Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава 3. Иные пути 1 страница




Глава 3.1 Рывок назад.

 

Кровь на клинке...

 

На лицах кобылок проступило то самое чувство, которое можно увидеть на лице человека, никогда до этого не видевшего смерть себе подобного - отвращение, внутренний страх и настороженность. Все-таки охотиться даже ради пропитания и убивать разумное существо - это две разные вещи. И лежащий перед ними труп оленя прекрасно показывал подобную разницу.

Пока Ночная Стража приводила себя в порядок, я с недоумением посмотрел на свои руки. "Ну что, опять за старое, Дэс?" Однако другая деталь тотчас переключила внимание на нечто более важное - он мог убить моего подчиненного, потому я не испытывал никакой жалости или сожаления. Кровь на руках. Что странно, ведь лезвия легких клинков грифины словно испарились, оставив после себя лишь жалкие оплавленные обломки, торчащие из эфесов, однако мои конечности не пострадали ни на йоту. Стало ли это результатом моей натуры, или же здесь было нечто иное? Оглядевшись по сторонам, я осторожно коснулся ладони кончиком языка... и с невольным шипением отпрянул назад: она жглась, будто мне вздумалось лизнуть раскаленную сковородку. Недоуменно оглянувшийся Найт Стар сделал понимающее лицо и подошел ко мне вплотную.

- Кровь?..

- Словно жидкий огонь. Мрачно буркнул я, старательно вытирая руки о траву и радуясь тому, что она была достаточно влажной после вчерашнего дождя. Едва последняя капля оленьей крови благополучно стерлась с ладоней, пришлось возвращаться ко вполне себе логично вопросу - что же делать с телом. Почему-то ни у кого не возникло и мысли о том, чтобы оставить его на растерзание неведомым хищникам, однако было непонятно, по каким традициям его хоронить. В тот момент это казалось очень важным.

- Я бы предал его земле, но, думаю, темная магия была бы не особо этична в этой ситуации. В принципе, мое высказывание было лишним, все и так понимали, что странного жреца необходимо похоронить как единорога. Проблема была в том, что обычно тело специально подготавливалось к распылению на первичную магию, а у нас времени как раз и не было.

- Думаю, он оценит.

Рог Мистспиера ярко засветился и кокон пламени окутал тело, не выдавая наше присутствие дымом или треском. Спустя пару секунд все было кончено, от оленя не осталось ничего.

- Самые лаконичные похороны на моей памяти. Хмыкнул Скай Стоун, однако все признали, что в этих обстоятельствах единорог еще и сделал безумцу немаленькую услугу, похоронив его в стихии возлюбленной ему богини.

- То-то будет смеху, если окажется, что их погребают как-то иначе. Грей Клауд в последний раз взмахнула крыльями, проверяя их на повреждения, после чего повернулась в нашу сторону и стушевалась под осуждающими взглядами. - Что? Я просто предположила!



Мне оставалось лишь закатить глаза и махнуть рукой, приказывая отряду выдвигаться. Путь был свободен, а значит, нам стоило поторопиться, пока на нас не выскочило еще какое-нибудь безумное или просто агрессивное создание. С каждым шагом мы вновь углублялись в лес, однако после этой ночи все вокруг изменилось - появились новые цветы, ветви некоторых деревьев оплетали странные лозы, к которым уже никто не приближался, прекрасно помня "кустик" со скверным характером. И едва мы посчитали, что сможем поддерживать хороший темп до самих врат, как Стар предупредил нас о том, что две мантикоры двигались навстречу нам по воздуху.

- Дискорд, этот Лес точно хочет нас довести, летуны - вниз, прячемся!

Отряд быстро рассыпался в стороны, стараясь укрыться под кронами деревьев, при этом весьма подозрительно глядя на кусты, в изобилии растущих рядом с этим местом. Прижавшись спиной к дереву, с напряжением смотрю на небо сквозь густую листву. Два хищника, видимо, заметившие фестрала, сейчас медленно кружили над нами. Приглядевшись к существам, я с досадой вцепился в ствол дерева: нам, как всегда, "повезло" наткнуться на королевских мантикор. И что-то подсказывало мне, что они нас все равно найдут - слишком уж подозрителен сам факт их появления тут. Словно кто-то или что-то направило их сюда.

"И я, блин, даже знаю, что именно их сюда направило... Проклятый Лес, ты вновь бросаешь нам вызов? Обычную мантикору наша команда свернет в бараний рог, с королевской могут быть проблемы, особенно при свете дня. Но две, да еще и без Воздаяния? Думай, Дэс, думай. В природе есть три выхода - победа, поражение и бегство."



Я бросил взгляд на Мистхил - она нервно прикусила копытце правой ноги, глядя вверх. Почувствовав, что на нее смотрят, пони опустила голову и несмело улыбнулась, когда я подмигнул ей.

"Они - костяк Ночной Стражи, но даже сейчас я чувствую, что все равно хочу защитить даже их. Воспитать в этих пони защитников, которые будут наследовать нашу с Луной идею."

Очередной круг хищников в воздухе. Слишком настырны для простых животных, только глупец не понимал бы, что какая-то сила тянет их сюда. Глядя на них, можно сразу понять, что они могут долгое время парить в воздухе, в отличии от обычных собратьев - их система полета также зависит от магии, текущей по жилам существ этого мира. И если вспомнить их сильное противодействие волшебству, неестественное мощные крики, можно просто сложить один плюс один и получить логичный ответ: нам придется сразиться с ними на их условиях и без Воздаяния.

"А вот сил у меня не так много, как хотелось бы. Но если постараться..."

Патовая ситуация иногда требует очень неожиданных решений. Например, перевернуть стол с шахматной доской.

Подняв вверх руки со скрюченными пальцами, медленно опутываю воздушное пространство незримыми путами - при всей своей волшебной природе мантикоры не являются магами, а потому не смогут почуять изящные чары иллюзии.

- Или могут. Помертвевшими губами шепчу я, когда одна из хищниц уходит в крутое пике прямо в мою сторону!

- Твою мать!

До столкновения считанные мгновения, или постараться успеть возвести барьер, или продолжать стягивать разум второй хищницы. Чейнджлинг и единорожка решают эту дилемму за меня, довольно синхронно возведя нечто вроде серого щита, в который врезается ядовитая тварь. В ту же секунду ее парящая в небе "напарница" вдруг резко поворачивается и летит вглубь леса, а я бессильно сползаю по стволу дерева: пробить естественную защиту от магии - это очень тяжелый труд, который буквально выжимает меня, словно тряпку. Сил нет ни на магические действия, ни на то, чтобы банально встать. "Да и какой толк без оружия?"

Мантикора медленно поднимается на ноги, тряся головой - видимо, хорошенько так впечаталась - и пытается прийти в себя. К несчастью, ей на это нужно мало времени, потому она оглушительно рявкает в мою сторону, все-таки разбивая барьер, и уже готовится к прыжку. Который прерывается почти в самом начале, когда копье Вайт Рэма пробивает сложенное крыло и вонзает в бок с такой силой, словно выпущено из баллисты. Успев заметить исчезающее мерцание на самом древке, мысленно хвалю Мистспиера за догадливость - если прямые магические атаки блокируются, что мешает просто ускорить само копье?

Вырванное копье переламывается пополам, словно легкая тросточка, а ведь нельзя сказать, что пони плохие оружейники или же недобросовестно относятся к своей работе, хотя сейчас большая часть оружия нужна лишь как дань традиции. "А ну соберись, тебя сейчас сожрут, а ты тут думаешь о какой-то херне!" Увы, дальше подобных мыслей ничего не ушло тело все еще меня не слушалось, не было сил даже дотянуться до перевязи с зельями, однако теперь хищница бросилась в сторону земного жеребца, который чудом успевает отпрыгнуть назад, спасаясь от взмаха когтистой лапы. Весь отряд уже перестроился для боя и отбегает от деревьев, под кронами которых они прятались от мантикор. Единороги поспешно возводили чары, упрочняющие броню Рэма, что было для него единственным шансом выдержать прямой удар лапы или хвоста. Все-таки тяжелая кавалерия не предназначалась для боя с такими хищниками, в отличие от тех же древесных волков.

Почувствовав колдующих единорогов, мантикора издает очередной рык и пытается совершить рывок в их сторону на полураскрытых крыльях, одно из которых еще и повреждено, но тотчас врезается в выросшую на ее пути фигуру жеребца. От подобного столкновения обоих противников прокатывает по земле, и, пока хищница еще неподвижна, грифина и фестралы стремительно пикируют вниз - Стар и Клауд буквально полосуют хвост зверя когтями из наножных браслетов, отделяя его от тела, а Нира с яростным клекотом вонзает клинки в грудь монстра, успев вбить их лишь наполовину.

К несчастью, сознание постепенно гаснет, издевательски позволяя досмотреть, как мантикора стряхивает стражников, уже не такая грозная, но все еще опасная. Последний блеск света и я падаю во тьму.

***

Неслышимый зов исходит из груди, заставляя тянуться вперед, за ним. Кажется, что стоит протянуть руку, и ты окажешься в безопасности, и, последовав за этим странным чувством, буквально вываливаюсь на кровать в Кантерлотской спальне. Стоящая у окна Твайлайт с радостным визгом кидается на шею, опрокидывая на спину.

- Привет, звездочка моя. Это твой сон? В ответ аликорночка кивает и вновь обнимает меня за шею.

- Луна сказала, что нам стоит спать по очереди, это поможет кому-то всегда оставаться на связи, пока ты там. Что "там", любимый? Судя по словам принцессы, ты оказался где-то в ином измерении?

- Ну, скорее просто другой мир. Рассеянно гладя ее по кьютимарке, я смотрю ей в глаза, в очередной раз удивляясь тому, какими красивыми являются жители моего мира.

"Хм, и правда - теперь моего мира." Прижав Твайли к себе, я некоторое время молчу, вспоминая, как я попал в этот сон и думая о том, что сейчас происходит в реальности. Неприятное чувство сосущей пустоты вдруг накрывает с головой, заставляя поспешно отстраниться от кобылки и схватиться за грудь.

- Дэс? Любимый в чем де... Дэс! Посмотри на себя! Она в ужасе тыкает копытцем в мою сторону, после чего закрывает глаза и пытается сосредоточиться. Чувство Повелителя Снов говорит о том, что аликорн пытается создать темное заклинание, которое, разумеется, во сне не действует. Но сейчас меня больше волнует побелевшая кожа, чей цвет очень неприятно напоминал мне о том, насколько неестественно она может выглядеть, как и мои руки.

- Что с тобой? Ты... Ты почти без энергии, тебе нужно зелье или заклинание... Подожди, я попытаюсь что-нибудь придумать...

Кобылка заметалась по кровати, словно пытаясь решить, в каком направлении лучше всего броситься, однако вспоминает, что находится во сне.

- Дэс, что происходит, почему ты без энергии?

В ответ на ее вопрос, я лишь закрыл глаза и попытался прощупать окружающий реальный мир, и первое, что бросилось в глаза - то, что все чувства указывают на какую-то рану грудной клетки.

"Видимо, мантикора до меня все-таки добралась, и Ночная Стража не может ничего с этим сделать." К несчастью, сознание ослаблено магическим истощением и не желает вернуть меня назад.

- Разбуди меня! Я успею сказать принцессе Луне и принцессе Селестии, они помогут! Они...

Лучший способ оборвать пони в этот момент - обнять ее и молча прижать к себе, не давая вырваться.

- Мы далеко от врат, и найти нас будет не так-то просто, я ведь не могу отсюда приказать кому-то взлететь в небо для подачи сигнала. А ведь почти все, через что мы прошли - один сплошной лес. Сейчас нам нужно просто надеяться, что Стража справится.

- А если не справится? Твайлайт вот-вот была готова расплакаться, чего мне совсем не хотелось, потому я просто лег на спину, утягивая любимую за собой.

- Я верю в них, они справятся. Очередное странное чувство пустоты заставило меня лишь сильнее прижаться к поняше в попытке скрыть мои ощущения.

- Дэс, мы должны тебе помочь, твоему телу нужна темная энергия... Где же можно достать ее сейчас... Так, отвары и чары не действуют, мы ведь во сне... Во сне!

Волшебница резко вскинула голову, уставившись на меня.

- Ты можешь взять энергию из чужих снов!

Последовав ее совету, я потянулся к иным грезам, но сильный удар буквально вбил меня обратно в сон Твайлайт: я был в ином мире, другие грезы были закрыты для меня, и лишь наша с табуном связь позволяла мне "нырнуть" в их сны. Все это за мгновение пронеслось в моей голове, словно некто терпеливый объяснял правила игры.

- Я... Прости, звездочка, я могу быть лишь в твоем мире сновидений, или Луны с Зекорой.

Казалось, она просчитывает сотни вариантов в голове, когда какая-то мысль заставила ее решительно тряхнуть гривой и встать на кровати.

- Ты должен взять силы у меня.

С недоумением посмотрев на лавандовую поняшу, я даже более-менее спокойно перетерпел очередную волну боли.

- Можешь взять энергию из моего сна.

Печально улыбнувшись волшебнице, провел рукой в воздухе, не указывая, в общем и целом, ни на что.

- Ты где-то видишь монстра или кошмар, который я должен уничтожить? Мы в обычном сне, и вытянуть из него мне просто неч-гх-чего...

Ощущение боли в груди все нарастало, однако следующие слова заставили меня забыть обо всем и в недоверии уставиться на кобылку:

- Тогда преврати его в кошмар и выпей силу! Все нормально, правда. Ты ведь уже делал так, чтобы набраться сил.

- Ты понимаешь, о чем вообще просишь? Сурово переспросил я, задавив в себе желание отшлепать самоуверенную пони. - Тебе придется воспринимать это всерьез, чтобы кошмар дал силу, это значит - мне придется пугать по-настоящему, ты не будешь помнить о нашем разговоре до того, как проснешься.

Не медля ни секунды, принцесса кивает и встает с кровати, напоследок поцеловав меня в губы.

- Быстрей, Дэс, ты выглядишь совсем плохо...

К несчастью, она была права - даже в мире снов моя кожа стремительно белела, вот-вот готовясь обратиться в то жуткое подобие себя, что покрывало тело лича. В последний раз бросив взгляд на Твайлайт, позволяю силе Повелителя Снов окутать грезы своей любимой, но передо мной встал вопрос - чего же она боится? Лезть ей в голову для поиска кошмаров я посчитал просто неэтичным, подобное можно вполне обоснованно назвать тотальным свинством по отношению к пони. Однако сейчас, когда у того меня почти не было энергии, мир Снов все неохотней слушал мои команды, отказываясь замедлять время и не давая мне шанса подобрать что-то достаточно мягкое.

"Прости, любимая..."

***

Необычно тихий, Вечнодикий Лес никак не походил на то, о чем временами говорили жители Понивилля. Иногда необычные деревья лишь разнообразили внешний вид этого места, но ничего пугающего или опасного из себя не представляли. Легкий ветерок молчаливо перебирал листву, что послушно колыхалась под его эфирными прикосновениями, с высоты можно было вообразить, будто под тобой море, зеленые волны которого слабо катились в одну сторону. Однако тот же пегас уловил бы нечто странное в потоке воздуха - при всей своей естественности, он дул в одну точку, мягко и почти ненавязчиво вынуждая всех следовать в определенную точку.

Идущая по земле Твайлайт боролась со странным страхом распахнуть крылья и взлететь в небо. Но больше всего ее настораживал сам Лес - она была здесь уже не раз, и точно могла сказать, что он никогда не был таким подозрительно гостеприимным. Неосторожный путешественник всегда мог нарваться на что-то необычное, а временами и смертельно опасное, это могло быть что угодно, от ядовитой шутки до гидры. Сейчас же все вокруг просто ненавязчиво указывало дорогу. Не понимая, что она тут делает, волшебница создала фиолетовый пузырь барьера вокруг себя и двинулась вглубь леса. Вскоре ее слуха достигли звуки боя, странный звон и хлопки творимых чар.

Внезапно все стихло. Чувствуя неладное, Твайлайт побежала вперед и в какой-то момент оказалась у странной поляны, в центре которой стоял Дэс в обличии лича. Это необычное зрелище так сильно привлекло внимание кобылки, что она не сразу заметила Луну и Найтмер Мун. Однако, едва эта деталь впечаталась в ее сознание, как волшебница быстро заткнула рот копытцем, чтобы не выдать себя неосторожным вскриком.

- Я всегда слушал тебя, моя принцесса, и пытался донести твои идеи до пони, но мой голос всегда был тих. Я всего лишь твой шепот. Лунный Шепот, принцесса Ночи. Отныне я Death MoonWhisper, Дэс Мун'Уиспер, если пожелаешь. Атакуй... Луна.

Стремительный рывок вперед и копье рассекает воздух. Но ее любимый не уклоняется, он молча падает на колени и колдовское оружие пронзает череп, опрокидывая лича назад.

- Нет! Раздается крик обеих кобылок, когда Твайлайт выскакивает из кустов и бросается вперед, к телу. В этот же момент сильная волна энергии исторгается из тела молодой аликорночки, но она этого уже не видит - незримая сила выталкивает ее в реальный мир. Вышедший из ниоткуда Дэс печально посмотрел на небольшой камень в своей руке и с досадой раздавил его в ладони. Ужас и печаль Твайлайт были настолько сильны, что глаза человека на мгновение полыхают привычным огнем, но в ту же секунду его швыряет обратно в тело.

 

***

 

- Мистхил, что с ним?

- Я... Я не понимаю. Голос единорожки звучал растерянно, в нем проскакивало удивление на грани испуга. - Его достала мантикора, пока он валялся в отключке, и сильно повредила грудную клетку. Если честно, я не надеялась, что Капитан выживет после такого. А сейчас посмотри...

- Раны почти затянулись... Ты напоила его отваром? Казалось, Найт Стара ничто не могло удивить, хотя его голос и дрогнул в начале.

- Да, но... Ну, ты знаешь, даже ОН, пролежав с такой раной, должен был умереть.

- И что меня все так хоронят...

С трудом произнеся это, услышал вполне закономерный писк единорожки и кашель подавившегося своими словами фестрала. Попытавшись открыть глаза, с недоумением осознаю, что мы находимся все там же, где я и отрубился. В поле зрения вновь появилась белая кобылка, бережно поднеся склянку с темной жидкостью к моим губам и практически насильно вливая ее в меня.

- Не двигайтесь, Капитан...

- Что... Произошло?.. Успеваю поинтересоваться я в паузе между приемами зелья.

- Когда вы потеряли сознание, на поляну вернулась вторая мантикора, еще более злая, чем та, которую мы успели убить. Мы не ожидали этого и... нас немного потрепало, ничего серьезного, кроме Вайт Рэма - мантикора пробила доспех и повредила грудь. Броню то мы сняли, сейчас он спит под действием зелий, но я не уверена, что можно подлатать его в походных условиях. Вам тоже стоит поспать, Капитан.

Отрицательно помотав головой, я пытаюсь встать, это удается, но с некоторым трудом: мышцы не слушаются, а ноги, вдобавок, еще и дрожат, словно у старика. Мистхил печально вздыхает и указывает на Воздаяние, которое я поднимаю с земли и использую в качестве дополнительной точки опоры. В таком состоянии доковылять до лежащего Вайт Рэма не так уж трудно, однако открывшееся зрелище не доставляет энтузиазма - удар хищницы пришелся в самую грудь, и деформированный доспех внес свою лепту в повреждения.

- Хреново... У него будут осложнения, если не заштопать его сейчас.

Словно в ответ мягкая волна силы толкается в подсознание, напоминая об энергии от кошмара, готовой влиться в тело или направиться по другому пути.

- Мистхил, иди сюда. Остальные - на защиту.

Молча кивнув, Ночная Стража занимает позиции, в то время как единорожка подходит к жеребцу.

- Капитан, вы уверены? Тогда вы, конечно, исцелили крылья пегаски, но тут...

- Именно потому мне нужна твоя помощь. После того, как мои чары завершат свое действие, ты должна наполнить его тело чарами исцеления. После этого разделитесь на две части. Одна останется охранять меня и Вайт Рэма, другая направится к вратам, где вас уже должна ждать принцесса Луна или стража.

- Вы тоже останетесь?

На вопрос медика я лишь невесело улыбнулся и потер руки: после темного исцеления наверняка буду валяться без сознания - при всей эмоционально отдачи Твайли, большая часть энергии ушла на заживление и поддержание чар, что не позволяют мне сверкать почти оголенным черепом перед жителями Эквестрии.

- Более того, в качестве лежачего балласта. А потому, будь так добра - подержи его во сне еще какое-то время. Это, может, и не крылья, но если пациент проснется посере-гх, да что же это такое... операции, то нам придется еще и его успокаивать.

Привычная искра магии зарождалась глубоко внутри самого "я", что многие зовут душой, посылая темную энергию из своего центра, что отныне вынуждено выживать, основываясь на темной магии. Да, это извращает все привычные многим понятия жизни, но вот он я - мертвое существо, манипулирующее тьмой и смертью. Может быть, где-то есть целые миры, населенные не-мертвыми существами, отлично уживающимися с окружающей реальностью, но здесь же моя природа - строжайший секрет, в который поверят лишь зебры и особо пытливые ученые.

Меж разведенных ладоней сгущается темный туман, чьи жадные языки впиваются в плоть жеребца, разделяя ее на слои и поднимая наверх, открывая его грудь наподобие жуткого альманаха. Места стерильней, чем это, сейчас не найти во всем мире - тьма уничтожает малейшие бактерии, попадающие в поле чар, обеспечивая неестественную чистоту. Нити заклинания поспешно сшивают плоть, не имея возможности просто вдохнуть в нее жизнь, как это делают целители светлой магией жизни. Однако же подобная магия намного менее энергозатратна, а потому - у Вайт Рэма есть шанс на то, что подобная рана не помешает ему и дальше служить принцессе Луне.

От неестественного вида разворачивающейся ситуации даже гордая охотница грифонов поспешно отворачивается, бормоча под нос какие-то ругательства. Услышав пару новых оборотов, я лишь невесело хмыкаю и вновь перевожу все внимание на творящуюся магию. С каждым наложенным швом чар ко мне приходит понимание, что подобная ситуация требует чего-то еще. Иной энергии, основанной не на тьме. Вполне может быть, что в исцелении поможет... смерть? Позволяя заклинанию идти своим чередом, я закрываю глаза и пытаюсь понять. Понять, что же я слышу.

Зов. Меня зовет то же, что заставило склониться над трупом кокатриса, то же, что вынудило тело создания конвульсивно дернуться тогда, когда его душа покинула тело. Лича звала смерть. На сама его персонификация, разумеется, вовсе нет - лишь факт перехода, что высвобождал силу, которую достаточно беспринципный и уверенный в себе маг мог поставить под свой контроль.

Мертвые мантикоры на этой площадке были сильны - они прожили долгую по своим меркам жизнь и потеряли ее в бою, подобно гордым хищникам. И это жестокое желание убивать и жить витало над их телами, взывая к бессмысленному отмщению: никакое неразумное существо не хочет умирать, против этого вопят все инстинкты, заставляя огрызаться до последнего, даже когда твои кишки волочатся за тобой по земле.

"Взять ее. Силу умерших. Она сладка и обещает покой, но никогда не лжет - энергия смерти опасна для тех, кто не достаточно опытен, для тех, в чьих жилах еще струится жизнь. Но... В моих жилах кровь уже не течет. Я живой, мне нужна пища, вода, отдых, сон. И я мертв, настоящему мне не нужно ничего, кроме энергии, поддерживающей жуткое подобие жизни. Два начала слились в одном, благодаря невозможным чарам, позволяющим мне быть по обе стороны ворот Жизни и Смерти. И Тьма со Смертью - мои."

Тонкий ручей магии смерти напитывает чары, поддерживая в них неестественность действий и решительно отрезая возможное зарождение воспалений и прочего, поспешно скрепляя мясо и мышцы, восстанавливая кости и кожу. Последним мазком по очередному шедевру темного исцеления становится белая шерстка, укрывающая гладкую кожу пони.

Я пытаюсь встать на ноги, но они словно превратились в вату, в глазах темнеет...

Это не отсутствие силы, лишь справедливая плата за сложные чары, которую я с удовольствием заплачу за здоровье и будущее своего подчиненного.

- Капитан? Держитесь! Голос единорожки становится последним, что достигает моего слуха, когда веки смыкаются и я заваливаюсь куда-то вбок.

 

 

Глава 3.2 Краткий диалог с вечным слушателем.

 

Странные вы существа, то зовете, а как приду - бледнеете и шлете прочь!

 

Комната выдержана в серых тонах и обставлена нейтральной мебелью, словно тот, кто проектировал ее, задался целью точно указать, что она - лишь задний фон, ничего не значащий и никоим образом не влияющий на главное действо. Единственное, что выделялось здесь - стол в центре комнаты. Выточенный из черного дерева, он выглядел весьма мрачновато, как и тот, кто сидел за ним. Человек был весьма высокого роста, одет в официальный, пусть и немного старомодный, костюм, подчеркивающий его худобу. Бесцветные глаза устало смотрели на небольшую книжку, лежащую перед ним, страницы которой медленно переворачивались одна за другой. При моем появлении он с некоторым облегчением на лице захлопнул свое чтиво и пододвинул его к краю стола.

- Садись.

Голос моего собеседника был чуть более выразителен, чем его взгляд, можно даже было сказать, что ему не чужды обычные эмоции и способы самовыражения.

Появившийся стул был словно отлит из серебра, на спинке его изображены кьютимарки моего табуна.

- Долго ты будешь стоять? Как говорят у вас? "В ногах правды нет, нет ее и выше."

Несмотря на свой вид, само сиденье было более удобным и теплым, чем можно было ожидать от серебра. Сидящий передо мной человек посмотрел мне в глаза, вызывая одним лишь взглядом паническое желание оказаться где-нибудь в другом месте, однако это чувство тотчас пропало, сокрытое за пеленой спасительного барьера.

- Я удивлен тому, что ты все еще здоров и более-менее жив, если учесть то, что ты постоянно попадаешь в какие-нибудь передряги.

- Ну... Я... Стоп, разве ты не должен быть вроде как зол на меня?

Его спокойное поведение меня удивляло: кто, как не я, был плевком в лицо сущности, что сидела передо мной? Но тот лишь слабо улыбнулся в ответ.

- Почему я должен злиться на тебя, носящий мое имя?

Такое обращение еще больше вызывало чувство опасности и желание никогда не вставать на пути того, кто сейчас сидел передо мной, чье кресло, казалось, было сделано из грязного тумана, обретшего твердость.

- Я сбежал от тебя и...

- О-о-о, нет-нет-нет, Дэс, ты не сбегал от меня.

Смерть иронично усмехнулся, коснувшись книжки кончиками пальцев и пододвинув ее к себе. От его касаний по обложке прошла странная рябь, проявляющая рисунок в виде моей метки в центре книги.

- Когда-то я убил тебя. Изъял из обгоревшего куска мяса то, что было нужно достать. А вот уже куда отправилась душа - это, если так подумать, меня не касается. Ты помнишь?

Я содрогнулся, едва картина вновь появилась перед глазами - высокая фигура в капюшоне и нож с серпом-лезвием в костяной руке. Все еще не могу понять, что же сделал Смерть, но понимаю, что это может быть очень важно. "Может, спросить у него?" Отбросив подобную мысль как крамольную и бесполезную, вдруг замечаю, что уголки его губ приподняты, словно он... ухмыляется?

- А может, все-таки спросишь? У тебя множество вопросов, а у меня множество ответов, которые я, как знать, подарю тебе, лич?

С чем бы сравнить подобное предложение? Как если бы к вам на улице подошел король и предложил помощь? Нет, слабо. Как если бы к вам спокойно так завалились ангелы и пообещали поделиться информацией? Да, это ближе.

С растерянностью гляжу на своего собеседника, осознавая, что задавать Смерти вопросы так же нелегко, как и вообразить тот факт, что он вообще снизошел до беседы с каким-то личем.

- Почему... Почему ты вообще говоришь со мной?

Выражение его лица можно описать как заинтересованное, перед ним появляется чашка с чаем, откуда он с видимым удовольствием прихлебывает. Внезапно вся фигура на мгновение словно скрывается в странном тумане и напротив меня сидит...

- Девушка?! Невольно восклицаю я, глядя на черноволосую Смерть, довольную произведенным эффектом.

- Два вопроса сразу? Ну, если второй весьма прост - мне просто надо ведь как-то выглядеть для удобного диалога. Если так подумать, то я, в отличии от Творца, кто совмещает в себе все, не выбираю ничего.

Первый же вопрос еще проще - я говорю со всеми, кто меня слышит и может "докричаться". Разумеется, с обычным криком это не имеет ничего общего. Педантично поправляет себя Смерть, вновь принимая мужской облик, однако теперь его лицо сокрыто скелетоподобной маской, а одет он, словно какой-то воин. Раздраженно взмахнув рукой, Смерть принимает первый человеческий облик и осторожно прихлебывает из чашки, словно боится пролить что-то на стол.

- Когда можешь делиться ровно на столько, сколько нужно, рано или поздно становишься просто механизмом, выполняющим важную функцию. И не более.

Возвращаясь к предыдущему вопросу о том, что я должен злиться. На самом деле достаточно много магов пытаются обмануть меня, выстраивая безумные схемы, необычные решения, не видя двух простых выходов. Первое - это умереть. Второе - умереть и жить. Вот и вся печальная правда "победы" над смертью. Ты не выиграл, Дэс. Ты проиграл этот бой, но все еще находишься в этом мире.

Смерть замолчал и какое-то время задумчиво водил по столу указательным пальцем. Видимо, это быстро надоело, потому он поднял голову и вновь встретился со мной взглядом.

- Спрашивай.

- Кто это сделал? Осмелев, произнес я, попытавшись расслабиться, и даже откинулся на спинку стула-кресла. В ответ собеседник лишь покачал головой, но можно было поклясться, что он точно знает, кто это был, и не говорит этого по каким-то своим соображениям.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.031 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал