Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Дипломатия




Международные отношения Египта этого времени нам довольно хорошо известны благодаря находке в Эль-Амарне большого государственного архива египетских фараонов конца XVIII династии. В этом архиве сохранились дипломатические послания царей Вавилона, Ассирии, Митанни, Хеттского государства и Кипра, а также многих сиро-палестинских князей и правителей к египетскому фараону. Письма Амарнского архива являются ценнейшими историческими документами, ярко характеризующими уровень развития дипломатии того времени. Судя по этим письмам, Египет поддерживал торговые и дипломатические взаимоотношения с целым рядом государств Передней Азии. Переговоры между отдельными государствами велись при помощи специальных послов. Эти переговоры нередко приводили к заключению военно-политических союзов и соглашений, которые облекались большой тайной. Политические союзы, как, например, союз между Египтом и Митанни, часто закреплялись при помощи династических браков. Дипломатические переговоры, которые велись устно через послов или письменно, имели иногда своей целью уладить различные конфликты. Так, вавилонский царь в одном письме просит египетского фараона наказать лиц, виновных в ограблении вавилонского каравана. В другом письме вавилонский царь протестует против установления Египтом непосредственных дипломатических взаимоотношений с Ассирией, которую вавилонский царь считал себе подвластной. Митаннийский царь в одном письме предлагает египетскому фараону произвести обмен пограничными городами. Все эти письма в большинстве случаев написаны вавилонской клинописью на вавилонском языке, который тогда являлся международным дипломатическим языком. Дипломатические документы позволяют установить факт постепенного падения авторитета Египта в Азии, начиная с царствования Аменхотепа III. Некоторые из сирийских князей в своих письмах ещё выражают верноподданнические чувства по отношению к египетскому фараону, подчёркивая свою преданность Египту. Так, князь города Катны пишет египетскому царю:

«Мой владыка! Здесь я твой слуга. Я следую по пути моего владыки и моего владыки я не покидаю. С тех пор, как мой отец сделался твоим слугой, его страна стала твоей страной, а город Катна — твоим городом; и я принадлежу моему владыке. Мой господин! Когда приходили войска и колесницы моего владыки — еда, питьё, скот, овощи, мёд и масло приносились для войска и колесниц моего царя».

Но если маленькие сирийские князья ещё признают авторитет египетского фараона, то более крупные государства Передней Азии постепенно освобождаются от влияния Египта. Поэтому египетским фараонам приходится покупать дружбу сильных азиатских царей при помощи золота. Так, Аменхотеп III посылает ассирийскому царю 20 талантов золота, очевидно, покупая этой ценой его поддержку. Вавилонский царь Кадаш-ман-Бэл в своих письмах, обращённых к Аменхотепу III, всё время просит прислать ему золота. Та же самая настойчивая просьба о присылке золота звучит в целом ряде писем других азиатских царей. Особенно типичны в этом отношении письма митаннийского царя.



В это время в восточной части Малой Азии образуется большое и сильное Хеттское царство. Хеттские цари стремились к расширению границ своего государства за счёт соседних митаннийских областей и областей Северной Сирии, находившихся ранее под властью Египта. Усиление Хеттского государства в первую очередь грозило северно-месопотамскому царству Митанни и египетским владениям в Сирии. Перед лицом растущей грозной опасности хеттского нашествия египетский и митаннийский цари объединяются для того, чтобы дать совместный отпор надвигающемуся врагу. Таким образом, назревает возможность заключения египто-митаннийского союза, который закрепляется рядом династических браков. Письма митаннийского царя Тушратты, обращённые к египетскому фараону Аменхотепу III, ярко и образно рисуют отдельные этапы дипломатических переговоров, приведших в конечном счёте к установлению довольно тесных взаимоотношений между Египтом и Митанни. Египет, который в царствование Аменхотепа III уже не имел достаточных военных сил для защиты своих отдалённых сирийских владений от нападений хеттов, принуждён был ныне опираться на поддержку Митанни, но митаннийский царь требовал за свою дружбу и помощь золота. В целом ряде писем, обращённых к египетскому фараону, он снова и снова требует присылки золота, ибо, как пишет он: «В стране моего брата золото всё равно, что пыль». Поэтому митаннийский царь, продавая свою дружбу фараону, просит много золота, говоря: «Более, чем моему отцу, да даст мне и да пошлёт мне мой брат».



На ослабление египетского влияния в Сирии указывает факт систематического продвижения хеттов к югу и захвата ими целого ряда областей и городов, которые некогда принадлежали Египту. Так, хетты нападают на город Катну и подвергают его разграблению. Акиззи, князь Катны, тщетно просит помощи у египетского фараона. Он пишет ему: «О, мой владыка! Так же как Дамаск в стране Убе простирает свои руки к твоим ногам, так и Катна простирает свои руки к твоим ногам». Но все эти мольбы не приводят ни к каким результатам. Египетский фараон уже не имеет в своём распоряжении достаточного количества военных сил, чтобы задержать продвижение хеттов и восстановить свою власть в Сирии.

Ослабление египетского влияния в Сирии способствует продвижению племён хабири в Палестине и в Южной Сирии. Эти кочевые племена захватывают в свои руки области Палестины, ранее принадлежавшие Египту. Риб-Адди, князь Библа, пишет в своём письме египетскому фараону: «С тех пор, как твой отец вернулся из Сидона, страны оказались во власти хабири».

Упадок военного могущества Египта, ясно обнаружившийся в царствование Аменхотепа III, стал ещё более заметен при его сыне и преемнике Аменхотепе IV (1424—1388 гг. до н. а.). В это время египетское правительство, очевидно, уже не располагает крупными военными силами и поэтому лишено возможности защищать свои владения в Сирии. В связи с этим в Сирии образуется союз сирийских князей, отчасти поддерживаемый хеттами. Стоящий во главе союза сирийский князь Азиру ведёт упорную борьбу за освобождение Сирии от остатков египетского влияния. Многие города Сирии и Финикии, оставшиеся верными Египту, с трудом защищаются от наступающих хеттов и войск Азиру. Некоторые из этих городов пишут отчаянные письма египетскому фараону, прося его прислать военную помощь. Так, старейшины Тунипа шлют в Египет такое письмо:

«Царю Египта, моему владыке, жители Тунипа, твоего слуги... Кто мог ранее разграбить Тунип, не будучи разграблен Манахбирией (Тутмосом III. — В. А.)? Боги... царя Египта, моего владыки, обитают в Тунипе. Пусть наш владыка спросит своих старцев (так ли это)? И, однако, теперь мы не принадлежим более нашему владыке, царю Египта... Если его воины и его колесницы явятся слишком поздно, Азиру поступит с нами, как с городом Пия. Если же нам приходится горевать, то и царю Египта придётся горевать над тем, что сделал Азиру, ибо он обратит свою руку против нашего владыки. И когда Азиру вступит в Симиру, Азиру сделает с нами, что ему угодно на земле нашего владыки-царя; и это придётся оплакивать нашему владыке. Вот Тунип, город твой, плачет, и слёзы его текут; и нет нам помощи. 20 лет посылаем мы (письма) нашему владыке, царю, царю Египта, но не получили (в ответ) ни слова, ни единого».

В этом письме содержится грозное предостережение египетскому фараону. Старейшины Тунипа указывают на то, что опасность грозит в данном случае не только верным Египту сирийским городам, но и самому Египту. С такими же мольбами о помощи обращаются к египетскому царю князья Библа и Тира. Но все эти просьбы тщетны. Письмо одного египетского чиновника из Палестины чрезвычайно красноречиво указывает на упадок египетского могущества в Сирии и на необходимость срочной присылки египетских войск, чтобы восстановить престиж Египта в Передней Азии.

«Пусть царь, — пишет этот чиновник, — позаботится о своей земле... пусть он пошлёт войска... ибо, если никакого войска не явится в этом году, все владения моего владыки-царя погибнут». Последняя фраза в этом письме кратко и сильно выражает главную мысль, положенную автором в основу всего письма: «Вся земля моего владыки-царя близится к гибели».

Ослабление военного могущества Египта объясняется длительными войнами, истощившими живые силы страны. Свободные массы населения, на плечи которых ложились все тяготы военного времени, уже больше не могли нести напрасных жертв.

 

Религиозная реформа Эхнатона (1424-1388 гг. до н. э.)

Таким образом, египетские фараоны были вынуждены отказаться от прежней военно-захватнической политики своих предшественников. Этот отказ нашёл своё яркое выражение в деятельности фараона Аменхотепа IV, опиравшегося в своей политике на довольно широкие слои населения Египта.

Крупным фактом египетской истории этого времени является проведение Аменхотепом IV большой религиозной реформы, имевшей своей целью заменить древнюю традиционную форму многобожия новым культом единого солнечного бога. В основе этой реформы лежали определённые социально-экономические причины.


Голова статуи Эхнатона. Новое Царство. XVIII династия. Каирский музей

Завоевательные войны фараонов XVIII династии привели к обогащению лишь небольшой группы придворной знати и тяжело отразились на положении трудового населения страны, Наиболее крупные богатства скопились в храмах и главным образом в руках фиванских жрецов Амона. Религиозная реформа, направленная своим остриём против господства непомерно разбогатевшего высшего фиванского жречества, проводилась последовательно и систематически.

Вступив на престол, Аменхотеп IV начал борьбу против высших слоев фиванского жречества, благодаря своему богатству оказывавших в течение предшествующих царствований сильное влияние на всю политику египетского правительства. Аменхотеп IV, выступив против фиванского жречества, принуждён был сперва опереться на провинциальное жречество, в частности на жречество Гелиополя и Мемфиса, где со времён глубокой древности процветал культ единого и верховного солнечного божества. Аменхотеп IV стал выдвигать в противовес культу бога Амона культ гелиопольского бога Ра-Горахте. Объявив себя первосвященником этого бога, фараон начал строить в Фивах храм древнему солнечному божеству Египта, провозгласив его богом, «который ликует на горизонте в имени своём — блеск света, находящийся в диске солнца». В этих эпитетах древнего солнечного божества Египта уже ясно видны основные контуры новой религии солнечного единобожия. Однако Аменхотеп IV ещё не находил возможным сразу нанести решительный удар фиванским жрецам и древнему традиционному многобожию. Именно к этому времени относятся изображения солнечного божества в виде бога Горахте с головой сокола, украшенной диском солнца. Таким образом, восстановление древнего солнечного культа и постройка храма солнечному богу в Фивах были первым этапом крупной религиозной реформы. Чтобы подчеркнуть значение своей религиозной реформы, Аменхотеп IV все эти строительные работы проводил с большой пышностью. В одной надписи говорится о том, что царь призвал для работ по изготовлению одного большого обелиска всех каменщиков от Элефантины до дельты. Но на этом борьба фараона с фиванским жречеством не прекратилась. Деятельность Аменхотепа IV вызвала оппозицию со стороны высшего фиванского жречества, а это в свою очередь заставило царя окончательно порвать с жрецами Амона. Культ прежнего государственного бога Амона и вся система древнего традиционного многобожия подверглись гонению. Имя бога Амона, имена других богов Египта и даже слово «боги» усердно уничтожались на всех памятниках, причём царь не пощадил даже имени своего отца, в состав которого входило имя бога Амона. Бросив вызов могущественному фиванскому жречеству, Аменхотеп IV выдвинул новый культ, культ единого и верховного солнечного бога Атона, что нашло своё внешнее выражение в изменении самого имени царя. Фараон принял новое имя «Эхнатон», что означает «блеск Атона». Одновременно с этим Эхнатон окончательно порвал с фиванским жречеством и покинул Фивы. Он построил себе новую и роскошную столицу около современной местности Эль-Амарна в просторной котловине, защищённой скалистыми горами. В эту новую столицу, богато украшенную дворцами и храмами, Эхнатон переселился со всем своим двором, чиновниками и жрецами нового солнечного бога. Новой столице он дал название «Ахетатон», что значит «горизонт Атона». В торжественных гимнах описываются красота и богатство новой роскошной столицы Египта.

Производившиеся в течение последних лет раскопки резиденции Эхнатона дали богатейший материал для изучения жизни египетского города этой эпохи. Наряду с большим царским дворцом здесь были обнаружены здания государственных учреждений, в частности государственного архива и «школы писцов» («дом жизни»), богатые усадьбы, принадлежавшие крупнейшим аристократам и чиновникам, затем дома, в которых жили представители средних слоев населения, мелкие торговцы и ремесленники, и, наконец, целый квартал, населённый бедняками, очевидно, людьми, работавшими в некрополе.


Эхнатон в кругу семьи. Над ним изображение солнечного бога Атона. Рельеф Нового Царства. XVIII дипастия

Неподалёку от города, в скалах, были обнаружены гробницы вельмож этого времени. Стены погребальных комнат в этих гробницах сохранили тончайшие изображения и интереснейшие надписи, в частности текст высокохудожественного гимна в честь бога Атона, которые дают возможность довольно подробно изучить всю эту эпоху и религиозную реформу, проведённую Эхнатоном.

Так как в древнем Египте религия являлась главной формой идеологии, а храмы были крупнейшими центрами культурного влияния, религиозная проповедь могла быть использована египетским правительством для укрепления политического и культурного влияния Египта в соседних странах. С этой целью, очевидно, и были созданы новые формы культа единого бога солнца, по своей простоте и ясности понятного и доступного разноязычным и разноплеменным массам, населявшим соседние с Египтом страны. На это значение религиозной реформы Эхнатона указывают некоторые фразы из большого гимна богу солнца Атону. В этом гимне говорится о том, что бог солнца Атон восходит над каждой страной, что он как единый творец мира создал все страны — Египет, Сирию и Нубию, посылая жизнь каждой стране. Если прежние египетские боги изображались в качестве покровителей одного лишь Египта и египетского царя, обеспечивавших ему победу над его врагами, то теперь новый бог Атон, культ которого был провозглашён с высоты престола, объявлен богом не только Египта, но также и соседних стран.


Скульптурный портрет царицы Нофертити из Эль-Амарна. Раскрашенный известняк. Новое Царство. XVIII династия

Проводя свою религиозную реформу, Эхнатон опирался на средние свободные слои населения, представители которых образовали вокруг фараона новую группу придворного чиновничества. Эти новые вельможи в своих надписях гордятся не своей родовитостью и знатностью, а милостями фараона, которому они обязаны своим возвышением. В своих надписях они подчёркивают свою верность фараону и преданность новому религиозному учению, фанатическим проповедником которого был сам фараон. Так, начальник воинов Май пишет в своей надписи:

«Он (т. е. фараон. — В. А.) умножил свои ко мне милости, как песок. Я — глава чиновников над всем народом; мой владыка возвысил меня, ибо я следовал его поучениями я внимаю постоянно его словам. Мои глаза созерцают твою красоту каждый день, о мой владыка, мудрый, как Атон, удовлетворённый истиной. Как благоденствует тот, кто внимает твоему поучению жизни». Эти новые вельможи находились в полной экономической зависимости от фараона. На стенах своих гробниц они часто изображали, как царь щедро награждал их золотом за их верную службу и за то, что они следовали новому религиозному учению, всячески поддерживая религиозную реформу. Так, вельможа Мерира изобразил на стенах своей гробницы, как царь награждает его золотом, и тут же поместил надпись, содержащую слова царя, обращённые к нему:

«Повесьте золото ему на шею, спереди, сзади и золото ему на ноги за то, что он внимал поучениям фараона относительно каждого речения в этих великолепных чертогах, произносимого фараоном в святилище, в храме Атона, в Ахетатоне».

Эхнатон, опираясь на это новое, созданное им и всецело ему преданное чиновничество, в течение всего своего царствования упорно и последовательно проводил в жизнь широко задуманную им религиозную реформу. В крупнейших городах Египта, где были особенно сильны культы древних богов, в Фивах, Мемфисе, Гелиополе и Гермонтисе, Эхнатон построил храмы новому богу солнца Атону, который отныне был провозглашён единым государственным богом. Больше того, культ Атона был насаждён даже в Нубии, где ещё при Аменхотепе III был основан новый город ниже третьего порога, получивший название Гем-Атон. Эхнатон разрушил храм, построенный здесь его отцом в честь фиванского бога Амона, и воздвиг новый храм в честь нового солнечного бога Атона.

Борьба Эхнатона против высшего фиванского жречества вызывала глухое, а иногда и активное сопротивление со стороны той части населения страны, которая поддерживала высшее фиванское жречество и правителей номов. Рабовладельческая знать номов, недовольная новым курсом правительственной политики, составляла заговоры и даже замышляла покушение на смелого реформатора-фараона. На это указывает одно изображение, сохранившееся на стенах гробницы начальника столичной полиции Маху. Мы видим здесь, как Маху привозит к везиру и другим высшим чиновникам важных государственных преступников: одного египтянина и двух иноземцев. Обрадованный раскрытием заговора и арестом главных зачинщиков, везир благословляет бога Атона и царя. Гордясь раскрытием этого заговора, Маху изобразил эту сцену на стенах своей гробницы.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.011 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал