Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Понятие стиль и стилистика




Функциональным аспектом языковой системы занимается наука стилистика. «Стилистика – наука о богатстве и разнообразии системно связанных между собою маркированных и немаркированных средств литературного языка и об умении их использовать наряду с нелитературными языковыми средствами, в зависимости от жанра, содержания, целей высказывания, а также ситуации и характера аудитории».

«Стилистика – раздел языкознания, в котором исследуется функционирования (или способы исследования) языковых единиц (и категорий) в рамках литературного языка в соответствии с его функциональным расслоением в различных условиях языкового общения, а также функционально-стилевая система, или «система стилей», литературного языка в его современном состоянии и в диахронии.»[1]

Большой вклад в развитие теории и практики стилистики внесли известные просветители, лингвисты, методисты. Конечно, главная роль здесь принадлежит М.В. Ломоносову, который считается основоположником стилистики русского языка. Его теория трех стилей – это основной труд по истории стилистики. Учение о трех стилях было известно еще античным писателям. Своеобразие труда М.В. Ломоносова состояло в том, что он осмыслил эту теорию применительно к соотношению русского и церковнославянского языков. Ломоносов предлагает три штиля: высокий, средний, низкий. Различие между штилями зависело от степени употребления в них старославянизмов.

Изучение любого языка обязательно связано со стилистическим аспектом, т.к. каждая лингвистическая единица /фонема, морфема, слово, словосочетание, предложение/ функционирует в реальной речевой ситуации, говорящий имеет возможность выбора тех или иных единиц, наиболее подходящих к данной ситуации. Изучение языковых единиц в их стилевом разнообразии, в отношениях синонимики в широком смысле свидетельствует о практической направленности усвоения речевых навыков. На начальной стадии изучения русского языка следует исходить из конкретных коммуникативных потребностей, следует учитывать форму речи /устная или письменная/, речевую ситуацию /бытовое общение или публичное выступление/ и т.д.

Стилистика языка - наука, изучающая не только эффект речевого произведения, но и те приемы, которыми этот эффект достигается. Отсюда изучение средств языкового выражения, обеспечивающих прагматический аспект высказывания. Поэтому в сферу стилистических исследований входят как необходимый ингредиент не только онтология экспрессивно-эмоциональных средств языка, но также и способы их передачи. Таким образом, задачей стилистики в какой-то мере является изучение лингвистическими методами всего процесса коммуникации, состоящего, как известно, в порождении, передаче и восприятии сообщения. В терминах теории информации эту задачу можно было бы сформулировать следующим образом: получить такой код, который, будучи расшифрован, сообщил бы некоторую дополнительную (суперлинеарную) информацию. Такая информация имеет целью вызвать желаемую реакцию получателя сообщения.



Лингвистика, изучающая единицы уровней структуры языка, в основном сосредоточивает свое внимание на формальных и смысловых характеристиках языковых единиц и, до некоторой степени, на их функционировании. Однако более глубокое проникновение в сущность языковых единиц, предполагающее учет их семантических свойств (включая их компонентный состав и их материальные характеристики), не всегда стоит в центре внимания исследователей.

В области изучения лексики основное внимание главным образом уделяется устоявшейся смысловой структуре, классификациям слов, морфологической структуре слова, его традиционным сочетаниям, в то время как огромные потенциальные возможности, заложенные в природе этой основной единицы языка, остаются вне поля зрения исследователей.

Фонетические исследования тоже ограничиваются фактами, легко выделяемыми, так сказать, лежащими на поверхности явлений, игнорируя, к примеру, такие вопросы, как звуковые повторы, ритмическая организация высказывания, паралингвистические факты звучащей речи. Точно так же и в работах по морфологии редко можно найти анализ необычных сочетаний основы и аффикса, расширения смысловой структуры морфа, самостоятельного функционирования словообразовательных морфем и пр. Что же касается синтаксиса, то здесь исследования до последнего времени в большинстве случаев ограничивались вопросами структуры предложения и словосочетания. Лишь в самое последнее время единицы синтаксиса, получившие обобщенное название сверхфразовых единств, стали предметом изучения в синтаксических исследованиях. Все же эта проблема еще очень мало разработана и до сих пор остается «падчерицей» грамматики[2].



Первая - это общее понятие стиля и предмета стилистики; вторая - функциональные стили языка как разновидности литературного языка; третья - особые средства языка, «...которые, обладая особой стилистической окраской, противопоставлены звукам, формам и знакам с иной стилистической окраской» - иными словами, особые приемы комбинирования языковых средств, дающие дополнительную, суперлинеарную информацию; четвертая проблема - индивидуальный стиль автора как особая комбинация языковых средств, характерная для данного писателя, и, наконец, пятая - особая форма коммуникации - поэтическая речь в ее формально-структурных и смысловых особенностях.

Наиболее разнохарактерным представляется понимание стиля языка, стилистических средств и стилистики как науки, изучающей эти явления. Есть мнение, что стилистики как отдельного раздела языкознания не существует. Согласно этой концепции стилистические средства представляют собой не что иное, как те же фонетические, морфологические, лексические и синтаксические средства, причем им отказывается даже в своеобразии их организации. «Двустороннее единство языка и мышления, - пишет Г. В. Колшанский, - означает прежде всего полное выражение содержания в форме языка и абсолютную однозначность (разрядка наша. - И. Г.) языковых форм при передаче того или иного конкретного содержания (с учетом всех факторов - лингвистических и экстралингвистических, преобразующих общую полисемию языковых форм в однозначные конкретные высказывания)», «...исследование структурной формы высказывания должно основываться на принципиальной равноценности всех средств, участвующих в образовании того или иного высказывания»[3].

Очевидно, что «глобальный анализ структуры реализации мысли» может быть осуществлен только на основе дифференциации явлений, в противном случае понятие «глобальное» представляется как нерасчлененное, а не всеобщее. Что же касается «равноценности всех средств», то надо ли доказывать,

Многие лингвисты рассматривают стилистику как область, в которой подвергается исследованию только язык художественной литературы, и даже считают ее особой областью, лишь косвенно связанной с лингвистикой. Некоторые из них и многие другие исследователи, закономерно занимаясь вопросами отношения средств выражения к выражаемому содержанию, незаметно, но преднамеренно переключаются на проблемы эстетико-познавательного характера. Понятие «стиль» берется чрезмерно широко и начинает захватывать психологию языка, прагматику, литературоведение и другие области знания, выходящие за пределы собственно лингвистики. Несколько варьируясь, эта концепция представлена в американской школе стилистики, которая в основном, исходя из теории бихевиоризма, рассматривает стиль как некую абстрактную категорию, несущую в себе черты индивидуальности, присущие отдельной личности.

Существует концепция неразличения нормы и стиля, уходящая своими корнями в односторонне утилитарную точку зрения. Стиль понимается как система правил, определяющая доступность и полное соответствие с установившимися нормами литературного языка. «Стилистика, - пишет А. М. Гвоздев, - имеет прикладной характер, обучая языковому мастерству, вырабатывая сознательное отношение к языку»[4]. В своей рецензии на эту работу В. В. Виноградов заметил, что автор смешивает стилистику с нормативной грамматикой[5]. Особенно часто приходится встречаться с противоположным пониманием - стиль рассматривается как отклонение от нормы. Почти всякое нарушение «правильности» рассматривается с этой точки зрения как стиль и, как это ни парадоксально, отклонения возводятся в ранг наиболее характерных черт стиля, определяющих его статус. Такое понимание стиля сводит на нет всякое представление о различии текстов, об индивидуальном употреблении средств языка, о коммуникативной функции языка и о прагматике языковых построений. Все сводится, в конечном итоге, к такой зашифровке сообщения, которая требует особых усилий для его декодирования, усилий иногда бесплодных и чаще всего вызывающих необходимость переосмысления грамматических характеристик и смыслового содержания компонентов словосочетаний и целых предложений.

Концепции «стиль как отклонение от нормы» противостоит концепция «стиль как отбор средств языкового выражения». Здесь в основу кладется принцип частотности употребления и связанный с ним вопрос о предсказуемости и вероятности. Сами средства, отбираемые в определенных целях сообщения, представляют собой некую систему, которая, к сожалению, пока конкретной характеристики в науке не получила. А ведь важно то, что предсказуемость определяется не системой, она является результатом наблюдения, предварительных знаний о характере текста или своеобразии слога писателя. Как и представители концепции «стиль как отклонение от нормы», приверженцы односторонней концепции «стиль - отбор средств», неизбежно сужая объект наблюдений, возводят отбор средств в определяющий признак понятия «стиль».

Среди других концепций следует еще выделить абсолютизацию прагматического подхода к проблеме стиля языка. При этом стиль языка рассматривается только в плане «эффекта сообщения». При такой постановке вопроса исчезает лингвистический аспект и наука приобретает явно психологическое направление. «Что» и «как», обеспечивающие желаемый «эффект сообщения», остаются вне поля зрения исследователя или, в лучшем случае, затрагиваются попутно.

Разноголосицу в определении исходного понятия можно показать на примере нескольких определений стиля из многочисленных работ по стилистике. «Стиль - это свойство языка точно передавать эмоции и мысли или систему эмоций и мыслей» (М. Маррей). «Стиль - это одна из соотносительных разновидностей ее, характеризующихся индивидуальными своеобразиями экспрессивного отбора слов, фразеологии, синтаксических конструкций, иногда произношения и морфологических особенностей» (А. И. Ефимов). «Стилистику можно определить как теорию употребления языка в эстетических целях, включая и изучение результатов эстетического употребления языка» (В. де Гроот). «Стиль - это контекстуально ограниченная вариация языка» (Н. Э. Энквист). «Стиль - это в основном процесс цитации, корпус формул, память (в почти кибернетическом смысле слова), культурное, а не эмоциональное наследие» (Р. Бартере), «...стилистика оперирует суждениями оценочного характера» (А. Ж. Жуилан).

Лингвистическую стилистику можно определить как науку о природе особых маркированных элементов, особых сочетаний языковых единиц, способных сообщать дополнительную информацию к основному содержанию высказывания (текста), и об отношении одних средств выражения к другим в данном типе текста. Такое определение предмета стилистики и ее задач покрывает, по сути дела, основные области ее компетенции, а именно, установление стилистических приемов, их классификацию и употребление в разных текстах и системность функциональных стилей языка, которая, в конечном счете, выявляется в соотношении одних средств выражения с другими.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2018 год. (0.009 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал