Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






СИНДРОМ ПРЕДКОВ

Anne Ancelin Schutzenberger

AIE, MES AIEUX!

Liens transgenerationels, secrets de famille,

Syndrome d'anniversaire

Transmission des traumatismes

Et pratique du genosiciogramme

La Meridienne Desclee de Brouwer

Анн Анселин Шутценбергер

СИНДРОМ ПРЕДКОВ

Трансгенерационные связи, семейные тайны, синдром годовщины, передача травм

и практическое использование геносоциограммы

 

Издательство Института Психотерапии

Москва


Перевод с французского: И. К. Масалков Научный редактор: Михаил Бурняшев

Шутценбергер А.

Синдром предков. Трансгенерационные связи, семейные тайны, синдром годовщины, передача травм и практическое использование геносоциограммы. — М.: Изд-во Института Психотерапии, 2001. — 240 с.

Эксклюзивное право издания книги на русском языке

принадлежит Институту Психотерапии. Все права защищены.

Любая перепечатка издания является нарушением авторских

прав и преследуется по закону. Опубликовано по соглашению с La Miridienne, Desclee de Brouwer.

Каждый из нас является звеном в цепи поколений, и порой нам приходится, к собственному удивлению, «оплачивать долги» наших предков. Эта своеобразная «невидимая преданность семье» подталкивает нас к неосознанному повторению приятных ситуаций или печальных событий. Мы менее свободны, чем полагаем, но у нас есть возможность отвоевать свою свободу и избежать роковых повторений в нашей семейной истории, поняв сложные хитросплетения в собственной семье.

Эта книга во Франции выдержала 14 изданий. Она является результатом двадцатилетней научной-деятельности и клинической практики Анн Анселин Шутценбергер. Случаи, которые она приводит, по драматизму, эмоциональному накалу и таинственности превосходят самые смелые фантазии авторов готических романов. Иногда они шокируют, иногда пронзают острой болью и всегда напоминают о том, что каждый из нас является частью общей для всех истории и даже самые отдаленные события гораздо ближе к отдельному человеку, чем можно себе представить.

Исследовательский и терапевтический аспект книги представляет обоснования тех явлений, с которыми автор работает с помощью своего метода — трансгенерационной психогенеалогической концептуальной терапии. Один из основных его «инструментов» — геносоциограммы — позволяет распутать сложный клубок семейных историй, выявить связи между поколениями и прервать цепь бессознательных повторений, чтобы человек мог осознать собственное предназначение и использовать свой шанс в жизни.

ISBN 5-89939-051-4

© La Meridienne, 1993



© Desclee de Brouwer, 1993

О Изд-во Института Психотерапии, 2001


СОДЕРЖАНИЕ

Предупреждение............................................................................... 10

Живущее прошлое. Попугай дедушки.......................'........................11

От бессознательного к геносоциограмме........................................... 13

Уже Фрейд.................................................................................. 14

Юнг, Морено, Роджерс, Дольто и другие...................................16

Мои профессиональные «родственные связи»...........................18

Этот незнакомец Морено...........................................................19

Генограмма и геносоциограмма..................................................21

Фрейд и «тревожащая странность»............................................22

Семейная терапия и генограмма/геносоциограмма............................2S

Группа Пало Альто.....................................................................26

Стратегическая системная терапия............................................27

Структурная семейная терапия..................................................27

Семейная психоаналитическая терапия.....................................28

Невидимые лояльности.....................................................................29

Концепция Ивана Бузормени-Надя..........................................30

Парентификация........................................................................31

Семейный миф или сага о семье...............................................32



Личный пример..........................................................................34

Семейная «бухгалтерия». Базовая безопасность.

Несправедливость....................................................................35

Обида..........................................................................................38

Несправедливость судьбы...........................................................39

Трансгенерационный страх.

Травматизм «ветра пушечных ядер»........................................40

«Это несправедливо...». Пережитая несправедливость,

«настоящая справедливость»...................................................40

Пассивная агрессивность...........................................................41

Психосоматика/соматопсихика.........................................................42

«Body mind connection»...............................................................42

Трансгенерационные связи. «Бухгалтерия долгов и заслуг».

Пережитая несправедливость..................................................43

«Зубастые подарки»....................................................................47

«Гроссбух» святого Николая.......................................................51

Мы все происходим из «смешанных пар».................................52

Индивид и семья........................................................................53

Синхронная карта семейных событий.......................................54

Контекстуальный и интегративный подход...............................56

Семейные правила......................................................................■ 57

Быть лояльным членом группы.................................................60

Контекст и классовый невроз. Провал в школьной учебе.........61

Склеп и призрак...............................................................................64

Непризнаваемая, неуловимая тайна..........................................66

Охотник за бабочками................................................................68

Происхождение и смерть..................................................................71

Эрже и Тентен............................................................................71

Семейные бессознательные повторения в день годовщин:

несчастный случай со вдовцом...............................................72

Болезнь приемного ребенка.......................................................73

Тайна смерти родителей и своего происхождения:

дети депортированных.............................................................73

Случай Робера - разрывы и тайны...........................................74

Геноцид и пережитая несправедливость:

рабство, депортация, массовое бегство...................................76

Мои исследования геносоциограмм и синдрома годовщины..............82

Открытие синдрома годовщины.................................................83

Обмены и взаимодействие.........................................................86

Мой стиль работы......................................................................87

Синдром годовщины..................................................................92

«Невидимые лояльности» и «фракталы»....................................96

Как строить геносоциограмму?.........................................................99

Условные обозначения ..............................................................99

Биографическая реконструкция. Метки, ключи,

границы памяти и ограничения метода..................................103

Основы идентичности: имя и фамилия.

Фамилия или отчество: «Как тебя зовут?».............................106

Значимость имени. Нить Ариадны............................................109

Важность контекста (исторического, экономического,

культурного)...........................................................................ПО

Жизненный контекст (учеба, путешествия, проживание

в дальних краях). Имя-код, имя-травести,

имя-криптограмма................................................................. 112

Мы все метисы? Наследники двух культур...............................113

Внебрачные дети, побочные дети. Примеры социального

и семейного «стыда»................................,...............................114

Задачи геносоциограммы.......................................................... 115

Моя клиническая практика в трансгенерационном методе................117

Группа, Мари и другие..................................................,............119

Вновь обрести свою идентичность. Передача............................125

Запас прочности........................................................................126

Базовая безопасность. Жизненный порыв...............................126

Трансгенерационное и интергенерационное. Память, к которой вновь обращаются: живая память или провалы памяти.........................................................,.....130

Клинические примеры с упрощенными геносоциограммами...............131

Шарль: синдром годовщины и невидимая лояльность семье ... 131

Марк: семейное повторение несчастных случаев......................135

Жаклин: армянский геноцид.....................................................139

Валери и Роже: существует ли «наследственная

предрасположенность» к дорожно-транспортным

происшествиям?..................................................................... 142

Семейная конфигурация и синдром «двойной годовщины».....145

Годовщина — период уязвимости, «стресс годовщины»............145

Два брата, выживший и умерший.............................................147

Люсьен и мадам Андре: генеалогический инцест......................149

Две молодые мадам Раванель: непроясненный

генеалогический Инцест......................................................... 151

«Цепочка» семейных союзов......................................................155

Переданное наследство и структура семьи................................157

Семья де Мортелак: смерть деТей в раннем возрасте

в нескольких поколениях........................................................158

Предсказания и проклятия в истории.......................................159

Эффект «сильного слова». Проклятие Катона:

«Delenda Carthago est».............................................................161

Священник: эффект неверно понятого «сильного слова».........163

Ван Гог, Дали и Фрейд: замещающий ребенок и ребенок

восстанавливающий............................................................... 167

Сандрина и другие: помечающая — помеченная годовщина.... 170 Четыре других примера: мусульмане; Жак/Жаклин;

понедельник на Пасху 1965 г. — след Севастополя; Изабель... 173 Ноэль: конфликты пищевых привычек и «диетической

идентичности»................................................................„....... 175

Выводы. Верхний ярус тропического леса и человек........................179

Приложения.................................................................................... 189

Определение «склепа» и «призрака» по Николя Абрахаму

и Марии Гёрёк........................................................................189

Статистические исследования синдрома годовщины,

проведенные Жозефиной Хилгард

(работы с 1952 по 1989 гг.)......................................................192

О душе женщины.......................................................................199

Пример субституционного инцеста, взятый из истории

литературы..............................................................................199

«Я припоминаю»: стигматы семейной памяти

о несовершенном трауре.........................................................201

Травматизм «ветра пушечных ядер»...........................................202

Инцест и инцест второго типа...................................................203

Синдром годовщины.................................................................204

Два клинических случая «синдрома годовщины»......................206

Фрейд, или «Оно говорит с другой сцены»...............................209

Синдром годовщины, «столкновение времен»

и национальные трансгенерационные травмы в истории

Косова: 28июня 1389г. - 28июня 1914г. - 28июня 1989г......210

Семейное и групповое со-бессознательное (Дж.Л. Морено).

Социальное и межличностное бессознательное

(Эрих Фромм, Карен Хорни, С. X. Фулкс)............................212

Типовая рамка для семейной геносоциограммы........................213

Типовая рамка для генеалогического древа...........:...................214

Некоторые исторические даты, относящиеся к приводимым

клиническим случаям...............................................................216

Библиография..................................................................................219


Моей дочери Элен и моим внукам

Од, Пьеру и Франсуа.

Моим стажерам, больным и студентам

с благодарностью за то,

что благодаря им я столько узнала

о передаче, научении

и повторениях событий

от поколения к поколению

«Мертвые невидимы,

но они не отсутствуют».

Блаженный Августин

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

В последнее время стало модным использовать трансгенерационный метод. В практическом плане он хорошо вписывается в терапию и учебные курсы, поэтому необходимо, чтобы те, кто занимается как клинической практикой, так преподаванием, имели более четкие представления о том, какие связи существуют между эмоциями, биологией и явлением трансгенерационной передачи.

Иными словами, многие люди без аналитического и/или психотерапевтического образования считают возможным самостоятельно использовать трансгенерационный метод.

В этом и заключается реальная опасность, о чем должны быть предупреждены пациенты и клиенты. '

Анн Анселин Шутценбергер

ЖИВУЩЕЕ ПРОШЛОЕ. ПОПУГАЙ ДЕДУШКИ

Было прекрасное летнее утро.

Я приехала на каникулы к коллегам и друзьям на юг Франции.

Проснувшись рано, я бесшумно вышла в сад посмотреть на восход солнца над горами позади Сен-Бома*. Не зная привычек хозяев дома и не желая причинить беспокойство, я затаилась около бассейна под кронами сосен.

Отовсюду веяло спокойствием... Везде чувствовались «порядок и красота... роскошь, спокойствие и нега».

«За стол! — неожиданно прокричал вдалеке властный голос. — За стол! Быстро, быстро, быстро, за стол!..» Собаки, а следом за ними и я устремились в просторную столовую. Однако там... не оказалось ни души.

Твердый мужской голос, уверенный в своих особых правах и привыкший давать указания, повторял: «За стол! Моника, быстро! За стол! И держись прямо!» Я инстинктивно выпрямилась.

Собаки, ориентируясь на голос, остановились перед... клеткой с попугаем, подождали, сделали «служить»... и удалились на прежнее место. Я была озадачена не меньше, чем они, и в ожидании завтрака вернулась в сад.

Позже, за настоящим воскресным завтраком, с его теплой и дружеской расслабляющей атмосферой, мой друг Мишель объяснил, что после смерти дедушки унаследовал попугая — столетнюю птицу, которая иногда «говорила» так, как говорили прежде в семье, приводя всех в изумление.

Это мог быть то голос дедушки (врача), зовущий всех домашних — главным образом внуков к столу или кого-либо ино-

■ Сен-Бом - гора на юге Франции. — Прим. переводчика.

го из членов семьи или друзей. Никто не знал, что будоражило память попугая и кто должен был из нее появиться.

Для моих друзей «семья» всегда оставалась рядом. Какое ощущение соприсутствия, какую теплоту, дружественную атмосферу привносил этот попугай, какое чувство преемственности поколений и успокаивающую уверенность! Но в то же время какие тайны могли бы появиться на свет, какие «невысказанные» запреты, какие приказы возникали из памяти?

Это было прошлое, прошлое живое, вечно живое и взаимодействующее с настоящим.

Эта история открыла мне доступ к прошлому-настоящему, происходящему-становящемуся (allant-devenant).

«Мертвец хватает живого», — испокон веков говорят нотариусы, повторяя римскую максиму.

Мы продолжаем цепочку поколений и оплачиваем долги прошлого, и так до тех пор, пока «грифельная доска» не станет чистой. «Невидимая лояльность» независимо от нашего желания, независимо от нашего осознавания подталкивает нас к повторению приятного опыта или травмирующих событий, или несправедливой и даже трагической смерти, или к ее отголоскам.

Ницца — Иер, 1989

Мне хотелось бы поблагодарить Фрагу Томази, без которой эта работа не появилась бы на свет, и Лолиту Лопес — аспирантку из Ниццы, которая любезно и терпеливо печатала и перепечатывала на своем компьютере дюжину правленых версий этого текста (Аржантьер, 1993).

ОТ БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО К ГЕНОСОЦИОГРАММЕ

Жизнь каждого из нас является романом. Вы, я — все мы опутаны невидимой паутиной, одним из создателей которой являемся мы сами. Если бы мы научили наше «третье ухо»1, «наш третий глаз»2 схватывать, лучше понимать, слышать, видеть эти повторения и совпадения, существование каждого из нас стало бы более ясным. Мы были бы более чувствительны к тому, что мы собой представляем, к тому, кем мы должны были быть. Так ли уж прочны эти невидимые нити, действительно ли мы не можем избегать этих «триангуляции», этих повторений?

Можно с уверенностью утверждать, что в своей жизни мы менее свободны, чем полагаем. Однако мы можем отвоевать нашу свободу и избежать повторений, понимая происходящее, осознавая эти нити в их контексте и сложности. Таким образом мы сможем наконец прожить «свою» жизнь, а не жизнь наших родителей, или бабушек и дедушек, или, к примеру, скончавшегося брата, которого мы «заменили», порой даже не осознавая этого...

Эти сложные связи поколений можно увидеть, прочувствовать или предвосхитить, по крайней мере, частично. Но чаще всего мы не говорим о них: они проживаются как неуловимые, несознаваемые, невысказанные или тайные.

Тем не менее можно формировать и эти связи, и наши собственные желания, чтобы наша жизнь соответствовала тому, что мы хотим, т. е. нашим подлинным желаниям, глубинным мечтам, потребностям, а не тому, чего нам «желают», чтобы было.

Если не принимать во внимание ни крайние случаи, ни экстремальные ситуации, то можно использовать свой шанс в

1 Reik Th. Ecouteravec la troisieme oreille. Paris, Epi,1976.

2 Rosny, Eric de. Lev Yeux de ma chevre. Paris, Plon, 1981.

жизни, осознать свое предназначение, «обратить в нужное русло неблагосклонную судьбу» и избежать ловушек бессознательных трансгенерационных повторений.

Сделать нашу жизнь выражением нашей глубинной сущности — в этом и состоит задача психотерапии и (пере)обу-чения. Обратившись к самому себе и познав самого себя, психотерапевт в состоянии лучше услышать, воспринять, увидеть и почти разгадать то, что едва выражено у клиента, что иногда проявляется через боль, болезнь, молчание, язык тела, провалы памяти, ошибочные действия, повторение, «несчастья» и экзистенциальные затруднения. И тогда, используя свои знания во всей полноте (хотя речь идет в не меньшей мере об умении быть, об умении быть с другим и слышать его, чем об умении делать или о теоретическом знании), терапевт может стать «go-between» — посредником или проводником между «Я» и самостью (le je et le moi) клиента, между тем, кого он ищет в себе, и тем, каков он (клиент, другой) есть на самом деле, стать его «акушером» или его «знахаркой», как говорил Сократ.

Уже Фрейд...

Исходя из своей проблематики и своих собственных страданий, тревог и вопросов к самому себе, Фрейд3 обнаружил эту «другую сцену», которую каждый человек несет в себе, свое «невысказанное» или «невыраженное» (das Unbewusste, плохо переведенное в то время как «бессознательное»); эту бездну, «черную дыру, соединяющую нас с другими» (членами семьи, близкими, обществом во всей его совокупности), так же, как ин-тер- и интрапсихическое окружение, контекст. Именно это формирует нас, выстраивает, слепо влечет в равной мере к приятному или трагическому, а иногда даже играет с нами злые шутки.

Можно ли найти глубокий смысл в безобидных и банальных вещах повседневной жизни — провалах памяти, оговорках, ошибочных действиях, снах, импульсивных действиях? Какое

3 Gay P./Freud, une vie, Paris, Hachett, 1991. 14

значение придавать нашему поведению и нашим реакциям, прежде всего нашим болезням, несчастным случаям, значимым и «нормальным» событиям жизни, таким, как вступление в брак (число браков, возраст), выбор профессии, количество детей, выкидышей, смерть (в каком возрасте она наступает)? Без помощи (хорошего) психотерапевта здесь не обойтись.

Верно ли это?

Скорее нет, но, отслеживая подобные явления, накапливая информацию, можно быстро проникать в то «нечто», что работает внутри нас. Может быть, вы обнаружите у себя талант писателя, как это произошло со многими английскими романистами, или пианиста, или талант садовника, или же разрешите себе заняться учебой, или же позволите себе (наконец-то) предаться удовольствиям.

Само собой разумеется, что работа с тремя — пятью поколениями отсылает нас к бессознательному и его проявлениям, а значит, к Фрейду и психоаналитической клинике. Я бы хотела порекомендовать читателю обратиться к Фрейду, в частности, к его «Введению в психоанализ», «Новым лекциям по психоанализу», «Пяти случаям психоанализа» и «Тревожащей странности», и Гроддеку — «Книге об Оно» (Le livre du Va).

Вспомним утверждение Фрейда о выборе имен для своих детей: «Я придерживался того, что имена не выбирались под влиянием моды дня, а определялись воспоминанием о дорогих нам людях. Имена делают из детей призраков» (Фрейд [1900], «Толкование сновидений», 1976).

Фрейд напоминал, что

«Архаичная наследственность человека не включает в себя исключительно предрасположенности, а несет также идеативное содержание следов в памяти, которые оставлены опытом, полученным предшествующими поколениями» (Фрейд 3. «Моисей и монотеизм», 1939, р. 134, Gallimard, Poche, Collection Idees, 1948). «Мы постулируем существование коллективной души (...) [и то, что] чувство как бы передается от поколения к поколению в привязке к той или иной ошибке, которую люди больше не держат в сознании и о которой вспоминают меньше всего» (Фрейд 3. «ТЪ-тем и табу*, Petite Bibliotheque Payot, 180).

История психоанализа4 меньше всего напоминает течение спокойной реки. Как и во всяком открытии и важнейшем направлении исследований, здесь имеются столкновения, интерпретации, толкования, поиск вслепую, разрывы, исключения, находки, прозрения.

Юнг, Морено, Роджерс, Дольто и другие

Вспомним, что в своей работе «Тотем и табу» Фрейд говорил о «коллективной душе», в то время как Юнг5 упоминал о «коллективном бессознательном».

Разрыв Фрейда со своим «дофином» (так в окружении Фрейда называли Юнга) был крайне резким: чтобы так возненавидеть, надо было сильно любить друг друга. Бруно Беттельгейм из Чикагской школы незадолго до своего ухода на пенсию и смерти напоминал, что этот разрыв был, видимо, основан на этической некорректности, в которой Фрейд упрекал Юнга. Юнг называл этот разрыв теоретическим разногласием вокруг теории влечений.

Как бы то ни было, Юнг дополняет работы Фрейда выявлением синхронии * и того, что он называет «коллективным бессознательным».

Согласно Юнгу, это «работающее» в нас коллективное бессознательное, передаваемое в обществе от поколения к поколению, аккумулирует человеческий опыт. Оно дано от прирб-ды и, таким образом, существует вне всякого вытеснения и лич-

4 Robert Marthe, La Revolution psychanalytique. - Paris, Petite Bibliotheque Payot, 2 vol., 1989; ё Roudinesco Elisabeth, Histoire de lapsychanalyse, 2 vol. - Paris, Le Seuil, 1986.

5Jung C. G., Essai d'exploration de I'inconscient. - Paris, Gallimard, reed. (1988), Folio, Essai, tt Diakctique du rnoi et de I'inconscient, Paris, Gallimard, reed. (1986), Folio, Essai.

8 одном из американских информационных бюллетеней 1980-х годов Бруно Беттельгейм вновь обращается к «подлинным этическим причинам» разрыва Фрейда с Юнгом и освещает его в свете жалоб травматизированных клиенток - и, в частности, Сабины Шпильрейн: Фрейд не одобрял, что терапевт «встречается» со своими молодыми клиентками, — упрек, который Юнг якобы плохо воспринял. Об этом см.: Spielrein Sabina (1980), Entre Freud et Jung, textes commentfts de Sabina Spierlein; dossier dttcouvert par Aldo Carotenuto, Carlo Trombetta; ttdition fraiuaise par Michel Guibal et Jacques Nobecourt; trad, de l'all., Paris, Aubier.

* Синхрония - явление, в котором событие во внешнем мире значащим образом совпадает с психическим состоянием человека. Это повторяющиеся переживания, отражающие события, которые не подчиняются законам времени, пространства и причинности. — Примеч. ред.

ного опыта. Это понятие будет иметь большое значение как для ' теории, так и для клинической практики.

Несмотря на то, что мой выбор был сделан под влиянием фрейдистского образования, я думаю, что время противостояния школ уже позади. Таким образом, в мои намерения не входит отстаивать позицию за или против Юнга. Но что следует отметить, так это идеи передачи из поколения в поколение и синхронии, или совпадения дат.

Следует также напомнить, что если Фрейд открыл бессознательное, невыраженное, «коллективную душу», а Юнг ввел понятие коллективное бессознательное, то Морено/ сформулировал постулат со-сознательного и со-бессознателъного в семье и группе. Приблизительно в то же время, в 1960—1970-е годы, Франсуаза Дольто*, Николя Абрахам и их ученики, а также Иван Бузормени-Надь ставят сложную проблему трансгенерационной передачи не полностью разрешенного конфликта (ненависть, месть, вендетта), тайн, «невысказанного», преждевременных смертей и выбора профессии.

Знание выстраивается в результате накопления, а новое видение появляется в одно мгновение. В процессе психоанализа продвижение идет в неизвестном направлении и затем вдруг появляется смысл.

Лакан сравнивал появление смысла с внезапным появлением на поверхности острия швейной иглы, пронизывающей и соединяющей несколько слоев прожитого.

Каждый терапевт, будь он психоаналитиком или сторонником других направлений, является частью системы преемственности, из которой он черпает свои теоретические основы. Однако клиника часто действует наперекор догмам, и на практике мы идем на уступки, признавая это или нет6. Особое значение имеет способ, с помощью которого терапевт принимает, слу-

* Франсуаза Дольто прошла в Париже психоанализ (1934—1937 гг.) у Рене Лафор-га, которому принадлежит открытие трансгенерационного поля.

' См. La Famille: I'individu plus un, Marseille, Homines & Perspectives, 1991. В этой поучительной книге о психоаналитическом и системном подходах в семейной терапии Роберт Песслер утверждает: «Психоаналитики и сторонники теории систем приближаются друг к другу (не сливаясь однако), когда речь идет о том, чтобы рассматривать семью в клинической практике... Клиника должна по необходимости поставить себя выше поляризации и взаимного исключения».

2—1543

шает, понимает и наблюдает своего клиента7. Терапевт должен «слышать» клиента и взаимодействовать с ним. Гриндер и Бэн-длер показали значимость различных способов восприятия8, состояния эмпатии9, для того чтобы бессознательное одного человека коммуницировало10 с бессознательным-другого. При этом возникает то, что Морено называет «со-бессознательным». Самый блестящий психолог и самый крупный ученый никогда не будут настоящими терапевтами, если они не в состоянии слышать другого в его (клиента) собственном контексте.

Поэтому часто именно в тот момент, когда слово зависает в воздухе, происходит самое важное, и наиболее значимым оказывается сказанное в дверях.

Психоаналитики имеют основание утверждать, что их профессия не такая, как другие: она не заучивается, она передается. Это в такой же мере искусство, как и наука, и способ бытия в этом мире.

Мои профессиональные «родственные связи»

Анализируя сущность процесса «передачи», мне хотелось бы упомянуть свои «родственные связи». Фрейдовскому психоанализу меня обучали два француза — Робер Жессен (директор Музея человека в Париже, который сопровождал Поля-Эмиля Виктора на Северный полюс) и Франсуаза Дольто, а психодраме — в Америке Дж. Л. Морено (Beacon, N.Y.) и Джеймс Эннеис (St. Elisabeth's Hospital, Washington D.C.). Именно им я обязана своим умением иногда делать «из лягушки принцессу»11. С тех пор мою практику и мое восприятие обогатили и другие подходы.

Я многим обязана Леону Фестингеру, Маргарет Мид, Грегори Бейтсону, Эрвину Гоффману, Карлу Роджерсу и немного те-

7 Клиент — термин, введенный Карлом Роджерсом, который отдает ему предпочтение перед терминами «субъект» или «больной», чтобы обозначить того, кто спрашивает совета или приходит на терапию, подчеркивая свободную связь.

8 См. работы Триппера и Бэндлера: каждый из нас ориентирован преимущественно на визуальное, слуховое или кинестетическое восприятие.

9 Эмпатия — это еще не значит симпатия.

10 Co-бессознательное (по Морено) уже предчувствовал Фрейд, когда говорил о плавающем внимании терапевта.

1' N1. Richard Bandler et John Grinder, Les Secrets ae la communication: changer sans douleur, Montreal, Le Jour, 1983, Перевод de Frog into Princess.

г

рапевтам из группы Пало Альто, Рэю Бердвистелю, Полу Вац-лавику и Юргену Рюэшу, а также Луи и Диане Эверстайн. Однако именно Морено способствовал развитию моего творческого воображения, желания идти «навстречу другому» и упорства в стремлении помогать тем, кто страдает.

Этот незнакомец Морено

Во Франции Морено всегда воспринимался как немного незнакомый. Отчасти это можно объяснить, с одной стороны, его позицией по отношению к Фрейду, выглядевшей почти психодрамой во время его полемики с Абрахамом Бриллем на 1-м Конгрессе американской психиатрической ассоциации в 1932 г., а с другой — опубликованной в 1967 г. монографией «The Psychodrama ofSigmund Freud»12. На самом же деле это два великих творца, которые дополняют друг друга. В 1956 г. по случаю столетия со дня рождения Фрейда Морено напишет, что, если XX век в психологии несомненно принадлежал Фрейду, то XXI век будет принадлежать Морено. Не выглядит ли это в некотором роде убийством отца, от которого хотят отмежеваться и которого хотят превзойти?

Это наскоро сделанное «открытие» в области языка бессознательного — точнее, бессознательного терапевта и бессознательного клиента, которые особым способом общаются как на кушетке, так и вне ее, или «где-то там», во времени, ставшем, таким образом, замкнутым (circulaire). Формы его проявления изучаются сегодня с помощью геносоциограммы и трансгенерационного подхода, что также связано с Морено и позволяет именно о нем говорить как об одном из отцов-основателей.

В этом исследовании среди ключевых понятий, использованных Морено, назовем прежде всего понятие «теле» * («смесь эмпатии», переноса и «настоящей коммуникации», коммуни-

12 Более подробно см.: Marineau Rene, J. Ь- Moreno ou la Troisiive revolution psychiatrique. - Paris, A. M. Metaille, 1989.

* Если попытаться дать рабочее определение этому термину, можно сказать, что «теле» проявляется как мгновенное невербальное общение (например, когда двух людей в толпе по загадочным причинам тянет друг к другу) или как бессознательная взаимная приязнь. Согласно Морено, *теяе» является фактором, влияющим на степень неслучайности социальных конфигураций. — Примеч. ред.

2*

кации положительной или отрицательной, бессознательной, на расстоянии, между людьми).

Далее укажем, что Морено предложил образное понятие «социальный атом» для обозначения наиболее значимых отношений в жизни каждого. Социальный атом — это лица, составляющие «личный мир субъекта»: его семья, друзья, близкие, соседи, коллеги по работе или спорту, те, кого любят или ненавидят, независимо от того, умерли они или нет. Обычно главное действующее лицо (протагонист) — тот, кто работает «у доски» во время сессии, располагает этих лиц в виде схемы, на социально определяемых расстояниях13, соответствующих каждому виду отношений. В этой конфигураций можно, например, послать к черту (т. е. поместить в дальний угол доски) тещу, которая причиняет вам неприятности, и вписать рядом с собой умершую бабушку, любимую и всегда присутствующую. В «социальном атоме» субъект в большинстве случаев начинает находить место для себя и фиксировать его («здесь — именно я»), и только потом находит место для других, уже после своей семьи.

«Социальный атом» отображает одну жизнь, ее ответвления, интересы, мечты или тревоги.

Можно сказать, что «социальный атом» — это геносоциог-рамма1* «здесь и теперь». Он дополняется для приверженцев Морено социометрической сеткой (аффективной) и социометрическим статусом («рангом любимости» индивида в своей группе). Именно аффективные проекции составляют «социальный атом». В работе «Кто выживет» Морено дает определение «социальному атому», этому представлению личностного

13 «Социальное расстояние» - понятие социальной психологии, указывающее, в какой мере то или иное лицо расположено психологически ближе или дальше от другого лица, без учета географического расстояния. Например, Бразилия и ее карнавал более близки жителям Ниццы, чем Германии или Бельгии, или же мой умерший дедушка для меня является более «присутствующим», чем мой сосед по лестничной площадке.

14 Геносоциограмма — от генеалогия (генеалогическое древо); социограмма (представление связей, отношений) - генеалогическое древо с его значимыми фактами, важными событиями жизни и графически представленными эмоциональными связями.

Гемограмма — генеалогическое древо с комментариями, с несколькими метками; используется главным образом в системной терапии и социологами, которые не являются психоаналитиками и, таким образом, меньше «копаются» в рассказах о жизни в поисках скрытых или бессознательных связей, что делаем мы в геносоциограмме. Геносоциограмма является той же гемограммой, но с большей глубиной проработки.

мира человека: «Внутреннее и внешнее ядро, состоящее из лиц, эмоционально связанных с субъектом».

Генограмма и геносоциограмма

Напомним, что профессор Анри Колломб15 разработал в Дакаре (и привез в Ниццу в 1978 г.) технику геносоциограммы, основанную на размышлениях Морено, которые мы развиваем.

Геносоциограмма позволяет получить наглядное социометрическое (аффективное) представление о генеалогическом семейном древе с его характеристиками фамилий, имен, мест, дат, связей и главных событий жизни: рождений, бракосочетаний, кончин, значимых болезней, несчастных случаев, переездов, выборов профессий, выходов на пенсию. Геносоциограмма является комментированным представлением генеалогического древа (генограммы). На ней с помощью социометрических стре-' лок вьщелены различные типы отношений субъекта со своим окружением и связи между различными персонажами: соприсутствие, сожительство, содействие, диады, треугольники, исключения — «кто с кем живет под одной крышой» и «ест из одного котла», кто чьих детей растит, кто и куда убегает, кто прибавляется (рождается, приезжает) в тот момент, когда другой уходит (умирает или уезжает), кто кого заменяет в семье и как происходит раздел... особенно после смерти (наследства, подарков), одаренные, обделенные, «несправедливости» (семейные и социальные счета), повторения...

Обычно происхождение генограммы связывают с конференцией по семейной терапии Мюррея Боуэна (1967). Однако иногда утверждают, что генограмма берет свое начало в ранних размышлениях Морено о семейных комплексных связях и «социальном атоме». Большинство же практиков из области системной семейной терапии и генограммы вообще не обращались к этой «исторической генеалогии».

Профессионалы, использующие генограмму, в большей или меньшей степени углубляют аспекты, связанные с отношениями, связями, смежными областями.

15 Collomb Henri (1977), *La mort en tant qu 'organisateur de syndromespsychosomatiques enAfrique», Psychopathologie africaine, XII, 2:137-147.

Я работаю с тем, что называю геносоциограммой, при этом иду гораздо глубже и в более широком контексте, часто восстанавливая прошлое на протяжении двух веков (от семи до девяти поколений), а иногда и более того.

Психосоциальная и психоаналитическая интерпретация, дополненная «обращением к эффекту соучастия», а также отслеживанием изменений самого субъекта, его «дыхательного ритма», углубляет и обогащает исследование с помощью генограм-мы и выводит на подлинную геносоциограмму. Таким образом, выявляется сказанное и несказанное, текущие и прошлые социально-аффективные связи и отношения. Мы работаем с вербальным и невербальным, «провалами», «забвениями», разрывами, «изломами души», синхронией и совпадениями дат рождения, смерти, бракосочетания, разводов, несчастных случаев, пбявлением болезней, провалами на экзаменах, сближениями, годовщинами или значимыми для личности субъекта датами, с его семейным («социальным атомом») и социально-экономическим окружением, с личной психологической реальностью. И все это для того, чтобы человек лучше понял свою жизнь и смог придать ей смысл.

Фрейд и «тревожащая странность»

Иногда увиденное и услышанное в психотерапии даже опытным психотерапевтам может показаться странным.

Но когда мы слышим о таких странностях по нескольку раз и от различных больных, когда мы непредвзято и внимательно слушаем и одновременно нейтрально и доброжелательно относимся ко всему тому, что человек может рассказать, эти странности обретают смысл — субъективный для страдающего субъекта и особый смысл для терапевта, если при этом извне не «навязывается» теория, которая, вероятнее всего, будет редукционистской в отношении того нового и неожиданного, что может появиться. И потом и только потом могут открыться новые парадигмы, которые, возможно, станут клиническими, а затем и научными фактами (создавая смысл в новых референтных рамках).

Фрейд так описывал тревожащую странность (Das Unheimlich, 191916):

«...Все то, что в людях, вещах, сенсорных ощущениях, событиях или ситуациях пробуждает в нас чувство тревожащей странности и [позволяет] из этого выводить характер, скрытый и общий по всем этим случаям.

Тревожащая странность будет этим чем-то пугающим [выделено нами], имеющим привязку к известным вещам, давно известным и всегда близким. [...] Наше исследование было проведено на серии особых случаев. [...] И только в последействии оно получило подтверждение». (Freud, S. Е., XVII, pp. 219 et s., The «Uncanny», опубликовано в 1919 г.).

Фрейд определяет тревожащую странность как «неожиданное возвращение элементов, которые должны были быть уже давно преодолены или вычеркнуты и которые как бы достались нам от прошлого, от первобытного человека. Это возвращение архаического или же элементов, которые могли и должны были быть вытеснены.... поскольку связаны с ужасом, отвращением, тревогой, чем-то пугающим [...] связаны со временем, в котором мы живем» (ibid., 220). (Написано в конце Первой мировой войны, опубликовано в 1919 г.)

Вслед за Марией Терек мы можем распознать17 в «тревожащей странности» длительный и навязчивый эффект семейной тайны (неотступность семейной тайны), или неожиданное воз^ вращение вытесненного, или травматизм военных ужасов (Фрейд лечил раненых при Вердене).

В этом, я думаю, и заключается одна из теоретических основ Фрейда, подтверждающая выводы, сделанные как мною, так и другими терапевтами, использующими трансгенерационный метод. Суть этих выводов состоит в следующем: в тревогах, в приступах «смертельного холода» (близкого к синдрому Рейно) и ужаса проявляются повторяющиеся кошмары потомков тех, кто пережил драмы, катастрофы и бесчисленные ужа-

16 На основе литературного текста Е Т. A. Hoffmann, L'Homme аи sable, (Freud, S. E., XVII, 233 et 219-220,247..., London, Hogarth).

17 Текст Фрейда, использованный Николя Абрахамом, Марией Терек и их учениками.

сы войны. Эти симптомы часто прослеживаются в дни поминания и/или годовщины, если реальные факты замалчивались, не оглашались или скрывались. Сюда относятся тайны, а также несказанное или исторически известное, но не проговариваемое в семье: воспоминания о войне, лагерях, бомбардировках, стихийных бедствиях.

Все это знаки, близкие к травматизму «ветра пушечных ядер».

СЕМЕЙНАЯ ТЕРАПИЯ И ГЕНОГРАММА/ГЕНОСОЦИОГРАММА

Появление кино- и видеосъемок в семейной терапии позволило выявить значимость связей и способа'взаимодействия в семье для ее здоровья или ее болезненности, уточнить и концептуализировать геносоциограмму как инструмент исследования и лечения, даже «придать ей лоск».

Под семейной терапией мы будем понимать то, что вытекает из исследований Фриды Фромм-Райхманн1 (1889-1957), которая с 1948 г. работает с шизофрениками и их семьями, используя видеосъемки.

Если сновидение, согласно высказыванию Фрейда, было «королевским путем к бессознательному», то взаимодействия семьи шизофреника, отснятые на пленку и изученные в замедленном режиме, по мнению Фромм-Райхманн, помогут декодировать внутренний мир семей, стили и способы вербальной и невербальной коммуникации.

К 1956 г. в Стенфордском университете и в Пало Альто (Калифорния) вслед за Фридой Фромм-Райхманн другие исследователи из окружения Грегори Бейтсона2, Джея Хейли3,

1 Доктор Фрида Фромм-Райхманн работала с Дж. Л. Морено и выпустила вместе с ним книгу «Progress in Psychotherapy», 1956, N. Y, Grime & Straton. Это «доктор Фрайд» в автобиографическом романе Ханны 1рин (Наяпа Green, I Never Promised You a Rose Garden, Holt, Rinehart, 'Winston, New York, 1964), переизданный под ее настоящим именем Джоанны Гринберг (Signet book, New American Library, N. Y.). Роман, а затем и фильм воспроизводят случай терапии одной больной, на которую навесили-ярлык шизофренички. Фрида Фромм-Райхманн провела один год (1955-1956) в Стенфорде в Center for Advanced Study на отделении The Behavioral Sciences, а также долго работала в знаменитой психиатрической психоаналитической клинике Chestnut Lodge и в сотрудничестве с Гарри Стоком ралливаном и при супервизорстве Джозефины Хилгард. Она также'пред-ложила в 19S6 г. антропологам и психиатрам снимать семьи шизофреников в их взаимодействии.

1 Perceval le fou, Autobiographie d'un schizophrene. - Paris, Payot, 1976.

3 Tacticiens du pouvoir: Jesus-Christ, lepsychanalyste, le schizophrene et quelques autres-Paris,ESF,1987.

Джона Уикленда, Дона Джексона, а затем Пола Вацлавика4 и известного семейного терапевта Вирджинии Сатир5 начали проводить исследования в этом направлении. Можно даже сказать, что благодаря счастливому стечению обстоятельств люди такого высокого уровня и столь разных направлений собрались вместе в Пало Альто, чтобы сопоставить различные точки зрения. Именно так образовалась группа Пало Альто.

Группа Пало Альто

Так называемая группа Пало Альто содержательно связана с гипотезой «двойной связи», «двойного принуждения» (double bind) — серьезным нарушением общения в семье, когда высказываются более чем противоречивые послания. Они структурируются таким образом, что на словах утверждается что-нибудь одно, а иным способом, скажем .с помощью языка тела, утверждается другое. Таким образом, два утверждения взаимоисключаются или блокируются. Это так называемая «двойная связь» — «двойное послание с двойным принуждением». Поэтому, если послание является приказанием, то чтобы подчиниться, ему не следует подчиняться.

Кроме того, запрещено говорить о том, что приказание запутанно, противоречиво и «обязательно».

Человек, попавший в положение «двойного принуждения», рискует, таким образом, оказаться наказанным (или почувствовать себя виноватым), когда воспринимает вещи «правильно», и прослыть в семье «злым» или «безумным» («больным по воле других») за то, что показал имеющееся несоответствие (диссонанс) между тем, что он видит (воспринимает), и тем, что он «должен был бы» видеть или испытывать.

Классическая семейная терапия, пришедшая от группы Пало Альто, в своем теоретическом подходе опирается на идеи «системы» и «гомеостаза», то есть равновесия, и «правил семьи». Такие практики из Института исследования психики, как Вац-лавик, а также Витакер и Непье уже говорят о «призраке», ко-

4 Une Logique de la communication. — Paris, Le Seuil, 1972.

5 Therapie de couple et de la famille, Paris, Epi, 1983.

торый во время лечения пациента6 появляется из его прошлого, о системной семейной терапии, а спустя 20-30 лет они используют генограмму.

Стратегическая системная терапия

Рассмотрим течение семейной межгенерационной терапии*.

Представители теоретической школы, называемой стратегической системной терапией, используют парадокс, то, что его провоцирует, «больного по воле других» и его семью. Они считают, что реальная проблема больного известна ему самому и его семье. Базовый принцип этих специалистов заключается в том, что каждый может определить свою собственную реальность. Разрешение трудных жизненных ситуаций, связанных со здоровьем как физическим, так и психическим, становится сущностной проблемой. Вмешательство терапевта направлено на переопределение реальности, но более функциональным способом. Выражаясь языком Гоффмана7, можно сказать, что надо суметь увидеть, воспринять, поместить событие в иную перспективу, в иную рамку, в другой контекст, то есть осуществить рефрейминг.

Структурная семейная терапия

Структурная, семейная терапия — другая отрасль системной терапии — ставит задачу изменить привычки выстраивания отношений в семье, отношений, ставших стереотипными. Именно в Филадельфии в Детской консультативной клинике в ближайшем окружении С. Минухина «системщики» создали свою школу и широко использовали свои техники, главным образом, в детской терапии. Важно отметить, что речь идет о подхо-

* Семейная межгенерационная терапия с Мюрреем Боуэном, Иваном Бузормени-Надем, Маурисио Андолси, Хельмом Стаерлином (Гейдельберг), которые развивают понятие «делегирования», например, «долга, который передают от одного поколения другому, как горячую картофелину».

♦ См. «Le Fantdme de Grand-mere», Napier A., WMtaker C, he Creusetfamilial, Paris, Laffont, 1980.

7 Asiley. utudesur la condition sociale desmalades mentaux, Paris, Minuit, 1968, La Miseen scum de la vie quotidienne, Paris, Minuit, 1973.

де, основывающемся на принципе «здесь и теперь». Мюррей Боуэн, известный благодаря введенному им понятию «совокупного семейного «Я»8 (masse de moi famililal) и благодаря своим техникам превращения трехсторонних конфликтов (триангуляции) в конфликты двоих (диады), поднимает проблему передачи тревоги от одного поколения к другому, если триангуляция не разорвана.

В интервью 1991 г. журналу «Тайм» по поводу своей-постановки пьесы Стривдберга «Мадемуазель Жюли» в Королевском драматическом театре Стокгольма Ингмар Бергман сказал: «В этой пьесе говорится о трех психических ранах мадемуазель Жюли... В этом мире есть люди, которые решили взять на себя вину других, и она принадлежит к их числу». Бесспорно, что в основу этой пьесы, также, как и в других произведениях Стрин-дберга, положен автобиографический материал и говорится о тревоге сына служанки и повторяющихся семейных драмах в жизни самого автора. Это как туника Несса, которая прилипает к телу того, кто накапливает тревогу предков.

Семейная психоаналитическая терапия

Однако нас больше всего интересует направление семейной терапии, которое, основываясь на психоанализе, пытается распространить его понятия и аналитические инструменты на семью, рассматриваемую как серию диад (Натан.Аккерман, Иван Бузормени-Надь и во Франции Николя Абрахам и Мария Терек9 ). Н. Аккерман1 ° использует в своей практике дуальные беседы, чтобы помочь семье осознать неверные идеи и особенно «остаточные явления» прошлого.

8 Понятие связано со шкалой дифференциации «Я» (soi) вне «сплавленной», нерас-члененной массы семейного Эго, где на самом верху находятся лица со структурированным и дифференцированным «Я» (soi), а в самом низу — лица, которые живут под влиянием этого Эго и не могут дистанцироваться от прожитого.

' А потом и А. Эгер, А* Руффио, Е. Гранжон, П.-С. Ракамье, Д. Анзье, Г. Дершерф, С. Тисрон, И. Пюрже.

10 Напомним, что Натан Аккерман работал в психодраме с Дж. Л. Морено, который с 1930 г. лечил пары и семьи с помощью психодрамы и групповой психотерапии.

НЕВИДИМЫЕ ЛОЯЛЬНОСТИ

К терапевтам филадельфийской школы, которая внесла свой вклад в развитие трансгенерационного подхода, относят психоаналитика венгерского происхождения Ивана Бузормени-Надя1. Для Ивана Бузормени-Надя отношения являются гораздо более значимой связью, чем трансгенерационные модели коммуникации (и именно эта концепция четко отличает его от школы Пало Альто2). Отношения должны учитывать дух закона правоты и справедливости внутри семьи. Через эти отношения предки завещают нам жизнь, их жизнь, которую мы и передаем дальше, своим потомкам. И. Бузормени-Надь3 побуждал клиентов долго рассказывать о своей жизни, потому чтр для него целью и одновременно силой терапевтического вмешательства было восстановление этики трансгенерационных отношений.

Меня поражает то, что все терапевты — создатели трансгенерационного подхода происходят из Восточной и Центральной Европы, хотя проблематика отношений к «родителям родителей», то есть связи с предками, пронизывает тем или иным образом рефлексию и терапевтическую практику, начиная с Фрейда. (Может быть, этим мы обязаны наследию эмиграции и двойной культуре?) Может быть, это является лишним доказательством укорененности каждого в своей «культуре», в своих «корнях» — сознательного или, скорее, бессознательного.

1 См. Диссертацию Магды Хайреман (Magda Heireman: Du C6te de chez soi: la therapie contextuelle d'lvan Boszormenyi-Nagy, Paris, ESF, 1989).

1 Школа Пало Альто (1956) объединила в Калифорнии около Стенфорда вокруг английского антрополога Грегори Бейтсона (бывшего мужа и коллеги Маргарет Мид) первых исследователей, использовавших изображение, фотографии, фильмы, видео, чтобы наблюдать за взаимодействиями семей в их контексте, за разговорным языком и невербальным общением, и почувствовавших «двойную связь» в семьях шизофреников. Их группа основала Институт психических исследований, где в настоящее время в числе прочих работают Пол Вацлавик, Диана и Луи Эверстайн.

3 Я не являюсь ученицей Ивана Бузормени-Надя, которого я не (или еще не) встречала (за кратким исключением в 1994 г.).

В странах Востока и Центральной Европы, как в России, так и вокруг Средиземного моря, семья представляет собой очень сильный «социальный атом», гнездо, спаянный клан, «матрицу», исходя из которой индивиды выстраивают себя, находят свою идентичность.

Для меня это очевидно, тем более что я выросла в Париже, с ранних лет воспитывалась в государственной французской школе и университете (лицей Мольера и Сорбоцна), меня убаюкивала (в Париже) славянскими сказками моя русская прабабушка Елена, но образование я получила в США (в Мичиганском университете: Анн Арбор, Исследовательский центр групповой динамики). Далее был Морено, также выходец из Европы (которая передала ему по наследству созидательное воображение и открытость иному, незаурядному). Я чувствую, что стала тем, кто я есть, именно благодаря моим множественным корням, которые пронизывают несколько культур, языков и традиций*. Это созидающая тишина (как во время аналитического сеанса, где все и происходит). Я бы даже пошла дальше, сказав, что Франсуаза Дольто-Маретт — одна из моих аналитиков, была столь неординарным терапевтом, может быть, потому, что ее муж Борис разделил с нею эту славянскую харизму, излучаемую всем его существом, всем телом. Харизму, которая была завещана предками (среди очень далеких предков была женщина индейского происхождения, которой, по ее словам, она обязана своей интуицией).

Концепция Ивана Бузормени-Надя

После краткого личного экскурса мне бы хотелось проанализировать понятие лояльность4, одно из ключевых в концеп-

* Наш дом был сожжен немцами в воскресенье S июня 1944 г. в Лозере, так как в нем пряталось оружие для партизан. Я не была на них в обиде, так как в моих глазах это была «настоящая война». Вместе с другими я потеряла вое, включая документы, записные книги с адресами, ежедневниками... Как же я была удивлена, когда у меня украли мою сумку со всем содержимым 5 июня 2000 г. (неожиданный синдром годовщины). Мы об этом никогда не говорили, чтобы не усугублять ненависть. Франсуаза Дольто говорила: «Все, что замалчивается в первом поколении, второе носит в своем теле».

4 Ввиду того, что это не университетская диссертация, а также чтобы облегчить чтение и не утяжелять текст, мы не будем систематически указывать страницы всех ссылок.

ции Бузормени-Надя5, которое отсылает нас к двум уровням понимания. Уровню системному, то есть к социальной системе, и уровню индивидуальному, то есть психологическому. Лояльность предполагает социальное единство, которое зависит от лояльности группы, лояльности ее членов и от помыслов, мотивации каждого члена группы как индивида. Отсюда вытекают понятия справедливости и семейной справедливости* Когда справедливость не соблюдается, это проявляется в неверии, эксплуатации одних членов семьи другими (иногда в бегстве, реванше, мести), даже в болезни или в повторяющихся несчастных случаях.

И наоборот, когда справедливость соблюдается, существуют привязанность, взаимное уважение членов семьи, «семейнще счета» ведутся аккуратно. Можно говорить о «балансе семейных счетов» и «семейном гроссбухе», где видны кредит и дебет, долги, обязанности, заслуги. В противном же случае мы имеем ряд проблем, повторяющихся из поколения в поколение.

Парентификация

Еще одним фундаментальным понятием в концепции Бузормени-Надя является парентификация. Парентификация — это инверсия заслуг и долгов, их неверное понимание. Наиболее значимый «долг лояльности семье» — это долг каждого ребенка по отношению к своим родителям за любовь, тепло> заботы, усталость и то особое отношение, которые были получены после его рождения до того момента, когда он стал взрослым. Способ расплатиться за свои долги является трансгенерационным, то есть то, что мы получили от наших родителей, мы отдаем своим детям. Это не мешает платить долги1 и нашим родителям. Когда они становятся старыми, мы начинаем по-особому относиться к ним, выполняя долг, помогаем им прожить последние годы и перейти от жизни к смерти.

Парентификация — это переворачивание ценностей, то есть ситуация, в которой дети, даже малолетние, становятся родителями собственных родителей. ■ .

5 Invisible Loyalties: Reciprocity in Intergenerational Family Therapy, New Yoik, Harper & Row, 1973.

Возьмем классический пример. Всегда найдется несколько семей и, главным образом, семей со скромным достатком или выходцев из сельской местности, где старшая дочь исполняет роль матери. Мать, измученная слишком частыми родами, бывает действительно больна или заявляет о себе как о больной, принимая заботу, помощь и поддержку своей дочери, которая никогда не выходит замуж. Она никогда не устраивает свою жизнь, потому что заботится о своей старой больной матери или своих старых больных родителях. Это нездоровое искажение отношений, заслуг и долгов: именно Qro назвали паренти-фикацией. Ребенок, который должен стать родителем в очень раннем возрасте (например, уже в 5 лет), оказывать поддержку своей матери, заниматься своими родителями и своей семьей, теряет важное равновесие в отношениях. Обнаруживается это нарушение равновесия путем анализа места и роли детей в семейной системе.

Понять трансгенерационные связи, «книгу заслуг и долгов» достаточно трудно, это вовсе не объективное понятие, каждая семья по-своему определяет лояльность и справедливость.

Чтобы разобраться, следовало бы провести трансгенерационное или лонгитюдное исследование семьи, распространяющееся по крайней мере на три, а предпочтительнее на пять поколений, и на месте определить функционирование систем. Для этого необходимо учитывать ретроспективную информацию, то есть воспоминания живущих об умерших, информацию ныне здравствующих людей о своей семье и о том, что движет ее членами, даже если они не осознают того, что они знают, и что проявляется в сказанном и несказанном, в сознательном и бессознательном пласте того, что было передано им семьей.

Семейный миф или сага о семье

Здесь мы соприкасаемся с областью семейного мифа, прояснить которую можно только тогда, когда станет понятной вся система — совокупность взаимозависимых единиц. Для Бузор-мени-Надя индивид является биологической и психологической целостностью, а я добавлю — и психосоциальной, реакции

которой детерминированы как индивидуальной психологией, так и правилами семейной системы. В семейной системе психические функции одного члена семьи обусловливают психические функции другого ее члена; происходит постоянное взаимное регулирование, а правила функционирования семейной системы бывают как явными, так и неявными, но главным образом неявными. Причем члены семьи не осознают этого.

«В нашей семье так принято» — то есть основные правила существуют как бы сами по себе и считается, что они не требуют объяснения.

Семейный миф выявляется через паттерн6 функционирования: некоторые люди действуют в жизни согласно паттернам, которые я посчитала бы «нездоровыми» (я не знаю как иначе расценивать измену, вендетту, убийство, здоровую или нездо-ррвую защиту «чести семьи»). Такие ритуалы образуют совокупность, некоторую целостность, гештальт7 отношений, бессознательно структурированный и вовлекающий всех членов семьи. Каждый из этих ритуалов способствует «уравновешиванию семейных счетов», когда позиция или «эксплуататорская установка» может быть, а может и не быть уравновешена «установкой на щедрость». Временами мы эксплуатируем свою семью и свое положение. Ребенок «эксплуатирует» свою семью, потому что приходится его обеспечивать, кормить, давать кров и т. д., и в то же время он дает любовь или нечто иное. Существует баланс — равновесие между тем, что получено, и тем, что отдано, в противном же случае появляются симптомы различной степени тяжести.

Моральное наследство столь же значимо, как и наследство профессиональное или экономическое. Винсент де Гольжак говорит даже о «семейном капитале».

Каждая семья оценивает и учитывает вклады индивидов на «семейные счета». Эта оценка определяет масштаб заслуг, льгот, обязанностей и ответственности, которые учтены и вписаны в

6 Паттерн - структурированная модель, выкройка, чертеж (французские психологи сознательно не переводят этот термин с американского).

7 Тештальт—восприятие совокупности, целого, контрастной формы на фоне (термин сознательно не переводится с немецкого языка психологами в рамках гештальт-теории).

3—1543

историю семьи, реально прожитую и генетическую, которую можно заново открыть.

Личный пример '

Рассмотрим мой личный пример. Когда я была студенткой факультета психологии, я была замужем, у нас родился ребенок; как и многие молодые пары, мы испытывали финансовые затруднения. Одна из моих кузин (Аннетт) предложила мне деньги в долг. Я согласилась, не чувствуя себя ни обязаннй, ни виноватой. Когда я закончила учебу и начала работать, я отдала эти деньги. Однако мои коллеги по работе не понимали, как моя кузина могла так легко дать в долг деньги и как я смогла без проблем их принять. И задумываясь над этим теперь, я вспомнила, что мой дедушка был старшим из шести детей и стал сиротой в очень юном возрасте. Их приютил дедушка (мой прапрадедушка), и они росли вместе с его детьми от второго брака. Мой дедушка остался без родителей в 14 лет, начал работать очень рано, чтобы помочь растить своих братьев и сестер и дать им высшее образование*. Таким образом, в бессознательном моей семьи он «приобрел заслуги» по отношению к своим братьям и сестрам. Позже, закончив свою учебу в Швейцарии, одна из его сестер открыла лабораторию фармацевтической продукции. На рубеже веков она вышла замуж за химика-фармацевта; они заработали немного денег и осели в Париже. Моя кузина, предложившая мне деньги, происходила именно от этой сестры моего дедушки. В каком-то смысле это было восстановлением равновесия — «одолженное за то, что некогда отдано». Она мне сказала: «Ты мне их вернешь, если сможешь, но если ты хочешь, то можешь и не отдавать; или же отдашь позже, через 5 или 50 лет — это не имеет никакого значения». И с точки зрения «системы семейных счетов» я хорошо понимаю то, что ей казалось нормальным, как, впрочем, и мне, так как мы обе знали, что между ее бабушкой и моим дедушкой были сердечные отношения (то, что Бузормени-Надь называет «установ-

* В политехнической школе Цюриха (среди первых женщин, получивших докторскую степень в 1884,1886,1888 гг.). Ebenso пей ah Kuhn, CFCF VERLAG, ZUnch, 1988 120 лет обучения женщин в университете Цюриха.

кой на щедрость»). Все потомки братьев и сестер моего дедушки были в долгу по отношению к нему (старшему). Все его очень любили. И когда он состарился, а моя семья в Париже испытывала нужду (после Великой депрессии 1929 г.), потомки одних и других приглашали нас к себе. Мы жили в Париже, моя двоюродная бабушка (Натали) помогала моему дедушке и моей бабушке, это поддерживало тепло в наших сердцах и согревало наши души. Мы не подписывали никаких бумаг/ Никогда не говорили о деньгах. Большую часть наших каникул проводили вместе в местечке Ба-Ре на большой ферме, которая принимала дорогих гостей: их самих, брата и сестру с супругами и нас,1 двоюродных братьев и сестер — все три поколения.

Семейные связи поддерживались и укреплялись.

Долг был отдан, и всем это казалось нормальным. Никогда не было у нас обмена бумагами, долговыми расписками. Когда моя кузина дала мне деньги в долг, она отказалась от долговой расписки. Конечно же, я вернула эти деньги.

Когда 30 лет спустя, проходя перед ювелирным магазином, я неожиданно для себя купила золотые серьги и подарила ее дочери, я вспомнила, чта моя кузина, к тому времени уже погибшая в авиакатастрофе, подарила мне дешевые серьги и дала в долг деньги. Таким образом, золотые украшения тоже были символическими.

Семейная «бухгалтерия». Базовая безопасность. Несправедливость

Существует неявная семейная «бухгалтерия». Речь идет не только о дейьгах. Я хочу сказать не столько о деньгах, которые мой дедушка давал своим братьям и сестрам, сколько о том, что они были заработанными — он много работал в молодости, чтобы их поддержать. А главное — он дал им любовь, привязанность и поддержку, радость, с

<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Открыть на мое имя Текущий счет для зачисления денежных средств в валюте | 

mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2018 год. (0.052 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал