Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Семь ступеней развития дракона упрямства.




Первая ступень: ребенок сталкивается с внезапными переменами без соответствующей подготовки к ним или предупреждения.

Вторая ступень: ребенку не позволяют делать самостоятельный выбор.

Третья ступень: ребенок исключается из процесса принятия его семьей решения.

Четвертая ступень: у ребенка растут негодование и страх перед потерей своей целостности.

Пятая ступень: ребенок учится оказывать сопротивление любым формам внешнего контроля.

Шестая ступень: ребенок утрачивает способность проводить различие между принуждением и предложением.

Седьмая ступень: в старшем возрасте ребенок замыкается на внутренней борьбе и учится оказывать сопротивление самому себе.

Первая ступень: ребенок сталкивается с внезапными переменами без соответствующей подготовки к ним или предупреждения.

Родители или воспитатели зачастую оставляют без внимания ту важность, которую имеют для ребенка предстоящие перемены и его потребность соответствующим образом к ним подготовиться. Иногда родители берут себе за правило не ставить ребенка в известность насчет своих планов на будущее, чтобы заранее не выбивать его из привычной колеи. К примеру, родители знают, что, сообщив ребенку о планируемой на выходные поездке за город, они тем самым вызовут его ненужное волнение, суету и приставание с бесчисленными вопросами. Чтобы всего этого избежать, родители выжидают до последней минуты и подхватывают ребенка под мышки уже перед самым выходом из дому. Возможно, такая тактика и помогает избежать лишних неприятных сцен, но в действительности оказывает ребенку плохую услугу. Никто не говорит, что воспитание детей — дело простое, но эти уловки, позволяющие избежать сиюминутного раздражения, подготавливают рождение гораздо больших проблем в будущем.

Нет необходимости ставить ребенка в известность за несколько недель до намеченного события: на такой долгий срок ребенок не способен заглянуть в будущее. Но сообщить ему о ваших планах на ближайший день-другой — и возможно, и желательно.

Иногда ребенок оказывается застигнутым врасплох каким-либо критическим для его семьи событием, и о нем забывают в связи с самой природой момента. Если с кем-то из родителей или старших братьев и сестер произошел несчастный случай и их торопятся отвезти в больницу, родственники могут не уделить ребенку достаточного внимания, не полностью поставить его в известность о происшедшем или, стремясь пощадить его психику, постараются сказать ему неправду. Это неудачная политика, и в течение длительного времени она просто не срабатывает. Ребенок не глуп, он подсознательно чувствует, когда что-то идет не так как надо. Ему непременно следует сказать о том, что происходит. За отсутствием фактов фантазия ребенка предлагает ему самые различные и, как правило, мрачные варианты случившегося, пока он пытается из обрывочных данных составить общую картину происходящего. При этом зачастую ребенок приходит к совершенно ошибочному заключению, будто он сам или его плохое поведение послужило причиной несчастного случая. Объяснения с ребенком могут снять с него чувство вины. Когда ребенок знает, чего ему ожидать, он учится доверять предстоящим переменам и начинает понимать, что жизнь сплошь и рядом состоит из неожиданных перемен, к которым он без труда может приспособиться.



Вывод и принятое решение: «Перемены несут с собой опасность и угрозу моей жизни. Я должен оказывать им сопротивление».

Вторая ступень: ребенку не позволяется делать самостоятельный выбор.

Ребенку в одностороннем порядке преподносится, что именно он должен делать. Однако с первых же дней в ребенке развивается осознание права личного выбора.

Этот выбор начинается с самых мелких вещей, таких, как брать или не брать ему ту или иную игрушку. Постепенно границы лежащего перед ним выбора существенно расширяются: выходить ли на улицу или не выходить, оказывать ли противодействие какому-то члену семьи и кому именно.

В ребенке развивается чувство целостности собственного тела. Он хочет сам выбирать, какую пищу вложить в свое тело и где его потрогать. «Это мое тело, — говорит ребенок, — и я должен иметь возможность делать с ним все, что захочу». Если родители говорят: «Ты должен съесть все, что у тебя на тарелке» или «Я не хочу больше видеть, что ты себя здесь трогаешь», — чувство личной целостности у ребенка подавляется. Когда ребенку предоставляется выбор, к примеру: «Ты можешь съесть немного пюре или горохового супа», — он, по крайней мере, знает, что у него есть власть принять какое-то решение. Конечно, ребенка следует научить, что почесывание гениталий за обеденным столом не соответствует нормам общественного приличия. Однако это оставляет за ребенком право выбора притрагиваться к себе в частном порядке. В конце концов, это их собственное тело.



Вывод и принятое решение: «Эти, которым предоставлено право командовать, воруют мою власть над собственным телом. Мне не позволяют даже владеть самим собой. Командование, авторитеты и начальство — это плохо».

Третья ступень: ребенок исключается из процесса принятия его семьей решений.

Развивающему в себе упрямство ребенку не предоставляется права слова в принятии решений, касающихся всей его семьи. Ожидается, что он будет послушно следовать принятому семьей решению. Чувства ребенка при этом в расчет не принимаются. Таким образом, ребенок подвергается эксплуатации, поскольку его собственное решение не является частью сделанного семьей выбора.

Достигая подросткового возраста, ребенок начинает ощущать естественное желание расширить свое влияние на все, что его окружает, пропорционально его увеличивающему свои размеры телу. Он хочет иметь возможность решать: ехать ли ему вместе с семьей на пикник или пойти в зоопарк. Если ребенок лишается права голоса в принятии подобных решений, у него пропадает и чувство обладания властью привнесения в окружающий мир каких-либо изменений. Каким образом предполагается, что ребенок вырастет человеком деятельным и инициативным, если эти качества с детства в нем подавляются? Если ребенок принужден постоянно делать то, что ему говорят, он неизменно приходит к выводу, что власть, авторитет — вещь отвратительная. В нем развивается чувство негодования, возмущения по отношению к любым проявлениям власти, а не доверие к ним. Это в еще большей мере становится справедливым, когда ребенок принужден контролирующими его родителями или учителями принимать участие в каких-либо конкурсах или соревнованиях, куда его включили без учета его собственного решения или желания. Ребенок, принуждаемый отцом отдать все силы для победы его команды в соревнованиях по бейсболу, чувствует утрату своей личной власти и потерю интереса к игре, которую прежде он так любил.

Вывод и принятое решение: «Я лишен всякой власти. Я не могу оказывать влияние на то, что меня окружает. Меня всегда заставляют и контролируют».

Четвертая ступень: у ребенка растет негодование и страх перед потерей своей Целостности.

Открытое неповиновение в ребенке берет свое начало как в отсутствии достаточной подготовленности к внезапным переменам, что является реакцией, основанной на чувстве страха, так и в лишении права голоса в принятии решений, касающихся его жизни, что является реакцией, в большей степени основанной на чувстве гнева. Результат обеих реакций один и тот же: открытое неповиновение и оказание сопротивления. Это является именно тем моментом, когда дракон упрямства начинает безоговорочно руководить действиями человека. Ребенок становится похож на упрямого осла: неуправляем, несговорчив и тяжел в общении.

Едва ли родители понимают, что они собственными руками вырастили это маленькое чудовище. Они не отдают себе отчет, что, оберегая чувство собственной целостности, ребенок тем самым борется за свою жизнь. Ребенок боится превратиться в бесхребетного, всеми помыкаемого червя, не способного постоять за себя в жизни. Сопротивляясь этому, он упрочивает свою оболочку, наращивает в себе каркас, несгибаемый, не поддающийся давлению со стороны. Чем большую сопротивляемость демонстрирует ребенок, тем более жестким воздействием отвечают его родители. Обе стороны оказываются втянутыми в бескомпромиссную борьбу.

Подобная ситуация порождает самые абсурдные наказания. Кто-то из родителей, например, приходит к решению, что раз его ребенок любит сыр, значит, именно сыр и является причиной оказываемого ребенком неповиновения. С этого момента ребенка лишают сыра. Следуя подобному сценарию, тут уж и родитель становится ребенком, используя для достижения победы нерациональный, детский подход к делу. А поскольку ребенок видит нерациональность поступков своего родителя, он утрачивает к нему всякое доверие.

Открытое неповиновение зачастую выражается в занятии отличающейся абсурдом противоположной позиции. Одному из инструкторов, ведущих в государственной тюрьме занятия по психологии, как-то пришлось иметь дело с невероятно упрямым заключенным. Чтобы подчеркнуть абсурдность ситуации, инструктор попросил весь класс встать. Упрямый заключенный, конечно, продолжал сидеть. Тогда инструктор попросил заключенного сесть. Тот, естественно, встал вместе с остальными. Так заключенный и весь класс выполнили просьбу инструктора. Держать под контролем и манипулировать упрямыми людьми очень легко, нужно только просить их о прямо противоположном тому, чего вы от них хотите.

Вывод и принятое решение: «Любой ценой сопротивляйся проявлению власти над собой, чтобы сохранить целостность собственной личности».

Пятая ступень: ребенок учится оказывать сопротивление любым формам внешнего контроля.

Чтобы выжить, такой ребенок должен любой ценой ограничивать проявление над собой внешнего контроля выражением «только через мой труп». Для оказания сопротивления столь значительным для него личностям, как родители и воспитатели, ребенок обрастает панцирем стальных мышц на подбородке, ногах и нижней части спины. Его мускулы словно говорят: «Тебе меня не сломить. Не заставить. Я никогда не сдамся. Прежде тебе придется меня убить». Ребенок становится совершенно непоколебимым, не способным идти на компромисс.

Таким образом, упрямый ребенок или взрослый человек замыкает себя в рамках определенного сделанного им выбора, способного привести к чудовищным последствиям. Если кому-то из окружающих удастся убедить упрямца в необходимости совершить нечто опасное и добиться его согласия, никакие доводы разума не заставят упрямца свернуть с выбранного пути, даже если он грозит привести его к гибели. Хотя подобное поведение является саморазрушительным, корни его лежат в упрямстве.

Глупое упрямство служит источником многочисленных сильнейших привязанностей к определенным образцам поведения и намеченным планам. Если ведомый драконом упрямства человек вбил себе в голову, что он непременно должен сделать что-либо конкретное, ничто не способно его остановить.

Мэри запланировала на ближайшее воскресенье купить себе новое платье к торжественному событию, до которого оставалось еще довольно много времени. К воскресенью ударили морозы, и дороги покрылись ладом, что сделало передвижение по городу крайне опасным. Муж Мэри попытался было отговорить ее ехать в магазин именно сегодня, ссылаясь на опасные для вождения машины условия и на то, что у нее предостаточно времени сделать покупку в любой другой день. Однако Мэри оставалась непреклонной. Она была убеждена, что муж просто пытается контролировать ее поступки и хочет оставить ее дома совершенно так же, как прежде поступала ее мать. Она решила ехать и по дороге в магазин врезалась в машину, лишь благодаря какому-то чуду не получив при этом тяжелых увечий.

Вывод и принятое решение: «Чтобы ни случилось — я не отступлюсь от принятого решения. Я не сдамся, иначе я просто умру».

Шестая ступень; ребенок утрачивает способность проводить различие между принуждением и предложением.

По мере взросления пораженный драконом упрямства ребенок все больше утрачивает способность проводить различие между небольшим выбором и большим несчастьем. После накопленного опыта, связанного с внезапными переменами и проявлением над ним чьей-либо власти, ребенок становится чрезвычайно чувствителен ко всему, что имеет для него признак возможной утраты способности выбора. Он учится принимать в штыки любое предложение. Таким образом, он преследует две цели. Во-первых, защищает себя от «плохих», облеченных властью структур, а во-вторых, защищает себя от предлагаемых перемен, которые могут не соответствовать его интересам. Однако, находясь под контролем дракона упрямства, ребенок теряет возможность проведения границы между дружеским предложением и прямым приказанием облеченного властью авторитета. Он уже не способен провести различие между безобидным советом перекрасить кухню и ведущим к несчастью предложением уйти из дому. Он становится негибким, не способным уследить за теми постоянными небольшими изменениями, которые и делают жизнь динамичной и интересной.

Выгод и принятое решение: «Все, хотя бы отдаленно напоминающее указание о том, как мне следует поступить, — плохо. Я должен оказывать ему постоянное сопротивление или говорить «нет».

Седьмая ступень: в старшем возрасте ребенок замыкается на внутренней борьбе и учится оказывать сопротивление самому себе.

Этот шаг оказывается решающим ударом, наносимым драконом упрямства, поскольку то, что начиналось как механизм защиты, превращается в причину мучительных страданий. Человек испытывает страдания от собственного упрямства, даже когда никто не заставляет его что-либо делать.

Генри решает устроиться на работу, оплачиваемую очень низко и несущую ему серьезные проблемы. Его непосредственный начальник любит приложиться к бутылке и на протяжении всего рабочего времени подвергает Генри словесным оскорблениям. Генри говорит себе: «Ну что ж: я сделал свой выбор. Теперь я должен жить именно так, не иначе». Друзья и родственники убеждают его, что для него вполне найдется более подходящее место, и даже сам Генри получил предложение работы с более высокой оплатой. Однако он упрямо отказывается сменить место работы. Он чувствует, что должен продержаться дольше своего непосредственного начальника и отстоять свое решение или умереть в этой неравной борьбе. Его не оставляет ощущение, что, уйдя с этого места, он признает свое поражение и в конечном итоге превратится в бесхребетного слабака. Следовательно, он должен остаться. Таким образом, единственный, кто причиняет ему страдания, это он сам.

В один из дней Генри простудился, но упрямо отказался признать, что заболел. Он продолжал работать до тех пор, пока не получил воспаление легких и не был отправлен в больницу. Упрямство одержало победу над личностью. Генри не прислушался к внутреннему голосу, убеждавшему его: «Иди домой и ляг в постель». Этот голос показался ему слишком похожим на голос матери, неизменно указывавшей ему, что делать. Единственной жертвой собственного упрямства опять-таки оказался сам Генри.

Выгод и принятое решение: «Теперь, когда я принял это решение, неважно — правильное оно или нет, я должен стоять до конца».


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.007 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал