Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Приезд в Киев




 

В конце декабря 1942 года, на 15 месяцев позже, чем собирались, мы выехали из Берлина. Алик Шермазанов считался инженером и старшим нашей группы, я его помощником. Насколько припоминаю, в группе из 12 человек ехали также Игорь Жедилягин и Сергей Сергеевич Алексеев из Парижа, Михаил Иванович Татаринов из Загреба, Павлик Сенкевич из Скопле, Г.И. Попов, Н.И. Попов, Ю.Н. Широбоков, Зимовнов, Дашков. В дороге мы ближе познакомились с инженером Шеллером, одним из владельцев электромонтажной фирмы. Он оказался антигитлеровцем, общительным и откровенным человеком. В беседах во время пути он выражал свое несогласие с политикой по отношении к русскому народу и заметил, что если она не изменится, то немцы могут проиграть войну. (Разговор происходил за месяц до капитуляции армии Паулюса под Сталинградом). Рассказывал он и о том, какой ущерб нанесли немецкой армии ранние морозы, к которым она второй год подряд не была готова.

Мы ехали в пассажирском вагоне, занимая два купе, как вполне законные пассажиры, а не революционеры, тайком пробирающиеся на родину, и, по иронии судьбы, везли нас в Россию немцы. Путь лежал через Варшаву и Брест. После переезда старой границы между Польшей и Советским Союзом поезд остановился на одной из станций для проверки документов.

Мы могли выйти на перрон, увидеть русскую землю, русских людей, русские здания и воочию убедиться, как теперь живет Россия. Те из нас, кто родился в Югославии или во Франции, увидели русскую землю впервые, и были поражены общей бедностью и запустением. Для старших из нас, кто возвращался в Россию, ясно был виден контраст между тем, что было до революции, и что осталось после 24 лет хозяйничанья коммунистов и полутора лет немецкой оккупации. Бросались в глаза облупленные и покосившиеся здания, как будто не видевшие с 1917 года починки и покраски. Люди, одетые очень бедно, жались в сторону. Худенькие дети, укутанные в лохмотья, с тоской протягивали ручонки…

Это была та же Россия, где до революции беззаботные дети шумно и радостно бегали по тому же перрону вокзала, а их хорошо одетые родители весело встречали приезжающих.

Потом поезд тронулся, продолжая свой путь на Киев. Все мы как-то притихли, внимательно вглядываясь из окон вагона в запустевшие поля русской земли, в покосившиеся избы мелькавших перед глазами сел. Каждый по-своему переживал долгожданную встречу с Россией, в каждом крепло желание помочь ей освободиться от коммунистического ига.

Как? Об этом в общих чертах говорила только что вышедшая «Схема Национально-Трудового Строя»:

«Борьба с большевизмом не может быть приостановлена никакими обстоятельствами, даже войной. Напротив, в обстановке войны легче и скорее организуются народные массы для борьбы с большевизмом, для участия в Национальной Революции…»



«Национальная Революция это — не механический переворот и не стихийный взрыв сил разрушения и мести, это — смена идей и правящего слоя: это — отказ от интернационально-марксистского фанатизма и устремление национальных сил на разрешение национальных задач; это отказ от утопий и заблуждений…»

«Национальная Революция — это завершение начавшейся в 1917 г. революционной эпохи и победа народных чаяний и стремлений, это поворот уклонившейся от решения исторических задач Российской Революции на путь создания Новой Национальной России…»

«Для осуществления Национальной Революции необходимо:

— Выявление всех национальных антибольшевицких сил…

— Создание мощного Освободительного Народного Движения, оформленного в политическую организацию и опирающегося на вооруженную силу…

— Создание новой власти, преобразующей и налаживающей жизнь в очищенных от коммунистического владычества областях на началах трудовой солидарности и законного порядка…

Поскольку большевизм прочно угнездился в России, то окончательно уничтожить его может только российская сила».

Поисками кадров для «вооруженной силы» тайно занималось руководство НТС, участвуя в подготовке административных работников и пропагандистов РОА (Русской Освободительной Армии) в учебных лагерях Вустрау и Дабендорф под Берлином. Это делалось с помощью немцев, несогласных с гитлеровской политикой. Нам же предстояло «выявление национальных антибольшевицких сил» и «создание политической организации» на русской земле.



В Киев мы приехали около полудня. Был морозный, тихий день, крупными хлопьями шел снег. После 22-летнего отсутствия из России в душе рождались чувства радости и грусти. Так же, как и при переезде границы, бросались в глаза бедность и запустение. Военные разрушения усугубляли печальную картину.

Нашу группу усадили на грузовик и повезли по полуразрушенным улицам к центру города. На одной из боковых улиц недалеко от Крещатика нас высадили у большого старого дома. В доме были просторные, высокие комнаты с лепными потолками и кое-где сохранившейся с дореволюционных времен богатой отделкой стен и карнизов. Здесь располагались конторские и казарменные помещения. Нас разместили по комнатам и накормили горячей пищей. Выдали обмундирование защитного цвета, без погон, с нашивкой «Frommer und Scheller Elektrobau» на рукаве.

В Киеве уже давно были члены Союза, их известили о нашем приезде. Первым пришел Н.Ф.Шитц, который был в командировке в Киеве от какой-то берлинской фирмы.

Пришел и М.Н.Залесский, который числился при строительной организации. Пришло еще несколько человек. Н.Ф.Шитц предложил мне и Алику Шермазанову пойти на квартиру Брунстов, где будет несколько местных жителей. Мы с радостью согласились. По дороге посмотрели один из соборов и другие достопримечательности города.

Придя на квартиру, мы познакомились с братом и семьей Дмитрия Викторовича Брунста, члена Совета НТС и одного из его видных руководителей из Праги. У них были в гостях несколько профессоров и ассистентов Киевского университета. Разговоры велись о будущем России, о Союзе и о том, что надо делать для привлечения сторонников в Союз. Некоторые из наших собеседников высказывали довольно пессимистические суждения о русском народе: что он деморализован, апатичен, потерял веру во всё. Другие возражали, что это касается скорее старшего поколения, что молодежь живее, не лишена идеалов и стремится изменить существующее положение. Первый продолжительный разговор с советскими гражданами не внес ясности в вопрос о настроениях русского народа. Люди, с которыми мы разговаривали, принадлежали к университетской интеллигенции, и мне казалось, что они как-то обособляют себя от народа.

На следующий день мы еще задержались в Киеве. Главной заботой было познакомится и поговорить с как можно большим числом местных жителей. Останавливали человека на улице и задавали ему вопрос «как пройти туда-то» или «что можно в городе посмотреть». Если человек с охотой вступал а разговор и видно было, что он может быть полезен для наших союзных дел, то говорилось, что дескать «я из Югославии и очень хотел бы познакомится…» Собеседник нередко становился более откровенным и разговорчивым. Таким образом мне удалось познакомиться с молодым учителем, который пригласил меня к себе домой, где я провел в разговоре с ним и с его женой полдня. Мы подружились, я рассказал им о Союзе, снабдил литературой, связал с членами Союза, остававшимися в Киеве. В течение 1943 года я приезжал несколько раз в Киев и каждый раз посещал своих новых друзей, которые к тому времени вступили в НТС. В отличие от профессоров, они с горячностью утверждали, что среди русского народа много живых душ, их надо только отыскать и помочь им подняться из серости и безысходности повседневной жизни. Мои друзья этим и занимались. Впоследствии я слышал, что успешно.

Посетил я в Киеве и члена Союза из Белграда, который намеренно прервал контакт с приезжающими с запада, и стал жить жизнью обычного киевлянина. Он готовился уйти впоследствии вглубь страны, перейдя через линию фронта. Это была особая, сугубо секретная сторона нашей деятельности.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.009 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал