Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 14. Кабинет директора Поттер покинул с максимальной скоростью – находиться в одном помещении с Макгонагалл после лжи






Кабинет директора Поттер покинул с максимальной скоростью – находиться в одном помещении с Макгонагалл после лжи, которую он на нее обрушил, было тяжело.

Наложенное взыскание его не расстраивало, потому что он его вполне заслужил. Но и угрызений совести Гарри не испытывал. Уверенность в том, что он все сделал правильно, растекалась внутри каким-то теплым облаком. Гарри прыгал через две ступеньки, и ему было плевать, что до начала каникул он отдан на растерзание мадам Пинс. И тесный контакт с пыльными библиотечным формулярами тоже не пугал. Зато теперь будет неограниченный доступ к картотеке, а это может пригодиться Гермионе. И пусть Рон только попробует сказать, что он не помогает. А после Рождества… Хотя, об этом еще рано думать – почти месяц впереди.

В гриффиндорской гостиной было пусто – время обеда, все в Большом зале. Но Гарри сейчас не хотелось становиться объектом пристального внимания друзей, поэтому он, захватив мантию-невидимку, отправился в Хогсмид, решив перекусить в «Сладком королевстве».

Метель так и не стихла, и Гарри медленно шел обратно по пустым улицам, сквозь ветер. Так просто – не думать ни о чем, кроме колючих снежинок и рвущейся из рук мантии. Как будто не осталось в мире ничего, кроме разбушевавшейся погоды.

В Хогвартс он вернулся почти перед ужином. Поднялся в башню. Рон и Гермиона сидели в углу, на столе перед ними высились стопки книг, из-за которых виднелись только макушки.

Гарри подошел, и, торопясь, пока друзья не успели засыпать его вопросами, вывернул карманы, высыпая прямо на пергаменты прихваченные из Хогсмида лакомства. Рон сразу зашуршал обертками, а Гермиона, равнодушно взглянув на угощение, тяжело вздохнула.

- Гарри, надо серьезно поговорить.

Рон выпучил глаза и чуть не подавился бисквитным котелком.

- Сейчас?.. – с трудом сглотнув, выдавил он.

- Ну… после ужина?

- А может завтра? – с несчастным видом предложил Гарри. - Я жутко устал и лучше пошел бы спать…

Рон активно закивал головой, поддерживая друга.

- Хорошо, - сдалась девушка. - Тогда завтра вечером, а днем я еще кое-что уточню…

- Вот-вот. Я все еще надеюсь, что ты ошибаешься…

Под суровым взглядом Гермионы Рон замолчал и выбрался из-за стола.

Друзья отправились ужинать, а Гарри, только оставшись в одиночестве, понял, что Гермиона не собиралась расспрашивать о том, где он пропадал столько времени. Значит, нашла что-то важное обо всех этих странностях с Малфоем. Ну что ж, вряд ли за день что-нибудь изменится, а завтра вечером он все узнает.

Гарри поднялся в спальню и растянулся на кровати, задернув полог. День был и правда утомительным, но спать не хотелось. Какая-то навязчивая мысль вспыхивала в сознании, как снитч над квиддичным полем, и тут же исчезала, не давая себя поймать.

Гарри лежал, прикрыв глаза, лениво припоминая события прошедшего дня. Будто погрузился в думосбор, плавно покачиваясь среди мерцающих нитей. Сквозь дрему он слышал, как в спальню пришли ребята и теперь укладывались спать, переговариваясь о чем-то. Гарри перевернулся на бок, устраиваясь удобнее, обхватил подушку. Пальцы привычно коснулись квиддичной перчатки. Он вытащил ее, и ленивое спокойствие как рукой сняло. Гарри вглядывался в затейливые завитки монограммы, ощущал мягкую кожу на ладони, и уверенность в том, что он защищал невиновного, таяла.

То есть, Гарри по-прежнему знал, что поступил правильно, но при этом не был уверен, действительно ли Малфой не брал книгу. Это озадачивало до боли в висках. Сна не осталась ни в одном глазу. Гарри перевернулся на другой бок, со скрупулезностью гоблина прокручивая в памяти события прошлой ночи. До мелочей, до секунд. Сбивался, кусал губы и начинал сначала.

Малфой - сосредоточенно записывающий что-то на пергаменте, почти прозрачный в голубоватом свете Люмоса, нереальный, хрупкий, как «нежные вафли Линди Свит - тают, едва коснувшись языка». Малфой – порывистый, обжигающий, как, наверное, ветер в пустынях. Малфой – вцепившийся в плечи, приоткрывающий сухие губы…

Гарри тихо застонал, съежился на краю кровати, обхватив колени.

Малфой – с потемневшими от ярости глазами, презрительно кривящий рот, выплевывающий обидные, злые слова… Малфой, отталкивающий его, швыряющий в лицо мантию… Такой Малфой вполне мог украсть книгу. Но ему негде было ее спрятать. Если только уменьшающие чары…

От раздирающих противоречивых мыслей голова разболелась так, как при Волдеморте. Только боль не сосредотачивалась в шраме, она заполняла собой весь череп.

Гарри сел на кровати и прислушался - тихо. На цыпочках подошел к окну. Непогода улеглась, и спокойный холодный лунный свет переливался в белых сугробах, будто в грудах драгоценностей.

Натянув поверх зимней мантии невидимку, Гарри спустился в гостиную и выскользнул из башни – Полная дама спросонья даже не поняла, что случилось.

***

Из замка удалось выбраться без проблем. Видимо, в качестве компенсации за этот бесконечный ужасный день. На улице было холодно. Драко застегнул мантию, обмотался шарфом и пошел к Запретному лесу. Книга за пазухой оттягивала рубашку, но то самое покалывающее тепло, которое он почувствовал, впервые прикоснувшись к ней сегодня, не исчезло, и от этого на душе становилось спокойнее.

Однако стоило ему сделать несколько шагов под деревьями, как все спокойствие улетучилось. Лес надвигался с обеих сторон, и Драко кожей чувствовал опасность, которую таило в себе это гиблое место.

Сойдя с тропинки и сделав всего несколько шагов в чащу, он остановился. Ему показалось, или действительно совсем рядом хрустнула ветка? Страх приковал к земле, и никак не получалось сдвинуться с места. Ну как мальчишка, честное слизеринское! Драко сжал зубы и заставил себя шагнуть дальше.

- Малфой! Подожди!

Как он умудрился не выронить палочку, оставалось загадкой. Дернувшись, Драко обернулся. Мгновенная паника сменилась чудовищным облегчением. Поттер, соплохвост его забодай!

- Мерлин, да что же это такое! Ты на меня следящие чары что ли наложил? - злиться не получалось - слишком быстрая смена эмоций лишила сил.

Поттер торопился, запинался в глубоком снегу, одновременно запихивая в карман мантию-невидимку.

- Постой, - он шумно вздохнул, подходя ближе, - мне очень нужно…

Как будто я куда-то бегу, рассеянно подумал Драко, разглядывая растрепанного героя. Да даже если бы захотел, разве от него убежишь.

- Ну?

- Это ты взял книгу? - на выдохе выпалил Поттер и замер, ожидая ответа. На лице был написан неподдельный интерес.

Драко закатил глаза. Он хотел сказать что-нибудь язвительное, но вдруг понял, что не сможет. Почему-то стало очень обидно. Даже лес не казался теперь таким уж страшным. Лучше в лес, чем стоять тут и понимать, что Поттер не верит. И не верил никогда. Приперся, наврал аврорам...

- Поттер, тебя случайно Обливиэйтом не приложили? Я вообще-то слышал твое чистосердечное признание.

- Значит у тебя хороший слух, - гриффиндорец неловко прятал руки в широкие рукава мантии, переступал с ноги на ногу, притаптывая поскрипывающий снег. - А раз хороший слух, значит и вопрос мой ты услышал. Неужели трудно один раз просто ответить? – спросил и уставился не моргая. Василиск недоделанный.

- Просто? – Драко дернул застежки мантии. Кровь стучала в висках, и было почти не слышно собственных слов. – У тебя все просто, Поттер. Всегда! – вытащив из-под рубашки книгу, Драко бросил ее на снег. – Давай, зови авроров.

Поттер вздрогнул от неожиданности и отступил на шаг.

- Это она, да? Ух ты...

Из горла рвался истерический смех. Поттер был сейчас ну точь-в-точь Лиззи, так же восторженно пялился на серебрящуюся переплетающуюся вязь. Это не жизнь, это какое-то Мунго на выезде. Драко бухнулся на колени, подобрал книгу, аккуратно отряхнул и провел мокрой от растаявшего снега ладонью по лицу.

- Ну, успокоился? Откуда она у тебя?

Драко уже ничего не понимал. Поттер уселся рядом, авроров не звал, да еще и вопросы задавал… странные.

- У невесты своей спроси, - огрызнулся он, бережно вытирая влажную обложку рукавом.

- У какой? – Поттер удивленно моргнул.

Драко фыркнул. Ситуация казалась настолько абсурдной, что и относиться к ней хотелось соответственно. Конечно, что может быть обычнее – сидеть рядом с Поттером на снегу в Запретном лесу, держать в руках запрещенный фолиант и болтать о невестах.

- А, ну да, я забыл, у тебя же их – толпы.

- Тебе завидно, что ли? – Голос прозвучал резко, но губы подрагивали, и Драко с удивлением понял, что Поттер с трудом сдерживает улыбку. Ну и ну.

- Во-первых, у тебя отвратный вкус, поэтому на твоих невест я не претендую, своих не знаю куда девать, - он усмехнулся, вспомнив о Лиззи. - Во-вторых, дешевая популярность - это твой конек, - Драко внезапно посерьезнел и добавил: - А в-третьих, почему ты не зовешь авроров? Совсем рехнулся со своим долбанным благородством?

- Каких авроров? Ты хочешь выбрать себе невесту из авроров? - Поттер откровенно паясничал. Драко зачарованно смотрел на него и ловил себя на мысли, что не хочет, чтобы этот дурацкий диалог заканчивался. Черт с ним с Салазаром, и с аврорами, и с идиоткой Уизли. Они все там – в замке, в Лондоне – далеко. Очень далеко. А Поттер – близко.

- Я уже говорил, что ты псих? И чувство юмора у тебя соответствующее.

- Зато оно у меня есть. Зачем тебе авроры? Ты же все правильно услышал... - Поттер вдруг резко наклонился вперед и выхватил у Драко книгу. - Я уничтожил редчайший артефакт. Потому что я придурок, воспитанный магглами и не желающий учиться. И все об этом знают. - В голосе не осталось веселья, он стал резким, сухим, и каким-то… ломким. Поттер взглянул исподлобья и раскрыл книгу.

- Стой! - Драко дернулся, хватая за руки, и замер от нахлынувшего дежа вю. Такое уже было. Почти такое. Только теперь вместо жабы в ладонях Поттера лежала горсть серебристого пепла.

- Неважно, - гриффидорец шевельнул пальцами, и пепел тонкими струйками высыпался на снег. - Я все-таки сказал правду, - криво усмехнулся он, вытирая опустевшие ладони о полы мантии.

Драко смотрел на серебристые точки, которые мерцали в темноте, и не верил, что все это происходит на самом деле. Даже эмоций не осталось. Никаких.

- Ты только что уничтожил книгу, которой несколько веков. Зачем?
Поттер медленно поднялся на ноги, с преувеличенной аккуратностью отряхивая налипший на мантию снег.

- За тем, что так будет лучше, - хрипло сказал он, проведя растопыренной пятерней по волосам.

Драко поднялся следом. И только сейчас понял, как замерз. Торопливо застегнул рубашку и мантию, сунул руки в карманы, борясь с желанием подышать на заледеневшие пальцы. Оставался еще один вопрос, который обязательно нужно было задать. Он отбросил челку со лба и посмотрел на Поттера.

- Ты ведь не думаешь, что это я. Почему?

- А я вообще никогда не думаю. Забыл? Извини, что теперь тебе нечем меня шантажировать. - Поттер пнул ближайший сугроб, и серебряный пепел окончательно затерялся под снегом. Драко нахмурился, пытаясь понять, о чем речь. А потом не выдержал и расхохотался. Мерлин, ну какой же идиотизм! Да пусть бы думал, что хочет, Ему не должно быть до этого никакого дела. Но дело почему-то было. Хотелось объяснить... Может, в качестве благодарности за сегодняшнюю ложь, может, еще зачем-то...

- Ты всерьез думаешь, что я собирался тебя шантажировать этой книгой?

Поттер насупился, опустил голову и обхватил себя руками. Наверное, тоже замерз.

- Знаешь, Малфой, я всегда знал, что слизеринцы и благодарность вещи несовместимые. И можешь быть уверен, то, что я сказал, я сказал не ради тебя. Вот совершенно... Просто я знал, что ты не мог взять эту чертову книгу. Знал, но не был уверен. Ведь тогда, в коридоре... Я бы заметил. Она такая здоровая, а ты... А раз не уменьшил сейчас, значит, и тогда не мог. Только если это кто-то другой, то какая тебе разница, что с ней случилось?

Драко распирало от двух противоречивых желаний - шагнуть к Поттеру и повторить... то, что произошло прошлой ночью, потому что смотреть, как он кусает губы, краснеет, злится, было невыносимо. Но второе желание казалось гораздо разумнее, а Драко очень боялся натворить каких-нибудь непоправимых глупостей. Пусть лучше - так.

- Думай, что хочешь, Поттер, - вздохнул он. - Даже если бы мир перевернулся, и я попытался тебе что-то объяснить, это было бы бесполезно. С какой стати ты должен мне верить?
.
- А ты попробуй. Просто попробуй...

Драко запрокинул голову, стараясь разглядеть сквозь переплетение ветвей небо. А если честно, просто чтобы не смотреть на Поттера. Сложно все это. И уходить не хочется. И остаться нельзя.

- Ладно, - сказал он наконец. - Представь, Поттер, что ты находишь в своей сумке книгу, за кражу которой тебе светит Азкабан. И, вероятно, не только тебе. Книга эта - очень ценная, за нее пол-Гринготтса отдадут. А один благородный идиот уже признался, что ее уничтожил. Как ты поступишь?

- Я? Постараюсь, чтобы книгу постигла уготованная ей участь. Никакая древняя рухлядь не стоит человеческой судьбы. Она опасна сама по себе, а если ее найдут после всего... - Поттер пожал плечами. - Но это я, не ты.

- За подобные книги, в прошлые века маги шли на костер не задумываясь. Потому что магический мир - ничто без накопленных столетиями знаний. Ты вырос с магглами и понятия не имеешь, как это - с рождения знать, что ты чистокровный волшебник. Тебе плевать на традиции, ты живешь сейчас, и тебя не волнует, что было вчера и что будет завтра. Ты не знаешь, как может быть по-другому. А я знаю. К тому же, я не смог бы ее уничтожить, даже если бы захотел. Это все равно, что убить фамилиара. Чары делали книгу живой, Поттер. Я чувствовал ее, и знал, что она меня чувствует. Тебе не понять, ты полукровка.

- Ах, прости. Забыл. Действительно, полукровка. И вообще не понимаю, о чем могу разговаривать с таким чистокровным засранцем. Можешь пойти и утопиться в озере, оплакивая свою невосполнимую потерю. Только что-то я не припомню, чтобы ты переживал за судьбы магического мира в кабинете Макгонагалл, - Поттер сунул руки в карманы и пошел прочь. Драко сорвался с места, обогнал и встал перед ним, загораживая дорогу. Все шло не так. Неправильно. От первого до последнего слова. А как правильно - Драко не знал.

- В кабинете, знаешь ли, мне было не до мира. Благодаря твоей чертовой подружке, я чуть в Азкабан не загремел. Понятия не имею, какая мантикора дернула ее это сделать, но
наверняка ты имеешь к этому прямое отношение. Я не уверен, что ты об этом знал, и не представляю, зачем наврал аврорам, и... - Драко задохнулся и договорил, отводя взгляд: - и все остальное.

- И что? Какое все это имеет значение, если книги больше нет? Все закончилось, живи, Малфой, как жил.

Вот и поговорили. Черт, еще вопрос - кто здесь больший идиот. Надо было прекращать этот отвратительный фарс. Драко прищурился и усмехнулся.

- Жить? Что ж, спасибо за совет. И можешь передать своей Уизлетте, что если такое повторится, я наплюю на огласку и сразу пойду в аврорат. Надеюсь, ей еще не все мозги бладжерами повышибало.

Драко развернулся и пошел к замку, спиной чувствуя колючий взгляд Поттера. Но через несколько метров дернулся вперед от неожиданного болезненного удара по затылку. Под пальцами крошился оставшийся на волосах слипшийся снег. Драко резко обернулся.

- Ах так?! – задохнувшись от ярости, он ринулся обратно к Поттеру. Тот успел слепить еще один снежный комок и попытался отпрыгнуть в сторону, но зацепился за какую-то корягу и повалился на землю. - Ну, Поттеррр! Держись!

Драко упал на колени рядом, хватая снег и запихивая за шиворот этому чокнутому придурку. Поттер заорал, как раненый гиппогриф, вывернулся и навалился сверху.

- Все, Малфой, ты покойник...

Поттер был тяжелее, и Драко понимал, что без магии справиться с ним не сможет. Пальцы гриффиндорца жестко обхватывали запястья. Наверняка завтра будут синяки. Но сейчас он не чувствовал боли - только тяжесть. В ушах стоял странный звон, наверное, от падения, или от поттеровского снежка. Сопротивляться не хотелось, да и не вышло бы - даже пальцами пошевелить получалось с трудом. Но Драко не мог так просто сдаться.

- Представляю... завтрашние... заголовки, - с трудом выговорил он, все еще пытаясь высвободить руки. На лице таяли снежинки, и по носу ползла капля, щекоча и отвлекая. - Спаситель мира с особой жесткостью... убил сокурсника в сугробе.

- Ты прав. На сегодня подвигов с меня хватит, - шепнул Поттер, почти касаясь губами кожи, и Драко замер, отчаянно боясь, что он сейчас поднимется и уйдет. Но вместо этого Поттер слизнул раздражающую каплю, обжигая горячим дыханьем замерзший нос, а потом резко перевернулся, перетягивая Драко на себя, и демонстративно разжал руки.

Драко зачарованно смотрел в запрокинутое лицо. На стекла очков налипли снежинки, интересно, как он еще видит что-то? Или не видит? Драко протянул руку, снял раздражающий предмет и аккуратно отложил подальше. Так было гораздо лучше. Глаза Поттера оказались вовсе не такими уж большими - обычными. Но очень-очень зелеными. Только не думать ни о чем. Не думать. Не сейчас.

Мокрые пальцы запутались в мокрых черных волосах, Драко нагнулся ближе и прижался губами к чуть шершавым губам. Они не были ни влажными, ни мягкими, как у Панси, они были... другими. И они поддавались, раскрывались навстречу, как будто Поттер только и ждал, когда...

Один раз. Всего один раз. Никогда больше. Даже не думать...

Сердце колотилось как бешеное. Драко втянул носом воздух и скользнул языком глубже. Ну же, Поттер. Ответь мне. Ответь...




Данная страница нарушает авторские права?


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.005 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал