового выброса вулканического пепла, затмившего свет. Плот выплыл на середину реки, качаясь на волнах и набирая скорость. Филин громко давал указания своим товарищам, тщетно пытавшимся направить плот к противоположному берегу. От земных толчков вода заволновалась, образовывая небольшие водовороты. В них кружились щепки, сучья, пучки травы. Плот швыряло во все стороны, и удержаться на нем стоило больших усилий.

— Уберите ноги! — крикнул Филин. — Держитесь крепче.

Они неслись вниз по реке. Вещи перекатывались по плоту, с шумом подпрыгивали, словно их дергали за невидимые нити. Руки Рен, вцепившиеся в веревки, болели от напряжения, тело онемело от ледяной воды. Стремительный поток заглушал рев вулкана, но она еще чувствовала его толчки, испытывая тошноту и дрожа от напряжения. Впереди появились скалы, поднявшиеся из воды как стены неприступного замка. Когда плот оказался в центре каменного мешка, скалы сверхъестественным образом расступились, чтобы дать Ровене проскочить через узкое ущелье. Но стремнина оказалась настолько бурной, что казалось, плот вот-вот разобьется о скалы. Но русло снова расширилось, а скалы отступили. Покружив среди порогов, путники попали в затон, окаймленный зеленым маревом зарослей.

Река замедлила свое движение и затихла. Плот уже не кружился, а лениво плыл к центру затона. Над его светлым зеркалом висел густой туман, укутывая береговую линию, скрытую за зеленой маской тишины. Откуда-то издалека доносился яростный грохот Киллешана.

Стреса осторожно поднял голову и огляделся вокруг. Проницательный взгляд иглокота быстро нашел Рен.

— Ш-ш-ш! Мы должны отсюда уйти! — предупредил он. — Здесь нехорошее… ш-ш-ш… место! Вон там Иденс Мерк!

— Что ты бормочешь, иглокот? — раздраженно проворчал Гавилан.

Элленрох снова взяла жезл Рукха, который лежал поперек плота.

— Филин, ты знаешь, где мы находимся? Орин Страйт покачал головой.

— Но если кот говорит, что тут небезопасно…

Вода позади них оглушительно взревела, и появилась огромная, покрытая коркой черная голова. Она поднялась, медленно, почти устало, раскачиваясь на жирном, вихляющемся, шишковатом теле. Из пасти свисали усики — щупальца, изгибающиеся в поисках еды. Зеленоватая пасть открылась, и показались зубы, кривые, в два ряда. Голова продолжала свой танец, пока не поднялась над ними, и, замерев футах в пятидесяти, зашипела, как змея, на которую наступили ногой.

— Змея! — тихо вскрикнула Эовен.

Эльфийские Охотники стали перегруппировываться, поспешно выстраивая защитную стенку между чудовищем и своими подопечными. Обнажив оружие, они кормовым веслом пытались развернуть плот к противоположному берегу. Но попытка оказалась неудачной. Змея продолжала преследование, не тратя почти никаких усилий на то, чтобы настичь их, угрожающе открывая пасть. Рен стояла рядом с Гартом, помогая толкать плот, но берег, казалось, лишь отдалялся от них.

Змея ударила хвостом, когда они находились в какой-то сотне ярдов от берега, плот взмыл вверх, и девять человек, вцепившихся в него, оказались в воздухе. Их отбросило в сторону, и они попадали в воду. Веревки оборвались от удара, и бревна плота стали расходиться.

Змея снова набросилась на них из водяной толщи. Рык чудовища напоминал низкий, ревущий кашель, тело изгибалось и извивалось, превращаясь в гигантскую дугу. Рен видела, как поплыл к берегу Гавилан, как спасались вплавь другие, но змея ударила снова, и все исчезло в водовороте брызг. Голова змеи вновь проступила из тумана, но на этот раз Триссу и Корту удалось атаковать чудовище, их мечи бешено кололи и рубили. Полетела чешуя, и хлынула темная кровь, змея взревела от ярости и боли. Она забилась в конвульсиях, пытаясь сбросить нападающих. Триссу удалось все же вонзить меч в чешуйчатую голову, Корт тоже не прекращал атак.

Тело змеи билось, разбрасывая бревна по поверхности воды.

Одно из бревен ударило Рен по голове. Теряя сознание, она успела заметить, как змея нырнула, как Гарт повлек Эовен к берегу, как Элленрох и Филин тянулись к обломкам плота, — затем все исчезло.

Ее полубесчувственное тело несло течение. Она понимала, что тонет, но у нее не было сил сопротивляться. Она задержала дыхание, когда вода сомкнулась над ней, и все-таки попыталась вздохнуть, когда не могла больше сдерживаться, — вода хлынула в легкие. Рен беззвучно вскрикнула, но не услышала своего голоса, лишь ощутила тяжесть эльфинитов на шее, их жгучее прикосновение.

Вдруг она почувствовала толчок: какая-то сила подхватила и потащила ее, сначала что-то зацепилось за рубаху, а затем скользнуло по телу, обвив его. Сначала ладонь, потом рука… ее держал человек. Она поднималась на поверхность.

Вынырнув, Рен попыталась вытолкнуть из горла воду, давясь от кашля. Она безвольно легла на спину, все еще оглушенная ударом и ошеломленная чудом спасения. Рен заморгала, чтобы стряхнуть с ресниц воду, и посмотрела назад, на реку. Ровена уходила в изменчивое серебряное марево под вуалью облаков. Змея исчезла. Она слышала голоса, зовущие кого-то. Вот, кажется, выкрикнули и ее имя.

Наконец она оказалась на берегу, на нее смотрели глаза Гавилана.

— Ты в порядке, Рен? — спросил он, задыхаясь от усталости. — Посмотри на меня.

Она посмотрела и увидела его лицо, на котором отражались озабоченность и недавний неподдельный страх.

Он схватил ее за руку.

— Теперь все хорошо. Все прекрасно. — Она глубоко и жадно вдохнула. — Спасибо, Гавилан. Он вдруг смутился.

— Я же сказал, что нахожусь здесь, чтобы помогать тебе, но не ожидал, что это потребуется так скоро.

Он помог ей подняться и проводил туда, где их ожидала Элленрох, чтобы заключить Рен в свои объятия. Она с волнением обняла девушку, прошептав какие-то слова, какие — об этом можно было догадаться и не слыша их. Здесь были Гарт и Филин, мокрые, жалкие, но невредимые. Почти все припасы были сложены на берегу, намокшие, но спасенные. Эовен, растрепанная и усталая, сидела под деревом, о ней заботился Дал.

— Фаун! — позвала Рен свою любимицу, и сразу же услышала верещание. Она посмотрела на Ровену и увидела, что лесная скрипелочка, вцепившись в кусок дерева, плывет в нескольких десятках ярдов от нее. Она вошла в воду и двинулась вперед, пока не погрузилась почти по шею. Ее пушистая подруга, оставив свой плот, быстро поплыла к ней и вскарабкалась на плечо. — Ну вот, малышка, ты и спасена, не так ли?

Ковыляя, вышел на берег Трисс, кожа на правой стороне лица была содрана, на одежду капала кровь. Все потянулись к реке, вглядываясь в ее затихающую стихию.

Никаких следов Корта и Стресы.

— Я не видел иглокота после того, как змея ударила плот, — сказал Гавилан тихо и как бы извиняясь. — Прошу прощения, Рен.

Она кивнула, не ответив, так как говорить ей было еще трудно. Она стояла неподвижно, внешне равнодушная и спокойная.

«Я уже дважды оставляла его», — подумала она.

Трисс опустил руку, чтобы покрепче затянуть перевязь на мече, который он извлек из воды вместе со спасенным продовольствием.

— Корт утонул вместе со змеей, когда вонзил в нее меч. Наверное, так и не смог освободиться…

Погруженная в свои мрачные мысли, Рен почти не слушала его.

— Мы должны идти дальше, — тихо сказал Филин. — Мы не можем оставаться здесь.

И как бы в подтверждение его слов вдали загремел Киллешан, и в ответ немедленно заклубился туман. Они стояли, сбившись тесной группкой на берегу реки. Затем один за другим медленно пошли прочь. Взяв мешки с припасами и убедившись, что оружие на месте, они направились к лесу.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2020 год. (0.015 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал