Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Принципы православной герменевтики.




Православное богословие выработало свои принципы герменевтики, которых должен придерживаться экзегет для того, чтобы правильно понять значение библейского текста и применить его в жизни.

1) Боговдохновенность Священного Писания. Этот принцип основан на вере в то, что Священное Писание написано под особым воздействием Святого Духа.

2) Богочеловеческий характер Священного Писания. Православное богословие утверждает что Бог, вдохновивший пророков и апостолов, не диктовал слово в слово Священное Писание. И, хотя все книги Библии написаны под водительством Святого Духа, стиль каждого автора имеет свои индивидуальные особенности, объяснимые историческим контекстом эпохи или личными качествами писавшего, его уровнем образования, происхождением, темпераментом. Воздействие Святого Духа на авторов Писания заключалось в том, чтобы уберечь авторов Писания от ошибок, помочь им записать Слово Божие и сделать его доступным для читателя. Поэтому можно утверждать, что Библия является книгой Богочеловеческой.

С положением о Богочеловеческом характере Священного Писания связано утверждение о необходимости гармоничного единства веры и разума в процессе толкования Священного Писания. Как Слово Божие, Писание требует веры, а как слово человеческое — разума. Отклонение от этого принципа может привести либо к рационализму, т. е. попытке объяснить непонятные для естественного разума библейские повествования, особенно чудеса, законами природы, либо, наоборот, к радикальному мистицизму — попытке аллегорически истолковать Писание без учета данных филологии, истории и т. д.

3) Христоцентризм Священного Писания. С точки зрения православной Церкви Священное Писание характеризуется совершенным единством. Оба Завета составляют единое свидетельство о Божественном и Превечном Слове, Которое пришло в мир для спасения человечества (см. Ин.1:12-13; 20:31).

Отношение между двумя Заветамиэто отношение обетования и свершения: ветхозаветная история понимается как подготовительный период для принятия человечеством Божественного Мессии, новозаветная – как пришествие Спасителя и исполнение всех обетований. Начиная с апостолов, экзегеты искали в Священном Писании Ветхого Завета различные пророчества и прообразы, которые исполнились в Личности и в служении Христа. Действуя таким образом, они использовали прием, который применял Сам Христос. Для того, чтобы раскрыть для Своих современников смысл Своей жизни и смерти, Спаситель применял по отношению к Себе различные мессианские образы и имена из Ветхого Завета, которые были им хорошо известны. Кроме того, Он говорил прямо, что эти образы и именования находят свое окончательное исполнение в Его собственной жизни и деле спасения (Ин.5:39).



То, что Иисус Христос и Его дело составляют единственную тему всех новозаветных Писаний, это ясно само по себе и не требует доказательств. Но тот факт, что вся новозаветная история основывается на ветхозаветной, может быть не так очевиден. Тем не менее, можно проследить развитие мессианской идеи в книгах Ветхого Завета. Обетование Избавителя, данное падшим прародителям еще в раю (Быт.3:15), — это начало непрерывной цепи ветхозаветных мессианских пророчеств, которые начались Адамом и кончились Захарией, отцом Иоанна Крестителя. С эпохи Ноя это обетование уточняется: семенем жены называются лишь дети Сима (Быт.9:26). В эпоху Авраама происходит новое уточнение. В его Семени (т. е. в Иисусе Христе, по толкованию ап. Павла, Гал.3:16) возвещается спасение всему человечеству (Быт.12:3; Быт.18:18). Впоследствии из потомства Авраама был выделен Иаков (Быт.27:27), позднее сам Иаков дает особое благословение своему сыну Иуде (Быт.49:8 и сл.). В дальнейшем ещё четче определялись различные черты мессианского служения. Так, пророк Валаам говорит о Его царственной власти Мессии (Чис.24:17), Моисей — о Его тройственном служении: царском, первосвященническом и пророческом (Втор.18:18-19). Предсказываются многие события из жизни Мессии – о Его происхождение Мессии из царского рода Давидова (2 Цар.7:12-14), о Его рождение от Девы (Ис.7:14) в Вифлееме (Мих.5:2), о Его торжественный входе в Иерусалимский Храм (Мал.3:1), о Его крестные страдания и смерть (см. Ис.53; Пс.21:17-19; Пс.39:79; Пс.40:9-10; Пс.68:22; Зах.11:12), о Его славное воскресение (см. Ис.53:9-21; Пс.15:10; Пс.19:6-7; Пс.40:11; Пс.67:2), о наступление Его благодатного царства (Пс.21:28-32; Пс.44:7, 14-17; Пс.71:7-19; Иоил.2:28; Ис.2; Ис.35:1-2, 10; Ис.61:1-2) и о Его грозное второе пришествие (см. Дан.7:25 и Дан.12:7; Зах.14:2-3, 9). Можно утверждать, что нет ни одной черты из жизни Христа, которая не была бы предуказана в Ветхом Завете. Таким образом, с полным правом можно сказать, что главной и основной темой Библии, начиная с первых глав книги Бытия (Быт.3:15) и кончая последними главами Апокалипсиса (Откр.21:6, 21 и Откр.22:20), служит Богочеловек, Господь наш Иисус Христос.



4) Толкование Ветхого Завета в свете Нового. Отношение Ветхого и Нового Завета между собой и их внутренняя органическая связь выражена в известном латинском двустишии: Ветхий Завет в новом открывается, Новый же в Ветхом скрывается (блаж. Августин Иппонийский. Вопрос 73 на Исход).

И Ветхий, и Новый Завет — нераздельные части сверхъестественного Божьего откровения. У них одна задача, они содержат одно учение о спасении и нравственности и говорят об одном Христе. Святые отцы, утверждая, что Ветхий Завет есть христианская книга, подтверждали это тем, что рассматривали всякое явление Бога в истории Израиля как слова не Бога Отца, а Бога Сына, второго Лица Пресвятой Троицы. Многие отрывки, Нового Завета можно понять только в связи с Ветхим. Например, в Ин.1:29 говорится: «Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира». Эту фразу можно понять только в связи с Ветхим Заветом. В Бытии Авраам говорит своему сыну Исааку, которого собирается принести в жертву: «Бог усмотрит Себе агнца» (Быт.22:8). Кровь агнца спасает детей Израиля (Исх.12 гл.). Здесь также есть связь с Лев.23:12, где сказано, что агнец, приносимый в жертву, должен быть без пороков. Так же необходимо обратится к Ис.53:7, где написано, что Раб Божий (Христос) был «как овца, веден… на заклание». Этот и многие другие стихи проливают свет на значение слова «Агнец» в Ин.1:29.

В то же время экзегет не должен разделять Священное Писание и, воздавая почитание Новому Завету, рассматривать Ветхий Завет только как приготовление и прообраз. Экзегет должен стремиться раскрыть вечное значение Ветхого Завета. Толкователь должен видеть, что существует одно Божественное Откровение и единый завет между Богом и человеком. Этот Завет неоднократно возобновлялся, достигая все большей глубины и значения. При всей контрастности существует и глубинное созвучие Ветхого и Нового Заветов. Новозаветное Откровение не может раскрыться без Ветхозаветного. Для человека, жившего до Христа, все ветхозаветные постановления имели для него непосредственное и божественное значение. Он участвовал в таинственной и священной жизни Царства Божия, в Самом Боге. Можно сказать, что Ветхий Завет — это не просто условные знаки, обозначающие путь к Новому, не предисловие к нему, а напряженная духовная жизнь, возводящая человека к Новому Завету.

5) Нераздельность познания Библии и духовной жизни. Если Писание — это Слово Божие, то оно требует к себе иного подхода, чем обычное произведение. Православное богословие учит, что чтение и изъяснение Слова Божьего требует молитвенного подвига и очищения сердца. Для правильного понимания Священного Писания необходимо доверие тому, что Господь хотел открыть человеку в Своем Слове. Кроме того, необходима молитва, поскольку одного человеческого разума недостаточно для проникновения в истинный смысл Писания, для этого необходима помощь свыше. Преп. Исаак Сирин († ок. 700 г.) учил: «никогда не приближайся к содержащимся в Писании словам таинства без того, чтобы помолиться и попросить помощи у Бога, но говори: Господи, дай мне ощутить могущество Писания. Считай молитву ключом, открывающим его подлинный смысл» (Слово 85).

Чтение Слова Божия рассматривается Церковью как один из способов богообщения. Благоговейное чтение Священного Писания не только дает нам знание о Боге, но отчасти, знание Самого Бога, т. е. в некоторой мере приобщение к Нему.

Не нужно забывать, что Библия это живое и действенное Слово Божие, обращенное и ко всей Церкви, и к отдельному человеку любого времени. Поэтому главная цель толкования заключается не столько в выявлении первоначального значения текста, сколько в контекстулизации — применении истин Писания в реалиях сегодняшнего дня. Св. ап. Павел писал «Не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим.2:13).

6) Толкование Священного Писания в свете Священного Предания. Этот принцип является основополагающим в православной герменевтике.

Пято-Шестой Трулльский Собор (691-692 гг.) своим 19-м правилом постановил: «аще будет исследуемо слово Писания, то не иначе да изъясняют оное, разве как изложили светила и учители Церкви в своих писаниях».

Господь наш Иисус Христос перед Своим распятием обещал апостолам, что «когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину…» (Ин.16:13). Этот Дух даровал апостолам знание для правильного понимания Священного Писания Ветхого Завета. В дальнейшем Он, пребывая в Церкви, избирал достойных людей, через которых верно изъяснял Ветхий и Новый Завет. Их творения являются выражением церковного понимания Священного Писания. Для православного христианина Библия — это церковная книга, она создана Церковью и может существовать только в Церкви. Вынесенная из Церкви, Библия превращается просто в сборник книг. Только в Церкви библейские книги обретают статус Священного Писания. Смысл библейских книг может быть постигнут только в Церкви, в свете хранимого ею учения святых отцов. Чтение Священного Писания без руководства Церкви может привести к тому, о чем предупреждал свят. Григорий Нисский (ок. 335-после 394 гг.): «Представляющееся с первого взгляда толкование написанного, если не будет понято в надлежащем смысле, часто производит противоположное жизни, являемой Духом».

Каждый человек понимает все, в том числе и Священное Писание, на основании своего мировоззрения, которое определяется духовным возрастом человека, его жизненным опытом и общим уровнем культуры. Любое восприятие и понимание всегда субъективно. Понять — это и значит истолковать приемлемым для себя образом. Поэтому вопрос о правильном толковании заключается в том, на основании каких критериев это делать. Климент Александрийский (ок. 150-ок. 215 гг.) говорил: «Только в Церкви хранится истинное ведение; кто толкует Писание вопреки церковному преданию, тот потерял правило истинны».

В то же время 19 правило требует верного понимания. Толкование Священного Писания в свете Священного Предания не означает механического подбора цитат из святоотеческих творений к каждому библейскому отрывку. Православный экзегет должен придерживаться не буквы, а духа святых отцов. Святые отцы задают некое направление, которому должен следовать христианин в своем понимании Писания.

7) Многоплановость библейского текста. Православная герменевтика утверждает, что библейский текст имеет несколько смысловых уровней. Этот принцип подразумевает возможность обнаружения в любом тексте Писания не только очевидного «буквального» смысла, но также и нескольких более глубоких семантических уровней, выявление которых требовало целенаправленного усилия со стороны толкователя.

В Беседе на 46 псалом свят. Иоанн Златоуст подчеркивал: «Иное в Писании должно понимать так, как говорится, а иное в смысле переносном; иное же в двояком смысле, чувственном и духовном».

Обычно в Священном Писании выделяют следующие смысловые уровни:

1. Буквальный. 2. Небуквальный или духовный.

Методы толкования Священного Писания. В зависимости от того, какой уровень библейского текста толкуется, используются разные методы.

Преп. Максим Исповедник (580-662 гг.) пишет: «Телом всего Священного Писания, Ветхого и Нового Заветов, служит историческая буквальность его, душой же — смысл написанного… Как человек смертен по своей видимой части, а по невидимой бессмертен, так и Священное Писание, с одной стороны, обладает преходящей явленностью буквы, а с другой – содержит сокрытый в ней дух, бытие которого непреходяще и который составляет истинный предмет созерцания» (Мистагогия, 6).

Он же, говорил о двух видах, в которых Писание являет себя людям:

первом — «простом и общедоступном, видеть который могут многие»;

втором — «более сокрытом и доступном лишь для немногих, то есть для тех, кто, подобно Петру, Иакову и Иоанну, уже стали святыми апостолами, пред которыми Господь преобразился в славу, побеждающую чувство» (Главы о богословии и домостроительстве, 1, 97).

В ряде случаев для уяснения различных оттенков смысла возможно истолкование одного фрагмента разными методами.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2019 год. (0.006 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал