Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 5. Наступило воскресенье, и это предрекало возвращение к работе




 

Наступило воскресенье, и это предрекало возвращение к работе. Чад сообщил, что он на больничном, из‑за чего у всех поднялось настроение. Хейли говорила, что воскресенье было самым длинным днем недели, и в этом был смысл. Работу проверяли всю, но немного было тех, кто бы проверял уборку номеров. Некоторые водители учили девчонок играть в покер, пока Кармен делала для нас угощения.

Я добровольно принималась за любую доставку еды, поскольку мне нужно было занять себя. Эдуардо и его группа субботней ночью в клуб не явились, поэтому у меня не было новой информации. Весь день я пыталась придумать способ, как подобраться к Эдуардо, но кроме простой тусовки в клубе, ничего лучше я еще не придумала.

Кармен дала мне знать, что у меня заказ, и я оставила игру в покер, чтобы забрать свой поднос.

‑ Куда же я собираюсь на этот раз, Кармен?

Она ухмыляется и подмигивает мне.

– Для этого тебе не нужны указания.

Здорово. Ксавьер. Я понятия не имею, что еще ему сказать. Кармен, должно быть прочитала беспокойство в моем молчании.

‑ Он спрашивает именно тебя. Ты, должно быть, произвела впечатление.

Я не уверена, что это хорошо.

‑ Он хороший. Мы говорили об искусстве, когда я была там в последний раз.

Она просто кивает и дарит мне понимающий взгляд.

‑ Не торопись назад. В любом случае сейчас перерыв на обед.

Затем она протягивает мне две большие корзины для пикника. Одна из них является прохладной на ощупь. Что‑то со льдом.

Теперь, когда я немного уже знаю путь, я могу сама взять машину, если не хочу ждать водителя. Кроме того, все они настолько были заняты игрой в покер и заигрыванием с девушками, что в любом случае, вряд ли кто‑то из них захотел бы подвезти меня.

Когда я добираюсь до бунгало Ксавьера, на двери записка, в которой говорится, чтобы я проходила к бассейну.

Мое сердце пускается вскачь, когда я засовываю записку подальше, и я приподняв подбородок, иду к французской двери, выходящей на заднюю площадку.

Каждое бунгало имеет свой собственный бассейн для плавания и спа. Площадь благоустроена большими тропическими растениями, которые дают гостям ощущение, что они одни на острове, и листва настолько плотно образовывает уединенное ограждение, что, по сути, оно таким и является. Гости могут делать все, что угодно, даже в бассейне, не беспокоясь, что люди из соседних вилл могут их увидеть. Я остро осознаю это, когда понимаю, что Ксавьер плавает в бассейне один, а обед заказал на двоих.

Он замечает меня, когда выныривает, чтобы глотнуть немного воздуха, и широкая улыбка озаряет его лицо.

‑ Я надеялся, что сегодня твоя смена.



‑ Действительно? И почему? ‑ Я не могу избавиться от кокетливого тона, из‑за которого мой голос дрожит. Удерживая себя под контролем, я начинаю распаковывать корзину для пикника на столик у бассейна, и переживаю, если этот обед предназначался для меня. Я слышу, как он выбирается из бассейна, и шлепает своими мокрыми ногами по бетону.

‑ Я думал, что пообедать вместе будет приятно.

‑ Часто ли тебе нужна помощь с обедом? – Слова выходят резче, чем я хотела, но я о них не жалею. Омары и шампанское не заставят меня стать одной из его Фишер Айленд завоеваний.

‑ Э, нет, я... ‑ его голос затихает.

Я поворачиваюсь к нему и вижу на его лице сдвинутые брови и лукавое выражение. Он, кажется, реально расстроен тем, что я сказала. Это единственное, что удерживает меня от нового взгляда на его голую грудь.

‑ Слушай, прости меня, Ксавьер. Я не хотела, ‑ Я делаю глубокий выдох. ‑ У меня были некоторые... семейные проблемы в течение последних нескольких дней. Это все удерживает меня на краю.

‑ Нет, я все понимаю. Ты, наверное, глядя на меня, думаешь о всяких ужасных вещах. Но я могу честно тебе сказать, что ты единственный человек, работающий в этом месте, с кем я когда‑либо обедал, и который не совсем в моем вкусе.

Я не могу ничего поделать, кроме как не засмеяться вместе с ним. Он продолжает вытираться, а я возвращаюсь к раскладыванию еды. Помимо прекрасных омаров на пару с маслом и лимоном, там имеется жареный красный картофель и французская зеленая фасоль, цитрусовый салат руккола, румяные булочки, и на десерт толстый кусок темного шоколадного слоеного торта. В холодной корзине находится бутылка шампанского, которая наверняка, стоит как пара дизайнерских туфель, и две бутылки минеральной воды, одна простая, а другая содовая. Я бросаю взгляд на Ксавьера, который, кажется, ждет моего одобрения. Улыбаясь я киваю, наслаждаясь пока могу великолепием его тела. Мой рот наполняется слюной, и это не от вида еды.



Ксавьер, надев мягкий, украшенный гербом отеля над сердцем халат, подходит к столу. Трудно не думать о нем, не надевшем ничего, кроме плавок.

‑ Ты сделаешь меня самым счастливым человеком на Фишер‑Айленде, пообедаешь со мной?

‑ Как может девушка устоять перед таким предложением?

 

#

 

Сначала это трудно, расслабиться, наслаждаться едой и компанией. Я продолжаю думать, как я должна с этим справиться. Ксавьер не входит в мои планы. Но идеальная температура, небо, полное пушистых, белых облаков, и еда – абсолютно прекрасно. И честно, я не смогла по‑настоящему расслабиться и наслаждаться жизнью, поскольку Илай умер. Мне нужно снова начать жить, и, похоже, это лучшее время. И в такой спокойный рабочий день, я даже согласилась пригубить немного шампанского.

‑ Ты догнала своих друзей в ту ночь, когда оставила меня с разбитым сердцем на обочине?

‑ Он глубоко вздыхает, а затем улыбается, не в силах удержать свои пухлые губы. Опять же, я не могу удержаться от смеха. Очень трудно держаться от него подальше, он полностью отвлекает меня от грустных мыслей, что обычно переполняют меня в тихие моменты.

‑ К сожалению нет. В итоге я поехала домой, ‑ я наколола кусочек картофеля и остановилась, удерживая вилку в воздухе. ‑ Я уверена, что ты нашел кого‑то, кто облегчил твое бедное сердце. В пятницу, в клубе было полно великолепных женщин.

‑ На самом деле, я тоже пошел домой, ‑ добавил он на мои приподнятые брови, ‑ Один.

‑ Но ты, разве не только что приехал туда, когда я столкнулась с тобой?

‑ Да, но я упустил тех людей, с которыми я планировал встретиться, и не чувствовал необходимости следовать за ними.

Он берет пальцами кусок омара и окунает его в растопленное сливочное масло. Когда он подносит его к своим губам, он смотрит на меня, и не отворачивается, пока облизывает свои пальцы. Я мысленно стряхиваю свое воображение и возвращаюсь к еде.

‑ Все равно эта ночь не принесла бы удовольствия, ‑ он пожимает плечами.

‑ Ой? Это еще почему? ‑ Я делаю глоток шампанского и борюсь изо всех сил, чтобы проглотить его, когда он отвечает.

‑ Я посадил в такси единственную женщину, с которой хотел провести время.

Я не уверена, как на это реагировать. Моя способность подшучивать над ним зашла в тупик. Он нарушает тишину.

‑ Я не думал, что ты такая тусовщица.

‑ Ну, есть много вещей, которые ты обо мне не знаешь, ‑ это вовсе не кокетство, и я рада осознать, что мой мозг переключился обратно. Я должна оставаться такой же резкой, чтобы соответствовать его уверенному обаянию.

‑ Очень верно. Я бы хотел узнать больше. Например, что ты любишь делать, когда ты не работаешь или не зависаешь в «Ultra».

‑ Есть ли еще какое‑либо место, где я должна зависать?

‑ Ты всегда можешь тусоваться здесь.

Я ухмыльнулась.

‑ Это место настолько великолепно, что я бы могла брать тебя с собой.

‑ Аучь! – Он, дурачась, ткнул ножом в сердце. ‑ Ты любишь меня только за мою виллу? Это больно, Николь.

‑ Ну, это довольно удивительная вилла, ‑ я откидываюсь в кресло и вздыхаю. ‑ Я не представляю себе, как можно так жить все время. Это волшебно. Ты должен много работать, ‑ осознание, что я только что сказала, встревожило меня, но Ксавьер, не сочтя это грубостью, отвечает на мой вопрос.

‑ Я тяжело работаю, но плюсы того стоят.

‑ Я никогда даже не спрашивала. Какой у тебя бизнес?

‑ Я – инвестор, ‑ он делает глоток шампанского, прежде чем ответить. ‑ Я начал свой путь с ничего, и я сделал много ошибок на этом пути, но теперь у меня есть множество безопасных инвестиционных проектов.

‑ Похоже, ты в выигрышном положении, ‑ говорю я.

‑ Я не знаю, я бы сказал так, ‑ Ксавьер пожимает плечами. ‑ По правде говоря, это тяжелая работа, с ненормированным рабочим днем, и это не всегда весело, поэтому я хотел взять тайм‑аут, чтобы насладиться преимуществами тяжелой работы, как напоминанием того, почему я делаю то, что делаю.

Сейчас, его взгляд далек. Я не удивлюсь, если он одинок, и он хотел бы скрасить одиночество, но я быстро избавляюсь от таких мыслей в своей голове, которые направляются во все не очень правильные места. Я могу ему нравиться, но это не означает, что он хочет быть со мной.

‑ Говоря об этом, я должна оставить тебя, чтобы ты насладился преимуществами, ‑ я встаю и начинаю выставлять остальные блюда из корзины. ‑ Я позову кого‑нибудь забрать все это в ближайшее время.

‑ Ты должна остаться. Поплавай со мной.

Я улыбаюсь ему.

‑ Звучит заманчиво, но я должна вернуться к работе.

‑ Кармен сказала мне, что ты могла бы остаться. Сказала, что так вышло, и сегодня она твоя начальница.

Кармен собирается получить нагоняй, когда я вернусь на кухню.

‑ Это она вам сказала, да? Она должна была планировать лучше и принести мне для работы купальник.

‑ Кому нужен купальник? ‑ Он усмехается.

Я неловко смеюсь.

‑ К сожалению, я не рассматриваю раздевание, по меньшей мере, до четвертого свидания.

‑ Так это было свиданием?

Моя кожа вспыхивает, и он смеется.

‑ Ты очень сексуальна, когда краснеешь, Николь.

‑ Это говорит человек, который, когда я вижу его, не всегда одет.

‑ Если ты предпочитаешь, я могу быть раздетым, когда я увижу тебя в следующий раз.

Идеальная температура на улице не может охладить меня.

‑ Ладно, любовничек. Давай отложим эту дискуссию до момента, когда мне не нужно будет возвращаться на работу с кучей сплетен.

‑ Какая же ты скучная, ‑ он усмехается. ‑ Но в следующий раз, мы возобновим разговор с того места, где остановились.

Я машу ему и кланяюсь.

‑ Если ты не возражаешь, прежде чем вернуться к работе, я хотела бы воспользоваться твоей ванной, чтобы освежиться.

‑ Конечно. Я буду здесь, наслаждаться преимуществами. Печально, что ты не будешь заниматься этим вместе со мной.

Когда я вхожу в ванную, я соскальзываю вниз, на травертинскую плитку (прим.пер. белый итальянский известняк). Мое тело ‑ это один гигантский нерв, ожидающий освобождения, но, я не собираюсь давать ему то, что он хочет. Соблазн позвать его в комнату, слишком велик.

Холодная температура пола просачивается сквозь мою кожу, и в итоге я начинаю чувствовать себя более нормально. Я недолжна так быстро, и так сильно поддаваться влиянию мужчины. Он как наркотик, я знаю, что он под запретом, но не могу ничего сделать со своим желанием. И он не скрывал того факта, что он также хотел меня. И почему не может быть такого, что у него в каждом городе есть по девушке, а я не хочу быть просто еще одной в длинном списке. Я с этим борюсь как могу, но я не знаю, как долго я смогу сдерживаться.

 

#

 

Когда я открываю дверь ванной, Ксавьер говорит по телефону. Как только я вхожу в гостиную, он бросает на меня взгляд и тут же отворачивается.

‑ Я сказал, что я разберусь с ним. Я всегда так делаю, и ты это знаешь, ‑ он отключает телефон и бросает его на диван. Я стараюсь разрядить свое разочарование улыбкой.

‑ Я возвращаюсь на работу, и спасибо за обед.

Он не отвечает, просто продолжает стоять ко мне спиной. Я смотрю на его вздымающиеся плечи, пока он, успокаиваясь, делает неглубокие вдохи.

Ксавьер стоял между мной и входной дверью, так что я прохожу мимо него. Если я сейчас повернусь и посмотрю на него, я знаю, что не смогу уйти. Но он заботился обо мне. Он берет мою руку и поворачивает к себе лицом. И как только мы встречаемся глазами, он, толкнув меня, прижимает к стене. Его тело врезается в меня, когда он поцелуем впивается в мой рот.

Его поцелуй горячий, а язык агрессивно играет с моим. Его руки ласкают меня, и я, обняв его за шею, зарываюсь руками в его густые, темные волосы. Я притягиваю его к себе ближе. Мне нужен этот поцелуй также, как воздух. Глубже, сильнее. Мое тело трепещет. Когда он начинает целовать и покусывать меня вдоль шеи, это становится слишком.

Затем он расстегивает две верхние пуговицы моей рубашки. Спустя секунду, лифчик опущен, и он втягивает сосок в рот, облизывает и сосет его, его зубы покусывают и отправляют электрический ток прямо к моему клитору. Я испускаю стон, и чувствую, как наливается его член. Я осторожно царапаю ногтями его затылок, когда он нежно посасывает.

‑ Тебе это нравится? Я думал об этих великолепных грудях весь день. Пока ты сидела за столом, я представлял, как подойду сзади и схвачу их. Тебе бы это понравилось?

Он не стал дожидаться ответа, но принял мои стоны удовольствия как достойное приглашение. Он прижался ко мне сильнее, его язык горячий и влажный на моих сосках, и каждое мгновение контакта толкает меня дальше через край.

Я задыхаюсь, от такого всепоглощающего желания большего. Я совершенно забыла, почему это плохая идея. Мне плевать. Я просто знаю, что должна получить его.

Покусывая шею, он нежно проводит ладонью по моей заднице. Другой рукой, он сжимает мой сосок и это напоминает мне, что я почти обнажена. Быстро расстегнув пуговицы на рубашке и распахнув ее, расстегивает лифчик. Он наклоняется ко мне и возобновляет поцелуи, посасывает и слегка покусывает мои соски. Прохладный воздух и горячий рот, на моих сосках, сделали их настолько твердыми и набухшими, что это почти причиняет боль. Но когда он щипает их, а затем мягко зажимает, я издаю вздох, и я не знаю, что могу с этим сделать. Я начинаю постанывать и мурлыкать, как котенок, когда он ласкает мою грудь своим ртом.

Мне нравится чувствовать его язык на себе, кожу его спины, как я подталкиваю его к себе. Мне нужно больше, и я не в силах терпеть.

‑ Пожалуйста, ‑ боль в моем голосе равносильна боли в моем теле.

‑ Пожалуйста, что? ‑ Его глаза темнеют от похоти.

Я нервно сглатываю, мое горло пересохло.

‑ Я хочу... – Но я не могу этого сказать.

‑ Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя? ‑ рычит он.

‑ Боже, да.

Без предупреждения, он поднимает меня, и я обхватываю его ногами, притягивая его эрекцию к своему пульсирующему клитору, отделенному только тонким слоем ткани. Мое тело начинает биться в судорогах, но все останавливается, когда он кладет меня на край стола и контакт разрывается. Я издаю недовольный стон и выгибаю спину, чтобы попробовать соединиться еще раз. Но у него есть другие планы.

‑ Пока нет, красавица. Я достаточно скоро дам киске то, что она хочет.

Он расстегивает мои шорты и быстро снимает их. От нетерпения и контраста прохладного воздуха с моей горячей кожей, я становлюсь еще влажнее, и когда он просовывает большой палец под мои трусики, нещадно дразня меня, я издаю стон блаженства.

‑ Тебе это нравится? ‑ шепчет он.

Я в ответ, я лишь плотнее прижимаюсь к его руке. Он большим пальцем потирает клитор, и мое дыхание снова ускоряется. Я извиваюсь под его рукой, в надежде, что введет пальцы внутрь меня.

Мне нужно почувствовать его там, сильно, глубоко, и во власти, даже если это палец, а не его член. Он удерживает меня, лаская и сжимая мою киску своей рукой.

‑ Пожалуйста, ‑ бормочу я. ‑ Пожалуйста. Трахни меня.

Ксавьер крепче сжимает мою киску, используя запястье руки, оказывая давление на мой клитор, тем временем, как его пальцы слегка касаются моей задницы. Восхитительное ощущение, все еще интенсивное поддразнивание, заставляет меня гореть еще больше. Он удерживает давление, и я трусь о его руку. Я не осознавала, как сильно я в этом нуждалась. Нуждалась в нем.

Он смотрит на меня, наблюдает, как каждое движение его руки приближает меня к оргазму. Я стараюсь подтянуть его к себе, хватаясь за пояс халата, достать его жесткий, выступающий член, но он отталкивает мою руку прочь.

‑ Сегодня ты, Николь.

Простой похоти в его голосе достаточно, чтобы отправить меня к краю взрыва. Он оттягивает мои трусики в сторону и позволяет воздуху ударить по моим распухшим, полным половым губам, и я не могу сдержаться. Я ахаю, когда он всовывает в меня два пальца, и я начинаю дрожать. Я такая мокрая, и там нет препятствий, только желание, и с его губ, одновременно со мной, срывается стон.

‑ Боже, ты такая мокрая.

В ответ, моя киска сжимается вокруг его пальцев, и я чувствую, как мои внутренности дрожат. Его ладонь растирает мой клитор, и этот дискомфорт настолько сильный, что у меня мгновенно начинается головокружение.

Он пальцами трахает меня, будто используя свой член. Это настолько хорошо, что я начинаю бредить. Я всхлипываю и стону от каждого его толчка, от ласк его руки, его пальцев, также трахающих мой рот. Я хочу каждую частицу его, все, что смогу взять.

Он продолжает скользить в меня снова и снова, и давление настолько приятное, что я больше не могу думать. Я уплываю на свой собственный остров, где никого нет вокруг, чтобы услышать, как сильно я кончаю, как никогда раньше, мое тело сотрясается от удовольствия и желания, как я отпускаю все, что приносило мне боль и так долго удерживало меня вдали от настоящей жизни. Ксавьер не останавливается, даже когда я думаю, что я больше не могу это вынести. Я, в конечном итоге, взрываюсь еще одним оргазмом, когда он кружит своими пальцами внутри меня и входит в мое сладкое местечко. Я снова пытаюсь дотянуться до него, но он не позволяет мне прикоснуться к нему.

Я не думаю, что у меня хоть что‑то осталось. Но он вынимает пальцы и облизывает их, наблюдая за мной, чтобы увидеть мою реакцию. Я наполняюсь желанием.

‑ Я больше не могу ждать, чтобы попробовать тебя, Николь, ‑ шепчет он мне на ухо.

Он протягивает руку, чтобы помочь мне подняться со стола и ставит на место, застегивая мой лифчик и рубашку. А я делаю лучшее, что могу со своими волосами, он поднимает с пола мои шорты, и удерживает их в шаге от меня.

Когда я уже одета, он проводит по моей щеке рукой.

‑ Поужинай со мной. Сегодня вечером.

‑ Что? – После этого эпического оргазма мой мозг все еще медленно работает.

Он, должно быть, прочитал мои мысли, потому что он отвечает:

‑ Ужин. Ты. Я. Сегодня вечером. Мне нужно увидеть тебя. Говорить «нет» не вариант. Я возьму машину и заберу тебя, просто дай мне адрес.

Я даю его ему, и направляюсь к двери, не зная, что только что произошло. У двери, он дарит мне долгий, нежный поцелуй.

‑ До вечера.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.017 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал