Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Неделание как инструмент перестройки «пузыря восприятия» как перцептивной целостности




 

Прекращение автоматизмов, стереотипов, реактивных последовательностей, которые хотя бы частично доступны осознанию, позволяет точке сборки обрести некоторую – впрочем, малую – степень свободы. Как правило, все, что мы получаем в награду за эти труды – несколько всплесков осознанности наяву, возросшая гибкость (телесная и эмоциональная), три-четыре ярких сновидения, благодаря которым мы узнаем о существовании сновидческой реальности.

Чтобы достичь серьезного прогресса в практике, мы должны со всей осторожностью и внимательностью исследовать «пузырь восприятия», который мы считаем единственной вселенной, стабильно доступной эмпирическому опыту. Используя технологию неделания, мы можем разобрать эту многослойную психоэнергетическую конструкцию и заново осознать ее устройство. Ведь в свое время все составные части «пузыря восприятия» были доступны осознанию! Но с каждым веком описание мира становилось сложнее, и древние компоненты психоэнергетического поля, превращаясь в автоматизмы, один за другим тонули во тьме бессознательного.

В определенном смысле повторное осознание, способное вернуть контроль над целостным полем нашего организма, повысить тонус всей системы и восстановить утраченную способность произвольно влиять на структуру и интенсивность энергетического метаболизма, подобно специфическому вспоминанию, происходящему во время перепросмотра.

Нам только кажется, будто «пузырь восприятия» – некая монолитная структура. Данный «монолит» – отшлифованный на протяжении тысячелетий результат неисчислимого множества деланий. Стоит внимательно исследовать этот предмет, и практик довольно быстро обнаружит, что воспринимаемый мир (внешний и внутренний) состоит из нескольких массивных блоков. Каждый такой «блок» опирается на совокупность реактивных связей, а каждая реактивная связь существует только до тех пор, пока длится неосознаваемое делание, обеспечивающее этот процесс (перцептивный, чувственный, эмоциональный, ментальный).

Вот блоки, из которых состоит перцептивный мир человека, его «пузырь восприятия»:

1. Сенсориум (сенсорный блок).

2. Сенсорно-чувственный блок.

3. Сенсорно-чувственно-ментальный блок.

4. Сенсорно-ментальный блок.

5. Чувственно-ментальный блок.

Каждый из названных блоков содержит в себе тысячи и даже десятки тысяч деланий. Пусть вас не пугают эти цифры. Нет совершенно никакой необходимости останавливать весь этот грандиозный массив деланий, чтобы разобрать и заново собрать «пузырь восприятия». Как показывает практика, структура «пузыря» имеет множество областей уязвимости. Достаточно применить неделание к критической точке – и происходит обвал значительной части блока. А при воздействии неделания на несколько важных точек блока, он разрушается полностью. И вы можете несколько минут наблюдать редкостное для человека зрелище – Реальность, освобожденную от значительной части искажающего воздействия наблюдателя. Этому феномену Кастанеда дал очень выразительное и вдохновляющее название – «остановка мира».



Рассмотрим устройство «пузыря восприятия» в целом.

(1) Сенсориум.

Для тех, кто раньше никогда не работал с измененными режимами перцептивного внимания, «разъятие» сенсорных сигналов на произвольные (а главное, неестественные) фрагменты кажется на первых порах непростой задачей. Поэтому предполагается, что на третьем этапе практик уже имеет определенный опыт концентрации и деконцентрации внимания.

Сенсориум – это целостная структура сенсорных сигналов, осознаваемых и неосознаваемых, поступающих из внешнего поля и из поля собственного организма воспринимателя. Данная структура организована привычным образом и проявляет себя как весьма ригидная формация. Несомненно, основные законы распределения сенсорных сигналов формировались на протяжении биологической эволюции высших приматов и обрели стабильную конфигурацию у гоминидов. Судя по орудиям первобытного человека и наскальным изображениям той далекой эпохи, сенсорная организация кроманьонца мало чем отличалась от сенсориума современного человека.

Можно перечислить фундаментальные принципы, которые позволяют существовать перцептивному миру человека в неизменном виде последние 40 тысяч лет:

(а) единое пространство, вмещающее в себя бесконечное множество отдельных объектов;



(б) сенсорное единство объекта, подразумевающее согласованное реагирование на объект по основным каналам восприятия: зрение, слух, осязание. Соответственно, объект должен иметь форму, размер, цвет, текстуру, может издавать звук. Видимый размер объекта тесно связан с расстоянием от наблюдателя, форма соотносится с углом зрения или перспективой;

(в) процессы существуют в сенсориуме как различные взаимодействия между объектами. Очевидно, этот пункт сенсорного восприятия возник немного позднее. В первом разделе книги я указывал на явные следы шаманского мировосприятия, в котором процессы могли существовать отдельно от предметов (объектов и субъектов) и переживаться древним человеком как «безличные силы». Практикуя различного рода неделания, исследователь часто сталкивается с возрожденным осознанием «безличной силы». Эти восприятия могут служить косвенным подтверждением того, что данный принцип организации сенсорных сигналов можно считать относительно новым;

(г) сенсорный образ собственного тела. Несмотря на то, что сформировался он давно, мы еще помним античный анекдот о том, что человек – это «существо на двух ногах и лишенное перьев». На самом деле, восприятие того или иного организма как человеческого тела – вопрос не настолько простой, как нам иногда кажется. Анатомические различия между гомо сапиенсом и, скажем, гориллой порой не слишком велики, если честно. Но почему-то мы отличаем одних от других и способны распознать представителя своего вида, даже если он успел основательно одичать, обрасти волосами и почти обезуметь от одиночества. Мы не перепутаем такого «робинзона» с величественно восседающей под деревом обезьяной. Как это происходит? Какое делание совершает наше восприятие, чтобы избежать подобной ошибки?

В любом случае, мы узнаем человека не потому, что он наделен разумом и не потому, что он владеет речью. Безумца с полностью разрушенной психикой, немого, не способного произнести ни слова, мы также опознаем как представителя собственного вида. Предполагаю, что восприятие использует совокупность антропометрических данных (форма черепа, размер глаз и расстояние между ними, форма носа, длина рук и др.) Синтез этих сенсорных сигналов позволяет нам утверждать об увиденном существе: «Это человек».

Все перечисленное нетрудно разрушить, применив технику неделания.

(а) Разместив деконцентрированное внимание по полю визуального восприятия, мы способны убрать пространство и объекты. Это требует особого усилия внимания, но вполне достижимо. Для этого достаточно растворить все «фигуры» в «фоне», а сам «фон» – лишить глубины. Пользуясь столь радикальной техникой, надо быть осторожным и регулярно тестировать свое восприятие, вернувшись из перцептивного «хаоса». Практик должен быть уверен, что сохранил адекватность и может нормально функционировать в человеческом «пузыре восприятия».

(б) «Сенсорное единство объекта» предоставляет очень широкие возможности для самых разных неделаний. Приведу лишь несколько психотехник, касающихся этого пункта организации «пузыря восприятия».

1. Неделание перспективы и объема. Это простой и эффективный способ перестроить привычную организацию сенсорных пучков. В представленном восприятию зрительном поле всегда находятся объекты, которые находятся близко и потому кажутся более крупными, а также объекты, удаленные от наблюдателя, а потому кажущиеся маленькими, иногда – крохотными. Наблюдая размер объекта, мы почти всегда совершаем автоматическое делание перспективы.

Иными словами, мы не принимаем размер объекта как безусловную величину, непременно учитывая предполагаемое расстояние между наблюдателем и наблюдаемым объектом. Когда мы смотрим на улицу и толпу пешеходов с крыши многоэтажного здания, люди своими размерами напоминают насекомых, но мы ни на секунду не заблуждаемся по поводу истинных размеров идущих внизу людей. Мы совершаем делание расстояния.

Подобный тип делания мы совершаем, наблюдая за любой объемной фигурой. В зависимости от угла зрения такая фигура может иметь различные очертания. Треугольник может оказаться пирамидой с квадратным основанием, квадрат может оказаться основанием треугольной пирамиды. Окружность может оказаться проекцией шара, эллипсоида и т.д. Стоящая на столе банка выглядит округлой, если смотреть на нее сверху, и цилиндрической – если смотреть сбоку. Тем не менее, мы редко ошибаемся при восприятии этих и куда более сложных объемных фигур. Делание объема является специфическим синтезом сенсорных впечатлений. В этом процессе участвуют освещенность и тени, которые указывают на выпуклости либо впадины в объемном теле.

Но главное в делании объема – молчаливое признание того, что мы существуем в трехмерном пространстве, где любой наблюдаемый предмет наделен не только высотой и шириной, но и глубиной. Таков перцептивный опыт человеческого вида. Ведь мы не так уж часто сталкиваемся с плоскими фигурами, а если сталкиваемся, то в оговоренном контексте – как правило, это изображения самых разных типов (от рисунка на бумаге до цифрового изображения на компьютерном мониторе).

Во всех случаях, где это имеет значение, мы совершаем автоматическое делание объема. Видеть мир плоским – затруднительно для перцептивного аппарата человека.

И все же человек способен перестроить свое внимание таким образом, что будет игнорировать перспективу и объем. Сенсорный опыт такого типа смещает точку сборки и провоцирует необычные переживания. Я считаю неделание перспективы и объема весьма эффективным инструментом разрушения сенсориума, опирающегося на десятки тысяч лет сознательного существования в трехмерном пространстве. Если практику удалось осуществить такое неделание, он обычно встречается с целым массивом переживаний, отражающих перемещение его точки сборки – открываются новые каналы чувствительности тела, возникает феномен измененного самоосознания, он ярко переживает сам факт изменения позиции своего Я, ощущает изменение его размера и т.д.

2. Неделание размера. Данная психотехника требует от практика выбрать такой угол зрения, при котором созерцаемый объект будет казаться больше или меньше, чем наше обычное представление о нем. Все остальное зависит от тренированности внимания и осознания. Практик должен полностью погрузиться в измененное представление о размерах объекта, игнорируя при этом собственную память и все отвлекающие впечатления. Неделание можно считать успешным, если вы по-настоящему «поверите», что маленький камешек, лежащий перед вами, это огромная глыба. И наоборот, удаленная скала – лишь острый обломок гравия.

В любом перцептивном неделании важно найти тот пучок сенсорных сигналов, который удобно интерпретировать измененным образом. Вы концентрируете внимание на этом фрагменте (трещина, тень, выемка, силуэт и т.д.) и устраняете из поля наблюдающего внимания все, что может помешать перестройке восприятия.

3. Неделание формы. Эта психотехника близка по своей сути к работе по «устранению пространства». Ибо суть любой воспринимаемой формы объекта заключается в противопоставлении «фигуры» объекта к «фону». Эту простую идею легко проиллюстрировать. Представьте, что находитесь в лесной чаще – невероятно густой и запутанной. А вам нужно максимально точно начертить форму конкретного куста или дерева. Решая эту задачу, вы измучаетесь.

Таким образом, смысл психотехники заключается в «растворении» границ объекта, поскольку именно границы наделяют предмет той или иной «формой». Известные всем читателям Кастанеды игры с тенями сбивают воспринимателя с толку. Тень не имеет самостоятельного существования, она является, скорее, помехой, если вы вознамерились определить точную форму интересующего вас объекта. То же касается бликов, отражений и пр. Если вы хотите заняться неделанием формы, можете использовать все сенсорные помехи, наделяя их значением и смыслом, которого у них, разумеется, нет. Однако во время неделания, если вы хотите добиться результата, надо твердо держаться придуманных значений и по-настоящему верить, что тень – это щель, блик – это яркий выступ, отражение «слиплось» с объектом и т.д. Чем больше вы измените контуры наблюдаемой фигуры, запутаете фигуру среди фрагментов других фигур, тем эффективнее будет ваше неделание.

4. Неделание цвета. В этой процедуре мы сталкиваемся с некоторыми затруднениями. Определение цвета обусловлено физиологией глазной сетчатки, а устройство сетчатки хранится в геноме человеческого вида. Тем не менее, мы можем добиться определенных успехов и в этом направлении неделания.

Во-первых, очень многое зависит от уровня освещения. Во-вторых, значительное влияние оказывает ближайшее цветовое поле. В-третьих, наиболее неопределенными для восприятия и соответственно уязвимыми являются «края» воспринимаемого объекта. Удобнее заниматься неделанием цветового восприятия в сумерках или при слабом освещении. Самая простая задача – это работа с оттенками цвета. Смысл данного неделания – «забыть» о том, какой цвет назначен данному предмету в вашем описании мира. Любой темный оттенок цвета при должном погружении в неделание можно превратить в черный. Любой светлый оттенок мы можем сделать блеклым, постепенно приближаясь к светло-серому либо белесому. Каждый раз мы начинаем работу с неделанием цветового восприятия, обращаясь к краям наблюдаемых объектов. Свои попытки в этой сфере неделания я считал успешными, когда приближался к черно-белому восприятию с редкими и крайне слабыми цветовыми пятнами – в центре зрительного поля.

(в) Неделание процессов как отношений между объектами.

На мой взгляд, это важное неделание, открывающее целый океан чувствительности энергетического тела. Оно достигается только в результате длительной перестройки перцептивного внимания по всем каналам (зрение, слух, осязание, проприоцептика, обоняние, вкус). Важно, что ни один из объектов перцептивного поля не является при этом точкой концентрации. С другой стороны, я бы не сказал, что данное неделание можно ограничить деконцентрацией внимания. Это – некое срединное и постоянно ускользающее состояние внимания.

Всякий раз, когда происходит действие, вы сосредоточены между объектами, осуществляющими взаимодействие. Центр ощущения (внимания), который нас интересует в данном случае, расположен в центре тела – чуть выше либо чуть ниже солнечного сплетения. Из всех типов неделания этот более всего напоминает «шаманскую методику». С одной стороны, сама процедура почти не поддается нормальному описанию, с другой стороны – эффекты психотехники кажутся странными, почти «магическими».

Я попытаюсь описать ту часть процедуры, которую можно передать словами, и надеюсь, что практические усилия исследователей помогут им найти оптимальный язык описания для этой техники.

Выберем два объекта, явно взаимодействующие друг с другом. Желательно использовать длительное и однотипное взаимодействие – с таким проще работать. Например, большие песочные часы, метроном, маятник и т.п. Хорошо подходит капающая вода из неплотно закрытого крана. Неделание заключается в том, чтобы пережить процесс, полностью игнорируя субстанцию. Напоминает коан, не так ли? Маятник качается, но маятника нет. Песок движется внутри песочных часов, но песка нет. Капает вода, но самой воды нет!

На первом этапе мы должны сосредоточить внимание, используя сенсорные сигналы (звук или наблюдение за движением). При этом важно следить за тем, чтобы внимание лишь колебалось вокруг упомянутых сенсорных сигналов. Необходимо уловить ритм, вибрацию, окружающую избранный процесс (капающая вода, качающийся метроном и т.д.). Для этого требуется специально отвлекать внимание от наблюдения за процессом и «слушать» ощущения, исходящие из центра тела. Когда практику покажется, что он испытывает непосредственное ощущение от процесса (несмотря на то, что не слышит звука метронома, капающей воды, не видит струящийся песок), надо попытаться «объективировать» свои смутные ощущения внутри тела либо вне его. Здесь можно прибегнуть к любому деланию – создать внутри тела воображаемый «стержень», сквозь который течет энергия (воды, песка, движения). Еще лучше сделать некий сгусток внимания, поместить недалеко от физического тела и периодически подкреплять его своей концентрацией.

Если у вас получилось нечто подобное, вы удивитесь неожиданному всплеску общей чувствительности. Если метроном остановится, вы узнаете об этом, где бы ни находились. Если кто-то закроет кран и вода перестанет капать – вы почувствуете это даже в другом конце города.

Формирование и усиление этого навыка наполняет жизнь тела множеством ощущений и чувств. Стоит лишь сосредоточиться на каком-то процессе (т.е. на каком-то потоке Силы), и вы начинаете ощущать его неописуемым образом.

Я бы сказал, что это жизнь некой возрожденной части нашего восприятия. С ней следует обращаться уважительно и осторожно. Помнить о том, насколько хрупким является достигнутое нами психическое равновесие. Чувствовать, ощущать, переживать те области сенсорного мира, которые современная цивилизация вынудила нас вытеснить из области ясного сознания, закрыла в сумраке бессознательного, – рискованное занятие. Мы уже давно живем не в мире шаманов, а в мире психиатрии. Иррациональные ощущения, имеющие необъяснимое происхождение, безусловно, зачаровывают. Но длительное сосредоточение на них допустимо лишь на фоне непрерывного сталкинга. Если практик хочет сохранить свое душевное здоровье, он не имеет права потакать себе в переживании «странного, магического, необъяснимого». Он обязан следить за своей адекватностью и соответствовать требованиям нынешнего «социального договора».

(г) Неделание сенсорного образа тела.

Эта психотехника относительно проста, на мой взгляд. Она имеет два раздела: внутренний (переживание схемы тела) и внешний (восприятие себе подобных). Когда мы работаем над внутренним неделанием тела, мы используем классическую релаксацию, концентрируем внимание на проприоцептивных и кинестетических ощущениях, после чего трансформируем образ своего тела любым способом. Кинестетика и проприоцептика легко поддаются метаморфозам, если мы владеем тренированным произвольным вниманием. Лично я считаю, что трансформация тела в энергетическое поле в виде сферы или сфероида – наилучший способ, позволяющий сочетать неделание с усилением энергетического кокона.

В отношении других людей проще всего использовать образы похожих на нас животных. Иногда это бывает забавно – особенно, когда наблюдаешь за человеческим лицом. Если мы убираем множество смыслов, которыми наделили собственную мимику, остается всего лишь очень подвижная «маска». Наверное, именно так могли бы воспринимать людей инопланетные пришельцы.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.01 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал