Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Социальная каузальная атрибуция




К началу 70-х гг. одно из ведущих мест в мировой соци­альной психологии заняла проблематика каузальной атрибу­ции. Однако результаты многочисленных исследований, проводившихся на интериндивидуальном уровне, в перспек­тиве межличностных отношений, не могут быть леренесены на уровень отношений между социальными общностями, этническими в том числе. На «несоциальность» разработан­ных в США концепций атрибуции обратили внимание евро­пейские ученые. По мнению швейцарского исследователя Ж.-К.Дешама, «... бесполезным было бы изучение процессов атрибуции без учета отношений между группами, взаимо­действия индивидов, принадлежащих к различным соци­альным категориям» (Deschamps, 1973/74, р.719).

А работавшие в Оксфордском университете психологи – англичанин М.Хьюстон и голландец Й.Яспарс – предпри­няли попытку создания сформулированной в виде системы гипотез и следствий концепции социальной (или группо­вой) атрибуции. Под социальной атрибуцией они понимают интерпретацию поведения и результатов деятельности[87] ин­дивидов на основании их группового членства. Такая атрибу­ция является социальной по происхождению и групповой как с точки зрения объекта направленности, так и сходства у членов социальной общности. По мнению исследователей из Европы, основная функция социальной атрибуции – формирование, поддержание или усиление позитивной группо­вой идентичности, что проявляется в предпочтении своей группы благодаря утверждению ее положительного образа при сравнении с другими, сопоставимыми с ней группами.

Стратегия, позволяющая сохранить позитивную группо­вую идентичность, состоит в использовании этноцентрист­ских атрибуций[88], при которых позитивное поведение (успех) своей группы и негативное поведение (неудача) чужой груп­пы объясняются внутренними причинами, а негативное по­ведение (неудача) своей группы и позитивное поведение (успех) чужой группы – внешними причинами (см. Hewstone, Jaspars, 1984).

Самое известное эмпирическое исследование, на резуль­таты которого ссылаются практически все авторы более позд­них работ по социальной атрибуции, было проведено в начале 70-х гг. в Южной Индии. Испытуемым-индуистам предлага­лись описания четырех ситуаций, в которых индуист или мусульманин совершает социально желательные и социаль­но нежелательные поступки (лавочник проявляет щедрость или обманывает покупателя, учитель хвалит или наказывает ученика, домовладелец приглашает в дом или не обращает внимания на попавшего под ливень прохожего и т.п.). Испы­туемых просили объяснить поведение членов двух конфесси­ональных групп одной из предложенных причин: внешних (стечение обстоятельств, правила поведения, установленные в обществе) или внутренних (щедрость или жадность торгов­ца, плохой или хороший характер учителя).



Выдвинутая гипотеза подтвердилась полностью: испыту­емые продемонстрировали этноцентристские атрибуции – внутренние причины приписывались социально желатель­ному поведению членов своей группы и негативному пове­дению мусульман и наоборот. Подобные атрибуции были выявлены и в ряде исследований, в которых испытуемыми выступали члены этнических общностей. А использование этноцентристских атрибуций стало рассматриваться в качестве элементарной (ultimate) ошибки атрибуции.

Однако в дальнейшем социальные психологи обнаружи­ли, что этноцентристские атрибуции, в которых проявляется предпочтение своей группы, не являются универсальными. Во-первых, члены групп подчиненного меньшинства, не ви­дящие альтернатив существующей системе, довольно часто используют этноцентристские атрибуции, но отражающие тенденцию к обесцениванию своей группы и оказанию пред­почтения доминантной группе. Так, китайцы в Малайзии внутренними причинами чаще объясняли позитивное пове­дение малайцев (группы большинства), чем членов своей группы.

Во-вторых, атрибуции, продемонстрированные индуистами в Южной Индии и китайцами в Малайзии, можно представить себе лишь как полюса некоего континуума, ко­торые соответствуют достаточно высокому уровню фавори­тизма (внутригруппового в первом случае и внешнегруппового во втором) и являются эмпирическими индикаторами меж­групповой дифференциации в форме противопоставления.

Но при благоприятных условиях межэтнического взаимо­действия – отсутствии явных конфликтов, относительно равном статусе и т.п. – предпочтение одной из групп не бу­дет столь четко выражено, а атрибуции будут отражать диф­ференциацию не только в форме противопоставления, но и в форме сопоставления.



В нашем исследовании московские студенты должны были оценить степень влияния разных причин на поведение и дости­жения советских и американских персонажей нескольких ситуа­ций[89]. Полученные результаты свидетельствуют о том, что в атрибуциях может проявляться различное отношение к отдель­ным сферам жизнедеятельности взаимодействующих трупп: противопоставление в пользу своей группы, сопоставление двух групп, противопоставление в пользу чужой группы.

В ситуации межличностного общения позитивное поведение советского прохожего, помогающего заблудившемуся ту­ристу, чаще приписывалось его отзывчивости и бескорыстию (т.е. внутренним причинам), а позитивное поведение амери­канского персонажа – обстоятельствам (т.е. внешней причине). Обнаруженные этноцентристские атрибуции (с противопостав­лением в пользу своей группы) опирались на позитивные для этой сферы автостереотипы, которые обьино являются ос­новным источником для объяснения поведения и достиже­ний группы внутренними причинами.

Но когда испытуемые интерпретировали успехи и неуда­чи советского и американского научных коллективов, а в качестве причин достижений выступали многие качества, воспринимаемые стереотипными для американцев, они продемонстрировали внешнегрупповой фаворитизм – про­тивопоставление в пользу чужой группы. Особенно это про­явилось при объяснении неудач. Так, неудачи советских ученых приписывались не только стереотипным, а всем предложен­ным внутренним причинам: от недостаточного трудолюбия и предприимчивости до недостаточной сплоченности коллек­тива. А наиболее вероятной причиной неудачи американцев рассматривалась внешняя нестабильная причина – невезе­ние. Иными словами, каузальные атрибуции строятся не только на основе стереотипов: в рассмотренном случае наличие не­благоприятного для своей группы целостного паттерна атрибуции привело к игнорированию стереотипа об индиви­дуализме американцев и к рассмотрению «недостаточной сплоченности» как более вероятной причины неудачи совет­ских, а не американских ученых.

Тенденция к дифференциации в форме сопоставления проявилась, когда испытуемые имели возможность объяс­нять поведение советских и американских персонажей ситуа­ций не совпадающими стереотипными характеристиками. Основными причинами хороших взаимоотношений соседей в общежитии они считали разные позитивные качества аме­риканцев и советских людей (раскованность и уважение к другим народам соответственно), а основными причинами их плохих взаимоотношений – разные негативные качества (чувство превосходства над другими народами и недостаточ­ную раскованность). Каузальные атрибуции строились в соответствии с взаимодополняющими образами, что и привело к объяснению как позитивного, так и негативного поведе­ния членов обеих групп внутренними стереотипно-личност­ными чертами. Но в этом случае проявился внутригрупповой фаворитизм, так как с точки зрения русского человека, «ува­жение к другим народам» – качество более социально жела­тельное, чем раскованность.

Кроме использования стереотипов имеются и другие возможности для выполнения каузальными атрибуциями функции межгрупповой дифференциации. В исследовании, проведенном нами в 1987 г. в Дагестане, ни у русских, ни у представителей коренных народов не было выявлено тен­денций к этноцентристским атрибуциям. Однако испытуе­мые продемонстрировали слабо выраженный этноцентризм: хорошие взаимоотношения с представителем другого народа они объясняли национальными особенностями своей груп­пы и индивидуальными особенностями партнера по обще­нию. «Наивные психологи» рассуждали примерно так: «мы» ладим с людьми, потому что нашему народу присущи поло­жительные свойства (доброта, отзывчивость, общительность и т.п.), а если кто-то из «них» устанавливает хорошие отно­шения с «нами», то только благодаря своим личностным особенностям.

Иными словами, при незначительном внутригрупповом фаворитизме специфика каузальных атрибуций может про­являться в использовании фактора стабильности/нестабиль­ности причин: успехи членов своей, группы и неудачи членов чужой группы объясняются групповыми особенностями, т.е. внутренними стабильными причинами, а неудачи членов своей группы и успехи членов чужой группы – индивиду­альными особенностями, т.е. внутренними, но нестабильны­ми для группы причинами. .

Этот способ поддержания позитивной этнической иден­тичности, как и описанные нами ранее – поиск новых осно­ваний для сравнения, выбор для сравнения менее успешных групп – относится к стратегии социального творчества. Но многие низкостатусные группы стремятся установить пози­тивные различия в прямом соревновании с группой боль­шинства, победа в котором позволила бы группе занять более высокое положение в обществе. Анализируя во второй главе типы этнической идентичности, мы сознательно опустили эту стратегию сохранения позитивной этнической идентич­ности при неблагоприятном межгрупповом сравнении – коллективную стратегию социальной конкуренции. К сожа­лению, в этом случае стремление одного народа к восста­новлению позитивной этнической идентичности очень часто сталкивается с интересами других народов, а социальная конкуренция перерастает в этнические конфликты, со­циально-психологическому анализу которых мы посвятим сле­дующую главу.

Литература для чтения

Агеев B.C. Межгрупповое взаимодействие: социально-психоло­гические проблемы. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. С.134–158.

Дейкер X., Фрейда Н. Национальный характер и национальные стереотипы // Современная зарубежная этнопсихология / Под ред. СААрутюнова и др. М.: ИНИОН СССР, 1979. С.23-44.

Стефаненко Т. Г. Социальные стереотипы и межэтнические от­ношения // Общение и оптимизация совместной деятельности / Под ред. Г.М.Андреевой, Я.Яноушека. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1987. С.242-250.

Стефаненко Т. Г. Методы исследования этнических стереотипов // Стефаненко Т.Г., Щлягина Е.И., Ениколопов С.Н. Методы этнопси­хологического исследования. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1993. С.З–27.



.

mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2020 год. (0.008 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал