Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






СОЦИАЛЬНАЯ СИТУАЦИЯ В ЖИЗНИ ОТРОКА




Социальная ситуация как условие развития и бытия в отрочестве принципиально отличается от социальной ситуации в детстве не столь­ко по внешним обстоятельствам, сколько по внутренним причинам. Подросток продолжает жить в семье (или в учреждении интернатного типа), учиться в школе (или училище), он окружен по большей части теми же сверстниками. Однако сама социальная ситуация трансформи­руется в его сознании в совершенно новые ценностные ориентации -подросток начинает интенсивно рефлексировать на себя, на других, на общество. Теперь уже иначе расставляются акценты: семья, школа, сверстники обретают новые значения и смыслы. Для подростка проис­ходят сдвиги в шкале ценностей. Все освещается проекцией рефлексии, прежде всего самые близкие: дом, семья.

В условиях семьи. Подросток, как правило, живет вместе со своей семьей. Он вошел в семью через свое рождение, привык к близким так, как привыкают к ним в детстве. Теперь наступает пора оценок близких.

В детстве ребенок был погружен в поле семенной идентификации. Семейное «Мы» - первая группа, которая принимается в детстве a priori, как данность. Сами родители, родственники, принадлежащий им мир вещей, семейные традиции, стиль взаимоотношений в детст­ве воспринимаются как неизменная сущность бытия. Однако, наби­рая опыт жизни, подросток открывает для себя многообразные се­мейные отношения, которые отличаются от родительской семьи. В то же время он начинает испытывать потребность расстаться с фа­мильной идентификацией, растворяющей его в лоне семьи. Он ис­пытывает потребность в более универсальной, более широкой иден­тичности и одновременно в укреплении своего собственного чувства личности, в обособлении своего «Я» от семейного «Мы». Поэтому подросток обращает свой критичный взор к семейным традициям, ценностям и фетишам.

Сама семья занимает прежние позиции по отношению к подростку.

Обычно семья относится к подростку в соответствии со сложив­шимися семейными (и родовыми) традициями. Здесь мы найдем про­должение тех же стилей воспитания, которые были направлены на ребенка еще в детстве.

Семья с высокой рефлексией и ответственностью понимает, что ре­бенок взрослеет и что с этим надо считаться, изменяя стиль взаимоот­ношений. К подростку начинают относиться с учетом появившегося у него чувства взрослости. Не навязывая своего внимания, родители вы­ражают готовность обсудить его проблемы. «Как дела у тебя, Петр?», «Я готов выслушать тебя, Петр», «Я могу тебе помочь в этом, Петр». В таком ключе взрослые из хорошо рефлексирующих семей выражают готовность к сотрудничеству с подростком. Главное в такой семье-сохранение столь желанного для отрочества чувства самоуважения.



Характер подростка из семьи с высокой рефлексивностью и ответ­ственностью развивается вполне благополучно (если, конечно, здесь нет угнетающих это развитие предпосылок). Он строит свои отноше­ния с окружающими (взрослыми и сверстниками) преимущественно по адекватно лояльному типу. Ценностные ориентации подростка в такой семье направлены на проникновение в ценности всего многооб­разия реальной действительности: предметного мира, образно-знаковых систем, природы, самого социального пространства непо­средственных отношений людей. Высокая рефлексия окружения соз­дает благоприятные условия для духовного развития подростка.

Семья отчужденная. В этой семье к подростку относятся так же, как и в детстве,- им мало интересуются, избегают общения с ним и держатся от него на расстоянии. Отчужденные родители уже сделали свой вклад в развитие характера своего ребенка: он или тоже стал носителем отчужденных форм поведения и обладателем отчужденной души, или у него сложился горький комплекс собственной неполно­ценности. Тенденции развития его характера как способа взаимодей­ствия с другими людьми уже отчетливо проявляют себя: превалируют нигилистические реакции, ажиотированная агрессия или неадекватная лояльность, пассивный стиль поведения.

Подросток в такой семье чувствует себя лишним. По большей час­ти он устремляется на улицу к своим сверстникам, где ищет удовле­творения в общении. Стиль общения со сверстниками дублирует, как правило, способы его взаимодействия в семье. Отчужденная семья может ограничить возможности ребенка в развитии.



Семья авторитарная по сложившимся стереотипам продолжает предъявлять подростку те же жесткие требования, что и в детстве. Обычно, если это было принято ранее, здесь продолжают применять и физические наказания (в детстве - шлепали, теперь могут «врезать»). В авторитарной семье подросток так же одинок, несчастен и неуверен


в себе, как и в детстве. Однако тенденции развития его характера уже отчетливо вырисовываются: он становится носителем авторитарного способа взаимодействия с людьми или, напротив, демонстрирует униженную неадекватную лояльность, пассивность, за которой стоит высокая невротизация неуверенного в себе подростка. Авторитарная семья также может ограничить возможности подростка в развитии.

Семья с попустительским отношением. В такой семье продолжает господствовать принцип вседозволенности: подросток уже давно «сел на голову» родителям и хорошо освоил способы манипулирования ими. Эгоизм и сопутствующая ему конфликтность - основные харак­теристики характера подростков из таких семей. Здесь подросток не­счастлив вдвойне: сам по себе возраст - уже кризис личностного раз­вития плюс еще недостатки, сформированные в его личностной пози­ции отношениями вседозволенности, чего ему никогда не предложит действительная жизнь.

Подросток из семьи с попустительским стилем отношения к нему обычно не усваивает позитивных форм общения: адекватная лояль­ность ему не известна. Он опирается на те способы воздействия на других, которые успешно питали его эгоизм все годы жизни в семье, -агрессию (которая выражается в необоснованной нетерпимой требо­вательности - «Я так хочу!», «Я сказал!») и нигилизм. Попуститель­ская семья лишает подростка возможности осознать закономерности общественных отношений и делает его несостоятельным в реальных взаимоотношениях с другими.

Семья гиперопекающая. Подросток в такой семье вырос под при­стальным вниманием и заботой родителей, у которых масса своих внутренних проблем, возникающих по большей части на основе личных трагедий и комплексов. С подростком родители по-преж­нему не расстаются, опекают его не только извне, но стремятся за­владеть и его душевными переживаниями. Здесь подросток, как и в детстве, неуверен в себе. В случае необходимости он не может дать отпор, но и не может сам построить позитивные отношения. Он пассивен, принужденно лоялен. Он инфантилен по своим социаль­ным реакциям и на эту его особенность уже реагируют сверстники, дающие ему детские прозвища типа «Малыш», «Маменькин сынок», «Детский сад» и др.

Описанные стили отношений к подростку демонстрируют лишь тенденции условий развития личности в отрочестве. Реальная жизнь может быть мягче, благополучнее, но и жестче, ужаснее, непостижи­мее. В семье может быть одновременно множество разнообразных стилей общения, обусловленных неоднородностью культурных уров­ней ее членов (дедушек, бабушек, родителей, других родственников). Подросток может стремиться к идентификации со своими родителя­ми, но может занимать и отчужденную позицию.

Вероятность жить в идеальных условиях семьи для подростка весьма затруднительна еще и потому, что он теперь сам начинает про­дуцировать свои способы общения, усвоенные в семье, что нередко настораживает и изумляет родителей: «Как ты смеешь со мной так разговаривать!», «Молоко на губах не обсохло, а он туда же!» и т.д. Привыкнув к полной зависимости своего ребенка в детстве, родители на первых порах не согласны выпустить своего отрока с отведенного для него места. Однако нормальные, здоровые психически, любящие родители все-таки стремятся решать возникающие проблемы со свои­ми подросшими детьми. Они всеми силами стараются обеспечить под­ростку чувство защищенности, создать условия для нормального су­ществования и развития.

В то же время отрок, в поисках своего «Я» отчуждаясь от родите­лей и одновременно любя их по-прежнему, учится учитывать очень разные планы человеческих чувств и поступков. Он учится заново -теперь уже на уровне возрастной отчужденности - строить новые от­ношения со своей семьей - с теми, кто растил и заботился о нем, - по своему разумению. Через жизненные коллизии в семье подросток от­крывает, что мир не делится на «белое» и «черное», что нельзя про­считать отношения чисто арифметически. Конечно же, к этим про­стым открытиям подросток подходит не вдруг. Но он начинает нака­пливать опыт и учится пониманию и компромиссам.

Подростки, живущие в деградирующих семьях, где родители дерут­ся, принимают алкоголь, наркотики, распутничают, обычно заража­ются этими недугами еще в детстве. Подросток может быть причислен к алкоголизирующей или наркотизирующей группе, если подобные проступки повторяются достаточно часто (1-2 раза в месяц). Но даже если он только попробовал из рук потерявших контроль родителей запретного зелья, он преступил тем самым нормативные обществен­ные запреты. Для подростка, еще не вкусившего запретного зелья, мотивационная готовность к употреблению алкоголя или наркотиков также чрезвычайно велика. В отдельных счастливых случаях подрос­ток из алкоголизирующей, наркотизирующей или распутной семьи начинает столь активно противостоять деградации, что ему хватает духовных сил вырваться из предложенных жизнью условий существо­вания и идти своим путем.

В неполной семье (здесь чаще нет отца) подросток начинает себя чув­ствовать особенно некомфортно. Ведь именно в этот период возникает острое чувство потребности в отце, ибо половая идентификация у под­ростков осуществляется в соотнесении себя с родителями обоего пола. Кроме того. для подростка очень значима его общая социальная ситуа­ция, которая формируется, помимо прочего, и составом семьи. Наличие обоих родителей положительно представляет подростка в среде ровес­ников. Отсутствие отца ослабляет его социальную позицию.


Подросток в приемной семье - сложная проблема в отрочестве, осо­бенно, если он знает, что его отец и мать не являются биологическими родителями. Если же ему повезло и он обрел хорошую семью, он все-таки постоянно испытывает внутреннее напряжение и неуверенность в том, как к нему относятся его приемные родители. В то же время его волнует и то, как оценивают лично его сверстники в связи с тем, что он не имеет кровной семьи.

Особая проблема в современной российской семье - взаимоотно­шения по поводу вещной и финансовой зависимости подростка. До недавнего времени (до 1991 г.) подростки в подавляющем числе случа­ев полностью зависели от финансового положения семьи и от педаго­гических взглядов родителей относительно карманных денег подрос­шего чада. Взрослые нередко пользовались этим «рычагом», стремясь привести своего ребенка к повиновению. Подросток зачастую попа­дал в тупиковое положение: он жаждал свободы и не мог избавиться от столь обидной финансовой зависимости. Последствия такой ситуа­ции оказывались печальными: они приводили к побегам из дома, к воровству, к групповому ограблению, случалось - и к попыткам са­моубийства. Конечно, не только финансовые проблемы были и оста­ются источником конфронтации в семье взрослых и подростка.

Сегодня экономическая ситуация иная; подростки могут сами че­стно подработать, продавая газеты, моя машины, работая курьерами и т.д. Однако возможность подработать самостоятельно может внести в семейные отношения и определенную напряженность. Родители, подогревающие мысль о том, что «мы тебя кормим и поим, одеваем и обуваем», рискуют тем, что однажды, почувствовав себя «экономи­чески самостоятельным», подросток громогласно, с циничной ухмыл­кой предложит возместить расходы или отделиться и питаться и оде­вать себя отдельно. Кроме этого напряженность в семье могут вы­звать и внешние социальные проблемы.

Обретение финансовой самостоятельности в наше время весьма опасно для подростков с социальной и психологической точек зрения. В России для них нет пока традиционных способов зарабатывания денег. Подросток может легко оказаться втянутым в теневые финан­совые отношения взрослых. Поэтому проблема «Дети и деньги» весь­ма актуальна для каждой семьи, в которой подрастают дети.

Деньги, являясь знаком благосостояния, в то же время выступают как эквивалент вещи. Подросток оценивает вещи, принадлежащие семье, как престижные или как не имеющие ценности. Современный подросток может, исходя из критериев стоимости вещей, начать оце­нивать свою семью как «богатую» или как «бедную». Оценка матери­альных предметов, принадлежащих семье или отсутствующих в семье, может стать критерием достоинств родителей.

Особенно остро такие тенденции проявляются в исторические моменты, производящие перелом, переворот, разлом, преобразова­ние и другие радикальные перестройки. Так, сегодня в России сло­жившиеся прежде в культуре оценки обретают иные значения: пере­страивается отношение к предметному миру, к межличностным от­ношениям. Место отдельного человека или семьи среди других лю­дей определяется теперь в большей мере, чем прежде, не только лич­ными качествами, но и обслуживающими вещами, которые репре­зентируют их в социальных отношениях (дом, квартира, произведе­ния искусства, денежные знаки, земля и другие престижные в кон­кретный момент развития общества вещи). Сегодня общество нахо­дится в состоянии маргинальности, что сказывается непосредствен­но на сензитивных к социальным явлениям подростках.

Особые условия жизни в отрочестве - пребывание в учреждениях штернатного типа. Если подростки находятся здесь с первых лет (с младенчества) и раннего возраста, они адаптируются к жизни в та­ком учреждении. Они достаточно хорошо чувствуют специфику взаимоотношений служащих здесь взрослых, ориентируются в офи­циальной и неофициальной их иерархии и, исходя из реального их поведения, хорошо знают им цену. В то же время подросток, живу­щий в интернате, достаточно тонко ориентируется в иерархии меж­личностных отношений и интуитивно стремится найти в ней свое место. Как об этом уже говорилось выше, еще в детстве у детей сти­хийно складывается детдомовская солидарность, выражаемая в по­зиции «Мы». Это психологическое образование хотя и возникает в детстве, но по-настоящему формируется именно в отрочестве. «Свои» пользуются защитой вне дома перед теми, кто из семьи, -это «чужие». Здесь особая нормативность: чужого можно провести (и это будет предметом особой похвальбы). При этом детдомовский подросток вполне отдает себе отчет в возможных последствиях.

У подростков, лишенных родительского попечительства, масса проблем, которые неведомы их сверстникам из нормальной семьи. Эти подростки психологически отчуждены от людей («Они»), и это дает им свободу к правонарушениям. Скученность во всех помеще­ниях приводит к необходимости постоянно контактировать с дру­гими, что создает эмоциональное напряжение, тревожность и одно­временно усиливает агрессию. В условиях интерната у подростков складывается агрессивный, игнорирующий или пассивный тип пове­дения и эмоционального реагирования. Адекватный лояльный тип поведения ^формируется крайне редко, если подросток обладает внутренней силой и его ценностные ориентации направляют его на идентификацию с идеалом или с реальным человеком, счастливо встреченным им.


Подросток, попавший в интернат из хорошей семьи в результате трагических обстоятельств (неожиданная смерть обоих родителей, например), оказывается вдвойне несчастным: с одной стороны, он страдает из-за столь трагического сиротства - неожиданного лишения родителей, с другой - из-за новых, неведомых для него условий суще­ствования. В учреждении интернатного типа стиль взаимоотношений и взрослых, и детей ужасает его. Подросток в силу малого жизненного опыта, несформированности его как личности ощущает свое пребы­вание в интернате как крах всей своей жизни. Чувствуя принципиаль­ное отличие новенького, прибывшего из благополучной семьи, собст­венно интернатские подростки могут начать притеснять его, мстя ему за его благополучную прежнюю жизнь. Здесь много нюансов - ведь каждый вновь поступивший привносит в общение сверстников свою культуру, свою особую личность из другой, также особой жизни. Од­нако сильный духовно, лидер по натуре, новенький может повести за собой своих сверстников из детского дома.

Как бы ни складывались условия жизни в подростковом возрас­те, ориентация на семью и потребность в ней в этот период жизни чрезвычайные.

В школеи в училище. В отрочестве, как и в детстве, подросток продолжает посещать школу или переходит в училище. Однако в от­рочестве меняется внутренняя позиция по отношению к школе и уче­нию. Так, если в детстве, в младших классах, ребенок был психологи­чески поглощен самой учебной деятельностью, то теперь подростка в большой мере занимают собственно взаимоотношения со сверстника­ми. Именно взаимоотношения становятся основой внутреннего инте­реса в отрочестве.

Подросток, не игнорируя ученье, придает особое значение общению. В общении со сверстниками он расширяет границы своих знаний, раз­вивается в умственном отношении, делясь своими знаниями и демонст­рируя освоенные способы умственной деятельности. Общаясь со свер­стниками, подросток постигает разные формы взаимодействий челове­ка с человеком, учится рефлексии на возможные результаты своего и чужого поступка, высказывания, эмоционального проявления.

Если в детстве особая школа социальных отношений игра, то в от­рочестве этой школой становится общение. Именно в этот период подросток учится осмысливать свои конформные и негативные реак­ции на предлагаемые ситуации, отстаивать право на самостоятельный выбор возможного поведения, учится подавлять импульсивные дейст­вия (какими бы они ни были: стереотипными, сложившимися в семье или идущими от непосредственной эмоциональной реакции на неожи­данно новую для него ситуацию).

Так как большую часть времени подросток проводит в школе, то правильно считать, что в стенах школы создаются условия для разви-

тия его личности. Эти условия могут формировать взрослые. Взрос­лый друг, взрослый кумир - довольно редкое явление в индивидуаль­ной жизни подростка. В этом возрасте уважаемый взрослый чаще всего достояние подростковой группы, если это учитель, руководи­тель спортивной секции, научного объединения и др. Другое дело -массовый кумир (например, певец). Он является предметом обожания многих, объединяя их одной общей эмоцией, что чрезвычайно ценно для подростков. И в том и в другом случае взрослые выступают для отроков в качестве некоего значимого человека, который становится предметом группового обожания и подражания. Очень важно поэто­му, кто из взрослых занял этот пьедестал.

И все-таки для отрока наиболее значим другой отрок. «Я» отрока жаждет соединиться с «Я» другого отрока. И самые сладкие часы их жизни, когда наконец-то они могут вновь встретиться. Это обычно происходит после школы. Вторая часть дня может проходить для подростка в более разнообразных условиях: дома, в спортивных клу­бах, в творческих художественных объединениях, а также в местах, которые могут быть скрыты от контролирующего ока общественного мнения - будь то двор, лестничная площадка дома или поляна в лесу. Главное - сумерки и наступающая ночь не только доставляют эмо­циональные чувства, но и подтверждают взрослость отрока, который оторвался от детства и теперь уже может себе позволить не идти спать, а быть с приятелями.

Конечно же, каждое историческое время дарует нам светлых от­роков, которые размышляют о смысле жизни, о духовном в челове­ке, о своем предназначении в жизни, как и обо всем другом, цени­мом человечеством во все времена. Ведь подростков окружают жи­вопись, музыка, книги и прекрасные люди, готовые раскрыть перед ними духовное богатство человечества. Едва притронувшись к воз­вышенному, отрок тут же стремится поделиться своими чувствами и мыслями со сверстником. Он же может не делигься- делиться это его сущностная особенность.

В то же время каждое историческое время формирует и других подростков, тяжелых для себя и окружающих, которые идут по жизни через темные стороны человеческого бытия. Эти подростки кучкуются возле злачных мест, присваивая агрессивные формы воздействия на окружающих. И здесь они делятся друг с другом своим опытом.

Для некоторых подростков именно в этом возрасте судьба как бы уже предопределена: разнополюсные ориентации в отрочестве уже определили жизненный путь, внутреннее отношение к себе и другим. Но жизнь в действительности куда сложнее: неожиданные катаклизмы в один момент могут сломать отрока или долго не давать ему прийти в себя; в то же самое время в жизни отрока может произойти такое


событие, в результате которого он как бы заново увидит мир, в его сознании произойдет переворот и он станет «другим человеком».

Безусловно, социальная ситуация жизни отрока во многом опреде­ляет его становление как личности. Но в ней самой нет тех определен­ных условий, конкретных людей и обстоятельств, которые всякий раз со всей определенностью оказывали бы на отрока исключительно благотворное или исключительно негативное влияние. Да и сами от­роки крайне редко бывают однозначно чистыми и духовными или «грязными» и «низменными»: сколь разнообразны условия жизни, столь многогранны и отроки.

Конкретное время, безусловно, определяет во многом ориентации сензитивного к нему отрочества: «каковы веки, таковы и человеки». Однако время «сегодня» в действительности несет в себе пласты куль­туры предшествующих поколений, в то же время вбирая в себя утопии и антиутопии, создаваемые человечеством, обращенным в будущее. Все это формирует общий фон социальной ситуации, влияющей на развитие личности отрока.

Социальная ситуация обладает таким разнообразием условий и всевозможных провокаций для испытания подростком самого себя, что взрослый в силу уже сложившихся ценностей подчас не может даже их себе представить. Подросток может стремиться к самому прекрасному достоянию человеческого духа. Для этого он идет в консерваторию, в картинную галерею, в разнообразные музеи, едет в экспедиции в поисках памятников архитектуры, путешествует и т.д. Он же может обследовать катакомбы, искать контакты с без­домными в предвкушении неизведанного, изучая меру человеческого падения. Можно сказать, что в отрочестве происходит чрезвычайное расширение социальных условий бытия подростка: и в пространст­венном отношении, и в плане увеличения диапазона духовных проб. В отрочестве человек стремится пройти через все, чтобы затем об­рести себя. Конечно, это опасное стремление для несформировав­шейся личности. На этом пути без поддержки со стороны взрослого друга подросток может остаться в асоциальном пространстве, так и не поднявшись на высоты духовной жизни.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.012 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал