Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 9. Должен признать, меня ошарашил сюрприз, которым закончилось собрание капитана Мэтьюза, но по крайней мере теперь я понял




 

Должен признать, меня ошарашил сюрприз, которым закончилось собрание капитана Мэтьюза, но по крайней мере теперь я понял, почему все вели себя словно лабораторные крысы, брошенные в львиную клетку. Никто не любит отдавать дело федералам; единственное утешение при этом – максимально усложнить им жизнь. Но Чацкий был слишком серьезным противником, чтобы доставить нам хотя бы это скромное удовольствие.

Причина пунцового лица Деборы оставалась тайной, покрытой мраком, но это не было моей проблемой. Моя проблема внезапно стала немного яснее. Можете считать Декстера унылым тугодумом, но когда до меня дошло, я испытал сильное желанием побиться лбом об стену. Возможно, пиво в Ритином доме ненадолго вырубило мои умственные способности.

Очевидно, что за визит из Вашингтона следует благодарить никого иного, как личную Декстерову Немезиду, сержанта Доакса. Курсировали раньше неопределенные слухи, что его служба в армии была несколько нерегулярной, и я начал им верить. Его реакцией, когда он увидел штуку на столе, был не шок, отрицание, отвращение, или гнев, но кое-что намного интереснее: узнавание. Прямо на месте преступления он сказал капитану Мэтьюзу, что это было, и к кому с этим обратиться. К тому, в частности, кто послал Чацкого. И поэтому когда мне показалось, что Чацкий и Доакс узнали друг друга на собрании, я был прав – потому что каковы бы ни были познания Доакса, Чацкий был намного глубже в теме. И если Доакс знает о чем-то подобном, должен был быть способ использовать его тайны против него, чтобы сбросить цепи, опутавшие беднягу Декстера.

Это был великолепный пример чистой холодной логики; я приветствовал возвращение своего гигантского интеллекта и мысленно приласкал себя по голове. Молодец, Декстер, хороший песик. Аф аф .

Всегда приятно когда синапсы пощелкивая подтверждают твое мнение о себе. Но в данном случае был шанс, что под угрозой нечто большее, чем Декстерово чувство собственного достоинства. Если Доакс что-то скрывает, я на шаг ближе к возвращению в бизнес.

Есть несколько вещей, в которых хорош Лихой Декстер, и некоторые из них вполне легально могут быть выполнены на людях. Одна из этих вещей – использование компьютера для поиска информации. Это был навык, который я развил, чтобы быть абсолютно уверенным в новых друзьях вроде МакГрегора и Рейкера. Кроме избежания неприятностей от обезглавливания невиновных, мне нравится сталкивать моих увлечённых своим хобби приятелей со свидетельствами их шалостей прежде чем я отправлю их в сказочную страну. Компьютеры и Интернет были замечательными средствами для обнаружения подобной фактуры.



Итак, если Доаксу есть что скрывать, возможно я смогу найти это или хотя бы тонкую ниточку, за которую я смогу зацепиться, чтобы начать распутывать клубок его темного прошлого. Зная его так как я, я пребывал в уверенности, что это будет мрачно и Декстеро-подобно. И когда определенно что-то нашел… Возможно я был наивен, надеясь что могу использовать эту гипотетическую информацию, чтобы заставить его от меня отстать, но я думал, что это хороший шанс. Не противостоя ему непосредственно, требовать, чтобы он прекратил или иначе…, не слишком мудро с кем-то вроде Доакса. Кроме того, это было бы шантажом, что, как меня учили, очень плохо. Но информация – это власть, и я разумеется нашел бы способ использовать то что я нашел – способ занять мысли Доакса чем-нибудь кроме Темной Стороны Декстера и прекратить его Крестовый поход за Благопристойностью. Человек, у которого горят штаны, не имеет тенденции долго раздумывать о чужом коробке спичек.

Я с облегчением спустился в зал из офиса капитана, назад на мое место в судебной лаборатории, и немедленно приступил к работе.

Несколько часов спустя у меня было всё, что я смог найти. В файле сержанта Доакса было удивительно мало подробностей. Кое-что из того что я нашел заставило меня задохнуться: у Доакса было имя! Его звали Альбертом, неужели кто-то действительно называл его так? Невероятно. Я думал его имя – Сержант. А еще он однажды родился, – в Вэйкросс, Джорджия. Когда закончатся чудеса? Дальше – больше; прежде, чем он перевелся в отдел, сержант Доакс был сержантом Доаксом! В армейском спецназе! Картинка Доакса в одном из тех лихих зеленых беретов, идущего рядом с Джоном Уэйном, было почти черезчур, чем я мог представить, не срываясь на военный марш.



В личном деле были перечислены несколько благодарностей и медалей, но я не смог найти упоминание о героических действиях, которыми он их заработал. Однако, я почувствовал себя намного более патриотичным, зная этого человека. Остальная часть записей была почти полностью свободна от деталей. Единственным, что хоть как-то выделялось, был восемнадцатимесячный срок, кем-то названный “командировкой.” Доакс служил военным советником в Сальвадоре, по возвращении домой шесть месяцев отслужил в Пентагоне, а затем удалился в наш счастливый город. Полицейский департамент Майами был счастлив найти увешанного наградами ветерана и предложить ему выгодную должность.

Сальвадор – я не был любителем истории, но кажется, припоминал, что это было что-то вроде хоррор-шоу. В то время шел марш протеста по Брикелл-авеню. я не помнил, из-за чего, но знал, где полюбопытствовать. Я снова вышел онлайн, и о боже – смотрите ка, что я нашел. Сальвадор во время пребывания там Доакса напоминал настоящий цирк с тремя рингами пыток, изнасилований, убийств, и очернительства. А меня никто даже не подумал пригласить.

Я нашел очень много информации выложенной различными группами по защите прав человека. Они были весьма серьезны, почти пронзительны, описывая то, что там творилось. Однако, насколько я мог судить, ничего из их протестов так и не вышло. В конце концов, это были всего лишь права человека. Должно быть это ужасно расстраивает; PETA, кажется, получает намного лучшие результаты. Эти бедняги закончили свои исследования, издали результаты, детально описывающие насилие, электроды, и, забой скота, полные фотографий, диаграмм, и названий отвратительных жестоких монстров, упивавшихся причинением страданий людям. А затем отвратительные жестокие монстры удалились на юг Франции, в то время как остальная часть мира бойкотировала рестораны из-за того, что в них плохо обращаются с цыплятами.

Это вселило в меня надежду. Если меня когда-нибудь поймают, возможно мне позволят уйти, если я объявлю протест против молочных продуктов.

Сальвадорские названия и исторические детали не слишком много значили для меня. Ни одна не указывала на вовлеченные организации. Очевидно это развилось в одну из тех замечательных дискуссий, где не было никаких хороших парней, просто несколько команд плохих парней с campesinos, зажатых посередине. Соединенные Штаты тайно поддерживали одну сторону, однако, несмотря на это, наша команда так же энергично превращала подозрительных бедных людей в фарш. И именно эта сторона привлекла мое внимание. Кое-что переломило ситуацию в их пользу, какая-то неопределенная ужасная угроза, что-то, что было настолько ужасно, что заставляло людей ностальгировать о бычьих рогах в прямой кишке.

Что бы это ни было, по времени это совпадало с периодом командировки сержанта Доакса.

Я откинулся на спинку вращающегося кресла. Ну и ну, подумал я. Какое интересное совпадение. Приблизительно в одно и то же время у нас были Доакс, отвратительная неназываемая пытка, и тайная причастность Соединенных Штатов. Естественно не было никаких доказательств, что эти три вещи связаны, никаких причин даже подозревать какую-либо связь между ними. Так же естественно, я был абсолютно уверен, что это три горошины из одного стручка. Поскольку двадцать с небольшим лет спустя они все вернулись, чтобы воссоединиться в Майами: Доакс, Чацкий, и тот, кто создал ту штуку на столе. Похоже, деталь А в конце концов войдет в паз Б.

Я нашел свою струну. И все мысли мои были о том, как сыграть на ней –

Пикабу, Альберт.

Конечно, наличие информации – это одно. Знание, что она значит и как её использовать – другое. На самом деле достоверно я знал только что Доакс был там, когда случились плохие вещи. Он, вероятно, не был непосредственным исполнителем, и в любом случае его действия были санкционированы правительством. Тайно, разумеется – что заставляет удивиться, как все об этом узнали.

С другой стороны, кто то все еще хотел бы сохранить это в тайне. И в настоящее время этого кого-то представлял Чацкий – опекаемый моей дорогой сестрой Деборой. Если бы я смог заручиться ее поддержкой, я был бы в состоянии выжать несколько деталей из Чацкого. Пока не ясно, что для этого потребуется, но по крайней мере я мог начать.

Это звучало слишком просто, и конечно таковым не было. Я тут же позвонил Деборе, и попал на автоответчик. Я попробовал ее сотовый телефон – то же самое. Оставшуюся часть дня Деб будет вне офиса, пожалуйста оставьте сообщение. Когда я попытался застать ее дома вечером, было то же самое. Когда я повесил трубку и выглянул в окно своей квартиры, сержант Доакс стоял на своем любимом месте через улицу.

Полумесяц вынырнул из-за изодранного облака и бормотал внутри меня, впустую тратя дыхание. Я не мог убежать и заняться приключением по имени Рейкер, как бы не хотел; только не с ужасным темно-бордовым Фордом Таурус, подержанной совестью торчащим через улицу. Я отвернулся, ища взглядом что бы пнуть. Был вечер пятницы, мне мешали выйти и прогуляться по теням с Темным Пассажиром – и теперь я не мог даже поговорить со своей сестрой по телефону. Какой ужасной может быть жизнь.

Я некоторое время побродил по квартире, но только ушиб палец на ноге. Я позвонил Деборе еще два раза, и оба раза её не было дома. Я снова выглянул из окна. Луна медленно передвигалась; Доакс нет.

Ну что ж, отлично. Вернемся к плану Б.

Полчаса спустя я сидел на Ритиной кушетке с банкой пива в руках. Доакс следовал за мной, и я предполагал, что он ждет через улицу в своем автомобиле. Я надеялся, что он получает от этого столько же удовольствия, сколько и я, то есть не слишком много. И вот это значит – быть человеком? Люди настолько несчастны и глупы, что с нетерпением ждут этого – к потратить пятничный вечер, драгоценное время свободное от рабской тяжелой работы за мизерную зарплату, сидя перед телевизором с банкой пива? Там шла унылая жвачка для мозгов, и к моему ужасу, я обнаружил, что начал к ней привыкать.

Будь ты проклят, Доакс. Ты делаешь меня заурядным.

“Эй, мистер,” сказала Рита, плюхнувшись рядом со мной, и подобрав под себя ноги, “что такой тихий?”

“Кажется, я слишком много работаю,” сказал я ей. “И всё меньше этим наслаждаюсь.”

Она была затихла на мгновение, а затем спросила: “Это из-за того парня, которого пришлось отпустить? Парень, который был… он убивал детей?”

“В том числе,” кивнул я. “Мне не нравятся незаконченные дела.”

Рита кивнула, будто на самом деле поняла о чем я говорю. “Это очень… Я имею в виду, я вижу как это тебя беспокоит. Может быть тебе следует – я не знаю. Что ты обычно делаешь, чтобы расслабиться?”

В моем воображении промелькнуло несколько забавных картинок о том, как бы я мог расслабиться, но озвучить их было бы плохой идеей. Так что вместо этого я сказал, “Ну, мне нравится ходить в море. Рыбачить.”

Тихий, очень мягкий голосок позади меня сказал, “Мне тоже.” Только мои отлично тренированные нервы помешали мне разбить голову о потолочный вентилятор; ко мне почти невозможно подкрасться, и все же я понятия не имел, что в комнате есть кто-то еще. Но я обернулся и позади был Коди, смотрящий на меня широко распахнутыми немигающими глазами. “Тебе тоже?” Переспросил я. “Тебе нравится ловить рыбу?”

Он кивнул; два слова за раз исчерпали его ежедневный лимит.

“Хорошо,” сказал я. “Это можно устроить. Как насчет завтра утром?”

"О," сказала Рита, “я не думаю – я имею в виду, он не – ты не обязан, Декстер.”

Коди смотрел на меня. Он не издал ни звука, но он и не нуждался в словах. Все было в его глазах. «Рита», сказал я, “иногда мальчики должны отдыхать от девочек. Коди и я идем утром ловить рыбу. Выходим рано,” добавил я Коди.

“Почему?”

“Почему, не знаю ” сказал я. “Но мы должны выйти рано, и мы выйдем.” Коди кивнул, посмотрел на мать, затем обернулся и вышел из комнаты.

“Действительно, Декстер,” сказала Рита. “ты и в правду не обязан.”

Разумеется, я знал, что не обязан. Но почему бы и нет? Это не причинит мне физической боли. Помимо этого, было бы хорошо уплыть на нескольких часов. Особенно от Доакса. И опять же, не знаю, почему, но дети действительно важны для меня. Я, конечно, не умиляюсь при виде трехколесного велосипеда, но в целом я считаю детей намного интереснее их родителей.

Следующим утром, как только солнце встало, мы с Коди медленно выплыли из канала, служившего пристанищем моего семнадцатифутового Кита. Коди неподвижно сидел на холодильнике в сине-желтом спасательном жилете. Его голова почти исчезла в жилете, делая его похожим на ярко раскрашенную черепаху.

В холодильнике была газировка и обед, который Рита сделала для нас, легкий перекус для десяти – двенадцати человек. Я принес замороженную креветку для приманки, так как это была первая рыбалка Коди, и я не знал как он среагирует на насаживание на острый металлический крючок живого существа. Я бы скорее наслаждался этим, разумеется – чем живее, тем лучше! – но нельзя ожидать изысканного вкуса от ребенка.

Мы вышли в залив Бискайн, и я направился к мысу Флорида, держась канала, проходящего мимо маяка. Коди молчал, пока мы не оказались в пределах видимости Ститсвилля, этой странной коллекции построек, выбегающих к центру залива. Тогда он потянул меня за рукав. Я наклонился, чтобы услышать его сквозь ветер и рев двигателя.

“Дома,” сказал он.

"Да," прокричал я. “Иногда видно даже людей в них.”

Он наблюдал, как здания проплывают мимо нас, и сидел на холодильнике, обернувшись, до тех пор пока они не начали исчезать позади нас. Еще раз он обернулся, когда они почти исчезли из поля зрения. После этого он просто сидел, пока мы не добрались до Скалы Фоуи, и я переключился на холостой ход. Я поставил двигатель на нейтралку и выбирал якорь, ожидая, пока он зацепится за дно перед выключением двигателя.

“Ну, Коди,” сказал я. “Пришло время убить немного рыбы.”

Он улыбнулся, большая редкость, и ответил: "Хорошо".

Он наблюдал с неустанным вниманием, пока я показывал, как нанизывать креветку на крючок. Потом попробовал самостоятельно, очень медленно и тщательно подталкивая крючок, пока кончик не показался с другой стороны. Коди посмотрел на крючок, затем на меня. Я кивнул, и он вернулся к креветке, дотронувшись до места, где крючок прорвал раковину.

“Хорошо,” сказал я. “Теперь закинь в воду.” Он уставился на меня. “Туда, где рыбы,” уточнил я. Коди кивнул, перекинул удилище через борт лодки, и нажал на кнопку своей детской удочки Зебко, чтобы бросить приманку в воду. Я тоже опустил свою приманку немного в стороне, и мы уселись, медленно качаясь на волнах.

Я наблюдал как Коди рыбачит, за его чистой жестокой концентрацией. Возможно, из-за сочетания открытого моря и маленького мальчика, но я не мог не думать о Рейкере. Даже при том, что я не мог как следует изучить, я предполагал, что он виновен. Что он сделает, когда узнает об исчезновении МакГрегора? Наиболее вероятным казалось, что он испугает и попытается сбежать – и все же, чем больше я об этом думал, тем больше задавался вопросом. Существует естественное человеческое нежелание бросить всю свою жизнь и начинать где-то в другом месте. Возможно некоторое время он будет осторожничать. И если так, я мог бы в это время заняться новым пунктом в моем эксклюзивном социальном регистре, тем, кто создал Воющий Овощ на 4-ой Северо-Западной, и тот факт, что это походило скорее на название истории о Шерлоке Холмсе, делал это не менее срочным. Так или иначе я должен был нейтрализовать Доакса. Так или иначе каким-то образом скоро мне придется –

“Ты станешь моим папой?” внезапно спросил Коди.

К счастью у меня ничего не было во рту, и я не мог подавиться, но на мгновение я почувствовал в горле ком размером с индейку в День благодарения. Когда я снова смог дышать, мне удалось запинаясь произнести, “Почему ты спрашиваешь?”

Он все еще наблюдал за своей удочкой. “Мама говорит возможно,” сказал он.

“Так и говорит?” спросил я, и он кивнул не поднимая глаз.

У меня голова пошла кругом. О чем думала Рита? Я был так замотан тяжким трудом по запихиванию моей маскировки в глотку Доакса, что и не подумал о том, что происходит в Ритиной голове. Очевидно, надо было. Могла она в самом деле решить, что… – это же невероятно. Но я предполагаю, неким странным образом это могло иметь смысл, если вы – человек. К счастью я – нет, и мысль об этом казалась мне абсолютно причудливой. Мама говорит возможно? Возможно я мог бы стать папой для Коди? В смысле, гм …

“Нуу,” сказал я, что было хорошим началом, учитывая, что у меня не было абсолютно никакого понятия, что сказать дальше. К счастью для меня, когда я сообразил, что ничего напоминающего членораздельный ответ не собирается выйти из моего рта, конец удочки Коди задергался. “У тебя клюет!” Воскликнул я, и в течение следующих нескольких минут все, что мог сделать Коди – это держать вырывающееся удилище, трещащее от рывков. Рыба постоянно делала резкие, свирепые зигзаги вправо, влево, под лодку, затем прямо в горизонт. Но постепенно, несмотря на продолжительный бег от лодки, Коди подтянул рыбу ближе. Я учил его, как подтянуть кончик удочки по ветру, чтобы вытянуть рыбу туда, где я смогу схватить ее и бросить в лодку. Коди смотрел, как она шлепнулась на палубу, молотя по ней раздвоенным хвостом.

“Синий бегун,” сказал я. “Это очень дикая рыба.” Я нагнулся снять ее с крючка, но она брыкалась слишком сильно, чтобы удержать. Тонкая струйка крови выплеснулась изо рта на мою чистую белую палубу, немного меня расстроив. «Ик», сказал я. “Думаю, она проглотила крючок. Нам придется его вырезать.” Я вытянул нож из черных пластмассовых ножен и положил на палубе. “Будет много крови,” предупредил я Коди. Мне не нравится кровь даже рыбья, и я не хотел ее на своей лодке. Я сделал два шага вперед, чтобы открыть сухой шкафчик и достать старое полотенце, которое я держал для умывания.

Я услышал позади себя мягкое “Ха”, и обернулся.

Коди взял нож и воткнул его в рыбу, наблюдая, как она отталкивается от лезвия, а затем тщательно снова тыкая в ту же точку. На второй раз он засунул лезвие глубоко в брюхо рыбы, и фонтанчик крови брызнул на палубу.

“Коди,” сказал я.

Он поднял на меня взгляд и, чудо из чудес, улыбнулся. “Мне нравится ловить рыбу, Декстер,” сказал он.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.017 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал