Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






В этом же номере газеты помещена статья “Ловушка на индийском пути”, направленная против гуру Шри Ауробиндо.




В этом же номере газеты — материал “Не поддавайтесь на обманки!” — о магическом конгрессе в Новосибирске.

В этом же номере газеты статья “Ложь Алисы Бейли”.

В этом же номере газеты статья Н. Саныкиной “Современная школа в свете “Живой этики”” содержит резко критический выпад против секты “Юнивер”, руководимой Ж. Гавэром.

В этом же номере газеты статья А. Абрамяна “Сорванные листья” украшена таким пассажем: “Здесь уместно напомнить о тех ухищрениях темных сил, которые через журнал “Здоровье” и специальные книги вещают о “чудесах” лечения травами и цветами. Суть одна — чтобы целая армия двуногих ринулась на природу, истребляя ее”.

Миролюбию рериховцев также можно поучиться и на примере пятого номера “Знамени мира” за 1995 год. Здесь статья С. Семеновой против Штейнера и вальдорфской педагогики (“А король-то голый!”), и опять статья против теософки Алисы Бейли (“Хозяин Алисы готовит “зомби””); и исповедь на тему “Как я была хатха-йогом”, и фельетон против пятидесятников (“Сошел “Святой дух””); и заметка против целительницы Джуны Давиташвили (“Услуги черного мага”); и статья о черном оккультизме нацистской Германии с упоминанием о “черной тибетской секте “Агарти” и “темной секте Бон-по”, помогавших Гитлеру (“Оккультизм и нацистская Германия”).

Кстати, если читать Блаватскую, будет заметно, что с другими оккультистами и особенно спиритами-медиумами она полемизирует даже больше и ожесточеннее, чем с христианами. Это понятно: у теософии и спиритизма — общий круг возможных адептов. Человек, не знающий христианства и увлекшийся оккультным миром, — это уже потенциальный адепт теософии. И если он вдруг перехватывается какой-то иной группой — это воспринимается почти как потеря своего. Христиане же — это скорее внешняя среда для теософии. Ее надо потихоньку коррозировать и до времени избегать прямых конфронтаций.

Вообще-то я тоже все перечисленные оккультно-йогические феномены считаю черными. Но я ведь и не заявляю, что христианство вобрало в себя все религии. А рериховцы заявляют, что все, кто оккультирует хоть чуть-чуть иначе, чем они, — от сатаны, но вообще-то “мы очень веротерпимы” и лобызаем все духовные практики и все духовные пути. Так что христианство по крайней мере честнее теософии.

Итак, оккультисты обвиняют даже друг друга в нечистоте мистического опыта. Правда, когда я слышу эти их дискуссии, я на секунду становлюсь марксистом и полностью соглашаюсь с мыслью выдающегося российского демонолога В. И. Ленина о том, что “синий черт” ничуть не лучше “желтого черта”{1092}.



 

Впрочем, многообразие и взаимная полемичность разных оккультных течений не только создают им проблемы, но и помогают их решать, ибо обеспечивает стратегический простор для неоязычества. При неудаче той или иной школы всегда можно сказать, что это ведь не весь оккультизм, а только некоторая “еретическая” его часть. Провалилось мощно поддерживаемое “Белое братство” — и без всякого анализа истоков его вероучения все остальные оккультные секты сразу же заявили, что подлинный оккультизм не имеет никакого отношения к г-же Цвигун. Слишком заспешило к “новой эре” “Аум Синрике” — и запестрели сообщения о том, что ни буддизм, ни оккультизм не имеют к Секо Асахаре ни малейшего отношения[274].

Не знаю, сознательно или нет продемонстрирован раскол в российском рериховском движении, но с точки зрения стратегии это вполне перспективная ситуация[275]. Пока у власти в России западники — “западническая” Шапошникова будет ходить в друзьях правительства. Вернутся к власти коммунисты — и тут уже оккультокоммунисты из наследников Сидорова смогут выпрашивать правительственную же поддержку все для того же рериховского движения. Но их споры между собой — это тактические проблемы. Стратегия же одна и едина: оккультизм должен занять место христианства.

Впрочем, и искренняя борьба за лидерство и за выживание ведется в мире оккультистов. Не все оккультисты признают глубину теософских “прозрений”.

Рене Генон в 1921 г. опубликовал этюд “Теософия — история одной псевдорелигии”. В нем он пишет: “Если подумать, что эти лже-мессии всегда были лишь более или менее бессознательными орудиями в руках тех, кто за ними стоял, и если обратиться, в частности, к серии попыток, последовательно совершенных теософами, — то невольно напрашивается мысль, что это только попытки, своеобразные опыты, которые повторяются в различных формах, пока не будет достигнут успех, а в ожидании его приводят всегда к одному и тому же результату — сеют смятение в умах. Мы не думаем, что теософы и спириты в силах сами целиком выполнить такое мероприятие. Но нет ли за всеми этими движениями чего-то другого, более грозного, чего их руководители, может быть, и не знают, и чьими слепыми орудиями они, тем не менее, являются в свою очередь”{1093}. В свою очередь, о Геноне Рерих писала: «Генон - ненавистник буддизма и теософии. Имела его статьи по этому поводу и поражалась недомыслием и мелким чувством точно бы личной зависти и злобы против этих Учений»{1094}.



Популяризатор геноновской школы «эзотерического традиционализма» в России Ю. Стефанов питал «враждебное чувство к теософии, Рерихам, к особо презираемому Гурджиеву»{1095}.

Вряд ли можно назвать комплиментарной и ту характеристику теософии, которую дают Ж. Бержье и Л. Повель: “Все эти движения: современные розенкрейцеры, “Золотая Заря”, германское Общество Вриля (которые ведут нас к группе Туле, где мы найдем Гаусхофера, Гесса, Гитлера) были в большей или меньшей степени могущественным и хорошо организованным теософическим обществом. Теософия добавила к новоязыческой магии фрагменты восточной философии и индуистскую терминологию. Или, вернее, она открыла определенному люциферовскому Востоку путь на Запад”{1096}.

Жестким критиком теософии был проповедник неоиндуизма Вивекананда[276].

Несколько негативных отзывов о теософии, пришедших из антихристианских кругов, приводят Г. Померанц с супругой:

“В чем же причина неудач синтеза? Первое — это неполноценность мистического или религиозного опыта. В книге “Разговор Ауробиндо с Павитрой” передается вопрос Павитры: можно ли верить теософам, что они действительно экстрасенсорно разговаривали с древними учителями? Ауробиндо ответил, что теософы не обманщики. Им действительно казалось, что они разговаривают с учителями, но они оказались жертвой игры сил, которые называют витальными, — их иногда называют еще астральными; один из теософов будто бы разговаривал с ним, Ауробиндо, а он, Ауробиндо, никогда с ним не говорил и не думал того, что теософ воспринял. Второе. Слишком велика роль интеллекта. Во всякой религии интеллект, несомненно, играет роль. Апостол Павел был блестящим мыслителем, и много он продумал на чисто интеллектуальном уровне. Но только откровение создает ядро религии. Рудольф Штейнер, создатель антропософии, был слишком ученый для того, чтобы стать пророком. Его ум ученого направлялся к тому, что можно назвать “предметами по дороге”. Вспомним разговор с Рабийей (мусульманской визионеркой — А. К.). Ее спросили: “Что ты видела в раю?”. Она ответила: “Когда входят в дом, смотрят на хозяина, а не на утварь”. В антропософии слишком много сообщений “об утвари”, слишком мало чистого света вечности. Как религиозное движение антропософия смогла дать только новую секту”{1097}.

Кроме того, рериховские поправки к теософии понравились далеко не всем теософам. Так, например, А. А. Каменская, лидер Российского Теософского Общества в предреволюционные годы, потом, в эмиграции “не может принять нового учения – Учения Живой Этики, будет ярым противником Елены Рерих”{1098}. В конце же ХХ столетия стали появляться “эзотерические” книги, которые критикуют Рерихов… за их антихристианство. Так, петербуржский “эзотерик” Ю. Каптен, проанализировав рериховские тексты, итожит: “диагноз здесь виден — завуалированный для простаков, но четко прослеживаемый для других — сатанизм! Отмечу, что для подобного заключения, строго говоря, даже необязательно знать в совершенстве Бхагавад-Гиту и другие восточные Священные Писания: достаточно просто хорошо понимать Библию, ее суть и направленность. Собственно говоря, так и делает диакон Андрей Кураев в своей брошюре. Глубокого богословского анализа учение Агни Йоги просто не выдерживает”[277]. Проблема, однако, в том, что если в упоминаемой теософом брошюре, обосновывая вывод о рерихианстве как о скрытом сатанизме, я действительно опирался только на тексты Рерихов, то ведь еще более очевидный сатанизм предстает со страниц трудов Блаватской, которые равно авторитетны и для Рерихов, и для Ю. Каптена...

А вот впечатление человека, практикующего классическую йогу – В. Бойко: «Четверть века сталкиваясь с "Живой этикой", мне довелось неоднократно общаться с ее отдельными представителями. Поразительно то, что даже будучи надолго втянутыми в эту жесткую систему вероисповедания, никто из них не сумел решить насущные проблемы души и тела. Сначала, на первом этапе освоения доктрины, появляется некий смысл или его обещание, все незнакомое, перспективы блестящие, соратники и апологеты учения не жалеют красок - это стадия эйфории. Затем наступает период привыкания, начинается рутина - бесконечные сходки, переливания из пустого в порожнее, сбор материальных средств. И затем, после свершившегося оглупления, наступает вырождение, человек как-то выцветает внешне и внутренне, становится одномерно ориентированным, каким-то пришибленным. Жесткая психологическая ориентировка приводит к утрате прежних социальных связей, “специалист по этике” остается в ограниченном кругу духовных “братьев”. Думать ни о чем особо не надо, так как система объясняет все, интеллект же в бездействии деградирует. В то же время и разбираться в рериховских писаниях бесполезно, поскольку понять их нельзя, обнаруживается лишь бесконечное пережевывание мистической ерунды, соединенное с беспредельным гонором и фанаберией, постоянной оглядкой на бесконечных врагов, и неиссякаемой борьбой с последними, - налицо явный “привкус” неадекватности. По моим наблюдениям подобный способ интеллектуального и душевного зомбирования без выраженного ущерба могут перенести только люди с исключительно крепкой головой. И такие изредка встречаются, но в отличие от тупо верующей в “Живую этику” толпы они всегда заняты конкретной работой, например сбором материальных средств, их распределением, участием во властной структуре данной ячейки. То есть это прагматики, использующие систему в собственных конкретных целях… Можно было бы еще до какой-то степени оправдать сочинителей доктрины, если бы не своеобразная тональность этих заклинаний, какая-то их жуткая бесчеловечность и двуличие… Доктрина “Живой этики” насквозь пронизана абсолютным презрением к человеку, которого непрерывно, на тысячах страниц текста сомнительных достоинств поучают и запугивают как последнее быдло»{1099}. «Можно вспомнить «Агни-йогу» Рерихов с ее маниакальными заклинаниями и бесконечным противопоставлением себя бесчисленным врагам своей «духовности», не желающим следовать ей безоговорочно, с угрозами им и посулами кары небесной. Я думаю, что учение «Живой этики» осталось жить в умах только потому, что не подвернулась возможность воплотить его в действительность, так же как «Утопию» Мора или «Город солнца» Кампанеллы. К сожалению, никто до сих пор не задумался о том, во что вылилась бы «этика» Рерихов, если бы они располагали таким экономическим потенциалом реализации своей «духовности», как Гитлер»{1100}.

Как видим, не то что мировые религии - даже теософов и йогов учение Агни-Йоги не смогло убедить и примирить[278]. И даже личные ученики Рерихов не стали по настоящему единомысленными («Приходится писать всем отдельно. Вот куда завело разъединение! Скорпионов приходится рассаживать по разным банкам!»{1101}; это «за глаза»; самих же «скорпионов» Е. Рерих уверяет - «Я смотрю на Вас, как на детей моих»{1102}).

 

Теософия ограничивает себя, ибо она не соглашается принять очень и очень многие из идей, существующих вне ее круга. Значит, если использовать слово секта в том его смысле, который в него вкладывали основательницы теософии и рерихианства, то есть как синоним ограниченности и внутрирелигиозной полемичности, то придется сказать, что и сама теософия есть секта.

Я соглашаюсь с этим выводом. Но я не согласен с той посылкой, из которой он получается (в логике есть закон: “из лжи следует все что угодно”, то есть и из ложной посылки можно получить истинный вывод). Ибо несогласие одного человека с другим не есть признак сектантства. Любой живой и здоровый организм отличает – что ему впустить в себя и оставить в себе, а от чего посторониться или избавиться. Христианство поступает точно так же. И теософия ведет себя подобным же образом[279]. Так что если именно по критерию “ограниченности” теософы хотят определять сектантство, то они тогда вполне правомерно назовут православие сектой. Но в этом случае эту характеристику они должны будут отнести и к себе самим.

 

Из того, что теософы полемизируют с другими религиями следует, что с точки зрения теософов некоторый духовный опыт может быть расценен как недоброкачественный и даже опасный и, соответственно, как подлежащий исправлению или устранению. В перспективе социологии религии это означает, что теософы претендуют на власть над мыслями и переживаниями людей. И, значит, там, где им это удастся сделать не на словах, а на деле – там начнет функционировать религиозная организация.

 

 

РЕЛИГИОЗНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ У РЕРИХОВЦЕВ

На практике сегодня в теософском движении, кажется, нет ясной организации и иерархичности. Но необходимость существования такой организации, четко обособленной от остальных религиозных движений и подчиняющейся прежде всего и только своим собственным руководителям, организации, контролирующей образ мысли и чувств своих членов, в теософских книгах признается: “Не может быть преданности Владыке без преданности к Его избранным, ибо истинно, это было бы полным непониманием основ Учения и оккультных законов. Вы знаете из Книг Учения, “Писем Махатм” и Учения Мастера Иллариона, что условие преданности к Доверенным Владык есть непреложный закон оккультизма”{1103}. “Истинный ученик, когда чего-либо не понимает в действиях Учителя, все же умеет Ему доверять"{1104}, - «цементирует» Елена Ивановна сознание своих адептов.

Теперь, наконец, можно привести ту формулу рериховского учения, которая мне представляется ключевой при религиоведческом его рассмотрении: “Почитание Гуру есть путь к высшему Миру”{1105}.

Эмиль Дюркгейм считал что важнейшим критерием религиозного мировосприятия является разделение мира на священное и мирское . При этом он пояснял, что «под священными явлениями не следует понимать только те личные существа, которые называют богами или духами; утес, дерево, родник, камень, кусок дерева, дом, словом, любая вещь может быть священной»{1106}. Священные камни, символы и картины в жизни Рерихов были и в их учении упоминаются. Но главное не это. Феномен рерихианства требует дополнения формулы Дюркгейма: на священные и мирские могут делиться не только материальные предметы, но и человеческие личности. Есть люди-профаны, а есть «порсявшщенные» и освященные. Последние должны нарочито почитаться. Главный талисман рериховцев – сами Рерихи. Они наделяются в сознании адептов сакральными чертами: они знают то, что закрыто от других; они ближе к Высшему Миру, они несут в себе заряд энергий, необходимых для спасения всего человечества; они оказываются Путем, соединяющим Горнее и дольнее. Тут вполне уместен термин Мирчи Элиаде – «иерофания»{1107}, проявление священного. Николай и Елена Рерихи для ближнего круга и при жизни и после смерти были именно «иерофанией». Соответственно, почитание Рерихов, их имени и наследия оказывается религиозным долгом и все оно пронизано именно религиозным чувством. Не внешние действия, не манипуляции с внешними предметами находятся в центре агни-йоговского культа, но отношение к «Гуру».

Кроме того, адепт должен в конце концов сам в себе провести границу между светским и сакральным. Он должен в себе провести «трансмутацию энергий», перестроить себя в сверхчеловека (естественно, не самостоятельно, но при помощи «космических лучей» и «Космической Иерархии).

И поскольку именно связь со Сверхчеловеком, Иерархом является основой учения и соответствующей духовной практики, то и сама эта связь создает структуру социальных отношений, характерную именно для религиозной общины.

И в самом деле - настойчивые советы Агни Йоги о послушании космической Иерархии духов («Постоянные утверждения и повторения есть именно цементирование сознания сотрудников»{1108}), не могут не сказаться на реальном структурировании рериховского движения, ибо слишком уж резок ее акцент на необходимости подчинения и послушании.

В начале своей истории и теософское движение было достаточно четко структурированно — во всяком случае, если верить Елене Блаватской, которая писала в 1878 г. из Нью-Йорка: “По всей стране у нас сейчас свыше 1000 теософов. Вы ведь знаете знаки, пароль и тайное рукопожатие”{1109}. Но теософское движение в узком смысле этого слова (то есть кружки, признающие авторитет Блаватской, но не считающие труды Рерихов продолжением посланий «Белого братства») все же осталось достаточно аморфным и породило религиозно структурированную организацию.

Иначе - в рериховском движении. Это учение требует единства вокруг некоего духовного «Фокуса». В рериховских кружках и интернет-форумах идут постоянные полемики по вопросу о духовном преемстве и учительстве. Постоянно предпринимаются попытки централизации.

Например, саратовское отделение организации “Мир через культуру” приступило в 1995 г. к формированию Международного Центрального Банка Данных “Духовный потенциал”. В соответствующем “Письме-Обращении”, подписанном президентом Л. Ф. Морозовой, говорится: “В МЦБД найдут свое отражение сведения по общественным объединениям, центрам, организациям, государственным и негосударственным учреждениям, коммерческим, финансовым и иным структурам, деятельность которых непосредственно (или косвенно, в виде спонсирования) направлена на содействие эволюционному развитию Человека и Общества на основе признания Духовных Ценностей как единственно возможного реального пути выхода из кризиса... С созданием МЦБД появится реальная возможность эффективного использования потенциала региона, страны, планеты... Опросный лист организации. Форма №1а. 1. Полное название. 2. Вид организации (государственная, общественная, частная и т. д.). 8. Количество постоянных членов. 12. Установленные связи (сотрудничество). 14. Отношение к вхождению в общую информационную сеть”.

И если не “Иерархи”, то их “Избранные” уж точно, по убеждению рериховцев, есть на Земле – «Сибирское Рериховское Общество и его Иерарх Н. Д. Спирина» – говорит Л. Шапошникова о своей коллеге{1110}.

““Гордо, огненно будем нести имя, не только украшающее нас, но и дающее нам жизнь. Без этого имени все лучи Владыки рассеиваются” (Письмо Е. Рерих о Н. Рерихе). Мы знаем, что каждое физическое явление, каждое дело требует фокуса для централизации всех сил, то же самое происходит и на духовном плане. Поэтому невозможно рассчитывать на успех и приближение к Учителю, умаляя значение утвержденного Им духовного фокуса в лице Н. К. и Е. И. Рерихов, - фокуса, являющегося средоточием Его лучей”{1111}. “Будучи учениками Великого Владыки, Е. И. и Н. К. Рерихи в свою очередь являлись учителями по отношению к ближайшим сотрудникам, представляя собой следующее иерархическое звено в Великой Цепи, своего рода фокус Сил Света”{1112}. «Если человек становится частью Рериховского движения, то он должен знать, что это особое пространство имеет свой Фокус, который не избирается по своему усмотрению. И двух фокусов для одного и того же дела быть не может»{1113}.

И кто же стал этим единственным «Фокусом» и «Иерархом» после ухода Рерихов? - “Николай Рерих, а вслед за ним и Людмила Шапошникова это высочайший пример, сочетающий в одном лице крупнейшего мыслителя и радикального деятеля. Ее образ в жизни красноречиво подчеркивает цитата из ее же письма: “Мы живем в МЦР как на фронте. Все время воюем”. Несгибаемый борец, настоящий духовный лидер, творец и носитель нового мышления, ставший для многих главным авторитетом нашей смутной эпохи, Людмила Шапошникова неустанно зовет в будущее, вдохновляет и вооружает нас на этом пути”{1114}. «Неотъемлимые звенья в Цепи Иерархии – МЦР и Л.В. Шапошникова»{1115}. “К вопросу об Иерархии, который очень многих пугает. Может сложиться впечатление, что Международный совет предлагает вам иерарха в образе Людмилы Васильевны. Я знаю абсолютно точно, что у членов Международного совета нет ни грамма желания такое предложить уважаемому собранию. Речь идет о законе Фокуса. Закон Иерархии и взаимоотношения – вещи очень сокровенные, интимные, но как бы первый этап - закон Фокуса. Мы его должны осознавать. Это наше дело: воспринимать ли обозначенного Учителями человека или не воспринимать, но помощь обозначенному Фокусом обязана быть, если мы хотим выжить”{1116}. «Достойнейшая женщина на планете»{1117}. “Удивительные труды Л. В. Шапошниковой поднимают нас к осознанию сути современного этапа истории, выводят нас на новый уровень сознания”{1118}.

Такими словами, какими здесь характеризуется Л. В. Шапошникова, вице-президент и фактический руководитель Международного Центра Рерихов, обычно именуются именно гуру, “подлинные посвященные”, в единстве с которыми и в безусловном послушании которым их адепты видят залог собственного духовного преуспевания (“если мы хотим выжить”). Не думаю, что даже католики в словах, столь превыспренних стали бы выражать свое отношение к Римскому Папе…

Хотя Вилли Аугустат - один из рериховцев, прежде сам призывавший к железной дисциплине, а потом сам вставший в оппозицию к Шапошниковой, - так и сказал: «МЦР - Ватикан рериховского движения»{1119}. Причем логика вполне католическая: как особое место Папы объясняется среди прочего еще и тем, что он окружен святынями, связанными с «первоверховными апостолами Петром и Павлом», так и Шапошникова особо «энергетичена», потому что рядом с ней много талисманов: “Вы, уважаемая Людмила Васильевна, Охранительница Наследия – не “единиц хранения”, но самого Духа Учения, ибо находитесь среди бесценных реликвий, пришедших к нам будто не из прошлого, но из будущего! Вы пронизаны их вибрациями, Вы сумели их спасти, Вы - известная Воительница Света наших дней!”{1120}.

Отсюда следует и другой характерный принцип экклезиологии: религиозная организация в сознании своих членов должна строиться сверху-вниз: от чтимого адептами Источника к прихожанам-ученикам. Так и мыслит о себе христианская Церковь: Христос-Глава, конечно, первичнее (и в историческом, и в мистическом смыслах), чем церковное собрание, составляющее Его тело на земле. И снова видим ровно тот же ход мысли у рериховцев: «Находились такие люди, которые говорил, что если не будет рериховских обществ, то и не будет МЦР. Им предлагалось перевернуть схему – если не будет МЦР, то не будет и рериховских обществ. Мнение, что общества первичны, а МЦР вторичен в процессе освоения наследия семьи Рерихов стало распространенным заблуждением»{1121}. Понятно: это в демократических структурах власть делегируется снизу верх, от избирателей и низовых ячеек к управляющим органам. Но в иерархическом сообществе все мыслится иначе: Высшее недоступно абы кому, оттого и нужен фокус – линза, преломляясь в которой истинный Свет только и может дойти до людей. Фокус у рериховцев один. Значит, и Иерархия одна. И если Фокус носит имя Людмилы Шапошниковой – то все остальные должны не ей передавать свои полномочия, а от нее их получать. Иначе космическая энергия им не достанется…

Послушание Л. В. Шапошниковой с точки зрения рериховцев оказывается именно священным, сакральным: “Первым священным действом, объединившим всех собравшихся, стал подъем Знамени Мира… Право поднять Знамя Мира над столицей России участники конференции в единодушном порыве предоставили Людмиле Васильевне Шапошниковой”{1122}.

Несогласным с таким видением “Иерарха” приходится удалиться: “В течение часа меня “пытали” на тему: почему не признаю иерархом Шапошникову, а также ее “ближайшие звенья” на Земле? Здесь Борина усиленно намекала на себя, как Хакимова-Хмелева у нас в крае (все поделено на “иерархические зоны”)”{1123}. «Прозревшие безжалостно изгноняются из обществ. «Меч иерархии» незримо, но явно висит в воздухе. Часто горят свечки, идет цитирование параграфов Учения. В зал обращены давящие глаза «иерархов». Сердечные мысли, сомнения лучше не высказывать вслух, но потом и они гасятся, растворяются в энергиях «коллектива». Мысли начинают работать в «должном», заданном направлении»{1124}.

И тот, кто недостаточно верен и послушен, подлежит разоблачению как еретик и отлучению. Это в рериховском движении тоже уже есть. Рериховские общества, неподчинившиеся Шапошниковой должны перестать рассматривать самих себя в качестве рериховских - «Совет считает, что подобные общества (речь идет А.К) не достойны носит Почетные Имена Рерихов. Предлагаем Международному Центру Рерихов поставить вопрос относительно юридической правомочности таких организаций носить высокие Имя Рерихов»{1125}.

Или: «Открытое письмо Ярославского Рериховского общества к участникам конференции Живая Этика и наука будущего. В ходе подготовки конференции выявились принципиальные разногласия между организаторами в отношении к книгам Л. П. Дмитриевой. МЦР неоднократно заявлял о своем отношении к этим книгам как к профанации Учения Живой Этики и отмечал опасность ложного толкования идей Учения для изучающих наследие семьи Рерихов и Е. П. Блаватской. Как выяснилось, руководитель НИЛИПЭ А.В.Светлов не только разделяет идеи Л. П. Дмитриевой, но и способствует их распространению, игнорируя при этом авторитет и мнение МЦР. В программе конференции предполагалось несколько докладов, концептуально основанных на идеях Л. П. Дмитриевой. Ярославским Рериховским обществом было предложено изменить эти доклады. Однако, члены оргкомитета А. В. Светлов, Е. Г. Яковлева, С. Р. Аблеев и Т. А. Чумакова проигнорировали эти предложения. Вступив по этому вопросу в открытое противостояние с Ярославским Рериховским обществом, они вывели его из состава оргкомитета конференции»{1126}.

На несогласных можно наслать и милицию – «Во многих городах России, Украины и др. совместными усилиями администрации, органов юстиции, правопорядка и безопасности по инициативе рериховских организаций были закрыты выставки «Русь-Индия» Восточного рериховского общества «Урусвати»» {1127}.

 

С точки зрения многих рериховцев, изнутри знающих атмосферу в их движении, «МЦР – единственно возможный в социальном пространстве духовный центр (Фокус) Учения Живой Этики. Л. В. Шапошникова – «патриарх», любое слово которого является Истиной в последней инстанции, а любое распоряжение подлежит беспрекословному исполнению всеми последователями Живой Этики, как в России, так и за ее пределами. Никто не имеет право обсуждать слова и действия «патриарха»… Несколько слов надо сказать и о возможности ошибок в МЦР. Простите мне эту дерзость, но для исследователя не может быть запретных тем. Религиозно настроенные рериховцы такую возможность не допускают. Они думают, что каждый шаг в МЦР согласовывается с Великими Учителями. К сожалению, это невозможно по нескольким причинам, которые Л.В.Ш. хорошо известны»{1128}.

 

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.013 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал