Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Вит Мано – Меня зовут Вит Мано 5 страница




Итак, я начал освобождать все эти эмоции. И когда я высвободил эмоцию, мне открылся более глубокий слой моей души. После того, как я выпустил множество негативных эмоций, одну за другой, я стал видеть истинную суть вещей. За этими эмоциями было видение, как сон — «Делай с отцом то и то. Возьми его на кемпинг и в путешествие на каноэ». Понимаете, все эти вещи, которые открывают в нас любовь, очень важны. Все это — «Мы можем делать это», «Мы можем делать то», «Мы способны на это», «Нам по силам это» — все это открывает новое видение и новое понимание эмоций.

И в то же самое время я не знал о самом важном, потому что тогда был в Индии — не знал, что у отца начал развиваться рак. Он курил, пил, и у него было очень мало шансов, чтобы выжить... Никто ему не говорил ничего о правильном питании — понимаете, ничего. Он ел мясо, жареную пищу и литрами поглощал кофе. У него очень быстро прогрессировал рак легких. Он испытывал ужасную боль. То время было началом новых лекарств и нового лечения заболеваний раком — это были 1980-е. Тогда знали не так много о лечении рака, поэтому применяли все альтернативные методы наряду

с обычным лечением. Лекарства были улучшенные, но моему отцу они все равно помочь не могли. Сейчас есть более эффективные методы лечения, но в то время... Так что он терпел боль, понимаете, — эта опухоль, растущая в теле, когда человек фактически беспомощен... Вы можете только наблюдать, как болезнь медленно забирает вас...

То, что тогда случилось, было интересно. До того, как я ездил навещать отца, я делал Динамическую медитацию Ошо и практиковал техники эмоционального очищения, так что все мои агрессивные чувства прошли. По крайней мере, значительная их часть. И когда я видел отца, я был просто как чистая любовь. Я мог давать ему энергию, я мог держать его за руку, и тогда он переставал чувствовать боль, потому что моя энергия была сильнее, чем его боль. Он чувствовал себя сильнее, спокойнее и расслабленнее.

к, который погружен в медитацию, ый занимался бегом и делал раз- угие техники, получает очень силь- ергию — которую можно использо- )ля создания своего собственного

оазиса любви.

Но все остальные мои родственники — не чувствовали ничего подобного, и это было очень грустно, потому что они не знали, что делать. Никто не говорил им об их эмоциях, никто не рассказывал им про сдерживаемый гнев, никто не учил их специальным техникам. Они любили отца, но продолжали злиться внутри. Это так же, как когда вы видите пары — которые прожили вместе двадцать-тридцать лет и любят друг друга, но не общаются между собой. Они

любят и одновременно злятся друг на друга — и это такая смесь, такой эмоциональный суп. Я наблюдаю за этим, и в такие моменты мне становится ясно, что мне очень повезло, потому что я пробовал медитации Ошо и разные техники... Подумайте, как чувствует себя человек, когда его отец умирает, а его сердце не открыто на сто процентов? В нем все еще сидят бесы. Но мне повезло, потому что целых три месяца я проходил в Индии эмоциональную очистку, снимал с себя подавляемый гнев слой за слоем, как отмершую кожу.



Мне повезло, что у меня было то время завершения отношений с моим отцом, время воссоединения. Я смог таким образом установить с ним связь. И я сказал ему, я сказал: «Выбирайся из этой больницы и живи». А он не послушал, он слушал в основном только свою жену. Я говорил: «Выбирайся отсюда! Выходи на улицу, прогуляйся! Сделай что-то другое для разнообразия». И я был, на самом деле, прав. Потому что эти методы лечения... в то время они не работали. Да, они делают что-то, но в действительности не могут вылечить, потому что тело становится таким слабым, и человек просто устает. Так, к несчастью, в то время, вместо того чтобы проводить больше времени вместе с отцом, у нас с ним просто была такая глубокая энергетическая связь. Но это было настоящим подарком, что я оказался рядом с Ошо. Я научился у него любить на совершенно новом уровне и еще разным другим вещам.

Смерть сестры

Так вот... Время прощания с отцом — это было, конечно, очень грустно для меня. Понимаете, грустное, грустное время. И в то время мне было где-то двадцать два или двадцать три — жизнь только начиналась. Вы можете понять меня: все эти эмоции и беспокойство из-за того, что наша семья разрушилась и мой отец умирает. В то же самое время я чувствовал в себе внутреннюю склонность делать что-то хорошее, создавать, творить и найти глубокий смысл в жизни! Я хотел узнать больше о том, что делать и как открыть глубокую космическую энергию. Я искал новую связь с собственной жизнью. Когда я вернулся в Америку, никто не понял меня, кроме моей сестры. Моя сестра любила Ошо и тоже захотела поехать в Индию. Тогда, позже, она была очень добра ко мне. И братья становились мягче. Наше детство было полно злобы, насилия и боли. В нашем случае это было просто фазой, которую мы должны были пройти. Позже, в чуть более старшем возрасте, эти темные тучи рассеялись.



Моя сестра была так добра в мой день рождения, что приехала и покрасила для меня мою комнату. Сказала: «Это тебе подарок». И когда я вернулся из Индии, она впервые сказала: «А вот моя старая машина — это подарок тебе». Это были хорошие отношения. Мы укрепляли нашу связь.

К сожалению, моя сестра погибла в автокатастрофе: нетрезвый водитель выехал на встречную полосу шоссейной дороги... В Америке многие люди водят машину в нетрезвом состоянии... В общем, этот человек ехал по встречной полосе ночью. В итоге, где-то с интервалом в один-два месяца умерли сначала отец, а потом сестра. На самом деле сестра умерла в мой день рождения, что было еще хуже. Она ия — мы были в тот день в разных городах, и оба должны были встретиться у бабушки. Я должен был приехать первым, но возникли проблемы с машиной, поэтому я прибыл гораздо позже, чем предполагал. Когда я добрался до моей бабушки, все были в шоке. Кто-то был просто в ступоре от случившегося, а другие плакали и кричали. Я тоже был ошеломлен, потому что ожидал поздравлений.

Так, за очень-очень короткое время случились две трагедии, и я был сильно потрясен. Но пробуждение энергии, погружение в бурлящую жизнь — я тогда практиковал все это. Я старался использовать ситуацию в как можно лучшем для себя свете. Я сказал себе: «Хорошо, теперь живи, действуй, вместо того чтобы находиться в оцепенении».Цр

Это как цветы — глядя на них, ты видишь, что перед тобой есть смерть и перед тобой есть жизнь. Не тебе выбирать.

Я тогда стремился идти вперед, что бы ни случилось. Но нужно было быть очень сильным, чтобы пережить эти два потрясения, произошедших одновременно, два очень больших потрясения. Это было тяжелое страшное для меня время. Моя сестра была приверженцем восточного мировоззрения... Она была буддисткой, и ее не похоронили. Ее тело кремировали. Мой старший брат Брюс положил прах Энн у основания сосны у себя на ферме (у него была фермы, где росло много мандариновых и других деревьев). Мы нашли хороший способ оставить Энн с нами! Кстати, жена отца тоже кремировала его тело, а позже развеяла его прах на Аляске, в прекрасном месте. И это здорово!

Отношения с братьями

Итак, с родственниками у меня тогда были очень теплые отношения. Но с подросткового возраста я по большей части был один — я имею в виду физически, потому что я постоянно находился в разных уголках мира. И, конечно, я знал по-настоящему хорошую жизнь рядом с Ошо и медитациями. Я знал, что этот стиль жизни может принести множество позитивных изменений.

Поэтому, конечно, я также хотел помочь своим родственникам и всем, кого встречал, обрести эту небывалую силу

и счастье, которые дает этот новый стиль жизни. И вот ты ищешь, как им помочь, когда помочь, что ты можешь сделать, чтобы им помочь. И в тот момент я начал с чистого листа: сестры не стало, отца не стало.

Мои братья находились в разных ситуациях: У Брюса была своя семья, а Аллен жил то здесь, то там. Но Аллен и я... У нас с ним была глубокая связь, потому что мы всегда вместе ездили на рыбалку с отцом, когда были помладше. Но Аллен также мучил меня, критиковал — вот что он делал. Но позже он изменился. Он стал хорошим. Он работал, занимался разными делами, и я помогал ему, когда он захотел построить дом в северной части Мичигана — рядом с тем местом, где прежде находились дома бабушки и дедушки.

Я помню, как сказал ему: «Я помогу» в ответ на его просьбу. До этого я не так много сидел за рулем, но чтобы помочь брату, мне пришлось вместе с ним сидеть за рулем огромного грузовика — мы ездили в город, где он мог купить все, что ему было нужно для его дома и строительства. Мы должны были сделать все правильно с первого раза — пути назад в нашем случае не было. Склад находился в двухстах милях от места, где Аллен решил строить дом. Грузовик нужно было вернуть в определенное время — а у нас было в нем очень много древесины, и мы ехали посреди ночи, не спали вообще, чтобы успеть вернуть грузовик без задержки. И, по-моему, я разгружал этот грузовик примерно двадцать- двадцать четыре часа, без сна, — и разгрузил его весь. Брату был нужен сон, он был уставшим. Но я был как пожарная машина — все перетаскивал без остановки. Всю ночь я твердил себе: «Не останавливайся! Аллену нужна твоя помощь». В общем, с моими братьями у меня глубокая связь. И мне кажется, иметь такую связь очень важно.

Бабушка с этой стороны — со стороны отца — была (как и все ее родственники) очень религиозна. Она была очень предана своим убеждениям: «Вот Иисус, и в нем вся суть». А бабушка со стороны матери была социальным работником. Отец матери умер молодым.

Мама была очень мягкой, она обладала очень хорошими качествами. Она очень вдохновляла, пыталась увеличить нашу энергию. Всегда, когда приезжала эта бабушка, она заставляла отца что-то делать, доделывать дом — она была очень хорошей в этом отношении. А дети маминой сестры снимались в фильмах — вы могли их видеть в диснеевском фильме «Мартышки, убирайтесь вон». Это была красочная сторона нашей семьи. Мои кузины были очень хорошенькими, любили танцевать. Этакие девушки из Калифорнии. Так что родственники со стороны матери были очень креативными. В то время как родственники со стороны отца отличались своей религиозностью — они несли миру любовь, но в несколько ином ключе. Имея большое любящее сердце, они направили свои чувства на собственную интерпретацию традиционного христианства.

Когда умерла моя бабушка, сложилась одна очень интересная ситуация. Все знали, что в то время я был с Ошо. Поэтому, когда делили наследство, меня не включили в завещание. Для меня это не имело значения. В Америке, когда люди умирают, их имущество, как правило, переходит к родственникам или близким людям. Эта часть идет сюда, эта идет туда — каждый получает столько, сколько умерший хотел ему оставить. Но я не придерживался традиционной американской религии, и когда все мои родственники получили наследство, я получил ноль. Но для меня это было хорошо... Я очень этому рад, я не против, потому что моя жизнь говорит: «Я жив, и больше мне ничего не нужно. Я могу создавать свою жизнь сам и быть счастливым». А мои братья очень расстраивались, они говорили: «Мы получили наследство, а вдобавок к нему указание: не давать Мано ничего, потому что он не придерживается традиционной религии». Они были очень печальны, когда говорили мне это. Желание бабушки очень ранило их. Они выглядели совсем не радостно. Потому что представьте: ты любишь кого-то, и вот он не получает подарка, а ты получаешь. Конечно, ты опечален... Я сказал: «Не переживайте из-

за этого. Даже не думайте об этом ни минуты. Потому что это не мой жизненный путь — зацикливаться на таких вещах. Передо мной вся моя жизнь. Я здоров. Что я буду со всем этим делать?» Не было зависти, недовольства или жалоб, ничего такого — если бы мне была нужна помощь, можно было попросить брата сделать что-то для меня. Он делал. И я помогал ему, если требовалась помощь. Так, из всех тех бурных детских отношений начала возникать глубокая любовь, крепчайшая дружба. Мы заботились и уважали друг друга.

Я очень рад этому. Когда я начал медитировать, я решил, что хочу сделать все возможное, чтобы поддерживать добрые отношения с братьями. В то же время я был вынужден сохранять баланс в отношениях со своим старшим братом. Раньше он проявлял агрессию. И мне приходилось бороться за свое место в жизни и лелеять его, потому что брат все время отталкивал меня в противоположную сторону. И когда я был с Ошо, я понял кое-что важное: никогда не позволяй никому толкать тебя вниз, и также не толкай вниз других людей. Не играй в эту игру.

Брюс, мой старший брат — он был агрессивным, и мне пришлось учиться давать ему отпор. Это произошло в очень интересной ситуации. Когда я был моложе, он забивал меня, подавлял. И как-то раз, когда я вернулся из Индии, нам пришлось ехать в другой город, на какую-то встречу. Брюс был очень нервным, бесился, сигналил, кричал на людей. Я сказал: «Не делай этого». Он сказал: «Я делаю то, что хочу!» Затем он остановился перед светофором — представляете! — до города было еще километров тридцать-сорок, он остановился на красном сигнале светофора, и я открыл дверцу машины и сказал: «Пока». Он был в таком шоке. Я просто вылез из машины и ушел. Я добрался до нужного места позже, автостопом. Брат понял: не стоит валять дурака со мной. Не валяй дурака. И с того момента он больше никогда не пытался меня подавлять. Он до сих пор может подавлять второго брата, Аллена, но никто не подавляет меня, и я никого не подавляю. Потому что я решил довериться тому, что понял благодаря Ошо. И я«03

не позволю этому случиться. Я просто так решил: не позволяй никому подавлять тебя и сам никого не подавляй. Я нашел свой путь: не важно, что я должен сделать, но я это сделаю.

Брюс был интересным человеком. Он сказал: «О, Мано, ты только что вернулся из Индии, теперь ты сильный человек, ты обучился медитации — давай, садись на мою лошадь без седла и езжай». Я ответил: «Хорошо». Это был вызов — ехать на лошади посреди зимы, по глубокому снегу, а скакала она очень быстро. Без седла — я просто схватил лошадь за гриву. Брюс хлопнул лошадь, и лошадь понеслась. Брюс засмеялся и закричал: «Наслаждайся этим испытанием!» Мне понравилось ощущение движущейся лошади. Мне понравилось, что я могу держаться за ее гриву. И мне нравилось находить способ, чтобы ловко упасть, когда лошадь шла быстрее или делала резкий разворот...

Брюс был сильный, прямолинейный и с открытым сердцем. Он сказал: «Я не буду называть тебя твоим новым медитативным именем, пока оно не будет написано в твоем паспорте». Тогда никто не хотел называть меня моим новым именем, данным мне Ошо, но Брюс мыслил иначе. Он сказал: «Если твое имя будет официальным, появится в паспорте, я буду звать тебя им». А для меня единственным вопросом было найти подходящее место, потому что в то время я жил и работал во многих местах. Наконец после переезда на Аляску, где я жил дольше, чем в любом другом месте, я смог официально изменить имя. В Америке можно изменить имя. Ты можешь сказать: «Я хочу новое имя, потому что оно для меня — как духовное имя». Но для этого нужно от шести месяцев до года жить в одном месте. Когда я преподавал в школе в том году на Аляске, я сказал: «Ну все, теперь-то я изменю свое имя». И Брюс начал называть меня новым именем — Мано. А в прошлом году он сам впервые поехал в Международный медитационный курорт Ошо в Пуну, в Индию, и тоже захотел получить духовное имя. В общем, это очень интересно, как энергии между братьями поддерживают дружбу.€0?

Глава 5 ОШО

Знакомство с Ошо

Почему я решил поехать в Пуну? Главной причиной стало то, что у меня был очень близкий друг, который бывал в Пуне и уже встречался с Ошо ранее, в середине семидесятых. И этот друг дал мне почитать книги Ошо — которые я, на самом деле, вначале не понял, но мой друг был по- настоящему полон доверия к Ошо. И эта вера дала мне толчок к пониманию невероятно важного нового направления.

И друг сказал мне: «Пуна, Индия — вот то место, куда ты должен отправиться. Ошо — тот человек, с которым ты должен пообщаться». Поэтому, естественно, я решил ехать; меня не покидало ощущение, что пришло время нового приключения. А поехать было нелегко. Я был еще молод... Я только окончил университет, и мне нужно было организовать всю поездку полностью за свой счет, на свои деньги. Соответственно, нужно найти работу, которая помогла бы мне выжить в течение долгого заграничного путешествия. И я никогда раньше не ездил за границу. Так что мне потребовалось четыре месяца, чтобы подготовиться к поездке. Я трудился в резервации американских индейцев Бэй Миллс и занимался дополнительной работой после окончания лета. И в сентябре 1978 года, как только я уже был практически готов, я купил билет и поехал.

Я не знал, кто такой Ошо и что означает слово «медитация» на самом деле. К тому же, я не особо много понимал

из его книг. Я просто знал, что это какая-то духовная литература. Но я не имел понятия о том, как были сделаны эти книги, что это были записи его бесед. Я просто доверился другу. Он всегда был спокойным, уверенным в себе и обладал какой-то внутренней силой. Он пытался показывать мне некоторые медитации — но, на самом деле, в тот момент своей жизни я ничего не понимал о медитации, как и многие люди. Я делал какие-то медитации, чувствовал какие-то результаты, но мало что понимал.

Впервые я пошел на занятия по медитации в университете; мне было скучно, и я засыпал уже через полчаса после начала занятия. Тот учитель давал нам спокойные техники — видимо, тогда он еще ничего не знал об Ошо и новых техниках. Я также не осознавал и того, что благодаря своим занятиям бегом я естественным образом попадал в состояние медитации — просто во время бега. Благодаря бегу я, конечно, чувствовал себя здоровее, и он дарил мне высокое чувство жизни, но я не понимал, что это также помогало раскрыть глубокие слои внутри меня. Мне невероятно повезло: бег был чем-то, чем я уже обладал, и благодаря бегу у меня появился дар естественным образом входить в медитативное состояние. Длинные дистанции, — самые медитативные, особенно если бежать по открытой местности, на природе. Я помню от Ошо, что люди, которые бегают по двадцать минут в день, могут создать ауру радости в своих телах.

Итак, я пообещал своему другу, что поеду в Пуну. А друг злился на меня и то и дело говорил: «Тебе следует ехать скорее». Он злился, потому что я отвечал: «Понимаешь, сначала мне нужно окончить последний курс в университете, а потом поработать, чтобы подготовиться к поездке». Друг ответил: «Тебе нужно ехать прямо сейчас».

Но, понимаете, на тот момент мне оставалось учиться только один год. Мне никогда не приходило в голову, что я мог просто бросить университет и окончить его позже. Так что я считал, что сначала должен закончить учебу. Также мне было совестно перед отцом: он пытался изо всех сил заработать, чтобы оплатить мою учебу в университете. Так что я даже не рассматривал такой вариант, чтобы прекратить учебу на год раньше и пройти этот курс потом.

Итак, я познакомился с книгами Ошо — а его книги всегда приоткрывают дверь в какое-то новое измерение... Просто в тот момент я этого еще не понял. Но в основном это было влияние друга, который там уже побывал и который сказал мне: «Ты должен поехать». И когда я оказался там, мой друг тоже был со мной, но в то время он был занят своей новой жизнью и программами медитаций. В итоге я, по сути, был предоставлен самому себе, чтобы найти свой путь в этот дикий и загадочный край. И тогда встреча с Ошо и прохождение различных терапевтических групп, рекомендованных Ошо, и практика медитаций внесли гораздо больше понимания в то, что это за место.

Мне действительно повезло, что я смог поехать, совершить эту поездку, встретить Ошо и начать свою жизнь заново. И я буду всегда благодарен своему другу, который рассказал мне об Ошо.

Когда я приехал к Ошо, я совершенно ничего не знал о медитации. Я ничего не знал о бессознательном уме, я не знал о том, как работать с энергией и со своим сознанием. Работа в университете всегда была ориентирована на то, чтобы развить свой ум. А работа с медитацией нацелена на то, чтобы очистить тебя изнутри, чтобы ты научился концентрироваться в настоящем моменте. Тогда человек начинает чувствовать жизнь или начинает использовать свою интуицию, которая всегда существует где-то внутри. Так что для меня это было по-настоящему новым явлением.

Моя первая поездка к Ошо в Индию была уже сама по себе особым опытом в моей жизни. На самом деле каждая поездка сюда представляет собой необычный опыт, но первая, пожалуй, является наиболее значительной — ведь все вокруг такое новое. До этой поездки мое воображение не могло дать мне понять, чем медитация может стать для нас — хотя

в каком-то смысле сейчас я тоже не знаю об этом наверняка. Много раз я встречал людей, для кого это была первая поездка в Международный медитационный курорт Ошо в Пуну. И также много раз я встречал людей, которые впервые посмотрели беседы с Ошо на DVD, прочитали одну из его книг или попробовали свои первые медитации Ошо. Пробуждение нового сознания — это всегда так трогает меня.

Человек, который медитирует, получает от жизни в качестве бонуса более ясный и очень острый ум.

Когда я впервые приехал в Пуну, в Индию, мне выдался шанс встретиться с Ошо и получить от него свое новое медитативное имя. Он дал мне имя Вит Мано, то есть «За пределами ума»: «Вит» означает «за пределами», а «Мано» означает «ум». И в тот момент он предложил мне поучаствовать во многих медитационных и терапевтических группах и поработать над собой. К счастью, я принял его предложение и делал все, что он советовал. Я счастлив, что сделал это — потому что, если тебе дают хороший совет, найди в себе мужество последовать ему. Не упусти своего шанса.

И я не упустил. Я прошел девять различных курсов Ошо для начала, и это полностью перевернуло мою жизнь. Если бы я не принял совет Ошо тогда, это было бы большой ошибкой. К счастью, тогда я был готов попробовать его техники, и теперь знаю, что это пошло мне на пользу.

Понимаете, это совсем нелегко — когда тебе двадцать два года, и у тебя нет денег, которые ты мог бы отклады-

вать. Я работал все лето, чтобы иметь необходимое количество денег на поездку и заработал на все сам. Конечно, было не по себе: Индия так далеко от Америки — а это далеко, и ты не знаешь ничего, чем ты мог бы заниматься. Никто в Америке не знал, кто такой Ошо. Мне не с кем было поговорить о моем плане, и все мои друзья были против этой поездки. Был только я, и я говорил: «Хорошо, я сделаю это, я узнаю, что это такое». Итак, всю свою жизнь я рисковал. Я до сих пор это делаю, все время. В прошлом году кто-то сказал: «Приезжай провести семинар в Гондурас». Я сказал: «Хорошо». Посмотрел в Интернете, есть ли там поблизости какие-нибудь океаны или красивые горы — и узнал, что этот город, куда меня приглашали, Сан-Педро-Сула, — самый опасный в мире, там убивают больше людей, чем где-либо еще. Я сказал: «Хорошо, я все равно приеду. Я не волнуюсь. Я знаю, чем я буду делиться». Я обязательно найду способ что-нибудь там сделать. Я доверяю себе — и тому, что я делаю. Если у меня нет доверия, я никуда не еду. Я привык рисковать и прислушиваться к интуиции...

Жизнь в Международном медитационном курорте Ошо

В Международном медитационном курорте Ошо в Пуне проводилось большое количество замечательных международных тренингов — терапевтических, исцеляющих, дающих определенные навыки. И я старался посещать все те тренинги, темы которых были мне интересны: тренинги, посвященные эмоциям, дыханию, медитациям Ошо и особенно важным программам, которые назывались «Медитаци- онные терапии Ошо». Есть особые виды групповых терапевтических программ, разработанные самим Ошо: Ошо Мистическая роза, Ошо Разговор с телом, Ошо Вне ума, Ошо Рождение заново.

Так что я прошел большую часть этих тренингов. Иногда я проходил какой-то тренинг дважды и больше. Меня спрашивали: «Зачем ты проходишь его опять?» Я отвечал: «Мне все понравилось, но я хочу углубить свою практику, чтобы мое внутреннее „Я" становилось лучше. Хочу быть сильнее и чувствовать себя лучше. Я чувствую, что хочу снова пройти этот тренинг». Так, многие тренинги я проходил по два раза — немногие люди делали то же самое, но я думал: «Хорошо, так лучше для меня, мне это нужно. Я хочу работать сильно, мне нравится идти настолько глубоко, насколько это возможно».

Итак, я сбалансировал свое время с тем, чем мне нравилось заниматься. И благодаря всем этим заграничным семинарам и поездкам мне удалось повидать множество очень красивых мест. Я смог повстречать множество прекрасных людей — я убедился на собственном опыте, что разные страны имеют разные коллективные бессознательные умы. Было интересно почувствовать, как в каждой конкретной стране видят жизнь. Например, то, как смотрят на жизнь люди в Китае, в корне отличается от того, как это делают люди в России и в Южной Америке... Все видится разными глазами. И очень важно — понять это. Иначе мы думаем, что смотрим на жизнь своими собственными глазами, но в действительности мы зачастую смотрим на нее сквозь обусловленности нашей страны. Может быть, мне повезло, потому что я оказался с Ошо в очень юном возрасте и вокруг были люди из многих разных стран — так что я научился смотреть на жизнь не только глазами американца. Я будто смотрел на Америку со стороны, подмечая ее хорошие и плохие стороны. Я начал стараться видеть жизнь немного более независимо — не так, как это делают другие люди. Но это одновременно и хорошо, и плохо...

Для меня это было величайшим обучающим опытом. Я видел — ага, вся страна смотрит на жизнь под одним углом. А потом оказывается, что в России люди смотрят совсем иначе. Например, то, как ты веселишься с людьми в России, отличается от того, как ты веселишься с людьми в Китае. Везде разная скорость понимания. И в Америке тебе нужно веселиться с людьми по-другому — Америка чуть медленнее, и люди чуть больше боятся. Для меня это были важные знания о жизни в мире. Я учился этой жизни не как турист, а как человек, связанный с людьми очень глубоко. Моя роль заключалась в том, чтобы помочь людям найти свои энергию и силу посредством медитации Ошо. Благодаря медитациям они смогут найти свой внутренний свет и легко справляться со своими проблемами. Это был очень, очень важный (и очень счастливый) опыт — видеть разные типы людей.

Итак, я многое узнал о движении внутрь, о раскрытии эмоций, о напряжении и расслаблении. И, находясь в Америке, я мечтал о том, чтобы поехать назад в Индию — но Ошо приехал в Америку, и все изменилось.

Мое время, которое я выделил для того, чтобы завершить все свои другие личные поиски, подходило к концу. Я хотел сделать все, что мог, чтобы к моменту возвращения к Ошо я был полностью готов встретиться с ним. Итак, в тот момент он был не в Индии, и я точно не знал, где он. Говорили, что он переехал в Америку, но место его нахождения держалось в секрете. Поэтому я провел месяц в медитационном лагере на границе между Аризоной и Мексикой, на границе государств.

Мне повезло находиться в окружении Ошо. Где бы ни находился Ошо, вокруг него всегда была необыкновенно сильная энергетика. Люди были так счастливы быть рядом с ним. Его энергия, его медитации, приводящие к трансформации, его техники и стиль жизни — все это помогло многим людям обрести настоящую радость внутри себя. Находиться в этом поле энергии, быть его частью — это было невероятно. Поддержка, энергия, все эти счастливые люди рядом с Ошо — все вместе служит помощью. Это не

только влияние самого Ошо — это все поле энергии, которое он создал вокруг себя и которое дарило всем такие прекрасные чувства.

Поле энергии Ошо — это место, в котором люди не разрушительны, не насильственны. Не было преступлений, не было проблем с алкоголем — все были сосредоточены на получении позитивного медитативного опыта... Весь город получал медитативную энергию. Там я приобрел очень важный опыт — я увидел, что столько людей могут быть счастливы вместе в одно и то же время. Это был один из «ключевых» опытов: видеть несколько тысяч счастливых людей, каждый день, на протяжении нескольких лет. Раньше я никогда ничего подобного не видел. Ты видишь одного человека, пять человек — но несколько тысяч счастливых людей, одновременно?.. Для меня это было тогда настоящим чудом. Я до сих пор помню тот опыт, тот чудесный «вкус» энергии. Каждый год я приезжаю в Международный ме- дитационный курорт Ошо в Пуне, в Индии, и там я всегда становлюсь свежее и чувствую себя бодрее.

Так что участие в жизни Международного медитацион- ного курорта Ошо было очень важной частью моего опыта. Подобно многим людям, я обрел понимание, что вырасти в медитации — это не работа на пять минут. С Ошо я учусь целостности и терпению.

Существование — это большая медитация. И будьте готовы, что проникновение в глубокие слои сознания может занять даже больше, чем несколько лет. Оно может занять всю жизнь или даже много жизней.Ф

Я научился быть тотальным во время медитаций и в то же время быть полным терпения внутри. Я также практиковал новый способ — не «давить» на свою жизнь, не форсировать ее, но в то же время учиться «убеждать» ее делать так, как мне надо. Это было для меня важным моментом: делать то, что в моем понимании было правильно, и не просить у жизни ничего взамен. Я учился доверять жизни, давая ей то, что нужно; а если что-то не работает, я должен что-то делать со своей стороны. Это пробуждает ответственность, большие творческие способности и дает огромную свободу развиваться.

В общем, мне очень повезло быть рядом с Ошо и его миром трансформации, который он создал. По своему опыту я понял, что практики осознания и медитации Ошо — это способствует колоссальному росту. И даже после того, как он покинул свое тело, я продолжаю расти. Это был приятный сюрприз, потому что когда он был в теле, мы не знали, что случится после того, как он покинет свое тело. Но реальность такова, что когда я делал его техники и выполнял медитации, я чувствовал себя лучше. Я живу с пониманием, что всеми своими идеями Ошо делился с нами через книги и DVD, — и от этого жизнь становится все прекраснее и прекраснее.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.022 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал