Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






От лица Изабеллы Свон. Я изучала шкаф, пытаясь найти штаны, которые бы свободно облегали мою ногу в гипсе




Это не работало.

 

Я изучала шкаф, пытаясь найти штаны, которые бы свободно облегали мою ногу в гипсе. Мне не хотелось резать штаны только потому, что было глупо носить под ними гипс, и я не хотела показывать всем мою ногу. Поэтому я смертельно нуждалась в свободных широких штанах. Но, кажется, мне не везло.

 

Почему у меня только одна пара штанов, и это узкие джинсы?

 

Я хотела скрыть гипс, потому что не хотела выглядеть слабее, чем есть. Я чувствовала, что, спускаясь вниз, в коридор, на костылях, я должна быть внимательна с моим громадным гипсом, оттопыривающимся на ноге и увеличивающим ее.

Я натянула джинсы, которые всегда сидели на мне немного свободно. Я села на кровать, пытаясь натянуть джинсы на гипс. В целом эта процедура была мучительна, и, проскрипев зубами я вытерпела ее, и перевела дух. Я встала, застегнула джинсы и осмотрела себя в большом зеркале, висевшем на двери шкафа.

Это работало, даже, несмотря на то, что выглядело смешно.

Это выглядело так, будто я страдала синдромом слоновьей ноги. Но это была небольшая плата за сокрытие безобразного вида. Я неуклюже подошла к туалетному столику. Стянув длинный топ с рукавами, я схватила из шкафа фланелевую рубашку.

Накануне ночью я уже сложила книги и домашнюю работу в сумку, и когда я сорвала сумку со стола, то чуть не упала. Тяжесть сумки выдавала мою беспомощность, которая делала меня неуклюжей. Я закинула сумку на плечо и схватила костыли, прежде чем осторожно спуститься...спотыкаясь вниз. Каждый шаг давался труднее предыдущего.

Папа сидел за кухонным столом и читал газету, когда я, спотыкаясь, вошла туда. Он посмотрел на меня поверх газеты и улыбнулся.

- Как ты себя чувствуешь, милая? Готова вернуться в школу? – спросил он.

- Так же готова, как всегда, - ответила я со вздохом.

Я бросила сумку за дверью и неуклюже подошла к холодильнику, взяв немного апельсинового сока.

- И ты уверена, что не хочешь взять инвалидную коляску? У тебя впереди долгий день и с коляской тебе будет легче, чем с костылями, - сказал он, повернувшись ко мне. Я вздохнула и кивнула.

- Да, я уверена.

Я практиковалась с костылями всё воскресенье. У меня была только одна проблема — ходьба вверх и вниз по лестнице. Всё остальное мне давалось хорошо. Болеутоляющее средство, которое прописал мне доктор Каллен, спасало меня. Даже если бы я хотела сохранить его, я не смогла бы это сделать. Боль временами была слишком сильной, и мне приходилось сбивать её. Иначе мне бы пришлось мучиться постоянно.

У меня не было времени колдовать над ланчем, чтобы взять его в школу. Но с этим всё в порядке - в любом случае эта мелочь нарушила бы моё хрупкое равновесие с костылями и сумкой.



Когда я неуклюже согнулась, пытаясь поднять с пола сумку, папа посмотрел на меня. Как только я выпрямилась, он перехватил её у меня.

- Я отнесу её в машину, - предложил он.

Вау, папа, какой ты джентльмен.

Я не стала спорить, даже если бы захотела. Я хотела показать ему, что могу справиться с этим сама. Я долгое время заботилась о себе сама до настоящего момента. Он никогда не помогал мне раньше.

Так что если он думает, что отнеся мою сумку в машину, всё изменится, то он ошибается.

Я продолжала злиться на него за то, что он привозил недавно маму. С тех пор, как я вернулась домой, отец часто поднимал тему её возвращения. Он хотел привезти её домой. Всё это время. Но я не соглашалась. День, когда она снова переступит порог нашего дома, будет днём моего бегства.

Или, вернее сказать, днём, когда я поковыляю прочь. Будет тяжело бежать с костылями...

Я схватила жакет с крюка, надела его и проковыляла к двери. Папа последовал за мной и закрыл за нами дверь. Я почти почувствовала, как падаю на последнем шаге, но мне удалось удержать себя, прежде, чем я упала бы вниз, лицом в грязь.

- Белла, ты уверена, что не хочешь взять коляску? – спросил папа почти умоляюще. Я бросила на него раздражённый взгляд через плечо, и он ответил мне огорчённым выражением лица.

- Я сказала тебе, что я в порядке, - сердито прошипела я, на что он продолжил опять:

- Я знаю, я просто хотел как лучше для тебя, Беллз, ты знаешь, и доктор Каллен сказал, что…

- Мне наплевать, что сказал доктор Каллен! - рявкнула я – Я знаю, с чем я могу и не могу справиться. Я могу справиться с костылями. Я не могу справиться с коляской. Так что заканчивай, хорошо?



Папа вздохнул и кивнул, неохотно спустился по лестнице и подошел к крейсеру. Он открыл для меня пассажирскую дверь, но я лишь прорычала в ответ на этот жест.

Он думает, что я больше не могу ни с чем справиться сама?

Я знала, что он только пытается помочь мне, но, черт подери! Он не заботился обо мне последние три месяца. Он предпочел верить маминой лжи. Он даже пригласил её на Рождество! Так почему же он пытается сейчас заполучить мою благосклонность? Неужели он искренне считает, что это сработает? Он может делать что угодно, но он не обманет меня. Он не заботится обо мне. Он просто пытается спасти всё, что осталось от его совести и репутации.

Что подумают его коллеги, если обнаружат, что мой отец дурачит их?

Отец, который предпочёл верить лжи своей жены, когда его дочь чуть не умерла от потери крови на полу гостиной.

Я всё ещё не могла поверить, что он действительно поверил тому, что она сказала. Как он мог не видеть её насквозь? Ничего в её лжи не имело смысла. Не только детали этой истории звучат абсолютно смешно, но и основная причина.

Почему я пыталась покончить с собой?

Три месяца назад я была счастлива. Я любила мою семью, и у меня был чудесный лучший друг. Да, школа бесила меня уже тогда, но я терпела. Я была чертовски счастлива. У меня не было причин уходить из жизни. И вот она снова вернулась кормить его ложью.

Эта авария — худшее, что могло случиться в данной ситуации. Если мама придет домой, а это произойдет легко, учитывая её власть над ним, он поверит ей. Папе не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что я не очень хорошо себя чувствовала тогда. Поэтому, ему было легко поверить, что я на самом деле пыталась покончить с собой.

Что я нарочно бросилась под машину Эдварда.

Я упала на неудобное сиденье крейсера и застонала про себя, когда мы добрались до школы. Беспокойство и нервозность росли во мне, и я закусила губу, с трудом сдерживая себя от крика.

Какого чёрта я вернулась сюда? Почему я просто не осталась дома?

Я не была сильной. Я не могла этого сделать. Они будут смеяться. Они будут дразнить меня. Они накажут меня за своего драгоценного Эдварда и сделают мою жизнь еще хуже, чем тогда, когда я проснулась утром. Меня никогда раньше не беспокоило то, что меня дразнят, но сейчас это было как-то иначе. Может быть потому, что я была физически слаба сейчас.

Если громкий звук мотора моего пикапа всегда привлекал внимание, то это было ничто по сравнению с той реакцией, когда крейсер подъехал к главному входу. Я чувствовала на себе взгляды всех, когда мы остановились.

Папа смущенно улыбнулся мне и почесал щетинистый подбородок.

- Так, я заеду за тобой в три? – с сомнением просил он. Я кивнула.

- Это было бы хорошо …-, пробормотала я в ответ, открыв дверь.

Я представляла себе такой сценарий с тех пор как проснулась после операции на прошлой неделе. Я воображала, как грациозно выхожу из машины и гордо иду к лестнице. Я не собиралась никому давать повода запугнуть меня. Никто не напугает меня. Я Белла Свон. Я могла выдержать все.

Но реальность редко оправдывала мои фантазии… По крайней мере, хорошие.

Конечно, мне так и не удалось грациозно выйти из машины. Вместо этого я выпала из нее и чуть не упала вниз лицом второй раз за это утро, но пара сильных рук поймала меня, не давая мне упасть.

- Стоп, осторожно! – прозвучал громкий глубокий голос.

Я с удивлением посмотрела вверх, и мои глаза расширились в шоке, когда я увидела ужасающего Эмметта Каллена.

Эмметт посмотрел на меня с робкой улыбкой на лице, когда помог мне встать на ноги. Я взглянула на него и почувствовала, что мои щеки заалели всеми оттенками красного.

- Ты в порядке, Беллз? – спросил папа из машины.

- Я в порядке, - спокойно ответила я, избегая смотреть на Эмметта.

Грациозно и гордо вскинув голову.

Да, верно. Почему бы тебе не пожить в настоящем мире, Белла?

Я вытащила из машины сумку и костыли. Опустив сумку между ног, я встала на костыли. Я закрыла дверь, и папа робко махнул мне, прежде чем уехать.

Я старалась сохранять равновесие, схватив сумку и бросив ее через плечо. Она была сейчас намного тяжелее, чем дома, и я чуть не упала от этой неожиданной тяжести.

Вдруг перед моим лицом взметнулась рука, и я вздрогнула. Подняв глаза, я поразилась, что Эмметт до сих пор стоит рядом.

- Ох, извини, - сказал он немного испуганно. - Но я просто… Ты хочешь, чтобы я тебе помог? Похоже, она тяжелая.

Хорошо, что он пытается сейчас этим доказать?

Я понимала, что он старался вести себя как хороший парень перед моим отцом. Все боялись моего отца из-за его профессии. Но сейчас его не было, поэтому у Эмметта не было никаких оснований быть милым со мной.

Особенно, если учесть, кто его брат.

- Э-э-э, что? – ошарашено спросила я.

Время, чтобы стать красноречивей, Белла. Что случилось с твоим достоинством? Покажи ему, кто в доме хозяин!

- Позволь мне помочь тебе с твоей сумкой! – настойчиво ответил он и сдернул сумку с моего плеча, не дожидаясь ответа.

- Что? – спросила я снова, не в силах больше сказать ни слова. Я совсем не понимала эту ситуацию, и то, как он просто схватил мою сумку, раздражало меня.

Очень приятно, Эмметт. Отличный способ унизить девушку-калеку, которая стала такой по вине твоего собственного брата.

- Позволь мне помочь тебе с твоей сумкой, - повторил он еще раз. Он улыбнулся мне, перекинув мою сумку себе на плечо.

- С лестницей тебе тоже нужна помощь? – небрежно спросил он.

И это стало последней каплей для меня. Кем он, черт возьми, себя возомнил?

- Что значит «тоже»? Мне не нужна твоя чертова помощь! Я сама смогу нести свою сумку и подняться по этой лестнице. Большое спасибо! – рявкнула я. К моему удивлению он расстроился после моих слов и улыбка на его лице тут же исчезла. Когда он не улыбался, то выглядел как обиженный медвежонок. Это был странный вид для него, учитывая его габариты.

- Я просто пытался помочь… - тихо сказал он, - Покажи мне дорогу к твоему шкафчику. Меньшее, что я могу сделать для тебя, это понести твою сумку.

Он выглядел так грустно, когда говорил это, что мне стало все равно, что он вмешивается в мои дела. Я просто не могла отказать кому-то, кто выглядел и звучал так грустно, как он, даже если он и притворялся.

Он сделал шаг вперед и криво улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. Его глаза были, по-прежнему, печальны.

Что с ним? Каллены, я уверена, большие чудаки.

- Хорошо, - сказала я со вздохом, и он расслабился, получив мое согласие.

Я задалась вопросом, было ли это частью коварного плана, который он придумал со своим братом. Иначе, почему он так внимателен ко мне?

Шаги до школы оказались немного труднее, чем дома. Главным образом потому, что люди проходили мимо меня и толкались, пока я медленно шла. Эмметт оказался рядом со мной после того как меня толкнули в третий раз и стал следить за тем, чтобы меня не трогали. Он вел себя как телохранитель. Когда я взглянула на него, то заметила, что он грозно смотрит на тех, кто осмелился даже приблизиться ко мне.

Серьёзно, что это с ним?

Я игнорировала его, пока мы поднимались по лестнице ко входу. Я считала, что он последует за мной в любом случае и не обращала на него внимания. Что он мог сделать? Убежать с моей сумкой? Да, вырубив тебя.

Я оказалась права. Я ускорила шаг, но Эмметт не отставал от меня.

Мы дошли до моего шкафчика, и я подняла руку, балансируя на одном костыле. Я старалась не переносить вес на больную ногу, но это было довольно трудно, так как я постоянно была на грани падения. У меня никогда не было чувства равновесия и координации и раньше, так что было чудом уже то, что я вообще была в состоянии удержаться на костылях.

Эмметт положил сумку в мой шкафчик, когда я открыла его, и улыбнулся мне.

- Дальше сама – сказал он улыбкой, хотя улыбка выглядела натянутой, и не коснулась его глаз.

- Спасибо, тебе не нужно было этого делать, - пробормотала я.

- Нет… я знаю, но я хотел бы… учитывая… хорошо… да… - сказал он, почесав шею и глядя в сторону. Я закусила губу и опустила голову, возясь в сумке.

- Так что, во всяком случае… Увидимся… я думаю…- я кивнула, не поднимая глаз, и угловым зрением заметила, как он уходит.

Я взяла из сумки книги и домашнюю работу для первого урока. Я пыталась удержать их под мышкой, но они ускользали из моих рук. Я затолкала все обратно в сумку и, уткнувшись лбом в шкафчик, закрыла глаза.

Это не работало.

Как, черт возьми, я могу пойти в класс с книгами, не роняя их и не спотыкаясь на ходу?

- Изабелла?

Я зажмурилась еще крепче, желая, чтоб на меня упал метеорит или еще что-нибудь, и меня стёрло с лица земли. Что это было? Что за «Давай устроим Белле чертовский весёлый день»? Почему бы им не оставить меня в покое?

- Изабелла? Ты в порядке?

Я вздохнула, подняла голову и открыла глаза. Элис смотрела на меня заинтересованным взглядом и выглядела также странно серьёзно, как и Эмметт.

Я уверена, друзья Эдварда великие актеры. Они чуть было не одурачили меня.

- Чего ты хочешь? – спросила я, чувствуя, что уже знаю ответ.

- У нас один и тот же первый урок, помнишь? Я могла бы помочь тебе донести твои книги, если ты хочешь, - предложила она, протянув свои тонкие руки.

Я отметила, что у нее на ногтях розовый лак, который был подобран к розовому свитеру, также как и ленты в ее коротких волосах. Она была одета идеально. Я вынуждена была признать: на ком-то другом это выглядело бы смешно, но на ней все работало. Это была еще одна причина, чтобы ненавидеть ее. Она могла бы снять эти гребаные ленты.

Я задумалась на минуту. Либо я попытаюсь нести книги сама, рискуя походить на полную дуру, когда я их уроню и попытаюсь поднять вновь. Или я могу позволить ей помочь мне, рискуя стать объектом её насмешек.

Я закусила губу в раздумье, а она просто с любопытством смотрела на меня.

-Ты позволишь мне? – она спросила снова, и я почувствовала, что моя решимость уходит.

Гордость была загнана в угол.

Унижение от того, что я уроню книги было намного хуже, чем унижение от её насмешек или того, что она там задумала. Что она могла сделать? Убежать с моими книгами? Привести Эдварда на мою задницу? Да и просто весело провести время с моей домашней работой. Наслаждаясь легкой оценкой А.

- Хорошо, - нехотя согласилась я и отдала ей книги.

Она засияла, как ребёнок в рождественское утро, и мне стало интересно, попала ли я в ловушку. Закрыв шкафчик, я встала на костыли и медленно пошла вперёд по коридору рядом с Элис.

Сказать, что люди смотрели на нас, значит не сказать ничего. Я не знаю, что удивляло их больше: тот факт, что Элис шла рядом со мной и охотно несла мои книги, или то, что она действительно рада была делать это. Плюс ко всему, еще была я, плетущаяся к классу на костылях, и это было вершиной торта.

- Итак, как у тебя дела? – вежливо спросила Элис.

Я быстро взглянула на нее.

- Хорошо, я думаю… - пробормотала я.

- А как твоя… ну ты знаешь… нога? Болит? – спросила она.

Ее голос звучал неопределенно, будто она не знала, должна ли она об этом спрашивать. Я подумала, что она спросила из вежливости, а может, ей было искренне любопытно. Я решила, что у меня нет никакой причины лгать. На вопрос о ноге можно сказать правду. Ведь этот ответ невозможно использовать против меня. Верно?

- Она в порядке… Доктор Каллен прописал мне кое-что, если боль станет слишком сильной, – ответила я чуть громче.

Озабоченность Элис стесняла меня, и я не знала, как вести себя с ней, тем более что я не была уверена в ее искренности.

- О, это хорошо, – сказала она бодро.

Мы достигли нашего класса, и она последовала за мной туда. Она положила книги на мой стол, когда я села на свое место. Затем она удивила меня, сев на свободное место рядом со мной. Я была ошарашена, но Элис только улыбнулась мне.

- Так я буду здесь, если тебе будет что-то нужно, - сказала она с улыбкой, странно и взволнованно глядя на меня.

- Спасибо, но я думаю, что справлюсь, - я заставила себя улыбнуться ей, надеясь, что теперь она оставит меня в покое. Но это только подстегнуло ее активность.

- Похоже, я могу быть твоим официальным носильщиком книг или что-то вроде того. Это будет весело! – возбужденно сказала она, наклонившись ко мне.

- Я очень сомневаюсь в этом … но спасибо, - сказала я многозначительно. Ее улыбка немного дрогнула.

- В любом случае мы должны… - начало было она, но замолкла, когда вошел учитель. Я почти слышала её стон разочарования, но внутренне ликовала. Я была рада, что начался урок. Учитель осмотрел класс, заметив меня, он улыбнулся и кивнул мне. К счастью для меня, он промолчал и не заострил внимания на моём присутствии. Мне не нужно было лишнего внимания. В любом случае бог знает, что ещё произойдет в этот день.

Я открыла тетрадь и стала рассеянно рисовать на полях, мысленно отсчитывая минуты до конца урока. Я не прекратила рисовать, даже услышав презрительный шепот за своей спиной. Когда же Элис обернулась назад, чтобы посмотреть на тех, кто шептался обо мне, я остановилась.

Шёпот просто дал мне ещё одну причину, чтобы пронзить моё разбитое сердце…

Я успела изрисовать четыре страницы, когда прозвенел звонок. В то время, как другие ученики быстро собрали свои вещи и ушли, я всё ещё пыталась подняться со своего места. Девяносто минут сидения на школьном стуле плохо сказались на моей ноге. Всё тело затекло и заныло в знак протеста, когда я встала. Я пыталась игнорировать боль, собирая свои вещи. Собравшись, я столкнулась с той же проблемой что и раньше.

Как, черт возьми, я смогу отнести вещи обратно в шкафчик?

- Официальный носильщик книг к вашим услугам!

Конечно, как я могла забыть?

Элис практически подпрыгивала рядом со мной и смеялась слегка, по моему мнению, наигранно. Она без малейшего колебания схватила мои вещи и широко улыбнулась.

- Ты не обязана этого делать, - сказала я, пытаясь сохранить хоть какое-то достоинство.

- Я знаю, - ответила она, пожав плечами, будто это была самая очевидная вещь. Она подошла к двери, и у меня не осталось выбора, кроме как последовать за ней.

- Какой у тебя следующий урок? – спросила она, когда мы шли по коридору второй раз за это утро. – Это физкультура, не так ли?

Я посмотрела на нее с удивлением.

- Откуда ты знаешь?

- Ты в том же классе физкультуры, что и Роуз. Она говорила, что ты когда-то ходила туда, но потом, видимо, перестала. У тебя изменилось расписание или ещё что-то? – спросила она невзначай.

- Нет, я не изменила свое расписание, - медленно ответила я, в то время как в моей голове крутился миллион вопросов.

Почему Розали обращала на меня своё внимание? И почему, черт возьми, они даже обсуждали меня?

- Хм, ты не любишь физкультуру, или что-то другое?

- Да, или что-то другое.

Мы дошли до моего шкафчика, и она остановилась рядом с ним. Она взяла один мой костыль, так что мне не нужно было возиться с ним, открывая шкафчик. Когда я открыла дверь, она положила книги на верхнюю полку, а затем откинулась назад.

- Так… ты хочешь отдохнуть? – спросила она, легко пожав плечами.

- У тебя что, нет уроков? – спросила я.

- Да, но так как ты, я полагаю, не ходила на физкультуру месяцами, то почему бы тебе не продолжать в том же духе? – улыбнулась она. Вероятно, она шутила, но что-то в её словах насторожило меня.

- На самом деле… Я иду на физкультуру, - сказала я, приложив большие усилия, чтобы убрать яд из голоса, и встала на костыли.

- Но спасибо за помощь с книгами. Это было очень мило для тебя.

- Это меньшее, что я могу сделать, - сказала она с улыбкой.

Я приподняла бровь.

- Почему? - спросила я с любопытством.

- Почему что? – спросила она, не переставая улыбаться, хотя и растерянно.

- Почему это наименьшее, что ты можешь сделать? Ты не должна мне ничего. Это я тебе должна, учитывая то, что ты спасла меня от удушья две недели назад, - напомнила я ей. Ее улыбка замерла.

- Потому что ты хороший человек, Изабелла, и ты не заслуживаешь того, что говорят о тебе люди или того, что они делают с тобой, - тихо сказала она.

- Ты даже не знаешь меня, так что даже не пытайся… - сказала я, уходя прочь.

- Я не хотела тебя обидеть, - произнесла она вслед, но, не пытаясь догнать меня.

- Ты не обижаешь меня. Я сама должна думать о том, что ты можешь такого сказать, чтобы обидеть меня, - ответила я через плечо. Она ничего не сказала в ответ.

Мне потребовалось немало времени, чтобы с трудом добраться до спортзала. Урок уже начался, когда я, наконец, вошла туда. В любом случае для меня это не имело значения, если учесть, что я не собиралась присоединяться к ребятам. Тренер Хантер заметила меня, когда я села на трибуны и подошла ко мне.

- Мисс Свон, я удивлена, увидев Вас здесь, - сказала она с присущим ей бесстрастным тоном.

- Ну да, я думала, что я сделаю вид, что занимаюсь – ответила я со слабой улыбкой.

- Не умничайте со мной, мисс, - сказала она, быстро оглядев меня. – Похоже, я ошибалась, предполагая, что ты не сможешь присоединиться к нам сегодня.

Я в ответ постучала по ноге. Она посмотрела вниз и вздохнула.

- Я хочу, чтобы вы принесли одежду на физкультуру завтра и были готовыми заниматься с нами. Я не буду просить вас сделать что-то невозможное, но сейчас я прошу вас сделать несколько кругов по рельсам. Я предполагаю, что вы сможете сделать это, учитывая, что у вас есть костыли, - сказала она, приподняв бровь, как бы поощряя меня или что-то в этом роде.

И… кстати, она издевается надо мной? Только недавно я была сбита чертовой машиной, и теперь она просит меня сделать несколько кругов на костылях. Она действительно этого хочет? Разве это нормально?

Тренер Хантер всегда пугала меня, потому, что она была высокой и сильной женщиной, которая не выносила оправданий и нытья ни от учеников, ни от учителей. Она даже довела однажды одну девушку до слез только потому, что та не смогла заниматься из-за серьёзных судорог.

- Доктор Каллен попросил меня делать легкие упражнения, поэтому я не… - начала было я, но она прервала меня, заставив замолчать.

- Меня не волнует, что сказал вам доктор Франкенштейн. Мне нужно что-то с вами делать, мисс Свон. С вашей плохой посещаемостью в этом семестре я легко могу завалить вас. Так что либо вы возьмете с собой одежду на физкультуру завтра, и мы подумаем, что нам сделать, либо не беспокойте меня вообще. И не думаете о том, чтобы закончить школу, - отрезала она, одарив меня острым взглядом, и ушла продолжать урок.

Я вздохнула с облегчением и ужасом. Итак, я не собиралась заканчивать школу. Не такое уж важное дело, правда?

Да, ты просто застрянешь с мамой и папой на все оставшуюся жизнь. Удачи с этим.

Я застонала, откинувшись на спинку кресла, и попыталась вытянуть ноги. Я посмотрела по сторонам и обнаружила, что смотрю в глаза Розали Хейл.

Она стояла на противоположной стороне зала, одной рукой она уперлась в пояс, а во второй держала ракетку для бадминтона.

Она смотрела на меня, приподняв брови, словно изучая.

Я прошла через какой-то странный портал и вошла в Сумеречную Зону, даже не заметив этого?

С каких это пор самая популярная девчонка в школе обращает на меня внимание?

Во-первых, Эмметт помог мне и выглядел огорченным, когда я пыталась отшить его. Элис с ее работой «Официальный носильщик книг», и теперь Розали изучала меня, как будто я — странное произведение искусства… или зверь в зоопарке.

Может быть, я просто воображаю всё это? Может быть, я получила несколько серьёзных травм головы, которые не заметил доктор Каллен?

Или, может быть, я права в своем предположении, что всё это просто часть их коварного плана, придуманного Эдвардом Калленом. Они наказывают меня за боль Эдварда.

Конечно, должно быть, так и есть. Чем ещё можно это объяснить?

Они пытаются добраться до меня, потому что я поставила Эдварда в незавидное положение. Я чуть не сделала его убийцей, и

они следят за мной для своего друга, сделав меня параноиком.

Хорошо. Это работает.

Я отвела взгляд и посмотрела на свои колени.

Я изумлялась тому, что говорили люди. Они говорят, что это была моя вина. Эдвард сказал своим друзьям, что это я во всём виновата? А его брат? Если бы его брат думал, что я нарочно бросилась под машину, то я сомневаюсь, чтобы он был так мил со мной сегодня утром. Он бы не действовал так, думая, что это я - причина аварии. Всё всегда возвращалось к Эдварду.

Бьюсь об заклад, что он подъезжал к школе, наслаждаясь сочувствующими взглядами окружающих. Он, я уверена, свалил всю вину на меня.

Я почувствовала, что моё горло сжалось от рыданий, и я попыталась сделать несколько успокаивающих вздохов.

Я не могла обвинять его за это.

Он имел все основания ненавидеть меня. Я не могла даже вообразить, что он переживает. Наверное, труднее быть за рулём машины, чем быть сбитым ею. В случае такой аварии, как наша, всегда существуют две жертвы: водитель и сбитый человек.

Поэтому я не могу его винить, если он хочет распространять сейчас ложные слухи об аварии и обо мне. Что ещё он мог сделать? Для меня не стало неожиданностью, что друзья защищают его.

Я вытянула ногу и вздрогнула, когда она протестующе заныла. Я наказала себя за то, что оставила таблетки в шкафчике, не подумав, что буду в них нуждаться.

Дорога к моему шкафчику и обратно заняла бы много времени, и я решила перетерпеть боль и дождаться конца урока. Я не хотела просить тренера Хантер, тем более, что у нас уже был разговор. У меня было чувство, что она будет только рада помучить меня. Наказание будет ужасным. В худшем случае меня исключат из школы. Это был шанс, ведь до сих пор я была слишком труслива, чтобы в самом деле покончить с собой. Если это трусливое поведение осталось, то я должна была получить образование, чтобы иметь право покинуть Форкс и мою мать.

Итак, я провела остаток урока, пытаясь отвлечься и наблюдая за игрой в бадминтон. Я бесшумно смеялась над Таней и Лорен и их жалкими попытками выглядеть сексуально, размахивая ракетками.

Наконец, прозвенел звонок и я потащилась к главному зданию, в то время как остальные суетились в раздевалках.

Я вошла в школу еще раз и оказалась окружена смеющимися и болтающими учениками. Все общались со своими друзьями и любимыми. Я никогда не чувствовала себя настолько чужой.

Всё, что мне было нужно − это один-единственный друг.

Неужели я прошу слишком много?

Я устала от одиночества.

Люди вокруг толкались, пока я шла по коридору, и я изо всех сил изображала безразличие на лице. Я сделала вид, что всё это не причиняет мне боли. Они не заденут меня. Я неприкасаема.

Я подошла к моему шкафчику, чтобы взять бумажник и таблетки, и направилась в столовую.

Напряжение моего тела из-за костылей и гипса стало сказываться на мне. Мне нужна была еда, если я собираюсь провести день без инцидентов. Я пошла становиться в очередь в кафетерий, и две девушки, стоявшие предо мной, посмотрели назад и захихикали.

- Что, чёрт возьми, она носит? Здравствуйте, 60-е вернулись! – прошептала одна из девушек, прежде чем удариться в истерический смех. Я отвернулась и сделала вид, будто ничего не слышала. Интересно, а что они могут мне предложить носить? Я не могла надеть любые другие штаны на гипс, не разрезав их.

Очередь медленно двигалась вперед, и когда я подошла к подносам, я поняла, что столкнулась с ещё одной проблемой.

Как я понесу поднос с едой?

Кто-то кашлянул рядом со мной, и я машинально повернула голову в сторону звука. Я надеялась, что шок не был заметен на моем лице, когда я встретила дружелюбный взгляд Эмметта.

- Привет, Изабелла, как провела день? – спросил он дружеским тоном, схватив поднос.

- Хорошо… спасибо,- пробормотала я, отводя взгляд. Он всё так же пугал меня, как всегда.

Я двинулась вперед и взяла бутылку апельсинового сока и сэндвич. К моему удивлению, Эмметт положил то же самое на свой поднос. Это было для него? Нет, этого не может быть. Он, вероятно, нес еду для своей подруги.

Я сделала еще один шаг в очереди и взяла яблоко. Эмметт взял два банана и яблока и улыбнулся мне, заметив, что я наблюдаю за ним.

Может быть, он набирал еду на весь стол?

- Я большой парень, мне нужно много еды, - с улыбкой пояснил он.

Я была немного ошарашена его заявлением и смотрела на его переполненный поднос широко раскрытыми глазами.

Черт возьми, я ни на йоту не верю, что эта еда для него!

- Все это для тебя? – выпалила я, не подумав, глядя на него с недоумением.

Он не обиделся, а просто улыбнулся и с гордостью кивнул. Я хотела рассмеяться над выражением его лица, если бы он так не пугал меня. Кроме того, я не знала его плана. Так что, мне безопаснее было не проявлять вообще никаких эмоций.

- Итак, ты хочешь, чтобы я понес твой поднос? – спросил он, когда мы достигли кассы. Я внутренне вновь заколебалась. Принимать его помощь или нет?

Я осмотрела переполненную столовую и пришла к выводу, что если он хочет посмеяться надо мной и заставить меня пожалеть о том дне, когда я родилась (хотя, я и так уже об этом жалела), то здесь было подходящее место для этого. Тут было всё: большие возможности и большая аудитория. Это то, чего они ждали? Это часть их гениального плана?

Я посмотрела на него неопределенным взглядом. Он только улыбнулся мне в ответ без всякой злобы в больших тёмно-зеленых глазах.

- Пойдем, мы можем сесть вон там, - сказал он, схватив мой поднос и кивнув на пустой стол у окна. Он не задерживался, чтобы заметить мою растерянность. Он просто двинулся к столу, а я осталась смотреть ему в спину, как идиотка.

Покачав головой и попытавшись взять себя в руки, я подошла к столу.

Эметт поставил наши подносы на стол и сел за него. Я неловко села на стул напротив него, не зная, что еще делать. Я смотрела на него через стол и наблюдала, как он приводил в порядок свою еду на подносе. Он напоминал мне маленького ребенка.

Он посмотрел на меня с улыбкой, которая, казалось, не сходила с его лица. Встретив его взгляд, я тут же опустила глаза на свой поднос и стала возиться с пластиковой упаковкой с сэндвичем.

Я была голодна, в этом не было сомнений, но теперь я слишком нервничала, чтобы есть. У меня было ощущение, что если я насильно заставлю себя съесть сэндвич, то, скорее всего, повторится случай двухнедельной давности.

Черт возьми, я уверена, что не собираюсь задыхаться в людной столовой, когда все и так смотрят на меня, будто у меня выросла вторая голова.

Знакомый звук подпрыгивающей походки приблизился к нам и замер возле нашего стола и я не удивилась, увидев Элис, которая поставила свой поднос на стол и уселась рядом со мной.

Казалось, ничто больше не удивит меня. Я даже не возражала. Вместо этого я решила просто наслаждаться происходящим.

Я уже упоминала, что я как-то вошла в Сумеречную зону? Да, конечно.

- Как прошла физкультура? – спросила Элис. Я взглянула на неё уголком глаза.

- Хорошо, - ответила я неуверенно.

- Ну, это здорово. Тренер Хантер бывает такой сукой иногда, - сказала она с беззаботным смехом. Она сняла крышку с пластикового контейнера с курицей и салатом и улыбнулась мне, заметив, что я смотрю. Я быстро отвела взгляд.

- О, я вспомнила! – весело воскликнула она.

Схватив свою сумочку, она начала рыться в ней. Прошло немало времени, прежде чем она нашла то, что искала. Вытащив две цветные ручки, она азартно улыбнулась.

- Можно я подпишу твой гипс? – нетерпеливо спросила она, еле сдерживая свое волнение.

-Эй! Это была моя идея! – запротестовал Эмметт, и Элис закатила на него глаза.

- Я думаю, что на нем найдется достаточно места для нас обоих, - ответила она и вновь взглянула на меня. – Так ты позволишь?

Я посмотрела на них обоих и решила что с меня достаточно странностей.

- Что вам от меня надо? – я старалась, чтоб мой голос звучал тихо и спокойно, но у меня ничего не вышло. Я сама слышала, что звучу почти истерично. Улыбка Элис дрогнула, и она перевела взгляд на Эмметта, который вымученно улыбнулся.

- Мы просто хотели, как лучше…Мы подумали, что могли бы развеселить тебя, - с сожалением сказала Элис.

- Нет уж, не надо, - огрызнулась я. – Я вам не благотворительный проект! Я тебе не игрушка! Ты здесь, чтобы посмеяться надо мной за то, что я сделала с Эдвардом, не так ли? Ты здесь, чтобы наказать меня, ведь так?

Лицо Элис вытянулось, и она шокировано уставилась на меня.

- О, Боже, конечно, нет! – громко запротестовала она. – Подожди, что ты имеешь в виду, что ты сделала с Эдвардом? Как мы поняли, это он тебя сбил, а не наоборот! Ты не должна ни о чем жалеть! Ты не сделала ничего плохого!

Хорошо, но что тогда, черт возьми, он рассказал людям?

Сказать, что я была смущена, значит преуменьшить. Также я была немного раздражена. О чём же тогда думают люди?

- И насколько я понимаю, это мой брат должен быть наказан. Вот что я скажу, - серьезно заметил Эмметт. Его тон был серьезён и отличался от прежнего беззаботного голоса.

- Так ты позволишь нам подписать твой гипс? – неуверенно спросила Элис, очевидно, решившись добиться своего.

Она смотрела на меня так серьезно, будто действительно не хотела причинить мне вреда. Но я же не знаю её. Ведь всё, что я знала, это её обманчивое лицо, будто созданное для того, чтобы вызывать доверие жертвы, между тем как она держит за пазухой нож, чтобы после вонзить его в спину.

- Да брось ты… ну пожалуйста, - взмолилась она, состроив для полного эффекта щенячьи глаза и надув губы.

- Хорошо, как скажешь, - пробормотав, согласилась я.

Отодвинув стул, я подняла мою загипсованную ногу, чтобы она отдохнула, на край стула Элис. Она помогла мне завернуть штанину и зубами сорвала колпачок с ручки.

Улыбнувшись мне, она принялась рисовать.

Я посмотрела по сторонам, позволив ей заниматься делом, и закусила губу, удерживаясь от улыбки, заметив выражение лица Эмметта. Он практически подпрыгивал на стуле, завистливо глядя на Элис, и с нетерпением ожидал своей очереди. Я не беспокоилась о том, что он будет делать. Так или иначе, это будет смешно.

Я перевела взгляд от него на другие столики. Пока не осознала, что люди смотрят на нас.

Конечно. Почему я удивляюсь?

Они даже не пытались скрыть этого. Они смотрели и шептались и были также озадаченны, как и я, что Элис и Эмметт с видимым удовольствием сидят со мной.

Затем мой взгляд встретился с другой парой глаз.

Парой изумрудно-зеленых глаз.

Эдвард смотрел прямо на меня. Не было и намека на доброту в этих глазах. В них не было ничего, кроме ненависти и презрения. Я гадала, что его разозлило: то, что я поставила его в трудное положение и все ещё жива, или то, что его друзья сидели со мной, а не с ним?

Он сидел с Джаспером и Розали, но они вовсе не смотрели на меня. Роуз недоверчиво уставилась на Эмметта, а Джаспер просто ковырялся в своей тарелке с глубокой серьезностью на лице.

- Всё, готово! Тебе нравится это? – пропела Элис, завладев моим вниманием.

Я посмотрела на свою ногу и сдержала улыбку. Почему-то я воображала, что она собиралась изобразить или написать что-то намекающее. Может быть, гадкого утенка или какую-либо другую птицу. Нет, ничего подобного.

Элис нарисовала красивый букет из желтых роз, края лепестков которых были окаймлены розовым. Он не нарисовала стебли цветов, а просто сами цветы. Это было очень красиво и детально.

- Очень мило, - кивнула я, и Элис засияла.

- Теперь моя очередь? – спросил Эмметт, отодвинув стул и обойдя стол. Не дожидаясь ответа, он схватил стул от соседнего столика. Он даже не стал спрашивать разрешения, нужен ли соседям этот стул или нет. Он просто поставил его между мной и Элис. Схватив коричневую ручку, он принялся за работу. Он даже нахмурил брови, сконцентрировавшись на этом.

- Почему вы… почему вы это делаете? – спросила я не подумав. Эмметт быстро взглянул на меня и продолжил рисовать.

- Потому что ты не заслуживаешь ничего из того, что с тобой происходит - просто ответила Элис, будто ответ был очевиден.

- Это не похоже на то, что было в моей жизни – пробормотала я. Эмметт сердито бросил ручку в ответ на мои слова и поймал её.

- Забудь об этом. Это не имеет значения, - поспешила добавить я и, покраснев, отвернулась. Почему я должна говорить об этом? Теперь у них больше поводов задеть меня.

Прозвенел предупреждающий звонок, и Эмметт расстроено вздохнул.

- Ну, это не лучшая моя работа. Но придется закончить ее сейчас, - с улыбкой сказал он, прежде чем встать. Я так и не увидела, что он нарисовал, потому что Элис быстро опустила мою штанину на гипс, и Эмметт снова схватил поднос.

- Ты оставишь свою еду? Ты даже не притронулась к ней, - отметил он.

- Да, наверное, - ответила я, хотя больше не была голодна. Мне не хотелось есть. Я была слишком занята, пытаясь разобраться в той ситуации, в которой оказалась.

Может быть, я сплю? Или может быть я в коме, и нахожусь в какой-то альтернативной Вселенной?

Эмметт пошел впереди нас, чтобы выбросить остатки своей еды, а затем отправился в кафетерий, чтобы попросить у женщины пакет для моей еды. Элис протянула мне костыли. Я слабо улыбнулась в ответ.

Может быть, это была какая-то "убить её с добротой" идея?

Элис держалась рядом, когда мы выходили, и Эмметт вскоре поравнялся с нами, держа бумажный пакет для меня, пока мы добрались до моего шкафчика. Он положил пакет в мой ящик, я взяла одну из моих книг, затем он помахал мне на прощание, перед тем как исчезнуть в коридоре.

Я опустошила свою сумку и положила туда книги по биологии. Элис бросила на меня странный взгляд.

- Теперь ты можешь отказаться от своей обязанности в качестве официального переносчика книг, - объяснила я.

- Я не против, честно говоря,. Я нравится делать это,- возразила она.

Я бросила сумку на плечо, радуясь, что она больше не такая тяжелая.

- Спасибо, Элис, но теперь я могу справиться с этим, но все равно, спасибо, -сказала я.

- О, хорошо, хорошо... Увидимся позже,- сказала она. Она всё ещё улыбалась, когда повернулась, чтобы уйти, но улыбка выглядела вынужденной и не коснулась её глаз. Будто я обидела её или что-то в этом роде.

Я покачала головой на свои мысли и схватилась за костыли.

Почему бы ей обижаться? Это глупо.

Кроме того, почему я должна беспокоиться, если я обидела её? Не похоже, что мы были друзьями, во всяком случае, её чувства ничего не значили для меня. Я медленно тащилась к кабинету биологии и когда я дошла туда, я поняла, что урок уже начался. Мистер Мелина сидел за своим столом и посмотрел на меня, когда я вошла.

 

- Ах, Мисс Свон, добро пожаловать обратно, - сказал он, улыбаясь. - Все работают над своими проектами, так почему бы вам не найти свою группу и...- он умолк и вдруг посерьезнел. Он встал и обошел свой стол, чтобы встать рядом со мной. - Если вы хотите поменять группу, это было бы вполне понятно, - тихо добавил он.

Ах, так вот почему он выглядел таким смущенным.

- Нет, всё в порядке, - тихо сказала я. - Я не возражаю.

- Ну, ладно тогда. Пойдите и найдите свою группу, и я уверен, что они введут вас в суть дела,- сказал он.

Я оглядела класс и обнаружила, что моя группа, находится в конце класса. Лорен накручивала на палец прядь волос, с тоской глядя на Эдварда, но он, казалось, не обращал на неё никакого внимания. Он, казалось, не обращал внимания ни на что. Он внимательно смотрел в блокнот перед собой и хмурился, как если бы он был в глубокой концентрации.

Я подковыляла к ним. Лорен заметила меня раньше, чем я подошла к их столику, и смотрела на меня с отвращением, когда я отодвинула стул, чтобы сесть. Эдвард посмотрел вверх, и я могла бы поклясться, что он оскалил зубы на секунду, прежде чем закатить глаза и опустить их. Хотя мы встретились глазами лишь на долю секунды, дрожь пробежала по моему телу от ненависти в его глазах. Он ненавидел меня. В этом не было никаких сомнений.

Я всё ещё не могла его винить. Он имел все основания ненавидеть меня.

- Так... кто-то хочет что-то сообщить мне?- спокойно спросила я, взяв свой блокнот и ручку из моей сумки, и приготовившись делать заметки. Самое меньшее, что я могла сделать для Эдварда – это помочь ему с проектом.

- Если бы ты потрудилась прийти на прошлой неделе, ты бы знала,- усмехнулась Лорен.

Я посмотрела на нее и подняла бровь.

- О, мне очень жаль,- ответил я ласково. - Я застряла в больнице, на операции.

- Я думаю, что ты преувеличиваешь. Бьюсь об заклад, ты была дома, поедая Bon Bons, и смотрела сериалы весь день, просто чтобы люди пожалели тебя, - фыркнула она. - Все мы знаем, кто был виноват в аварии. Кроме того, ты не выглядишь больной. Что же у тебя болит? Мозги?"

Я недоверчиво уставилась на нее. Она действительно это сказала? Я заметила, как она взглянула на Эдварда с блеском надежды в глазах. Я думаю, все это шоу должно было быть в его пользу. Лорен пыталась показать, что она на его стороне.

Но Эдвард, похоже, не был удовлетворен этим, как я ожидала. Вместо этого он взглянул на Лорен почти с такой же ненавистью и презрением, как тогда, когда он взглянул на меня недавно в кафетерии.

- Заткнись, мать твою, Лорен,- прорычал он. - Не говори о вещах, о которых ты не знаешь.

Лорен, потупившись, покраснела, и я осмелилась взглянуть на Эдварда. Он не смотрел на меня. Он напряженно смотрел в блокнот на столе перед ним. Он не рисовал, и его рука по-прежнему сжата в кулак. Лицо его потемнело от гнева и непередаваемого волнения.

Может быть, я должна была принять предложение мистера Мелина о смене группы. Я не хотела, правда. Я не хотела отступать. Мне нужно постоять за себя. Я должна показать свое достоинство с высоко поднятой головой. Я должна показать Эдварду, что он меня не пугает. Он мог смотреть на меня такими ненавидящими глазами сколько угодно. Я никуда не собиралась в ближайшее время.

Хотя я была сильной и смелой, чтобы постоять за себя в больнице, у меня были сомнения, смогу ли я быть достаточно храброй, чтобы сделать это снова, если ситуация потребует этого.

Это было легко для меня, чтобы быть достаточно смелой, чтобы сказать ему «пфф...», когда там никого не было. Доктор Каллен был рядом, и моё тело было на наркотиках, и я могла легко сказать всё, что приходило на ум. Я не понимала этого, пока я не вернулась домой и перестала принимать наркотики.

Наркотики делают вас храбрым. Кто бы мог подумать?

Сейчас у меня была небольшая проблема: я не была на наркотиках сейчас. Я не была сейчас храброй. Из-за той волны ненависти, которой окатил меня Эдвард, я была очень вымотана. Я была рада, что Майк отвлёк меня, решив ввести меня в то, над чем они работали в течение недели, пока меня не было.

Они решили разработать плакат с темой инь и янь. Темная сторона будет представлять ночь, а светлая сторона - любовь с первого взгляда. Мы хотели бы записать в плюсы каждой ситуации. По какой-то причине, они решили сократить минусы все вместе.

Это звучало немного глупо для меня, но все это обрело смысл, как только Майк сказал мне, что это была идея Лорен, которая была мозгом всей операции. Я не стала спорить, решила просто соглашаться с тем, что они говорили. Честно говоря, меня это не волновало.

Урок продолжался, и я поняла, что я была не единственной в группе, кто не занимается этим дерьмом. Эдвард сидел, ссутулившись в кресле, машинально рисуя в блокноте, в то время как Майк записывал все, говорила Лорен. Я не удивлюсь, если плакат с идеей инь и янь будет порван на кусочки в конце урока.

Каждый раз, когда Эдвард поднимал глаза от своего блокнота, он встречался со мной взглядом. Он хмурился ещё больше каждый раз, когда это происходило

- Ладно, мы собираемся пойти в библиотеку и проверить статистику браков. Вы, ребята, можете проверить это и добавить то, что вы считаете нужным,- сказал нам Майк, отодвинув стул. Лорен взглянула на меня, когда они прошли мимо. Я закатила глаза и посмотрела на свою тетрадь. Я так и не взялась за свои заметки, и это не осталось незамеченным Эдвардом.

- Что? Ты не хочешь проверить эту работу?- мрачно спросил он. Я подняла глаза и встретила его взгляд.

Тебе меня не запугать, Эдвард Каллен.

По крайней мере, это то, что я все время говорила себе. Его взгляд мог убить котят.

- Нет, я верю, что дерьмо, которое они придумали для нас, достаточно, чтобы пройти это задание, - ответила я спокойно. Он поднял бровь, глядя на меня, и я просто с вызовом посмотрела на него, молча надеясь, что моя нервозность не заметна.

- Ты не должна доверять людям, особенно людям, которые не являются твоими друзьями, - сказал он многозначительно. У меня было чувство, что он говорил не о Лорен и Майке. Я вздохнула и посмотрела на свою тетрадь.

- Что бы ты ни делал, это не работает - пробормотала я тихо.

 

- И что именно я делаю? - спросил он. Я не знаю, что я должна была сказать, поэтому я ничего не ответила. Мое молчание, по-видимому, расстроило его, потому что он схватил мою тетрадь. Я посмотрела на него и раздраженно нахмурилась.

-У меня не записано никаких домашних заданий, так что там нет ничего, чтобы ты мог украсть, - пробормотала я. Он выглядел немного растерянным на мгновение, затем, придя в себя, он надел свою обычную холодную маску.

- И что это должно означать? - спросил он, склонив голову и снисходительно глядя на меня.

- Боже, ты так глуп? Ты воруешь чужие домашние задания так часто, что ты даже не можешь удержаться от этого? - выпалила я, не подумав.

- О чём, чёрт возьми, ты толкуешь? - спросил он. Выглядел он, честно говоря, сбитым с толку, и, казалось, забыл о холодном безразличии. - Ты ударилась головой, или что? - как только эти слова слетели с его уст, что-то промелькнуло на его лице. Именно сейчас я увидела его настоящее лицо, но он захлопнулся слишком быстро, чтобы я могла прочитать это лицо. Но это было так. Он защелкнул замок на своём рту, а я прищурилась, глядя на него.

Я поняла, что эта ситуация тоже причиняла ему боль.

Новость, Эдвард Каллен, но ты не один в своей боли.

- Ну, да, Эдвард, - спокойно ответила я.

-Это я уже слышал, - пробормотал он, глядя вниз. Мы оба вернулись к нашим бессмысленным каракулям и продолжили игнорировать друг друга. Через некоторое время я начала чувствовать знакомое ощущение, будто мои ноги, уснули, и это была не очень приятное чувство, в сочетании с болью, которая последовала за этим.

Я почесала лоб, чтобы скрыть дискомфорт и попыталась вытянуть мою ногу под столом, но оказалось, что я лишь усилила боль. Боль пронзила мою ногу и едва не заставила меня перевернуться от боли. Я зажмурилась и попыталась дышать сквозь боль, как если бы я рожала. Через несколько минут боль утихла, и я проклинала себя за то, что отвлеклась на обеде и забыла взять болеутоляющее лекарство.

Когда я открыла глаза, я обнаружила, что Эдвард смотрит на меня. Снова.

- Сфотографируй. Это будет дольше, - огрызнулась я. Почему он не мог просто оставить меня в покое?

Он нахмурился, но больше не смотрел на меня. Ненависть в его глазах сменилась разочарованием.

- Если ты пытаешься заставить меня чувствовать себя плохо из-за тебя, то не беспокойся. Я не собираюсь заботится о тебе, - спокойно произнес он, скрестив руки на груди и, откинувшись на стуле. Я недоверчиво взглянула на него.

- Я не пытаюсь ничего, - ответил я. - О, не волнуйся, я знаю, что ты никогда не заботился ни о ком, кроме себя. Он фыркнул, и я вздохнула. - Но если это чего-то стоит... то, я извиняюсь.

Я встретила его взгляд, и мысленно застонала. Ненависть вернулась.

Почему я не могла просто оставить это и заткнуться, чёрт возьми?

- За что, блядь, ты извиняешься?" - прошипел он сквозь стиснутые зубы. Я содрогнулась, услышав его резкий тон.

- За несчастный случай, - медленно сказала я, внезапно чувствуя себя несколько неловко.

Его глаза широко раскрылись, а ноздри раздулись от гнева.

- Да пошла ты, Гусыня, - огрызнулся он. Он отодвинул свой стул так резко, что тот упал. Он вышел из класса что-то бормоча про себя. Весь класс проводил его глазами и повернулся, чтобы посмотреть на меня, когда он скрылся из виду. Все сразу зашептались.

Я отвернулась от них и сползла на своем стуле.

Почему он так рассердился на меня за извинение? Он не хотел этого от меня? Я вызвала аварию, так что я извинилась. Чего ещё он хотел от меня? Он, в конце концов хочет, чтобы я оплатила ремонт за машину,? Может быть, он не хотел, чтобы его отец знал об этом.

Я закусила губу и мой взгляд упал на тетрадь, которую он оставил на столе.

Я потянулась за ней, не задумываясь, чтобы увидеть, что он чиркал там.

И я почувствовала, как на мои глаза навернулись слёзы, и они закапали на страницы.

"О, мой Бог... - прошептала я про себя.

Я прошлась по строчкам, и с трудом сдержала свои эмоции под контролем. Кто знал, что внутри самоуверенного Эдварда Каллена жил такой художник? И такие эмоции.

Я не ошиблась раньше.

Эдварду было больно.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.054 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал