Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






ЮНАЯ ЭЛЬФА ПО ИМЕНИ ИМА




/ IMA ALFA-STULKA /

(из рукописи Йоуна Сигурдассона со Ньёрдова залива, область Мюли, восток Исландии)

 

Сына Гвюдмунда звали Йоун и жил он на мысу Беру-нес что в Рейда-фьорде, во времена правления той областью Йоуном Торлакссоном. О самом сыне Гвюдмунда ходит невообразимое количество странных историй — рассказывают, например, что был он необычайно сведущ во многих вещах и занимался к тому ж ворожбой и колдовством. (Что само по себе всё же не было редкостью в те дни.) Ничего не известно ни о его предках, не о потомках[23]. Йоун вырос в Беру-нес'е и, когда достаточно повзрослел, доверили ему пасти скот.

Говорят, что однажды был он с отарой в начале узкой долины на холме, который прямёхонько над его хутором. Является ему тут некая юная дева и заводит игривую беседу. Он спрашивает как её имя. Она отвечает "Има", и далее утверждает, что отец её и мать владеют целым имением "вон там, где стоит холм. " Она была необыкновенно мила с Йоуном и неожиданно подробно поведала ему обо всех делах в доме своего отца. Между прочим обмолвилась она и о том, что отец её владеет книгой, которая полна всякого рода сокрытых знаний и что многое можно узнать из неё, и непременно тот сделается "крафта-скальдом"[24], кто получит возможность её прочитать, и ничто не сможет застать его в расплох.

— Не можешь ли ты добыть для меня эту таинственную книгу? — тотчас спрашивает Йоун. — Очень хочется мне узнать что-нибудь из того.

— Ах! Это почти невозможно, — вздыхает Има, — ибо отец бережёт её как зеницу ока.

Но всё-таки Йоун был чрезвычайно настойчив и всеми правдами и неправдами понуждал проговорившуюся девушку достать ему чудную книгу, хотя бы на самое короткое время, для чтения.

— Ну чтож, будь по твоему, — соглашается она наконец, — ведь готова я на любое, лишь бы заслужить твою любовь. Рискну я заполучить этот фолиант для тебя. Но учти! Если только отец мой узнает об этом, не жить мне с того мгновенья ни минуты.

После, пробыла она подле Йоуна до вечера, до тех пор, пока не погнал он отару назад.

На следующий день приходит она с книгой и была та воистину удивительна. По мнению людей знающих, происходила она из того редкого рода эльфийских книг, прочесть которые могли лишь люди обладающие даром духовиденья[25], для всех же прочих её пергаментные страницы навсегда оставались девственно чисты, будь то при ярком свете солнца, трепетном пламени свечи или лунном сиянии.

Просила Има Йоуна быть верным своему слову и условилась с ним, что вернётся за отцовской книгой в конце двухнедельного срока. Йоун обещал это с готовностью и всячески оказывал ей знаки внимания, и вообще вёл себя с ней весьма и весьма благосклонно.



И вот, приходит Има в назначенное время и просит отдать ей книгу, повторяя опять, что жизнь не только её, но и его окажется под угрозой, если вдруг всё откроется. Однако Йоун покачал головой и говорит, что мол ему никак теперь не обойтись без этой чудной книги, а значит никогда он с ней не расстанется. Дрожа, обвила руками Има его шею и зарыдала.

— Заклинаю! Не предавай моего к тебе доверия! — умоляет она.

Но Йоун на это и бровью не повёл.

— Не помогут тут тебе ни слёзы, ни мольба, — равнодушно замечает он, — ибо всё равно не намерен я оставаться без сокрытой в книге премудрости.

Замолчала Има. Поднимает затем она заплаканное лицо и сверкнув вдруг очами говорит:

— Скверно поступаешь ты сейчас, Смертный! Ведь жизнь моя отныне на волоске!... И всё ж, не в силах я воздать тебе по делам твоим. Увы! Не преодолеть мне своего чувства!

Tак оставила она его печальна и гневлива. И с тех пор зовут Имы-долом то место где свиделись они дважды.

Через некоторое время после всех этих событий, а точнее зимой, не задолго до Рождества, снится Йону будто бы одной ночью является ему незнакомец, приветствует его и говорит, что пришёл затем, чтобы предупредить о нависшей опасности.

— Советовал бы я тебе на Рождественскую ночь повнимательнее последить за имовой книгой, да и за своей головой в придачу, — молвил он, — ведь открылась сейчас правда и пробил час возмездия. Отец Имы твёрдо решил покарать тебя. Нас будет четверо: хозяин с хозяйкой, Има и твой покорный слуга. Предостерегаю я тебя об этом потому только, что самая жизнь не мила больше мне. Был я тоже когда-то рождён смертным, да попал против желания к этим эльфам[26] ...Итак, слушай! Ближе к полуночи навестим мы твой хутор. Ты должен сидеть на возвышении в главной комнате и иметь острый тесак под рукой. Как только ты услышишь лёгкое прикосновение к двери — действуй быстро: беги в проход и убей первого, кого ты там увидишь, а затем всех остальных. Я постараюсь устроить сутолоку и встать перед тобой так, чтобы большинство их ударов досталось мне. Уверен я — выйдешь ты победителем из этой схватки. Выживу и я. Но весь израненный. Так помни и о том, чтоб поскорее избавить меня от мучений от ран — не хочу я жить боле. Когда ты убьёшь непрошенных гостей, выволоки всех долой с хутора, затем сожги их тела. И не забудь! Успей закончить до рассвета.



Сказавши это исчез незнакомец, а Йоун проснулся.

На Рождественскую ночь ушёл весь народ в церковь, Йоун же остался дома один. Затем произошло всё именно так, как предсказал ему незнакомец из сна. Йоун вспоминает эти события в драматическом вступлении к одной из своих баллад, где утверждает он:

 

То ведомо было Создателю, что в тяжкой беде я был,

в тот миг, когда четверо, кознями,

коварные, нечистыми, нелюди

осилить меня удумали.

 

Постскриптум переводчика:

 

Чудная эта эльфийская книга, разумеется, осталась у Йоуна, откуда он и почерпнул видимо большую часть своей мудрости. Куда она задевалась после его смерти?

Наверное, её можно было обнаружить среди прочих магических сборников, рукописей по ворожбе и ветхих фолиантов полных чар в книгохранилище какого-нибудь монастыря, церкви или на крупном хуторе. И наверняка, там позже, увы (как было довольно часто в те времена), произошёл пожар, так что и десятой доли не дошло до нас из того, что хранилось в его коллекциях.

Или же, что ещё печальнее, книга эта так или иначе попала в руки какого-нибудь обыкновенного человека и тот, не ломая (понапрасну) головы, почему мол она, хоть и полноценно-оформленная снаружи, лишена по странности главной своей части — содержания, либо написал поверх "эльфо-рун" на чистых, как ему казалось, пергаментных страницах её что-то своё, либо же употребил в хозяйство: обернуть что-нибудь полезное, а то из суеверного страха и вовсе сжёг.

Однако впрочем, до сих пор, исландские мудрецы нет-нет да и найдут какую-нибудь неучтённую рукопись. Вот и "Сага о Хрольве Жердинке и его дружинниках" тому пример...

 

Краткое примечание.

 

В этом рассказе упоминаются таинственные книги эльфов. Как пишет о том Йоун Гвюдмундссон Учёный: "Люди с даром духовиденья свидетельствуют, что внутри оформление их подобно старым рукописям иров (т.е. ирландцев), только с золотыми буковицами; и всё там изумительных цветов, с изящной вязью и орнаментами внутри и снаружи нарисованными" ("Tidfordrif"). То же вторит ему шотландский священник Роберт Кирк в 1691 году, замечая что "[эльфы] имеют много прекрасных и забавных книг: одни странной, почти "наркотической" натуры, другие же головоломного содержания, подобного стилю розенкрейцеров." "К тому же, — добавляет Кирк, — женщины эльфо-народа шьют, ткут и вышивают необычайно изящно, и есть ли продукт (их действий) результат работы с земными материалами, или же это неосязаемое сплетение радуг, и просто фантастическая имитация обычных плодов долгих стараний смертных вышивальщиц — для понимания того недостаточно всех наших способов и чувств". (Как тут не вспомнить эльфийскую вышивальщицу Фириэль и её фантастические гобелены из "Сильмариллиона" Толкина!)

Опять же от эльфов, приходит людям "сокрытая" мудрость и, увы, некоторые умудряются извращать её и использовать во зло.

Совершенно очевидно, что эльфы не души умерших людей (как некоторые пытаются утверждать) — Йоун из рассказа "Юная эльфа по имени Има, " чтобы полностью завладеть имовой книгой должен всех их убить ножом. Как также и смертный его предупредивший, не живёт в мире мёртвых и чтобы умереть должен быть также зарезан. К тому ж, сравни предыдущее примечание о "полуматериальности" эльфов. Известны в древней традиции случаи, когда эльфийских дев, так сказать, обращали в смертных. Что также отражено в работах Толкина, например, в легенде о Лютиэнь.

О похищенном смертном. Обычно людям нравится жить среди эльфов даже в нынешнем их положении. Сравни рассказ "О бедной девушке и Сокрытом Народе, живущем неподалёку от Йокулс-а." Опять же очевидно, что эльфы не мёртвые, так как люди могут присоединяться к ним (в их мире) будучи сами живы (т.е. эльфо-мир это не "загробный мир"). О том говорится ещё и в книге шотландского священника Пэтрика Грэхэма). На Фарерских островах считают, что пропавшие там в горах без вести люди, избрали по своей воле присоединиться к Сокрытому Народу.

Если человек не духовидец и не имеет даже малого дара чтоб увидеть неожиданно, хотя бы мельком, Сокрытый Народ, обычно, если то нужно, эльфы являются к таким избранным во сне, т.е. смертный может спать и видеть как бы в своём сновиденьи стоящего на самом деле рядом с ним эльфа или эльфу. Для обозначения этого также существует специальный исландский термин leið-sla "ведомый во сне (видении) созданном чужой волей".


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.006 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал