Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Личное свидетельство




Ваши близкие могут быть спасены. Я лично стал свидетелем обращения в веру всех своих домашних. Сегодня все члены моей семьи верующие, и я благодарен за это нашему любящему Господу Иисусу. Но когда-то все было иначе. Я первым из свого родства обрел спасение, и моя жизнь круто изменилась. После этого Бог начал пробуждать к спасению моих родных, хотя они, конечно, не спаслись за один день.

Когда в 1972 году я принял Иисуса в свое сердце на студенческом молитвенном собрании в Торонто, мои родители решили, что я сошел с ума. Мой отец был очень властным и упрямым восточным мужчиной, физически крепким человеком с зычным командирским голосом. Он любил свою семью, но, когда он появлялся в комнате, ни у кого не возникало сомнений, кто в доме хозяин.

Когда после своего спасения я впервые упомянул дома об Иисусе, папа очень серьезно предупредил меня:

— Если ты произнесешь это имя в моем доме еще раз, тебе не поздоровится. Выбирай: или Он, или мы!

Вскоре после этого разговора мы с отцом ехали вместе в нашей машине, и он опять попытался отвратить меня от моей христианской веры. В ход пошли разные приманки — лишь бы я отвернулся от того, что нашел во Христе. Однако одно я знал точно: мой отец всегда выполняет то, что обещал, а значит, он приложит все усилия, чтобы заставить меня бросить свой "фанатизм". Выговорившись, папа замолчал и посмотрел на меня, ожидая моей реакции. Его глаза буквально буравили мне душу, но я твердо ответил:

— Тебе никогда не удастся заставить меня забыть об Иисусе.

По перекошенному лицу папы я понял, что он вне себя от гнева. Поднимая в детстве глаза на двухметровую папину фигуру, возвышавшуюся надо мной, я видел это выражение гнева всякий раз, когда не оправдывал его ожиданий. Теперь, в машине, я опять, словно мальчик, смутился под его взглядом. Было очевидно, что я не угодил ему: дал не тот ответ, какой он желал услышать. Будучи ребенком, я убегал от отцовского гнева и прятался под кровать, но в тот день мне некуда было скрыться от его раздраженного сверлящего взгляда. Никто из нас ничего не мог добавить, поэтому остальной путь мы проделали молча.

Нетрудно догадаться, что после этого домашние начали оказывать на меня давление. Моего посвящения Иисусу никто не понимал. Моя бабушка (со стороны отца) очень беспокоилась за меня и забрасывала моего папу телеграммами из Израиля такого содержания: "Ты должен что-то сделать со своим сыном". Она даже специально прилетела в Канаду, чтобы отговорить меня от "глупого увлечения Иисусом".

— Бабушка, — сказал я ей, — я очень люблю и уважаю вас, но я никогда не отрекусь от Иисуса. И вам тоже нужно принять Его в свое сердце.



Атмосфера у меня дома все больше накалялась. Мои родные, не найдя здравого объяснения тем переменам, которые они замечали во мне, попросту отвернулись от меня. Я чувствовал себя чужим в собственном доме, что причиняло мне все большую и большую боль. Родственники умоляли меня не позорить доброе имя семьи, но то, что я обрел благодаря моим отношениям с Иисусом Христом, было для меня важнее всех и вся. Не поймите меня неправильно: я любил своих родных, но моего Господа Иисуса я любил намного больше. Я знал, что не смогу отвернуться от Него и Его любви.

В отчаянии мой отец решил устроить меня на работу к своему другу. Он думал, что за работой я перестану думать об "этом Иисусе". Когда и это не помогло, отец, в конце концов, обратился ко мне жалобным тоном:

— Бенни, чем я могу помочь тебе? Что ты хочешь, чтобы я сделал? Я сделаю для тебя все, если ты только забудешь об этом своем Иисусе.

У меня комок подкатил к горлу, но все же я ответил:

— Папа, можешь предлагать мне все что угодно, но я лучше умру, чем откажусь от того, что обрел в Иисусе.

С того дня мы с отцом практически не общались около двух лет. Я как будто перестал для него существовать, он не замечал меня и не обращал на меня никакого внимания. Хотя вся моя семья жила под одной крышей, я стал для родных чужим. Только любовь Иисуса Христа помогла мне выстоять в эти тяжелые дни.

Как же моя семья, настолько закрытая для Евангелия, смогла обрести спасение? Еще, будучи новообращенным, я в молитве разбивал цепи, связывающие близких мне людей, и Бог начал обращаться к ним — к одному за другим.

Моя сестра Мэри первая пригласила Господа в свое сердце. Затем покаялся мой брат Сэмми. Никогда не забуду, как искренне он молился: "Иисус, войди в мое сердце. Закрой дверь моего сердца изнутри и выбрось ключ". Вскоре после этого Вилли принял Христа своим Спасителем. Так все они, в том числе и мама с папой, друг за другом пришли к Иисусу, пока вся моя семья не оказалась спасена! Бог даже дал мне возможность помолиться молитвой покаяния с моей бабушкой, прежде чем она умерла.

Если Бог спас мою семью, то Он, несомненно, может спасти и вашу. Близкие вам люди могут быть спасены! Конечно, каждый член семьи имеет выбор: принять Иисуса Христа своим Спасителем или нет. Но одно из самых больших откровений, которое мы находим в Божьем Слове, таково: спасение обещано не только какому-то конкретному человеку, но всей его семье.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.005 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал