Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Я и зависть




“Что это там у этого парня? Это должно быть моим”.

“О! Что это за херня? Это должно быть моим”.

Зависть: “Как бы заполучить это побыстрей, приятель?”

После тщеславия, зависть, вероятно, наиболее важный грех в списке мистера Блэквелла (Ричард Блэквелл – американский критик моды, журналист, теле- и радиоведущий – ред.). Это тварь из пропасти, до которой не добраться. Это постоянный зуд, раздражающий спину. Ну же, руки вверх, вы знаете, что вы из себя представляете - мы все завистливы. Ведь это чертовски легко - завидовать всем и всему. Это делает нас злыми и алчными, и даже иногда заводит, ибо, что есть похоть, если не зависть и желание полностью овладеть кем-то. Так что, если жадность - основной ингредиент нашего греховного пирога, то зависть – секретная приправа, которая придает особый вкус блюду. Так же, как и остальные грехи из нашей Смертной Семерки, она появилась очень давно. Одна из Десяти Заповедей гласит: "Не возжелай жену ближнего своего". Очевидно, жена Иезекииля (ветхозаветный пророк – ред.) была больше похожа на Рэйчел Хантер (американская модель и актриса новозеландского происхождения – ред.), чем на Эстель Гетти (американская актриса театра и кино – ред.). Так что в зависти нет ничего нового. И ничего смертельного.

Желать чего-то лучшего - это ведь, черт возьми, так по-американски? Зависть вгоняет кумулятивные пули в еле живую, слабую надежду и вооружает вас оружием жизни, при помощи которого вы можете проделать большие дыры в собственной апатии. Так почему бы и нет? Если в этой стране можно верить в мечты, то тогда они - общая собственность, неотъемлемое право, которое выдают в больнице вместе с красно-сине-белыми успокоительными пилюлями. Все, что нам нужно, это прыгнуть чуть выше головы, чтобы понять, что нам делать со всей этой сияющей свободой! Составляющая часть этого воспитательного процесса - здоровая порция зависти. Не знаю, как насчет вас, а я хочу очень многого, и все это напоминает мне то дерьмо, которое уже есть у кого-то. Так почему бы мне не хотеть того, чем владеют другие? Только потому, что это принадлежит им, не означает, что не существует подобных вещей другого размера. Даже если какая-нибудь штуковина - единственная в своем роде, всегда найдется засранная лачуга, где продают неудачникам вроде меня пахнущие кукурузной мукой подделки, которые размокают под дождем.

Рекламные ролики - это романтические комедии, придуманные для того, чтобы заставить потребителей завидовать людям и желать товара - чем привлекательнее персонаж из рекламы, тем больше тебе нужны эти брюки. Рекламные стенды выглядят как скрытые послания, как ваш персональный маячок жадности, если вы ездите так же быстро, как и я, и их единственная цель - накормить вас всяким преходящим дерьмом, которого у вас нет и не было. В результате, вы обнаруживаете, что вам нужна всякая фигня, о чем вы даже и не подозревали. Вы становитесь манчьжурским стажером в Macy’s (одна из крупнейших и старейших сетей розничной торговли в США, основана в 1858 году – ред.), готовым смотаться оттуда с мылом и лосьоном. Нас бомбардируют объектами зависти утром, в обед, и на безумных вечерних распродажах, пока это не становится обычным делом. Но моя точка зрения такова: я не думаю, что зависть настолько плоха, да разве в этой стране, как и в любой другой, можно не завидовать? Мы все от природы теряем голову, жаждем обещаний, еле различимых в мрачных тенях; сомнительное благо может стать вашим, если корысть оправдана. Нас перехитрили и обошли с фланга те, кто думают не как мы, и эти подонки еще ждут от нас добродетели? Любители трахать свиней, скажите-ка мне, как сказать "поцелуйте меня прямо в зад" по латыни?



Зависть просто ужасна по утрам, но она подкидывает смешные странности. Например, меня неприлично тянет узнать, что люди держат в своих холодильниках, особенно в Калифорнии. Не знаю, почему. Прихожу в чужой дом и оказываюсь на кухне. Потом вы видите дверцу, открытую настежь, и меня с головой внутри холодильника, изучающего его содержимое. Убери башку из сточной канавы – мы уже закрыли глаза на твою страсть, ты, извращенец. Понятия не имею, в чем дело, но мне просто любопытно, что там внутри. Что вы думаете о том, как люди компонуют овощи и фрукты, упаковывают мясо для ланча, расставляют напитки? Я трогаю продукты, беру что-нибудь в руки, а потом кладу обратно. И еще я все нюхаю. Для меня, забитый под завязку холодильник - как видеоигра: я отдаюсь развлечению с потрохами, и мне не важно, в чем там интрига.

При этом находятся люди с шикарными домами и дорогими машинами, которым нравится, когда в их морозилке пусто. Они так богаты, что питаются исключительно вне дома. Поэтому их стол украшен несколькими ключевыми ингредиентами: горчицей, полкувшином солений, пустой бумажной упаковкой, батончиком масла и коробкой с содовой Arm & Hammer (производитель домашних продуктов питания – ред.) на случай, если что-то не усвоится должным образом. Что за черт? Неплохо бы попробовать эту сборную солянку. Такое дерьмо можно встретить в холодильниках у бедняков и студентов, но не у богатых людей. Думаю, это подсознательное поведение, чтобы остальные считали, что вы не при таких деньгах, как кажетесь. Когда у вас в холодильнике мышь повесилась, есть надежда, что люди пожалеют вас. Все это, конечно, здорово, но не прокатывает в Беверли-Хиллз.



Я достаточно откровенен, если выбирать из самых завистливых людей на планете. Если вы зеленеете от зависти, тогда я “Невероятный Халк” (главный герой одноименного фильма 2008 года – ред.), рвущийся через Манхэттен. Я агрессивный, беспардонный, обозленный, хватающий все, что попадается под руку. Так что, в моем понимании, зависть – не грех, а скорее порыв ветра в мои паруса. Жадность и зависть устраивают маленькую ярмарку в моей убогой лачуге, а я, как организатор аукциона, называю лоты и принимаю предложения. Но даже я останавливаюсь, когда дело доходит до проверки каталога Крейга (сайт электронных объявлений – ред.) в моей душе. В наши дни люди относятся к деньгам и повышению цен как к неизбежным фактам. В этом двуликом мире, который вещает из двух ртов, награды и почести становятся своего рода возмещением убытков, и, что касается меня, я здесь, чтобы объявить все это полной чушью.

“Грэмми”, “Эмми”, “Оскары”, ”AMA”, “Тони”, ESPY (премии за достижения в области музыки, телевидения, кино, театра и спорта – ред.) - вы знаете, люди привыкли хорошо относиться ко всяким таким вещам. Но за последние несколько лет порча разъела доверие даже самых горячих сторонников. Меня все время спрашивают, каково это – выиграть Грэмми? Я отвечаю, что мне наплевать. Какое мне дело до премии Грэмми? Чтобы вам все стало понятно об этом фарсе, - просмотрите список номинаций. Здесь чертовы кучи наград для попа, хип-хопа, кантри и даже современной церковной музыки. В большинстве случаев номинации предназначены для смешанных жанров. Есть даже несколько наград для техников, и это оправдано. Люди в шоу-бизнесе часто забывают, кто делает черную работу, так что это на пользу. Однако…

Есть одна метал-номинация. Одна! Награда! Для метал-музыки!

Выигрывая метал-Грэмми, вы чувствуете себя здоровым прокаженным. Конечно, на секунду вы на небесах, но к концу дня понимаете, что вас все равно поимели. Можно привести следующий аргумент, раз метал-номинация всего одна и вы выиграли ее, то попадаете в элиту, в которую нет доступа всем остальным. Но тогда зачем придумали все другие номинации? Ведь смысл в том, чтобы отличаться от всех, будто вы сотворили нечто, что не под силу другим. В наше время последние подражатели-неудачники, бездарные размалеванные бракоделы уходят вон с охапкой славных призов под хвалебный аккомпанемент лукавых льстецов. В эпоху, когда даже слова, которые мы употребляем, рассматриваются как вранье, что можно сказать о церемонии награждения, низведенной до уровня неравного соперничества. Да и вообще, я доверяю не наградам, а результатам, которые придают вам вес и благосклонно дарят возможность заниматься тем, что вы исповедуете. Я доверяю своим поклонникам, потому что они вкладывают в меня свою веру. Только это взаимное чувство так приятно уху и так сладко на вкус.

Как и похоть, зависть может быстро сесть вам на шею. Всего один проблеск исчезающей мечты, и вы схвачены. Ваше молоко прокисло, и вино испортилось. Вам место на своей стороне кровати. На обед вы грызете губы изнутри. Вы – ходячее отчаяние собственной персоной. Но если вы можете обратить зависть в преимущество, то лучшего ощущения и быть не может. Это не моя рекомендация к мгновенному наслаждению. Врач поможет лучше. Я просто говорю, что когда-то мечта должна сбыться. Зависть влияет на вас, так заполните пробел в этом деле. Мы все деремся за кусочек бостонского пончика (пирожное c кремовой или шоколадной начинкой – ред.) каждый день, каждую секунду. Почему мы должны отказывать себе в маленьких удовольствиях, если они надолго придают нам сил? Думаю, плохое отношение к тому, что мы хотим, давно уже должно было уйти в прошлое. Мы перерождаемся в счастливые печенья (китайское печенье из двух половинок, внутри которого спрятана полоска бумаги с предсказанием судьбы – ред.), скрученные и сладкие, сохраняя при этом чувство вины. Зачем разрывать запечатанный пакет, друзья? Какой смысл в еде, если все, что вы получаете взамен, это усиливающаяся жажда, изжога и душевная тоска?

Сейчас вы, наверное, думаете, что перед вами болтливый скандалист, готовый к драке и совершенно пустой внутри. А это звучит не так плохо, честное слово. Один из принципов моей философии можно выразить так: “если вы не говорите, значит ничего не сказано”. Говоря в общем, это значит, что, если вы хотите чего-то от жизни, выскажите это или заткнитесь. Я хочу сказать, что у нас в жизни полно забот, забудем, что чувствуют люди, непохожие на тех, кто нам безразличен, когда нам приходится принимать решения. Бывают моменты, когда мир не должен лезть вам в душу. Какой грех в том, чтобы хотеть чего-то, если все вокруг чувствуют то же самое? Быть человеком это инстинкт, а не источник религиозного самопознания.

Все, о чем я сказал выше, имеет особое отношение к детям. Как-то ребенком я хотел, чтобы однажды на Рождество у меня был набор детских трусов, как у Бобы Фетта (охотник за головами из киноэпопеи “Звездные войны” – ред.). Это все, что я хотел. А кончилось тем, что мне подарили игровую приставку Atari 2600 и большой двухкассетный магнитофон. Мое разочарование было настолько сокрушающим, что я отказывался говорить с кем-либо целую неделю. Несколько месяцев спустя меня, против воли, увезли во Флориду, и я вынужден был выбросить свое барахло. Абсолютно все. Приставку и магнитофон продали, чтобы были деньги на бензин. В итоге, в Форт-Лодердейле (курортный город на восточном побережье южной Флориды – ред.), я сбежал из дома на несколько недель. К этому моменту кальсоны Бобы Фетта меня меньше всего беспокоили. Первоочередной задачей теперь было найти поесть. Так что, еще в юности я постиг, что зависть это чепуха по сравнению с выживанием. Это не означает, что я расстался со своими заветными желаниями. Просто я пошел по странному, но прямому пути, чтобы обустроить свою жизнь в перспективе. Я могу видеть лес сквозь огонь. Мы все время насыпаем горы из гравия и создаем себе сложности вследствие собственного безделья. Зависть все время будет рядом с нами, как Яго (завистливый персонаж трагедии Шекспира "Отелло") - с Отелло в нашей душе.

А вот еще одна глупость, с которой я столкнулся в детстве. Я был убежден, что мне никогда не быть хорошим певцом или великим поэтом, потому что я не Стивен Тайлер. Тут ничего не скажешь: Стивен Тайлер – одна из наиболее одаренных и необычных рок-звезд в мире. Никто не поет, как он, никто не сочиняет стихи, как он, и никто не излучает столько энергии, бьющей из него через край еще с тех пор, как я пешком под стол ходил. Возможно, у него были свои жизненные трудности, и он каждый день сражался с демонами, но для меня он – просто атас! У меня есть кумиры: Себастьян Бах, Генри Роллинз, Майк Паттон, Джеймс Хэтфилд и Дэвид Ли Рот. Но Стивен Тайлер стал для меня Святым Граалем. Он был моим идеалом, и я всегда старался походить на него.

По мере взросления я понял, что никогда не стану Стивеном Тайлером, да и не хочу им быть, и причина не в том, что мне не прыгнуть так высоко, а в моем искреннем убеждении, что подражание – это крайняя форма лести, а индивидуальность – единственная форма бессмертия. Я так завидовал его карьере, но желание в точности повторить его путь было бы данью его наследию, не моему. Всегда легче следовать чьему-то примеру, поскольку чужие ошибки уже известны вам. Нет риска – нет неверных шагов, но и нет славы. Нужно прорубить проход в джунглях, чтобы найти новую землю. Идти по протоптанному пути значит попасть туда, куда идут все. Если вы хотите выделиться, умейте постоять за себя. Таким образом, моя дикая зависть переросла в спокойное уважение к губастой “Обдолбанной Парочке” (“Toxic Twin” – произвище, закрепившееся в 70-е за Стивеном Тайлером и Джо Перри из Aerosmith из-за их пристрастия к наркотикам). Я до сих пор считаю, что они неповторимы, но сейчас я ищу способ быть равным, а не просто дублем. Может быть, зависть все еще шепчет мне о статусе намного более высоком, нежели мой. А может, я прагматик и знаю, что мне повезло забраться так высоко, как сейчас.

Я не первый, кто жаждет признания от стариков. Мы всегда завидуем тем, кто идет перед нами, будь мы подростками, которые хотят, чтобы к ним относились как к взрослым, или зрелыми работниками, ожидающими немного уважения от босса. Мы все хотим быть на первом месте, неважно, где окажется это место. Это - то же самое, что ходить по дому соседа, и всюду присматриваться, как бы сделать свой дом лучше. Это так же мерзко, как Эдипов комплекс или поднятый кулак. Мы деремся, как следует, но когда никто не смотрит, мы всегда будем озираться вокруг. Зависть толкает мужа на измену жене. Зависть заставляет жену трахаться с чистильщиком бассейнов. Завидуя, мы надуваем друг друга, чтобы обзавестись лучшей стиральной машиной или сушилкой. Но грех ли это, или одна из тех обыденных вещей, как, например, GPS в Лексусе?

Набожная толпа то и дело говорит нам, что свободная воля это дар Божий. Боюсь произносить это, но такова и моя точка зрения. Свободная воля, это коробка от дисков, а DVD внутри – это наши “грехи”. В нас от рождения заложена склонность делать великие или ужасные вещи. Свободная воля лишь гарантирует выбор. Но, в таком случае, мы должны поверить в то, что кто-то ежесекундно наблюдает и оценивает наши поступки. К чему нам эта гребаная свобода воли, если нас все равно осудят? И почему бы нам не наплевать на эту туфту, ведь нам воздастся, в первую очередь, за эту самую свободу воли. Думаю, все сводится к тому, во что вы верите. Атеисту приходится иметь дело лишь с мнением окружающих о его поведении. Верующие из святой паствы не только терпят всяких Глэдис Кравиц (персонаж телесериала “Моя жена меня приворожила”, символ любопытной, постоянно сующей нос не в свое дело соседки – ред.) по всему миру, но и беспокоятся о страшном старике на небесах. Единственная надежда – воссоединиться с новозаветным богом. А Господь из Ветхого Завета покачает головой со спокойной понимающей улыбкой. Он заставит вас сожрать собственных детей в доказательство вашей веры в его существование.

На собственном опыте я понял, что зависть всего лишь формирует узкий круг садистов, которые жалуются на всех, кто не выбивается из сил ради них. По непонятным причинам мы не можем не совать нос в чужие дела. Если бы мы принимали жизнь такой, какая она есть, все было бы немного проще. Но большинство людей просто не хотят понять, что некоторые вещи им не по зубам. Каждый парень хочет полноприводный джип, но каждая девчонка хочет общаться с парнем, у которого на уме не только машины. Некоторым людям неплохо понизить свои ожидания, и тогда они смогли бы устроить свою жизнь лучше, как сделали уже многие намеренно или неосознанно. Мы имеем то, что имеем, и нам это нравится, если даже на самом деле это совсем не так. Но одной особенности зависти ничего не противопоставишь: она рождает в нас ненависть ко всему, что у нас есть, потому что это не то, что мы хотим. Почему мы больше не желаем того, что у нас есть? Уверен, другие тоже задают себе такой вопрос. Но мы не обращаем внимания на остальных. Вещи, которыми мы обладаем, не могут быть лучшими, потому что они есть у всех. В общем, зависть дает нам повод посмотреть вниз на тех, кто нас окружает, хотя, порой, мы тайком смотрим на них вверх.

Я скажу вам, чему я не завидую. Люди с накаченными ногами, вот кому я не завидую. Другой пример это те, кто убирают мусор. Это просто грязно. Как насчет зараженного пениса, у которого капает с конца? К чему это я? Простите, вокруг меня люди, которые рассказывают всякую интересную чушь. Сейчас вернусь.

ОК, наступил следующий день, у меня налито кофе, и я спокоен и держу себя в руках. Сложно собраться, когда по соседству живет миллион людей в разных домах. В такое утро я начинаю завидовать писателю, уютно устроившемуся в своем отделанным деревом кабинете у камина вместе со своим верным золотистым ретривером (английская охотничья порода собак – ред.). У меня же кухонный стол, вращающийся комнатный обогреватель и пепельница, украшенная черепами и гигантскими наушниками. Все-таки, если иногда не лениться, то можно заполучить то, что вам нужно. Благодарю Вас, мистер Джаггер.

У каждого в жизни наступает момент, когда жаждешь чего-то лучшего, чего-то более значительного, чего-то, что заслужил. Дэн Марино был одним из лучших квотербеков (ключевой игрок команды нападения в американском футболе – ред.) всех времен, и, все же, он так и не выиграл Супер Боул (в американском футболе название финальной игры за звание чемпиона Национальной футбольной лиги США – ред.). Поспорю на кучу денег, что он завидует Тренту Дилферу, который выиграл Супер Боул, играя за Балтимор Рэйвенс (профессиональный футбольный клуб, участник Северного дивизиона Американской футбольной конференции НФЛ – ред.). Зал Славы Рок-н-Ролла забит именами, которые имеют или не имеют права быть там. Как, по-вашему, чувствуют себя Кисс или Раш, две самые влиятельные группы в мире, которые не вошли в Зал Славы? Люди могут много распространяться насчет того, как им повезло в жизни. Но по ночам, когда они наедине с собой и когда единственный голос, который задает им вопросы, раздается у них в голове, правда нависает в молчании, как тяжелый туман над болотом. Полагаю, что мы никогда по-настоящему не довольны, но большинство из нас могут стремиться к этому. Все зависит от нюансов. Я – человек с глубокой внутренней дырой, которую я пытался заполниться всякого рода уловками. Я могу получить удовлетворение, только когда выбьюсь из сил. Нам дарована способность мечтать, и мы можем представить себе более счастливую жизнь в будущем. У нас есть жизнь, и мы существуем. Наш разум – вот, что поддерживает в нас огонь желания. Если бы Господь хотел, чтобы мы не знали “греха”, он бы никогда не наделил нас способностью мыслить.

Здесь я оказываюсь в действительно трудном положении: люди превратились в существ, которые пожертвуют всем ради свободы. Мы видим, как революция следует за революцией: мужчины и женщины сплачиваются в группы, чтобы избавиться от безнравственных нахлебников, которые маскируются под правительства и не делают ничего для других, а только для себя и ради себя. Мошенники пробираются во власть, чтобы ослабить и подмять под себя важные механизмы нашей жизни. Чем больше мы извлекаем из вводной части, тем ближе подходим к долгожданному заключению. Великим умам присуще собирать нас воедино, а мы даже не знаем, что заслуживаем этого. Я изо всех сил стараюсь нести эту традицию и внушаю людям, чтобы они встали во весь рост и высказали тем, кто пишет правила, что нас не связать одним вселенским регламентом. Я стараюсь освободить вас, но без нескольких пошлых шуточек, к которым вы привыкли, не обойтись.

В мире, где немощные почти брошены на произвол судьбы, а преступники предстают перед судом лишь спустя несколько лет, мы предпринимаем шаткие шаги на пути избавления от мифов и суеверий и осознаем, кто мы есть: несовершенные дети судьбы. Красьте пасхальные яйца в любой цвет – но мы появились в результате скачков эволюции. Мы сочетаем в себе отклонения в клеточном развитии, электрическую нервную активность и невероятную удачу. Вот, что получается, когда трахаются умные обезьяны. Такая правда смущает несведущих и замедляет наше развитие. Возможно, многим обидно слышать мои слова, но мне все равно. Нам следует заглянуть поглубже, чтобы найти ответы, а не копаться в грязи в поисках древних текстов, которые подкрепляют предысторию. Будущее предназначено для тех, кто хочет расстаться с худшими страницами прошлого. Если вы не можете и двух шагов сделать, не оглянувшись на свои следы, вы далеко не уйдете. Я знаю, что мои предки проложили путь сквозь мою родословную. Так что я слежу за дорогой, мои руки держат руль, а уши готовы к сигналам бедствия.

Зависть не сводится исключительно к наградам и лести: она также проявляется в виде ревности, и это такое же обыденное дело, как пускание газов после брокколи (вам знакомо?). Я называю это Меланхолией Женатого Мужчины. Такое происходит, когда мужа пожирает настолько заразная болезнь, что создается угроза самому браку. От этого колит в сердце, исчезает гармония, и вам остается взвешивать свои шансы в жизни, будто это неоплаченные налоговые счета. Я, естественно, говорю об одиноких мужиках, но не о среднестатистических, образцовых холостяках, которые безуспешно ищут любви и в одиночку смотрят фильм “Вам письмо” (романтическая комедия с участием Тома Хэнкса и Мэг Райан – ред.) в пятничный вечер. На самом деле, я имею в виду мужчин, которые живут, как Хью Хефнер (американский издатель, основатель журнала и компании Playboy – ред.) в 60-е, а затем рассказывают вам все о своей прошлой жизни. Вашей жене он знаком как свидетель на свадьбе, а после нее как ваш гребаный лучший друг, который всегда тут как тут. И вы будете рыдать, когда обнаружите его сперму в своей каше.

Холостой друг не может удержаться, чтобы не поделиться с вами своими сексуальными подвигами, нередко он звонит вам посреди ночи прямо из дома своей подружки. Жесты и знаки этого холостяка вынудят глухого вызвать полицию. У такого человека, как правило, имеется “трофейный ящик” где-нибудь в стенном шкафу, где он прячет ношенное женское нижнее белье, которое извлекает по средам, чтобы “пересчитать свои скальпы”, когда нечего посмотреть по телевизору. Этот тип – мешок с дерьмом, полный говнюк, паршивая овца из чужого стада. Но вы втайне любите его за это.

Женатый мужик подменяет свою жизнь жизнью своих одиноких друзей, как только брак начинает напоминать на вкус испаряющуюся воду. Я отдаю себе отчет, что семейная жизнь имеет долгий срок и зиждется на глубоком чувстве, которое продолжает жить после того, как легкий роман закончился. Но мужчина также продукт инстинктов, а не только привычек, и никогда не упустит шанс взглянуть на другую женщину. Это не значит, что он тут же сорвется и загонит свой трахательный аппарат в самую приветливую вагину в округе, - но это значит, что он просто смотрит на сторону. Женщины ничего не могут с этим поделать, и это порождает массу проблем. Парни, всего навсего, такие от природы. Мы наделены животным чутьем к феромонам, полные вожделения, рыскающие в поисках любого движения и отчаянно скрывающие свою мощную эрекцию. В результате мы тянем груз вины размером с мусоровоз c нашего первого дня до самого Страшного суда. И дело тут не в нас; мы идем туда, куда ветер несет нас. Но святость брака держится на прочной связи, и нам не остается ничего, как бороться за счастье своих жен, меньший бардак в жизни и покой в наших домах.

Но кто сказал, что мы не можем вести другую жизнь с нашими друзьями. Это зависть в своей абсолютной и неподдельной форме. Она дает нам почву для размышлений, когда мы вкалываем в кабинете или завалены ручной работой. Она добавляет перчика в нашу еду. Безусловно, мы понимаем, что это лишь полет фантазии, но внутри мы можем выйти за рамки дозволенного и расправить крылья хотя бы на кратчайший момент времени. Я говорю это не для того, чтобы люди подумали, что семья это бремя; я лишь имею в виду характерную черту всех парней. Плохой брак – обуза, хороший – дар Божий, но мужчина есть мужчина. Женщины, впрочем, завидуют совершенно другим вещам. Заметьте, я не женщина, и мои слова чистое предположение, однако, я думаю, что ухватил суть как нельзя лучше. Так вот, они не завидуют всяким глупостям навроде грязного секса и пьяных залетов, хотя, уверен, им хорошо знакомо и то, и другое. Нет, женщины завидуют тому, на чем держится мир: благополучию и стабильности.

Женщина будет жить не по средствам, чтобы показаться богаче и красивее и держаться увереннее, чем может на самом деле. Она будет хватать и складывать в карман все, что есть хорошего в жизни и что попадется ей на пути, ради того, чтобы оставить всех с носом. Вы, видимо, думаете, что это несколько эгоистично с ее стороны, а с моей – писать все это. Но я не соглашусь по одной серьезной причине. Мужчины сделали немало, чтобы гарантировать себе доминирование, вследствие чего слабому полу пришлось свыкнуться со своим положением. С появлением такого явления, как язык, женщинам было поручено хранение очага и поддержание порядка в домашней пещере добытчика, и с того времени мы ведем счет тысячелетиям борьбы между полами, которая усилилась со Сьюзен Б. Энтони (американская феминистка и борец за гражданские права женщин – ред.) и увенчалась Поправкой о равных правах (нереализованный проект поправки в Конституцию США, касающейся равных прав для женщин – ред.). И я, и вы знаете, что бабы ничуть не уступают мужикам в способностях и безумии. В конце концов, они отвоюют свои права.

Но глубоко в женском подсознании не утихает тот инстинктивный зуд, который требует статуса и места не за обычным, а за самым шикарным и дорогим столом в видимом пространстве. В то время, как мужчины ежедневно ведут внутреннюю войну, обреченные быть продолжателями рода, женщины тайно бьются под своим Геттисбергом (самое кровопролитное сражение гражданской войны в США – ред.), приводя в равновесие мир, где они по праву должны занимать достойное место, что, в прочем, не мешает им разузнать, сколько стоит дом соседа. Мне гарантирована словесная пощечина за эти гадкие речи, но правда бьет как кувалда. Я просто парень в шлеме, размахивающий ею. Я вижу это каждый день, поскольку работаю с несколькими сильными, упрямыми женщинами, которые почти всегда стоят большего, чем мужики, на которых они работают. У меня была возможность выбора среди нескольких умниц, которые обладали силой, большей, чем у меня. Они полны жизни, обладают острым умом и смекалкой и знают наверняка, что им нужно. Но каждый раз, когда им чего-то хочется, у кого-то это уже есть. Так что женщины не могут устоять перед соблазном или ощутимым натиском зависти. Они просто завидуют другим вещам. Лучшим вещам, как скажет кто-то. Я бы сказал, более сложным вещам.

Но цена желания списывается с кредитки, баланс и срок действия которой ограничены. Есть дно у сосуда, который мы таскаем с собой, как верблюжий горб. Если вы все время получаете то, что хотите, вашим желаниям не будет конца, и они не будут приносить результатов. Есть определенная польза в том, чтобы отказывать себе в удовольствиях. Это закаляет характер, повышает самооценку и дает возможность достичь чего-то в реальном мире. Да, временами вы мочитесь под себя, но кому нужно биде в гараже? Перестаньте, для начала придется быть практичнее с нашими прихотями и желаниями. Впрочем, в этой стране не очень жалуют практичных. Здесь любят игровые шоу с быстрыми выигрышами, инициативных и рисковых людей. В этой стране все может стать вашим, если цена назначена правильно. Поэтому здравый смысл не всегда уместен, когда в игру вступает чистая интуиция. Люди заполняют анкеты Publishers Clearing House (многоотраслевая фирма на рынке тотализаторов в США – ред.) в надежде выиграть 10 миллионов долларов за 48 часов, пока их глаза не перестают видеть. Им не придется смотреть “MTV Cribs” (реалити-шоу на телеканале MTV, ведущее эфир из мест проживания знаменитостей – ред.) - они сами будут героями. Это ничего, что на MTV показывают дома известных людей. Когда они выиграют свои деньги, они тоже станут знаменитыми. Плевать, что жилье, которое мы видим в телевизоре, даже не принадлежит этим позирующим перед камерой хвастливым, ухмыляющимся ублюдкам. Это не играет роли. Все их проблемы улетучиваются, как только деньги возникают из воздуха.

Ну, вот, пожалуйста! Все ваши проблемы исчезают, как только деньги возникают из ничего. Это правда? Неужели все так просто? Мне кажется, что у людей, которые играют в эти игры не все так хорошо с деньгами. Так что, черт возьми, они собираются делать с десятью миллионами? Они используют их как туалетную бумагу. Затем возвращаются туда, откуда начинали, только с долгами и процентами. Дай вам Бог вытащить этот золотой крючок из своей задницы: он весь в шипах и оставляет отметку “вас трахнули”. Попробуйте мизинцем, наверное, поможет. Здравый смысл покинул наш чат со времени смерти Томаса Пейна (англо-американский писатель, философ, публицист, годы жизни 1737-1809 – ред.). Он убегает со сцены, как последняя девчонка в стрип-клубе, и вам достаются запачканные счета и общество “страшных дядек”, развалившихся в первом ряду. Американская речь упростилась донельзя; бессвязный лепет “чуваков, братанов, мудаков и всяких Линдси Лохен” (актриса Голливуда – ред.). Нас волнуют только разговоры о том, чего у нас нет, кем мы не можем стать, куда мы не можем попасть. Другими словами, в Америке говорят, как в дурацком любовном романе, главная тема которого – зависть. А почему бы и нет, друзья? Мы проповедуем новую религию, так почему бы нам не иметь лучшего бога, которого можно купить за деньги? Мы показываем лучшие шоу, делаем лучшие дела, превосходим всех на этом гигантском голубом прыще под названием Земля. Почему бы не утереть всем нос еще больше? Если этому миру уготовано переносить бедствия, то Америка – десятилетний ребенок с водяным пистолетом, заряженным лимонным соком и собачьей мочой. Думаю, в этом причина того, что мы воюем каждые десять лет. У нас едет крыша, когда какая-нибудь страна отказывается завидовать нашей свободе, как делает весь остальной мир. Если нас не считают самым известным учеником в школе, мы сожжем кафетерий дотла. Обгон запрещен! Штраф 200 долларов! Девиз “Уничтожьте всех скотов” вызывает в вас гордость за свой флаг, а? Я уверен, что именно это хотели воплотить в жизнь отцы-основатели, когда придумывали вечные гражданские вольности. Мне нравится быть гражданином этой страны, но я ненавижу других американцев.

Итак, вы видите, что чувство зависти проникает в нас отовсюду. Уверен, что вы очень расстроитесь, если я обзову вас грязными, вонючими грешниками, и я почти также уверен, что зависть не виновата в том, что вы такие. Мы все боремся с приступами внутреннего ботулизма (токсикоинфекционное заболевание, характеризующееся поражением нервной системы – ред.), который угрожает жизненно важным органам нашей души, но желание иметь больше и лучше – не причина выкидывать курицу, которую вы пожарили накануне. Мне, правда, безразлично, что вы чувствуете. Мои моральные границы мне известны. В зависти нет ничего необычного, и, если вы хотите потерять сон из-за того, что не можете справиться с какой-то ерундой, валяйте! Простите, но у меня аллергия на тупость. Поэтому я часто чихаю, особенно в аэропорту. Я извожу тонны влажных салфеток. Вот почему я так зол на вас, люди. Вы заставляете меня чихать. Хватит быть глупыми!

Вы бы не раздражали меня так, если бы не завидовали таким пустоголовым дурам, как Николь Ричи (американская актриса, певица, продюсер, фотомодель и дизайнер – ред. ) и Тила Текила (певица в стиле рэп, автор песен, актриса, фотомодель и телеведущая – ред.). Из-за таких людей выпускание газов на публике становится стильным. Они повсюду на экране TMZ (телеканал, посвященный развлекательным новостям и светской хронике – ред.) и страницах “Us Weekly” (глянцевый журнал о жизни знаменитостей – ред.), словно подтеки засохшей спермы в общественной уборной. Они погрязли в гламуре, напрочь обделены хоть каким-то талантом, и не дают нам ничего кроме огорчения, что мы не такие, как они. Они напоминают мне испарившиеся остатки мочи, которые оставляют рыжую корку вокруг слива в холостяцком сортире. Обнаружив такое, вы как будто окунулись в несмываемую грязь, и вам потребуется немало времени, чтобы очиститься. Есть настоящие суперзвезды в этом мире, которым по барабану, написали ли про них в журналах “People” или “Enquirer” или нет. Я до сих пор пытаюсь понять, кто, черт возьми, такая Хайди Монтаг (американская актриса и певица – ред.), и какого хрена я должен знать ее имя. Кажется, она певичка. Возможно, она замужем. Наверное, вас интересует все о ней. А до меня все еще никак не дойдет. Знаю, что она блондинка (пока этот цвет волос не вышел из моды), рот у нее такого размера, что поезд проедет, и у меня ни малейшего сомнения, что она меня совсем не привлекает. Я совсем не завидую ей. В отличие от некоторых из вас. И почему вам нравится каждый, кто похож на отставшего жеребца на скачках Прикнесс (ежегодные скачки в Балтиморе – ред.).

Все дело в деньгах? Вы можете зарабатывать деньги детки. Даже бездомные зарабатывают. Это не так сложно. Черт, я знал парня по имени Смайли, который занимался только тем, что собирал бутылки и банки, и клянчил мелочь с утра до ночи. Он обзавелся охренительным домом и дорогим Лексусом. Так вы завидуете деньгам? Вы думаете, если вы знамениты, то вы по определению богаты? Ничего не может быть дальше от истины. Меня знают лучше, чем многих, и я могу позволить себе жить прилично и платить налоги, но я совсем не богат. Я по-прежнему не могу купить всего, что хочу. Но как только я разбогатею, я получу все это, остров, плавучий дом, еще один остров… и штат Вайоминг. Но пока я только популярен. Кое-кто из вас, читающих эту книгу, знают, кто я такой. Кое-кто скажет, что я гей-порнозвезда Кори Тэйлор. Я весьма польщен! Но, увы…

В таком случае, может быть, дело в славе? Вы завидуете популярности? Вы хотели бы приходить в ресторан и тут же садиться за столик, не заплатив ни цента? Это тоже не самая веская причина. Во-первых, большинство знаменитостей в душе терпеть не могут быть знаменитыми. Они не хотят, чтобы к ним приставали, узнав на улице, хотя они также злятся, если их не узнают. Да, они ненавидят быть знаменитыми до тех пор, пока их все не забыли. Тогда они просто начинают ненавидеть всех. Таким образом, я хочу сказать вам, что слава не так хороша, как ее малюют. Так уж я устроен, что до сих пор удивляюсь, когда кто-нибудь узнает меня, но иногда это действительно напрягает, например, если вы, находясь в торговом центре, внезапно захотели по нужде, а за вами по пятам следуют пять-шесть тринадцатилетних оболтусов. Ощущение такое, будто вас показывают по National Geographic.

Так какой из этих глупостей вы завидуете? Тому, как выглядят другие? Иисус, Хауард Файн (американский преподаватель актерского искусства – ред.) и прочие выглядят ужасно. Другие похожи на скелеты. На остальных и смотреть-то тошно. Парень из “Сумерек” (вампирская киносага 2008 года – ред.) смахивает на сына Графа Чокулы и Франкенберри (кукурузные хлопья с шоколадным и клубничным вкусовыми добавками в упаковках с хоррор-символикой – ред.). Или Эшли Симпсон – ой, простите, Эшли Симпсон-Вентц (американская поп-певица, актриса и танцовщица – ред.). Это что, результат скрещивания бурундука и крысы? Есть также “горячая” компания, сестра Эшли, Джессика Симпсон, и Гвен Стефани. Почему вы завидуете им – может быть, потому что пара девчонок из группы поддержки предпочли пойти немного дальше, чем сгореть на работе в Hooters (ресторанная сеть в США – ред.)? Мы перестали отдавать должное настоящему таланту и теперь преклоняемся перед посредственностями в надежде, что, понизив планку, мы сами добьемся известности и славы. Может быть, в результате мы только и делаем, что ноем и цепляемся за полы их одежд в поисках покровительства. Ведь однажды мы можем стать ими.

Черт возьми, все это происходит у нас под боком! Шоу “American Idol” показывает гигантский рейтинг в первые и последние несколько недель, что говорит о двух вещах: всем хочется увидеть, кто же победил в конце, а также позлорадствовать и поглумиться над проигравшими, которых растерзали на кусочки в самом начале. Я никогда не смотрю больше двух эпизодов этого шоу в начале каждого сезона. Это садизм с большой буквы: показывать пальцем и смеяться над тем, как эти храбрые и самоуверенные кандидаты, один за другим, толпятся в очереди, которая с таким же успехом приведет их в Диснейленд, и ожидают часами тридцать второго шанса попасть во вторую половину шоу. Вам показывают сжатую версию с кучей ярких моментов, которые приводят в восторг и веселят зрителя, ведь если смотреть на это представление полностью, то почувствуешь себя последним козлом. Однако, от вашего взгляда скрыто, как эти люди томятся часами и все больше трепят себе нервы, и, видимо, иногда бросают эту затею. Вот такая перспектива: те люди, которые издевались над Уильямом Хангом (американский поп-исполнитель родом из Гонконга – ред.), чаще всего покупают его гребаные альбомы. Ну, и сидите в этом дерьме.

Если бы на Бродвее поставили пьесу о грехах, эти семь отыграли бы свои роли по полной. Гнев бы энергично и весело открывал спектакль. Тщеславие было бы одиноким дуэтом главных героев, освещенных прожекторами. Похоть играла бы сцену “оргии”. Скупость – монолог негодяя. Чревоугодие исполняло бы безумные пляски. Лень затянула бы нудную балладу. А кругом много красно-черного сияния, бархатный занавес развевается от реактивных вентиляторов, сдувающих все к чертям, блестящие лестницы слишком высоки и тянутся наверх в никуда. Песни казались бы слегка непристойными, танцоры обнажали бы гениталии больше, чем дозволено, а у главного входа красовалось бы благозвучное название шоу, в просторечии - дешевка и пошлятина.

Зависти была бы уготована единственная яркая роль в программе, потому что она выше понимания зрителя. Здесь место дуэту негодяя и главного героя, который плавно трансформируется в общую картину, где участвуют все, и сцена должна быть написана с таким замыслом, чтобы никто не понял, кто есть кто, ибо и негодяй и герой поражены “грехом” зависти. Первый завидует тому, что у героя есть девушка. Последний, в свою очередь, завидует негодяю, потому что тот делает, что ему вздумается. Девушка завидует испорченности негодяя. Хор завидует актерам, потому что имена последних написаны на афише. Танцоры завидуют хору, потому что исполняют нечто большее, чем танец. И, наконец, аудитория завидует тем, кто на сцене, потому что они играют в спектакле Бродвея. Так что, зависть будет завершать представление, потому что эта тема связывает нас всех к концу вечера. В это время суток зависть караулит нас дома. Мы все возвращаемся туда, откуда пришли, и нам всегда интересно, что делают другие и в чем секрет их успехов. Впрочем, здесь нет никакого секрета; наши фантазии всегда опережают то, что есть в реальности. Но нам, тем не менее, не дает покоя жизнь соседей, им – наша, и так далее и тому подобное.

Мы все делаем и чувствуем это. От этого никуда не деться. Это связь, которая объединяет всех. Тогда у меня вопрос: если нам всем знакомо это чувство, которое выявляет лучшее или худшее в нас, то почему это грех? Помните: в грехе все равны, если вы грешник, то вы – плохой человек. Ну и кто вы? Вы считаете себя злодеем? Вот, о чем надо подумать: подлец ничуть не хуже тех, кто полагает, что они всегда правы. Целостность наших личностей состоит из двух частей. У каждого из нас свои темные и светлые стороны. Те, кому удается разглядеть и управиться с ними, идут впереди остальных. И им я завидую больше всего.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2017 год. (0.177 сек.)