Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Кто должен был стать преемником Сталина?




А теперь перенесемся в зиму 1952–1953 гг. Сталин мало появлялся в Кремле. Сталин и не думал отходить от дел.

На самом деле у него были серьёзные причины показываться на людях нечасто. После 17 февраля он вообще не приезжал в Кремль (почему – о том ещё будет речь). Не доверял он и врачам – впрочем, не всем без разбору. Вождь опасался не всех вообще эскулапов, а только кремлёвских. Берии он доверял всецело.

Итак, Сталин сидит на даче, там у него и кабинет, и зал заседаний, и туда к нему постоянно ездят четверо с государственного олимпа: Маленков, Берия, Хрущёв, Булганин. Всё время о чём-то совещаются. Молотов, Каганович, Ворошилов к тому времени с самой «верхушки» уже сняты, но продолжали пребывать на олимпе, вроде бы в запасе.

Совещалась «пятерка» помногу.

А теперь давайте попробуем предположить, какие преобразования мог готовить Сталин. Взглянем на состав «пятёрки». Мне он с самого начала казался странным. Это ведь не были совещания единомышленников, да и фигуры очень уж разновеликие. Сталин и Берия объединены общими интересами и замыслами, и Берия действительно очень крупный государственный человек. Маленков – первый заместитель председателя Совмина и, кроме того, явно находится «при Сталине», вместо Молотова. Булганин – заместитель предсовмина, хоть и фигура совсем иного масштаба, чем первые трое. Критерий тут простой: они во время войны были членами ГКО, а Булганин – всего лишь членом Военного совета фронта. Ну да ладно, в конце концов, он тоже заместитель Сталина. А что здесь делает Хрущёв? Кто он такой?

Хрущёв – партчиновник, перед войной «слетевший» с должности 1 секретаря МК на должность 1-го на Украине, в войну – член Военного совета фронта. Лишь в 1949г. он смог вернуть себе утраченное перед войной положение, снова дослужившись до 1-го секретаря МК и секретаря ЦК КПСС. Член Президиума ЦК? Да их, таких членов, 25 человек! Секретарь ЦК? Да в ЦК 11 секретарей! К Совету Министров ни малейшего касательства не имеет.

Так что же делал Хрущёв зимой 1952–1953 гг. на сталинской даче?

Он мог присутствовать там лишь в одном качестве: как «полномочный представитель» противной стороны, той политической силы, которой Сталин хотел обрезать крылья. А Булганин, кстати, кроме того, что заместитель Сталина, – старый, ещё по работе в Московском комитете партии, друг Хрущёва. Да и 26 июня он выступил на его стороне.

Вот теперь чётко прослеживаются «связки». Одна из них: Хрущёв – Булганин, за которыми стоит партаппарат. Вторая: Сталин – Берия, и при них Маленков, «писарь»… Маленков-то им зачем, какова его роль в сценарии, который придумывал для страны Сталин?



А вот в этом-то все и дело – зачем им Маленков и почему он участвовал в этих совещаниях по поводу грядущих преобразований! У него была своя, совершенно отдельная роль.

Вождь был уже стар и болен. Он не мог знать, сколько ему осталось, но не мог и не понимать, что случиться, в общем-то, может всякое. И должен был позаботиться о том, что после его смерти станет со страной.

В 1953г. только один человек мог быть преёмником Сталина. По той простой причине, что только один из окружающих вождя людей, по опыту работы и положению пригодных для поста главы государства, мог эту работу «потянуть» по деловым качествам и по интеллекту. Более того, управляя в 30-х годах Грузией, он продемонстрировал блестящие результаты. И, забегая вперёд, можно сказать, что и за свои «сто дней» он продемонстрирует не менее блестящие возможности.

Кстати, Берия частенько задерживался на даче после совещаний. Сталин передавал своему преёмнику опыт, готовя его для роли главы государства.

Однако у Берии имелся один серьёзнейший недостаток: национальность. Один грузин сменяет другого на троне Империи – исключено. Но ведь этот недостаток можно компенсировать простым приёмом – если сделать Берию первым по значимости, а по положению – вторым, поставив во главе страны слабую фигуру, ничего не значащую, но зато национальности правильной. Точно такой же механизм применялся в некоторых национальных республиках, когда во главе ЦК или обкома ставили человека коренной национальности, а замом к нему – русского, чтобы, значит, русский работал. По-видимому, для того и был нужен Маленков, который после смерти Сталина стал бы номинальным лидером государства, хотя бы на некоторое «буферное» время. Самостоятельную игру вести он не мог, не был способен, так что самодеятельности от него можно было не опасаться. А выждав положенный приличием срок, главой государства мог бы стать и Берия…



И, кстати, ему предстояло снова взять органы, для удобства и единоначалия объединив их в одно министерство, и ещё раз навести там порядок, а то игнатьевские спецы опять чёрт знает чего наворотили.

А что же делали на сталинской даче Хрущёв и Булганин?

Проводили переговоры.

Хотела ли партия власти? И да, и нет. Тогдашний аппарат – это уже не пассионарные (хоть и безбашенные) «старые большевики», а «элита» второго набора, сытая и ленивая. Её представители не собирались ничего преобразовывать, строить какой-то там «новый мир», у них не атрофировался даже инстинкт разрушения. И плевать им было, по какому курсу пойдет держава, их интересовало лишь одно: собственное положение в стране, старой ли, новой – безразлично. Так что с ними вполне можно было торговаться, тем более, что и у партийцев был прямой интерес договориться с «государственниками».

Тут уместно вспомнить послеленинское Политбюро первой половины 20-х годов, где Зиновьев, Каменев и Бухарин всячески воевали со Сталиным, требуя коллегиальности руководства. Когда Сталину болтовня осточертевала, он демонстративно предлагал свою отставку – справляйтесь, мол, сами. Тут же критики разворачивали оглобли, наперебой принимались уговаривать его остаться и, в конечном итоге, шли на его условия. Почему? Да элементарно! У них было своеобразное понимание «коллегиальности»: партийцы всем скопом будут руководить, а Сталин – работать, ибо у них были смутные подозрения, граничащие с уверенностью, что без вождя они управление страной завалят. Угроза отставки – это было то, чем смиряли своих соратников не только Сталин, но и Ленин, Мао, Иван Грозный и многие другие. И Берия вполне мог бы сказать соратникам: если я не нравлюсь, то уйду министром нефтяной промышленности, и разбирайтесь сами! Догадываетесь, что последовало бы за таким заявлением?

И это ещё большой вопрос – так ли уж страстно партия хотела государственной власти как таковой. А вот что у неё можно было вырвать лишь вместе со щупальцами – так это влияние. Вот она, мечта партийного секретаря любого уровня – руководить, но не работать, указывать, но не отвечать… Однако получить такое право они могли лишь из рук Сталина… или подобрать с его могилы.

После XIX съезда сложилась патовая ситуация: никто не мог взять верх. С одной стороны, в делах управления государством Сталину с Берией партаппарат конкурентом не был. В партийных креслах сидели отнюдь не дураки, они прекрасно понимали, что с управлением страны не справятся – как оно в итоге и произошло. С другой, партаппарат мог торпедировать любые преобразования. Сталин уже попробовал помериться с ним силами и проиграл в открытом бою. Идеальная ситуация для переговоров. И, скорее всего, той зимой на сталинской даче как раз и имели место такие переговоры о разделе сфер влияния. Поэтому-то и присутствовал там Хрущёв, хотя ему встречи такого уровня были явно не по чину.

Косвенно о том, что расклад сил был именно таков, говорит тот факт, что уже 14 марта на внеочередном пленуме ЦК Маленков, как утверждается в документах, «по его собственной просьбе» был освобождён от обязанностей секретаря, «имея в виду нецелесообразность совмещения функций председателя Совета Министров и секретаря ЦК КПСС». Для Сталина такое совмещение никоим образом не было «нецелесообразно», а Маленкову оно не годилось!

Теперь шло уже формальное разделение властей. Маленков оставался членом Президиума ЦК и даже председательствовал на его заседаниях, но реальной власти в партии больше не имел. Зато Хрущёв стал руководителем секретариата – фактически первой фигурой в КПСС.

На каких условиях они договорились со Сталиным, тоже можно догадаться: партийные об этом то и дело пробалтываются. Партии – кадры и пропаганда, Сталину и Берии – управление государством. Вероятно, Сталин изначально предполагал оставить партии одну лишь пропаганду, но, проиграв на съезде, пришлось отдать и кадровую политику. Это много, это огромное влияние, это коррупция и взятки, но тут уж ничего не попишешь, надо платить откупной.

А поскольку Сталин получал контроль над МВД, то партийные выторговали себе министерство обороны, которое прибрал хрущёвский друг Булганин. Поэтому-то и неудивителен тандем партийцев и генералов, который организовал расправу над Берией. Если б министром обороны оставался маршал Василевский, то пришлось бы приплетать к «заговору Берии» и его…

Говорят: мол, удивительно, как это соратники так быстро поделили власть после смерти вождя – уже к 5 марта без шума и пыли были проведены все назначения… Да потому и быстро, что никаких портфелей они не делили, а попросту автоматически реализовали уже готовый сценарий! Маленков стал предсовмина, Булганин – министром обороны, Берия – заместителем Маленкова и министром внутренних дел.

Лаврентий Павлович совершил одну ошибку – повел себя слишком уверенно. Кстати, его властность и уверенность после 5 марта тоже говорят о том, что он чувствовал себя первым в стране. Сценарий-то был, и в нём Берии отводилось место реального главы государства. Да, существование негласного договора подтверждается еще и возмущением соратников после его смерти – он, мерзавец, проталкивал чёрт знает какие решения, он нас заставлял… Заставишь их, как же! Нет, не заставлял их Берия, а проводил преобразования в стране, а когда заступал за границу раздела, ему бдительно указывали на место.

Ситуация была форс-мажорной, и Берию вполне могло иной раз заносить на поворотах. Хотя – а кого бы в такой ситуации не занесло? Но любые зигзаги корректируются элементарно, не стали бы его из-за «заносов» не то что убивать – смещать бы не стали: поговорили бы на Президиуме, одёрнули, показали, что он целиком и полностью в лапах аппарата, – и всё, притих бы и успокоился, снова стал бы прежним корректным Берией. Впрочем, имея представление о характере и уровне вранья, вылитого на жизнь этого человека, вполне можно утверждать, что не был он с соратниками ни грубым, ни высокомерным, что и грубость, и высокомерие были придуманы задним числом, как и всё остальное.

Думаю, вряд ли кто-нибудь из соратников претендовал на его место. В этом-то всё и дело, потому-то Берия и был так беспечен, что его место в государстве никому из партийных было не нужно. А стало быть, он находился в полной и абсолютной безопасности.

Что же случилось? Поведение Берии говорит, что он не ждал удара, всё произошло абсолютно неожиданно. Что он сделал не так?

А вот теперь пора вспомнить, какой вопрос должен был обсуждаться на том самом заседании Политбюро, где, по легенде, был арестован Берия и которое так и не состоялось.

На этом заседании Президиума Берия должен был говорить о бывшем министре госбезопасности Игнатьеве и, по всей видимости, получить санкцию на его арест.

Кто же он, этот Игнатьев? Чистопородный партийный чиновник. За одним исключением: в 1951–1953 гг. он был министром государственной безопасности СССР. Много чего там наворотил, устроил такое, что Берия, придя и увидев творящееся в органах, заявил: дескать, он пришел, чтобы искоренить «игнатьевщину». Но не в том суть. За игнатьевых не убивают. Чиновничество не один раз сдавало и более значимых для него людей, чем какой-то там секретарь ЦК.

Однако была у Игнатьева в пору его пребывания на посту министра госбезопасности и еще одна обязанность – ему подчинялась охрана Сталина. Кроме того: именно Игнатьев был человеком, полностью посвященным в обстоятельства смерти вождя. А его куратором был лично Хрущёв.

В последний раз Берия видел Сталина живым и здоровым в ночь на 1 марта 1953г., когда простился с ним после очередных посиделок на даче. В следующий раз они встретились уже при трагических обстоятельствах утром 2 марта.

28 февраля было совещание «под виноградный сок» перед заседанием Президиума ЦК, назначенным на 2 марта.

Из тех, кто охранял Сталина в эту ночь, в живых остался только Лозгачев. Хрусталев умер, еще два охранника покончили жизнь самоубийством вскоре после смерти Сталина.

Охрана ночью, после отъезда соратников, заметил, что Сталин без сознания. Тут же позвонили Игнатьеву, который через несколько минут примчался на дачу вместе с «кем-то» из партийной верхушки и врачом. Врач поставил диагноз – правильный, и сообщил его своим спутникам. А также дал прогноз: что будет, если оказать помощь немедленно, и что будет, если её не оказывать, допустим, сутки.

Потом охрана изо всех сил тянула время. А может и укольчики какие-нибудь делали, чтобы товарищ Сталин уж точно отправился в мир иной. Получает обоснование и непонятный визит Хрущева с Булганиным на дачу вечером 1 марта, когда они в комнаты не пошли. А чего им туда ходить? Вызвали Лозгачева: «Ну как?» – «Да всё так же…» – «Хорошо, продолжай в том же духе…» Перекинулись парой фраз и уехали.

Но кто бы ни срежиссировал спектакль, разыгравшийся на Ближней даче, сыграть его мог только тот, кому по долгу службы подчинялась сталинская охрана, не подчинявшаяся никаким членам Политбюро. Только Сталину и ему.

Одно можно сказать определённо: Берия узнал о болезни Сталина утром 2 марта, на даче появились медики. Ему, как и всем непосвященным, выдали какую-то версию, вполне логичную. Берия поверил и не стал проводить расследование.

Игнатьев приехал на дачу согласовать все версии «очевидцев», чтобы не было разночтения в показаниях. Естественно, приехал и «сам», которому тоже нужно было единство показаний, чтобы, упаси бог, ничего не заподозрил Берия, противостоять назначению которого на пост министра внутренних дел заговорщики, по-видимому, уже не могли.

 

В последний месяц жизни Сталин явно чего-то опасался. Как мы уже говорили, начиная с 17 февраля он не приезжал в Кремль. 17 февраля внезапно умер комендант Кремля генерал Косынкин, бывший телохранитель Сталина, беззаветно преданный ему человек. Вот после этой смерти вождь и заперся на даче.

Напомню, в 30-х раскрыли заговор не до конца. Остались заговорщики и в партии и в органах госбезопасности, благополучно пережив репрессии, а после войны заговор возродился в несколько новом качестве: в его политической части место «параллельной партии», сформированной оппозицией, занял партаппарат КПСС… ну, а военные остались военными. И все трое: Хрущев, Булганин и Игнатьев – были его участниками.

А Берия решил арестовать Игнатьева. Решил не как заговорщика, а просто как чекиста-костолома, как современный вариант Ежова. У Берии и в мыслях не было, что это решение приведет к роковым последствиям. Он не знал…

Но заговорщики-то знали! Поэтому в тот момент, когда 25 июня Берия сказал Маленкову, что собирается потребовать ареста Игнатьева, он был обречён. И действовать надо было быстро, нельзя было допустить, чтобы это заседание Политбюро состоялось. Потому что, по-видимому, Игнатьев не отличался твёрдостью, и после первого же допроса Берия узнал бы всё не только о смерти Сталина, но и о заговоре. А вот после этого он действительно поднял бы МВД и в ту же ночь арестовал всех подпольщиков. И чем закончится суд, сомнений не было.

Или Игнатьев, чувствуя свою уязвимость и не желая идти в тюрьму, а может, и к стенке, поставил своим подельникам условие: или вы меня спасаете, или я всех вас сдаю.

Тут уж было не до сценариев и договоренностей, тут речь шла о собственной жизни.

Это был, наверное, тот единственный случай, когда Хрущев мог решиться взять власть в государстве – спасая собственную шкуру. Тут уже не до головного мозга, одни конвульсии ужаса…

В результате этих событий вместо задуманного коалиционного правительства – партия аппарата и партия государства – к власти пришел аппарат, установив свою моночиновничью диктатуру.

Всё устроила группа Хрущёва (Москаленко, Баксов, Батицкий, Юферев и Зуб), связанная с ним по службе и группировавшихся в войсках ПВО.

Серго Бериявспоминает: Стена со стороны комнаты моего отца была выщерблена пулями крупнокалиберных пулемётов, окна разбиты, двери выбиты. А.Микоян разыскал меня и долго твердил о своей непричастности к гибели отца.

Жуков же, узнав о событиях, приехал в Кремль и включился в игру, чтобы не остаться на обочине.

После того, как Хрущёв победил своего основного противника и постепенно избавился от тех соратников, которые поневоле помогли ему 26 июня 1953г., он остался наверху один. Но не надо забывать, что в тот день вместе с маршалом Жуковым в Кремль приехал полковник Брежнев, а над обвинительным заключением по «делу Берии», в качестве представителя партийной команды, работал будущий главный идеолог СССР Суслов. После того, как Хрущева, в свою очередь, выкинули в отставку, паритет в «верхах» восстановился. Новое поколение аппаратчиков, в отличие от старого, сумело договориться…

В 1953-м блестяще удалось то, что не вышло в 1937-м – связка из партчиновников и военных «дуболомов» захватила власть в стране.

После 26 июня 1953г. в стране установилась диктатура партии, вскоре выродившаяся в олигархию, где роль олигархов играла верхушка партаппарата. Дальнейшее нам известно.

Никита Сергеевич, в азарте и ярости боя, принялся топтать поверженного врага, взваливая на него все мыслимые и немыслимые грехи, чтобы обелить себя перед страной и историей, чтобы никто и никогда не задавал никаких вопросов.

Людишки, стряпавшие процесс, ненавидели Берия дважды, даже трижды: как человека, рядом с которым чувствовали себя пигмеями, как врага их бюрократии, а также естественной ненавистью к человеку, для которого во главе угла стоял закон. Нарочитая беззаконность «дела Берии» происходила по воле продажных прокуроров, сводивших счеты с непродажным министром. Это старый психологический казус: почему подлецы с такой силой – до дрожи, до истерики! – ненавидят честных людей? Да и кроме того, он же наверняка всё время мешал им работать!

Так что этот процесс можно рассматривать и как демонстрацию силы новой власти, и как посмертную месть.

…А потом эйфория кончилась, и оказалось, что управлять государством далеко не просто. А лишенная сильного управления экономика стала разваливаться, а психологический удар, нанесенный ХХ съездом, надломил народ. Выморочная идеология не работала, а попытка возродить культ личности обернулась фарсом. Страна начала гнить, и быстрее всего гнила голова, победивший и взявший власть партаппарат.

Лаврентий Берия, как и Сталин, служил Советскому народу…

…Но жалкое зрелище представляет собой страна, позволяющая заваливать мусором могилы своих героев!

 

Михаил Крупин: ИСКРА: Основные из многочисленных достижений Лаврентия Павловича Берия:
1. Л.П.Берия, прекратил на Кавказе, партизанские войны против СССР. (В 20-е годы).
2. Кавказ сделал житницей, здравницей и промышленно развитым регионом.
3. Наладил для страны нефтедобычу.
4. Уничтожил пятую колону в НКВД и дипломатии.
5. Прекратил репрессии. Провёл реабилитацию.
6. Создал архивы, каждый документ сохранялся.
7. Разработал самую эффективную систему труда: Метод повышения эффективности труда — МПЭ. Сталинская артель — малый бизнес. ipolk.ru/blog/rusistoria/18222.html
Коллектив (колхоз, бригада, КБ, или др.) получали заказ от гос. структур, за конкретную стоимость. Заработок распределялся между участниками поровну, либо с коэффициентом участия — все вопросы решал коллектив, а не «директор» или хозяин.
8. Внедрил в армии и правительстве новую передовую связь. Это перед войной.
9. Начал строительство заводов на Урале. Подготовил площадки под заводы на Урале. (До войны).
10. Курировал добычу золота, полезных ископаемых, строительство стратегических заводов, например, по производству резины.
11. Превосходно наладил внешнюю разведку.
12. Руководил пограничниками, которые, практически все погибнув, задержали нацистов в первые дни войны. Защитники Брестской крепости — это не армия, это пограничники — Бериевские подчинённые.
13. Организовал оперативную перевозку заводов на Урал, в условиях войны.
14. Организовал формирование и переброску войск под Смоленск. Вынудив Гитлера снять войска с других направлений, в том числе и с Ленинграда.
15. Создал первым снайперское дело. (До войны). Командировал в армию своих снайперов из НКВД и показав их эффективность в бою, сумел доказать генералам, эффективность снайперов в армии.
16. Блестяще руководил защитой Кавказа, остановил и отбросил гитлеровскую армию.
17. Руководил снабжением армии и работами в тылу.
18. Свёл на нет всю нацистскую диверсионную работу в тылу СССР.
19. Руководил диверсионной работой в тылу у немцев.
20. Создал наш ядерный щит.
21. Создал ракетостроение.
22. Заложил основы космической индустрии.
23. Заложил основы развития мирного атома.
24. Сформировал внешний вид знаменитых московских высоток.
25. Заложил основу в сталинскую архитектуру. (Сталинские дома). Не только внешнюю, но и внутреннюю — Квартиры и дома, жить в которых, комфортно и удобно.
26. Подготовил, и был в шаге от начала грандиозного строительства Сталинского жилья нового поколения, по всей России.
27. С большим воодушевлением воспринял Сталинскую задачу, и сделал её своей целью: за 20 лет сократить рабочий день до 5 часов, с одновременной организацией доступности повышения политехнического образования и трудовой квалификации.
28. Расследовал факт и вышел на виновников смерти Сталина, за что и был убит.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.012 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал