Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Глава IX. Огнезвезд задумчиво вошел в лагерь и первым делом поискал глазами Частокола




 

Огнезвезд задумчиво вошел в лагерь и первым делом поискал глазами Частокола. Полосатый воин, как ни в чем не бывало, уписывал какую‑то дичь в зарослях крапивы. Неподалеку от него ужинали Кисточка, Златошейка и Белоснежка, но Огнезвезд сразу заметил, что кошки повернулись спиной к полосатому воину и даже не глядят в его сторону. Видимо, Крутобок уже успел рассказать им о том, что произошло в овраге, подумал Огнезвезд. Можно себе представить, в какой ужас пришли Белоснежка со Златошейкой, сами бывшие королевы, когда узнали о том, что воина Грозового племени подозревают в попытке убийства котенка! Судя по их поведению, они поверили Крутобоку и встали на его сторону. Это было хорошим признаком. По всей видимости, Крутобок начинал потихоньку приживаться в племени и в скором времени должен был вернуть себе прежнюю любовь и уважение товарищей.

Огнезвезд хотел подойти к другу, но внимание его привлекло какое‑то движение в воинской пещере. В следующий миг ветви раздвинулись, и на поляну протиснулся Бурый. Дико оглядевшись, он заметил Частокола и бросился к нему, но Огнезвезд остановил его.

– Я только что узнал! – задыхаясь, выдавил Бурый. – Прости меня, Огнезвезд! Он от меня сбежал! Это я во всем виноват!

– Успокойся! – сказал Огнезвезд, дотрагиваясь до него кончиком хвоста. – Расскажи по порядку, что произошло! Бурый несколько раз судорожно глотнул воздух, пытаясь взять себя в лапы.

– Частокол решил пойти поохотиться, – начал он. – Я пошел с ним, но в лесу он сказал, что ему нужно сделать свои дела и удалился за куст. Я остался ждать. Его не было очень долго, наконец, я решил сходить поглядеть, но его нигде не было! Он сбежал! – Бурый в ужасе зажмурился и простонал: – Если Медянка умрет, я никогда себе этого не прощу!

– Она не умрет! – успокоил его Огнезвезд, хотя вовсе не был в этом уверен. Малышке по‑прежнему угрожала смертельная опасность. На душе у него стало совсем неспокойно. Судя по рассказу Бурого, Частокол заметил, что за ним приглядывают, и очень хитро избавился от стража. Значит, у него была серьезная причина так поступить! Что же он задумал и почему хотел убить маленькую Медянку!?

– Что же мне теперь делать? – уныло спросил Бурый.

– Для начала перестать винить себя! – прикрикнул на него Огнезвезд. – Рано или поздно это должно было случиться! Я уже давно жду, когда Частоколу представится случай доказать нам свою преданность!

Если бы не страх за жизнь Медянки, Огнезвезд был бы даже рад тому, что Частокол так открыто проявил себя перед всем племенем. Первоначально он собирался оставить полосатого воина в Грозовом племени и строго приглядывать за ним, чтобы не допустить открытого предательства. Теперь он понял, что ошибался. Частокол никогда не будет верен ни ему, ни Грозовому племени, кроме того, в лагере не место коту, пытавшемуся отравить беззащитного котенка! «Пусть убирается к своему покровителю Звездоцапу! – мрачно подумал Огнезвезд. – Там ему самое место!»



– Продолжай приглядывать за Частоколом! – велел он Бурому. – Можешь больше не скрываться, пусть знает, что мы ему не доверяем! Предупреди его, что он не должен покидать лагерь до тех пор, пока мы не услышим рассказа Медянки.

Бурый настороженно кивнул и бросился в заросли крапивы. Огнезвезд видел, как он уселся возле Частокола и что‑то резко сказал ему. Полосатый воин злобно ощерился в ответ и снова принялся терзать свой ужин. Тихие шаги раздались за спиной Огнезвезда, и он увидел Песчаную Бурю. Палевая кошечка нежно потерлась щекой о его щеку и громко заурчала. Огнезвезд жадно вдохнул ее нежный запах и позабыл обо всех своих тревогах, успокоенный ее близостью.

– Ты есть собираешься? – строго спросила Песчаная Буря. – Я только тебя и жду. Крутобок рассказал мне, что случилось, – продолжала она по дороге к зарослям крапивы. – Я пообещала попозже сменить его в пещере Пепелицы. Можешь не сомневаться, я и на шаг не подпущу Частокола к Медянке!

– Спасибо тебе, – прошептал Огнезвезд. Подходя к куче, он искоса взглянул на полосатого воина. Частокол неторопливо покончил с едой, облизнулся, спокойно поднялся и, словно не замечая присутствия предводителя, невозмутимо прошествовал в воинскую пещеру. Взъерошенный Бурый решительно направился за ним следом.



Едва Частокол приблизился к пещере, как оттуда выскочил бурый Дым. От внимания Огнезвезда не ускользнуло, что Дым резко отшатнулся от Частокола и опрометью бросился к Тростинке, поджидавшей его возле замшелого пенька, торчавшего за пещерой оруженосцев. Лесные коты не привыкли скрывать свои чувства. В свое время Дым был оруженосцем Частокола, но теперь даже смотреть не хотел в сторону бывшего наставника.

Огнезвезд вытащил из кучи сороку и повернулся к зарослям крапивы.

– Привет, Огнезвезд, – крикнула Кисточка, когда он подошел ближе. – Царапка сказал, что ты хотел поговорить со мной по поводу церемонии посвящения? Я готова.

– Отлично! – кивнул Огнезвезд. Все племя прекрасно помнило о том, как отказ Синей Звезды посвятить оруженосцев в воины, привел к бессмысленной гибели Быстролапа и сделал Безликую калекой, так что с посвящением Царапки нужно было поторопиться. – Давай‑ка завтра втроем отправимся в рассветный патруль? Хочу еще разок взглянуть на подготовку твоего оруженосца… Не то, чтобы я сомневался, но просто…

– Разумеется! – весело ответила Кисточка. – Сам расскажешь Царапке о завтрашнем походе или мне предупредить его?

– Сам, – пробурчал Огнезвезд, набивая рот сочной сорочатиной. – Я хочу еще переговорить с Угольком и Тростинкой.

Когда с едой было покончено, Песчаная Буря удалилась в сторону пещеры целительницы, а Огнезвезд подошел к пеньку, где обедали оруженосцы. Он застал там Уголька, Царапку и Дыма с Тростинкой, а вскоре из пещеры старейшин подтянулись Белохвост с Безликой.

– Привет, Царапка, – кивнул Огнезвезд, усаживаясь рядом с оруженосцем. – Коготки не затупились? Готов показать, чему научился? Царапка резко выпрямился и просиял.

– Да, Огнезвезд!

– Тогда приготовься к завтрашнему рассветному патрулированию, – велел Огнезвезд. – Если покажешь себя молодцом, на закате станешь воином.

От счастья у Царапки даже уши заходили ходуном, но внезапно глаза его погасли, и он печально потупился.

– В чем дело? – резко спросил Огнезвезд.

– Быстролап… И Безликая, – пробормотал оруженосец, махнув хвостом в сторону искалеченной кошечки. – Мы все трое так мечтали об этом дне…

А теперь я буду один.

– Я понимаю, – прошептал Огнезвезд и зажмурился от неожиданной боли. – Но это не должно омрачить завтрашнего дня! Ты давно заслужил эту честь.

– И я буду с тобой! – подала голос Безликая, выглядывая из‑за плеча Белохвоста. – Я первой назову тебя новым именем воина!

– Спасибо тебе, Безликая, – прошептал Царапка, низко склоняя голову.

– Раз уж тут зашла речь об именах, – громко вставил Белохвост, – я хотел бы напомнить еще об одном имечке! – Он резко махнул хвостом в сторону Безликой. Все племя знало, что Белохвост никогда не называет свою любимую жестоким именем, которое дала ей Синяя Звезда. – Не пришло ли время дать ей другое имя?

– Как можно изменить воинское имя? – вздохнул Огнезвезд. – Оно дается один раз, перед лицом Звездного племени! Белохвост раздраженно тряхнул головой и ринулся в бой:

– Вот уж не думал, что когда‑нибудь назову нашего предводителя мышеголовым, да, видимо, придется! Как ты считаешь, Куцехвост и Безух с самого начала так звались? Да спроси кого хочешь, сначала у них были обычные воинские имена. Значит, бывает еще какая‑то особая церемония. Вот и проведи ее как надо, а то знаю я наше племя! Они никогда не будут называть ее новым именем, пока ты не произнесешь какие‑то особенные слова! Носитесь со своими ритуалами, просто смотреть смешно!

– Пожалуйста, Огнезвезд! – тихо попросила Безликая, с надеждой глядя на него своим единственным глазом. – Мне так тяжело видеть, как все смущаются, заговаривая со мной. Наверное, все дело в этом ужасном имени!

– Конечно! – поспешил заверить ее Огнезвезд. Ему было очень стыдно, что он сам об этом не догадался. – Я прямо сейчас пойду и поговорю со старейшинами. Безух должен знать, как это делается! Он уже вскочил на лапы, как вдруг вспомнил, что забыл сказать еще кое о чем:

– Уголек и Тростинка, не думайте, что я забыл о вас! Во время нападения собак вы показали себя с самой лучшей стороны, но пока вы еще слишком молоды, чтобы стать воинами. – Это была чистая правда, кроме того, Огнезвезд хотел соблюсти старшинство и первым посвятить в воины Царапку. – Обещаю, что вам не придется долго ждать.

– Мы понимаем, – отозвался Уголек. – Нам еще надо подучиться!

– Огнезвезд! – взволнованно пролепетала Тростинка. – А как же… а что будет с Частоколом?! Если он, в самом деле, хотел отравить Медянку, я не желаю быть его ученицей!

– При чем здесь Медянка?! – нахмурился Белохвост. – О чем это вы? Что тут произошло, пока мы охотились?

Тростинка с Царапкой тут же подбежали к ним с Безликой и принялись наперебой выкладывать последние новости.

– Так кто тогда будет Тростинкиным наставником? – сурово спросил Дым, давая понять, что не сомневается в виновности Частокола. – Я мог бы заниматься и с ней, и с Угольком, – с затаенной надеждой предложил он.

Тростинка просияла, но Огнезвезд отрицательно покачал головой.

– Ничего не выйдет, Дым. Ты будешь к ней слишком снисходителен! Дым раздраженно фыркнул, но потом подумал и кротко кивнул: – Думаю, тут ты прав.

– Не беспокойся! – сказал Огнезвезд и повернулся в сторону пещеры старейшин. – Я позабочусь о том, чтобы дать Тростинке самого лучшего наставника.

Когда он просунул голову в пещеру, устроенную возле поваленного дерева, старейшины уже укладывались на ночь.

– Что стряслось на этот раз? – ворчливо поинтересовался Безух, вытягивая тощую шею из своего мохового гнездышка. – Неужели в этом лагере уже и вздремнуть спокойно нельзя?! То ли дело раньше…

Рябинка сонно заурчала и ласково сказала: – Не слушай его, Огнезвезд. Мы всегда рады видеть тебя.

– Спасибо, Рябинка, – поблагодарил он. – Я пришел поговорить с Безухом. Безух приоткрыл один глаз и широко зевнул.

– Слушаю тебя. Только побыстрее, если можно.

– Я хочу спросить тебя по поводу имен, – начал Огнезвезд и сбивчиво объяснил, что Белохвост хочет дать Безликой новое имя. Заслышав имя искалеченной кошки, к ним тут же приблизилась Горностайка. Все знали, что старая королева очень привязана к Безликой и даже после выздоровления несчастной кошки продолжает зорко опекать ее.

– Не могу его в этом упрекнуть! Очень хорошо понимаю их обоих! – проворчала она, когда Огнезвезд рассказал о негодовании Белохвоста. – Да какому коту понравилось бы носить такое жуткое имечко!

Безух снова зевнул.

– Я был уже старый, когда мне поменяли имя и назвали Безухом, – прошамкал он. – Честно сказать, мне все равно, как меня называют, лишь бы свежатину вовремя приносили да подстилку меняли… Но молодая кошка, это дело другое. Тут не поспоришь!

– Ты можешь рассказать мне, что нужно сделать? – осторожно спросил Огнезвезд.

– Отчего же не могу! – Безух взмахнул хвостом, призывая его подойти поближе. – Иди сюда, да слушай хорошенько…

Всю ночь шел ливень. Когда на рассвете Огнезвезд вывел Кисточку и Царапку из лагеря, от вчерашнего снега не осталось и следа. Тяжелые капли дождя усеяли траву и папоротники, ярко сверкая в свете занимающегося утра. Поежившись от холода, Огнезвезд ускорил шаг. По тому, как сияли глаза Царапки, он видел, что тот еле сдерживает свое возбуждение, стараясь показать себя предводителю с самой лучшей стороны. • Случай не заставил себя ждать. Едва трое котов поднялись на гребень холма, как свежий ветерок донес до них сильный запах мышки. Царапка вопросительно покосился на Огнезвезда, и тот коротко кивнул.

– Вообще‑то мы вышли не на охоту, – напомнил он, – но не откажемся от свежей дичи. Сейчас поглядим, насколько ты проворен! На мгновение Царапка замер, выискивая мышку, которая тихо шуршала в листве под раскидистым кустом. Изогнувшись дугой, оруженосец крадучись пополз к ней. Огнезвезд одобрительно отметил, что Царапка не забыл о том, что мыши очень чутко реагируют на малейшие колебания почвы. Оруженосец даже не шел, а почти плыл, едва касаясь лапами земли. Вот он прыгнул, повозился и почти тут же вернулся к поджидавшим его воинам. Глаза его победно сверкали, в пасти безжизненно болталась мертвая мышка.

– Отлично! – похвалила Кисточка.

– Просто прекрасно, – поддержал ее Огнезвезд. – Закопай свою добычу, мы захватим ее на обратном пути.

Подождав, пока Царапка закидает свою мышку землей, Огнезвезд повел патруль в сторону Змеиной Горки. Он не был там с того ужасного рассвета, когда обнаружил оставленную Звездоцапом цепочку дохлых кроликов. Горькая желчь подступила к горлу Огнезвезда при воспоминании о тошнотворном запахе кроличьей крови, но на этот раз вокруг не было ничего, кроме привычных лесных ароматов. Вскоре они добрались до Змеиной Горки, но и здесь все было тихо, а лай и завывание, доносившиеся некогда из пещеры, давно превратились в воспоминание.

– Очень хорошо, Царапка, – снова сказал Огнезвезд, стараясь ничем не выдать липкого ужаса, до сих пор охватывавшего его при виде этого места. – Скажи мне, что ты чувствуешь?

Оруженосец поднял голову, разинул пасть и втянул воздух, пропуская его через чувствительные железы в гортани. Он весь подобрался и едва заметно дрожал, сосредоточившись на полученном задании.

– Лису чую, – начал Царапка. – Запах старый… думаю, дня два, не меньше. Так, теперь белка. И…. и собачий запах, – он быстро покосился на Огнезвезда, и тот понял, что у будущего воина с этим местом связаны свои тяжкие воспоминания. Именно здесь был растерзан Быстролап и жестоко пострадала Безликая.

– Что еще?

– Еще Гремящая Тропа, – отозвался Царапка. – И чем‑то еще… – он снова принюхался. – Вот это я не могу понять, Огнезвезд. Кажется, пахнет кошками, но только не нашими, лесными. Запах доносится откуда‑то оттуда, – он взмахнул хвостом. – Что ты думаешь? Огнезвезд сделал глубокий вдох и понял, что Царапка прав. Ветерок доносил до них слабый и совершенно незнакомый кошачий запах.

– Давайте‑ка поглядим, – прошептал Огнезвезд. – Только осторожно! Думаю, это всего лишь какой‑нибудь заблудившийся котенок, но все может быть.

Трое котов крадучись начали пробираться в траве, и с каждым шагом запах становился все сильнее. Теперь Огнезвезд мог рассказать о нем гораздо больше.

– Нет, это не котенок. Бродяги или одиночки, – уверенно прошептал он. – Кажется, их здесь трое. Запах свежий. Мы едва с ними разминулись.

– Что они делают на нашей территории? – ощетинился Царапка. – Ты думаешь, это бродяги Звездоцапа?! – спросил он, намекая на банду бездомных котов, которые когда‑то помогли Звездоцапу напасть на лагерь Грозового племени, разбойничали с ним после его изгнания, а потом вместе с ним явились в племя Теней.

– Нет! – решительно ответила Кисточка. – Звездоцаповы бродяги давным‑давно пропахли племенем Теней. Это что‑то новенькое.

– И я хочу знать, что они тут делают! – добавил Огнезвезд. – Давайте пойдем по их следу. Веди нас, Царапка.

Оруженосец мгновенно посерьезнел, возможная угроза со стороны шайки бродячих разбойников заставила его забыть о предстоящей церемонии. Шаг за шагом он старательно шел по следу чужаков, пока тот окончательно не потерялся в вязком болотце, где даже Огнезвезд ничего не смог учуять.

– Прости, Огнезвезд, – разочарованно вздохнул котик.

– Ты ни в чем не виноват! – заверил его Огнезвезд. – Если уж запах пропал, значит, пропал. – Он вскинул голову и посмотрел туда, куда привел их след. Похоже, странные гости ушли в сторону Гремящей Тропы или скрылись на территории Двуногих. В любом случае они покинули земли Грозового племени.

– Я велю патрулям держать ухо востро, но, думаю, нам не о чем беспокоиться, – протянул Огнезвезд. – Ты отлично держишь след, Царапка, – добавил он, повернувшись к молодому котику. – Пора возвращаться в лагерь. Нужно успеть подготовиться к церемонии посвящения.

– Пусть все коты, способные охотиться самостоятельно, соберутся под скалой на собрание Грозового племени!

Огнезвезд еще не успел закончить, как увидел, что из пещеры оруженосцев кубарем выкатился Царапка. Следом за ним бежала Кисточка. И оруженосец, и его наставница тщательно приготовились к церемонии – золотисто‑бурая Царапкина шерсть так и светилась в серых сумерках. Молодой котик весь сиял, словно вот‑вот лопнет от распиравшей его гордости.

Огнезвезд внимательно смотрел перед собой, ожидая, пока все коты соберутся под скалой. Вот из пещеры целителей, хромая, выскочила Пепелица. Рядом с ней семенил Крутобок, и они о чем‑то негромко перешептывались, сблизив головы. «Как‑то там Медянка!» – подумал Огнезвезд. Перед тем, как уйти в рассветный патруль, он мельком заглянул в пещеру к целительнице. Малышка спала, но Пепелица все еще не могла точно сказать, есть ли надежда на то, что ее организм полностью освободился от яда. Огнезвезд решил, что непременно заглянет к Медянке сразу же после окончания церемонии.

Он поискал глазами Частокола и заметил, как тот вразвалку вылезает из пещеры в сопровождении Бурого. Стоило этой парочке сесть под скалой, как пространство вокруг них мгновенно опустело. Никто из котов не хотел находиться рядом с Частоколом. Полосатый воин презрительно смотрел прямо перед собой, но Огнезвезду показалось, что сегодня он выглядит несколько напряженным. По всей видимости, у него были свои причины волноваться за состояние здоровья Медянки. Огнезвезд быстро окинул взором свое племя. Сегодняшний день был особенным не только для Царапки, но и для Огнезвезда, ведь Царапка станет первым оруженосцем, которого он посвятит в воины.

Ясным и громким голосом Огнезвезд начал произносить слова, которые запомнил наизусть еще со дня собственного посвящения и с тех пор не раз слышал от Синей Звезды:

– Я, Огнезвезд, предводитель Грозового племени, призываю моих звездных предков‑воителей взглянуть с небес на этого оруженосца. Он упорно трудился, постигая завещанный вами воинский закон, и теперь я представляю вам его как нового воина! – Глядя сверху вниз на притихшего оруженосца, Огнезвезд продолжал: – Царапка! Обещаешь ли ты свято следовать воинскому закону и, не щадя жизни, защищать свое племя?

Снизу раздался твердый голос молодого котика: – Обещаю!

– Тогда властью, данной мне Звездным племенем, я дарую тебе имя воина. Царапка! С этого дня имя твое будет – Терновник. Звездное племя гордится твоим умом и преданностью, и мы рады принять тебя в славную семью воинов Грозового племени!

Сделав шаг вперед, Огнезвезд дотронулся подбородком до макушки Терновника и почувствовал, что молодой воин весь дрожит от волнения. Терновник быстро лизнул предводителя в плечо и посмотрел ему в глаза долгим взглядом, в котором счастье смешивалось с печалью. Огнезвезд знал, что в этот торжественный момент молодой котик снова думает о своем друге Быстролапе, который погиб у Змеиной Горки, так и не успев стать воином.

Не успел Терновник шагнуть в толпу воинов, как к нему тут же подбежала Безликая.

– Терновник! – звонко проурчала она и жарко лизнула приятеля в золотистое ушко. Безликая сдержала свое обещание первой назвать Терновника его новым воинским именем, и голос ее был полон нежности к другу и гордости за его успех. Белохвост высунулся из‑за спины своей подруги, быстро поздравил Терновника и вопросительно поглядел на предводителя.

Огнезвезд кивнул. Он подождал, пока все племя поздравит молодого воина и на все лады повторит его новое имя, а затем взмахом хвоста попросил тишины. Когда Грозовые коты снова расселись по местам и замолчали, Огнезвезд сказал: – Прежде чем вы разойдетесь, я хотел бы сказать вам еще несколько слов. Во‑первых, я прошу вас вспомнить об оруженосце, который должен был бы стоять сейчас перед этой скалой вместе с Терновником. Все вы знаете, что Быстролап погиб, пытаясь выследить свору псов, угрожавших жизни нашего племени. Грозовые воины навсегда сохранит память о нем!

Толпа под скалой одобрительно загудела. Огнезвезд заметил, как приосанился Долгохвост, бывший наставник погибшего оруженосца, и увидел в его глазах гордость, смешанную с горечью.

– Кроме того, – продолжал Огнезвезд, – я хочу от имени всего племени поблагодарить Уголька и Тростинку. Во время изгнания собак они показали себя настоящими храбрецами, и хотя они пока слишком молоды, чтобы стать воинами, мы все гордимся ими!

– Тростинка! Уголек! Вот молодцы так молодцы! – зазвучало со всех сторон. Каждый кот торопился поздравить и похвалить юных оруженосцев, так что скоро брат с сестрой совсем растерялись и засмущались. Глаза Дыма так и сияли от гордости за свою подругу. Только Частокол, наставник Тростинки, не проронил ни слова. Даже не повернув головы в сторону своей ученицы, он продолжал презрительно смотреть прямо перед собой.

Огнезвезд подождал, пока стихнет шум под скалой, и снова возвысил голос.

– Сегодня здесь состоится еще одна церемония, – он взмахнул хвостом, подзывая к себе Безликую. Кошечка взволнованно подошла и встала прямо перед предводителем. Белохвост тут же выскочил за ней следом и остановился всего в одном кошачьем прыжке от своей любимой. Шепоток удивления прокатился по толпе котов. Большинство из них даже не догадывалось о том, что сейчас произойдет. Церемония смены имени и без того была большой редкостью, но никто не слышал, чтобы ее проводили почти сразу после того, как оруженосец получал свое первое воинское имя.

Огнезвезд припомнил, что сказал ему Безух, и начал: – Души звездных воинов, вы знаете имя каждого лесного кота. Сейчас я прошу вас забрать имя у кошки, что сидит перед вами, потому что оно ей больше не подходит!

Он замолчал. Ставшая безымянной, пестрая бело‑рыжая кошечка у подножия скалы вся дрожала от волнения. Огнезвезд очень надеялся, что новое имя придется ей по душе, ведь он столько размышлял, прежде чем выбрал подходящее прозвание!

– Властью предводителя Грозового племени, – нараспев провозгласил Огнезвезд, – и с одобрения звездных воинов‑предков я даю этой кошке новое имя. Отныне она будет зваться Яролика! Пусть тело ее жестоко изранено, мы гордимся ее храбрым сердцем и огнем, который пылает в ее душе! Он приблизился к Яролике и прикоснулся подбородком к ее затылку, как того требовал ритуал имянаречения. Кошечка быстро лизнула его в плечо, как подобает молодым воинам, только что получившим свое имя.

– Яролика! Яролика! – зашумели коты под скалой. Пестрая кошка с детства пользовалась большой любовью среди котов, все племя горько оплакивало ее раны. Все прекрасно понимали, что Яролика никогда уже не станет настоящей воительницей, но хотели, чтобы она заняла достойное место среди соплеменников.

Огнезвезд сам подвел Яролику к ожидающему ее Белохвосту.

– Ну? Теперь ты доволен? – проворчал он, глядя на своего белоснежного племянника. Белохвост ответил не сразу. Обвив свой хвост вокруг хвоста Яролики, он с ласковым урчанием терся шеей о ее щеку.

– Прекрасное имя, Огнезвезд, – пробормотал он. – Просто прекрасное! Единственный уцелевший глаз Яролики так и лучился от счастья, она так размурлыкалась, что даже говорить не могла, и лишь с благодарностью смотрела на Огнезвезда. «Бедняжка слишком долго несла на себе тяжкий груз безумной ненависти Синей Звезды к Звездному племени! – подумал Огнезвезд. – Пусть она никогда не станет настоящей воительницей, зато теперь у нее есть имя, которым можно гордиться!»

Огнезвезд судорожно проглотил ком в горле. Такие мгновения навсегда остаются в памяти, именно они делают жизнь предводителя счастливой.

– Послушай, Огнезвезд, – сказал вдруг Белохвост. – Мы с Яроликой хотели бы начать тренировки. То, что у нее один глаз и одно ухо, это еще не помеха – просто нужно разработать особую боевую технику, только и всего! А когда она снова научится сражаться, она хотела бы уйти из пещеры старейшин и перебраться обратно к воинам. Можно?

– Я даже не знаю… – замялся Огнезвезд. На самом деле он прекрасно знал, что Яролика никогда не будет настоящим воином, поскольку не сможет охотиться самостоятельно, кроме того, из‑за своих ран она всегда будет проигрывать в любой схватке. С другой стороны, как предводитель, он очень хотел бы, чтобы Яролика научилась хоть как‑то сражаться и, в случае крайней необходимости, могла бы постоять за себя и за свое племя. – Ты у нас до сих пор без оруженосца, Белохвост, – вслух сказал он. – Думаю, ты сможешь найти время для занятий с Яроликой.

– Это значит, что мы можем начать тренировки? – настырно уточнил Белохвост.

– Пожалуйста, Огнезвезд! – робко попросила Яролика. – Я так хочу перестать быть обузой для своего племени! Я буду очень стараться, обещаю…

– Уговорили! – улыбнулся Огнезвезд и неожиданно добавил: – Если вам удастся придумать какие‑нибудь новые приемы, вы должны обязательно поделиться ими с остальными. Яролика не первая кошка, получающая такие тяжелые увечья, и, боюсь, не последняя. Белохвост утвердительно закивал, и парочка отошла к Бурану, бывшему наставнику Яролики, который хотел поздравить свою ученицу с новым именем. Завидев Огнезвезда, глашатай кивнул ему и сообщил:

– Перед церемонией я заглянул к Медянке. Похоже, она начинает просыпаться. Пепелица полагает, что моя девочка пойдет на поправку.

– Вот это новость! – просиял Огнезвезд. Только теперь он вспомнил, что Буран был отцом пострадавшей малышки. – Ты думаешь, она уже сегодня сможет рассказать нам о том, что произошло?

– Об этом надо спрашивать не меня, а Пепелицу, – строго ответил белоснежный воин. – Иди к ней, я сам позабочусь о патрулях. Огнезвезд быстро поблагодарил его и побежал на половину целительницы.

В самом начале папоротникового туннеля он столкнулся с Пепелицей.

– А я как раз бегу к тебе! – взволнованно воскликнула она. Успокоенный словами Бурана, Огнезвезд даже слегка растерялся, увидев тревогу в голубых глазах целительницы. – Медянка очнулась. С ней все будет хорошо. Но ты должен немедленно выслушать ее историю!

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2018 год. (0.014 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал