Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






О натуральной оспе и не только: с чего все начиналось 5 страница




60 Отношение наиболее непримиримых гомеопатов той эпохи к Пастеру может быть
удачно иллюстрировано следующей цитатой из книги Льва Бразоля: «Триумфальное
плавание Пастера под флагом «вакцинации» составляет весьма ловкую коммерческую
комбинацию. Популярность пастеровских опытов основана на глубокой вере человече-
ства в предохранительное значение «коровьей вакцинации» и невольном заключении,
что мнимая успешность этой настоящей вакцинации не стоит особняком в природе, а
составляет частное проявление желательного всеобщего закона, ключ от которого, по
уверению Пастера, находится у него. Пастеровские вакцинации — это блестящий фейер-
верк в чисто французском вкусе, представляющий для Пастера очень выгодный гешефт.
Получая от правительства ежегодные субсидии, сумма которых превышает уже 500 000
франков, он пишет для себя бойкие рекламы, не выдерживающие натиска фактов и кри-
тики проверочных опытов» (Бразоль Л. Е. Дженнеризм... с. 31-32).

61 Подробнее об этом см. Hume E. D. Bechamp or Pasteur? A Lost Chapter in the History of
Biology, 1923 и Pearson B. R. Pasteur, Plagiarist, Imposter, 1942, а также Geison G. L. The
Private Science of Louis Paster. Princeton, 1995. Книга Б. Пирсона в некоторых главах пред-
ставляет собой изложение книги Этель Хьюм.


ных частиц, оказавшихся живыми организмами, должно было, по Пастеру, стать задачей и смыслом существования медицины.

Эта идея была принята с восторгом по многим причинам. Во-первых, в отличие от многих научных теорий, она была доступна даже для понимания человека с самым низким уровнем образования и интеллекта. Врач и пациент могли теперь говорить друг с другом на одном языке. Во-вторых, роль жертвы и объекта несправедливых преследований традиционно была близка и понятна большинству людей. Но если раньше человек страдал от злых духов и бесов, а спасаться следовало обращением к религии, молитвой и покаянием, то теперь виновниками были признаны вредоносные микроорганизмы, а функции церкви на себя охотно взяла целая армия профессиональных защитников и спасителей, а именно медиков, со своим оружейным арсеналом — вакцинами, таблетками, лабораторными исследованиями для определения возбудителя и иными ритуалами. Появление такой теории, основанной на традиционной паре «агрессор — жертва», как нельзя лучше отвечало чаяниям врачей, никогда не упускавших возможность поставить на службу своему карману даже самую абсурдную и ни на чем не основанную теорию, не говоря уже о вполне респектабельных научных разработках. Скучные разговоры о санитарно-гигиеническом состоянии городов и сел, об улучшении канализации и водоснабжения, об изменении характера питания и повышении жизненного уровня населения предполагали прежде всего социальные реформы и не обещали прямого заработка медикам, в то время как наличие такого чудесного и осязаемого с помощью научных приборов врага, как микробы, гарантировало, что врачи продолжат играть одну из главных ролей в обществе. В целом теория Пастера как нельзя лучше отражала примитивно-механистические представления о природе и ее законах, характерные для XIX века. Взяв идеи проф. Бешана, Пастер заботливо выхолостил их, оставив в них лишь то, что предполагало дальнейшее развитие прививочного бизнеса, и выбросив самое главное — указание на то, что первопричиной болезни являются отнюдь не микроорганизмы, а состояние макроорганизма, предрасполагающее к инфицированию этими микробами и последующему развитию инфекционного процесса. А уж такие пророческие высказывания гениального Бешана, как, например: «Самые серьезные, даже смертельные последствия могут быть вызваны введением живых организмов в кровь; эти организмы, когда живут в определенных органах, выполняют необходи-




мые химические и физические функции, введение их в кровь — среду, для них не предназначенную, вызывает страшную манифестацию их худших болезнетворных свойств... Микрозимы (так проф. Бешан называл микроорганизмы. — А. К.),даже морфологически идентичные, могут различаться функционально, и те, что характерны для одного вида или центра определенной деятельности, не могут быть введены животному другого вида или даже в другой центр деятельности того же самого животного, не создав при этом серьезной опасности...»62, не могли быть отражены в трудах Пастера по определению.



Вернемся к истории прививок против оспы, в начало XX в. Когда у населения Британских островов появилось право свободного выбора, то прививок там, естественно, стало еще меньше. Вакцинаторы были правы, предполагая, что отмена обязательности прививок скажется на заветном «массовом охвате» и «коллективном иммунитете к болезни». К 1905 г. прививки против оспы ежегодно получали лишь 53,8% британских младенцев, а к 1921 г. — около 40%. При этом... все меньше становилось и оспы! Количество прививок и заболеваемость натуральной оспой снижались в Британии параллельно друг другу. Надо, правда, сказать, что тенденция к снижению заболеваемости натуральной оспой достаточно четко обозначилась в развитых (и даже среднеразвитых — таких, как Россия) странах во второй половине 1880-х гг. и оспа, терзавшая их с середины XVII в. и не обращавшая внимания ни на молитвы, ни на инокуляции, ни на прививки, с того времени неуклонно шла на убыль. Одной из причин этого, как считается сегодня, было постепенное вытеснение в Европе и США вирулентной разновидности оспенного вируса (variola major) другой, мягкой (variola minor, или аластрим), о чем уже говорилось выше. С вопросом, почему это случилось, ясности не больше, нежели с вопросом, почему обратный процесс произошел в XVII в. Просто как пример отмечу, что в своей статье «Некоторые малопонятные эффекты сывороточной терапии» лондонский хирург Беддоу Бейли (1887-1961), активист антипрививочного движения в Англии и основатель Общества против вивисекций, приводит слова д-ра Мак-Донафа. Последний пишет о том, что, вероятно, широкое распространение инфекции среди людей приводит к постепенному изменению свойств возбудителя в сторону большей мягкости вызываемых им болезней, а потому прививки могут лишь нарушить естественный процесс. В качестве примера такого нежелательного вмешательства Мак-Донаф привел оспу: «...Становится все

62 Цит. по Hume E. Bechamp... р. 242.


более сомнительным, благодаря ли прививкам снизилась частота натуральной оспы, которая в последние годы сменилась аластримом... Это, конечно, никак не может быть отнесено на счет прививок, потому что учащение случаев аластрима совпало с увеличением числа непривитых. Возможно, что изменение [в пользу аластрима] случилось бы и раньше, не стань прививки столь распространены»63.

Не желая утомлять читателя статистикой, ограничу себя несколькими цитатами. Так, выдающийся российский педиатр Нил Филатов (1847-1902) в 1899 г. писал: «Оспа принадлежит в настоящее время к числу довольно редких болезней»64. В брошюре другого, менее известного российского педиатра, проф. Николая Гундобина (1860-1908) «Детская смертность в России и меры борьбы с нею», содержащей всего 31 страницу, оспа впервые появляется лишь на 14-й странице. До этого читаем, например: «Что касается причин высокой детской смертности, то здесь все исследователи на первом месте ставят бедность русского народа и низкую его культурность. Малая культурность населения ясно выражается в неумении ухаживать за грудными детьми и, главным образом, в варварском обычае давать младенцам соску из жеваного хлеба чуть не с первых дней жизни. Бедность народа объясняет плохое его питание, к ней присоединяется еще прогрессивное развитие во всех культурных странах таких болезней, как сифилис, алкоголизм и чахотка. В результате означенных условий дети уже нередко рождаются слабыми и нежизнеспособными. Среди других причин высокой смертности следует еще отметить питомнический промысел и современный рост фабричной промышленности, которая занимает не только мужское, но и женское, и даже детское население. Наконец, некоторые исследователи указывают, что всю европейскую Россию можно разделить относительно детской смертности на два района: северо-восточный и юго-западный. В южном районе богатство водных путей сообщения благоприятствует развитию заразных болезней, от которых, главным образом, погибают дети 2-10-летнего возраста. В северо-восточных губерниях особенно высокая смертность приходится на нерациональное питание и заразу детской холеры, распространению которой в значительной степени способствует летняя жара, душные и тесные избы крестьян. Таковы главные причины детской смертности в нашем отечестве»65. Относительно

63 BayleyB. Some little understood effects of serum therapy. Medical World April 6, 1934.

64 Филатов Н. Ф. Краткий учебник детских болезней. Изд. 5-е. М., 1899, с. 534.

65 Гундобин Н. П. Детская смертность в России и меры борьбы с нею. СПб, 1906, с. 5.


натуральной оспы Н. Гундобин пишет: «...Брюшной тиф почти неизвестен в Германии, а от оспы там погибает всего несколько десятков человек в год. У нас в России средняя смертность от оспы составляет около 60 000 жителей, значительная часть населения остается непривитою, а наши раскольники, согласно религиозным заблуждениям, считают само оспопрививание за печать Антихриста. Таким образом, снова невежество крестьян и незнакомство их с необходимыми гигиеническими мерами сильно способствует распространению эпидемий»66.

В 1901 г. читал свою лекцию «Общественное значение, причины детской смертности и борьба с нею» главврач Софийской (ныне Филатовской) больницы д-р Д. Е. Горохов, возглавлявший Московское общество борьбы с детской смертностью вместе с такими прославленными деятелями российской медицины, как Г. Л. Грауэрман, В. Я. Канель, Л. А. Тарасевич, С. А. Четвериков. Среди основных причин детской смертности раннего возраста он назвал желудочно-кишечные заболевания (40-50%), относя к ним дизентерию, тиф, холеру и энтериты. Вслед за ними шли «пневмонии, болезни питания (рахит), болезни нервной системы (менингиты, в том числе туберкулезный) и несчастные случаи». Далее Д. Горохов сказал: «Обыкновенно наибольшие числа заразных заболеваний падают на возрасты после 5 лет. Наиболее частые заразные болезни у детей следующие: грипп... коклюш... корь... дифтерия... скарлатина... и дизентерия...»67. Как мы видим, натуральная оспа — преимущественно детская болезнь по своей природе — в этом перечне вообще отсутствует.

Разумеется, я далек от мысли, что натуральная оспа не представляла в царской России ни малейшей проблемы, хотя проф. Филатов и на-

66 Там же, с. 14. Описанные выше д-ром Гундобиным проблемы, связанные в первую оче-
редь с отвратительными санитарно-гигиеническими условиями, в которых жило сель-
ское и беднейшее городское население, красноречивей любой статистики говорят о том,
где следовало искать корень всех несчастий, включая брюшной тиф (от которого никогда
массовые прививки населению не делались и с которым в России также благополучно
справились в 1920-х гг.) и натуральную оспу. Источника, откуда он взял цифру в 60 тыс.
умирающих ежегодно от оспы, Гундобин не указал. Позднее, не в силах отказаться от
своего прививочного идефикса, он все же признал: «Исчезновение оспы в культурных
странах... обусловливается главным образом вакцинацией, но не следует упускать из
виду, что здесь имеют значение и общие санитарные условия, как канализация, хорошая
вода, чистота помещений и проч.; значение этих условий в борьбе со всеми заразными бо-
лезнями весьма существенное» (Воспитание и лечение ребенка до семилетнего возраста.
Проф. Н. П. Гундобин. 2-е изд. СПб, 1909, с. 89).

67 Горохов Д. Е. и др. Детский организм в борьбе с болезнями и смертью. Публичные лек-
ции по гигиене детского возраста Московского общества борьбы с детской смертностью.
М., 1910, с. 24.


зывал эту болезнь редкой. К концу XIX в. заболеваемость ею в России снизилась, но ни уникальной, ни даже особенно редкой она все-таки не была. Хочу лишь подчеркнуть, что эпидемические масштабы болезни в описании нынешних историков медицины и эпидемиологов безмерно раздуты, и акцент с крайне неудовлетворительной санитарно-гигиенической обстановки, в которой жило наиболее страдающее от оспы население и которая была истинной причиной как оспы, так и десятков других «беспрививочных» болезней, умышленно переносится на отсутствие прививок. Такая подмена недопустима и должна быть резко осуждена, как чисто пропагандистская и не имеющая ничего общего с серьезным научным подходом. Относительно достоверности дореволюционной статистики по эпидемическим болезням могу привести такую цитату из современной книги: «...Сведения о заболеваемости оспой, которые представляла Главная врачебная инспекция, были весьма далеки от действительности... При анализе отчетов за 1910 г. всплыли и вовсе абсурдные цифры, согласно которым в нескольких губерниях смертность от оспы была выше заболеваемости ею»68.

Если вернуться к истории антипрививочного движения в Великобритании, то закономерным будет вопрос: так выиграла или проиграла Англия, в которой общественное давление добилось права выбора в прививочном вопросе? Удачным будет сравнение английской политики в области прививок с политикой Пруссии и, впоследствии, Германии. Не побрезговав откровенной ложью, Прусская медицинская комиссия, поголовно состоявшая из сторонников прививок, заявила рейхстагу, что «нет ни одного достоверного факта, который бы говорил за вредное влияние вакцинации на организм человека», хотя недостатка в таких фактах, разумеется, не было со времен «спасителя» Дженнера и ни для кого они не были секретом, как не являются секретом бесчисленные нынешние осложнения прививок, которые исхитряются проводить по статьям «совпадение», «обострение имевшейся болезни», «интеркуррентное заболевание». С минимальным перевесом голосов в 1874 г. был принят закон, сделавший прививки младенцам и ревакцинации детям в возрасте 12 лет обязательными, если только родители последних не могли представить свидетельства ревакцинации, сделанной в течение последних пяти лет, или свидетельства того, что дети перенесли натуральную оспу. Имея примерно одинаковый уровень прививочного «охвата» до 1889 г., когда начала свою работу Королевская комиссия, страны затем разнились по этому

68 Токаревич К. К, Грекова Т. И. По следам минувших эпидемий. Л., 1986, с. 117.


показателю из года в год все больше и больше. Образцовый немецкий порядок строго выдерживался и в прививочном вопросе, а в Англии прививок становилось все меньше. Динамика заболеваемости оспой в обеих странах была проанализирована в опубликованной несколько лет назад статье проф. Хеннока из Ливерпульского университета. Автором было показано, что в итоге заболеваемость в обеих странах — в одной с почти поголовным прививанием и ревакцинацией детей и в другой, с постоянно снижающимся количеством прививок, полагавшейся главным образом на санитарные меры для контроля натуральной оспы, — к концу первого десятилетия XX столетия оказалась стабильно одинаковой и в дальнейшем уже практически не менялась, так что утверждения о германском беспримерном успехе в борьбе с натуральной оспой благодаря исключительно прививкам должны быть пересмотрены69. Здесь важно отметить, что Англия изначально находилась в значительно худшем положении по сравнению с континентальными странами (особенно такими «запертыми» внутри материка, как Германия), так как в нее натуральная оспа беспрерывно «импортировалась» из южноазиатских колоний и проникала повсюду через морские порты, а потому контроль этой болезни действительно требовал полного напряжения сил и, особенно, безупречной работы портовой карантинной службы. И при всем при этом англичане, раз приняв закон, никогда более не впадали в истерику обязательных тотальных детских прививок, ликвидировав в итоге натуральную оспу так, как это предложил Дж. Т. Биггс. Сколько немецких детей заплатили жизнью и здоровьем за утверждение теории «спасающего коллективного иммунитета», осталось неизвестным70. Лишь попутно отмечу, что немецкие противники прививок отнюдь не прекратили борьбу с прививочным насилием. Врачи и неврачи объединились в «Союз противников прививок» со штаб-квартирой в Лейпциге («Verband der Impfgegner, e.V., Sitz Leipzig»), долгие годы регулярно выпускавший журнал «Противник прививок» («Der Impfgegner»), в котором сообщалось о неугодных вакцинаторам фактах. Известный немецкий писатель и врач д-р Фридрих Вольф (1888-1953) писал в

69 Hennock E. P. Vaccination Policy Against Smallpox, 1835-1914: A Comparison of England with Prussia and Imperial Germany. Soc. Hist. Med. Apr 1998; 11:1, pp. 49-71.

70 Относительно борьбы с обязательными прививками в Германии см. Wolff E. Medizinkri-tik der Impfgegner im Spannungsfeld zwischen Lebenswelt- und Wissenschaftsorientierung // Dinges M. (Hrsg) Medizinische Bewegungen im Deutschen Reich (ca.1870 — ca.1933). MedGG 1996; 9:79-108. Благодарю д-ра Эберхарда Вольфа (университет в Цюрихе), любезно приславшего мне оттиск своей статьи.


своей книге «Природа как врач и помощник»: «Вот случай, с которым я столкнулся: здоровый сын одного торговца сразу после прививки заболевает тяжелым гнойным воспалением лимфатических желез на руке, в которую была сделана прививка, дело доходит до тяжелого абсцесса подмышечной железы с гангренозным распадом; через несколько дней ребенок умирает... Отца, несмотря на отчаянное сопротивление, принуждают прививать и других детей... хотя он уже потерял таким образом своего первого ребенка и хотя в этой местности в течение десятилетий не было ни одного случая оспы. К сожалению, такие случаи не редкость. Почти в каждом номере журнала [Союза противников прививок] можно найти свидетельства и фотографии таких случаев тяжелых осложнений от прививок. Даже такой сторонник прививок, как д-р Штауффер, вынужден признать: «Нельзя отрицать, что в результате прививки коровьей оспы скрофулез, протекающий до сих пор латентно (скрыто), может перейти в активную (воспалительную) стадию и зачастую привести к роковым для ребенка последствиям. Поражения желез, экзема (высыпания), заболевания глаз и ушные болезни, а также туберкулез могут встречаться после прививки в острой форме». При этом нерешенным остается вопрос, обеспечивает ли прививка действительную защиту от оспы. Невозможно оспорить то, что прививочный яд приводит к опасности тяжелых прививочных осложнений у детей»71. Борьба против обязательных прививок в Германии продолжалась до самого крушения демократических институтов после прихода к власти национал-социалистов.

Пример Германии важен еще и потому, что именно на него ссылаются при изложении истории прививок российские вакцинаторы, утверждая, что никакой альтернативы массовым прививкам нет и быть не может. Вот, например, отрывок из статьи 1915 года: «Что оспопрививание является единственной надежной мерой от заболевания оспой, в настоящее время признается аксиомой. Где введено обязательное оспопрививание... там заболевания оспой или совершенно прекратились, или появляются в незначительных долях процента»72. Вслед за этим безапелляционным утверждением автор публикации, А. С. Ноздровский, приводил список стран, среди которых почему-то

71 «Die Natur als Arzt und Heifer. Das neue naturarztliche Hausbuch von Friedrich Wolf Dr. med.» Stuttgart, Berlin und Leipzig, 1928; репринт Mitteldeutscher Verlag, Halle-Leipzig, 1988, S. 543, перевод Г. Лобановой (СПб). Я глубоко признателен Г. Н. Лобановой, любезно предоставившей копию книги д-ра Вольфа и настоящую цитату в мое распоряжение.

72 Ноздровский А. С. Оспопрививание в Петрограде и его недостатки // Оспопрививание в России. Петроград, 1915, вып. II, с. 5.


была и Англия (!), а также Америка, в которой количество привитых от оспы традиционно было невелико, невзирая на решения властей73, и упускал, например, Швейцарию, давно (еще в 1883 г.) отменившую обязательность прививок, или Австралию, где обязательность прививок существовала в течение лишь очень недолгого времени (после смерти от прививок нескольких детей правительство отменило обязательность этой процедуры); в этих и других «беспрививочных» странах оспы практически не имелось. В то же время среди упоминавшихся автором в качестве «свободных» от оспы стран была Япония — действительно, с самыми жесткими прививательными законами, и при этом... беспрерывно страдающая от тяжелейших оспенных эпидемий. Об этой стране я хотел бы сказать несколько слов особо.

Япония приняла закон об обязательных прививках младенцам в 1872 г. Закон исполнялся, как и принято у японцев, неукоснительно. Оспа не обратила на это никакого внимания, и эпидемии продолжались. Тогда в 1885 г. был принят новый закон, требующий прививки каждые 7 лет. С 1886 по 1892 г. в Японии было проведено 25 474 370 вакцинаций, ревакцинаций и реревакцинаций, если можно так выразиться. Итог был вполне предсказуем: в течение этих самых семи лет было зарегистрировано 156 175 случаев оспы, из которых 38 379 (почти 25%) закончились смертью. Это было значительно выше смертности в тот период, когда в Японии вообще не было ни одного привитого против оспы. Заключительным аккордом к семилетке прививочного безумия стал 1893 год: 41 898 случаев заболевания оспой и 11 852 случая смерти. В 1896 г. японский парламент принял закон, который немедленно было подписан микадо: возраст первой ревакцинации снизился с семи до пяти лет. Невыполнение закона каралось строжайшим образом. Главный хирург Японии барон Такалира, принимавший участие в некоем торжественном мероприятии английской медицинской администрации в 1906 г., гордо сообщал: «В Японии нет противников прививок. Каждый ребенок получает прививку в возрасте до 6 месяцев, ревакцинируется, когда идет в школу в возрасте 6 лет. Следующая ревакцинация в 14 лет, когда он переходит в среднюю школу. Мужчины получают прививку перед поступлением на военную службу. Потом прививки проводятся каждый раз при очередной вспышке оспы». История умалчивает о том, задали ли барону вопрос: откуда же берутся эти самые «очередные вспышки», когда среди населения давным-

73 См. Johnston R. The radical... В США в то время не было и федерального закона относительно обязательности прививок — такой закон могли иметь только отдельные штаты.


давно уже нет никого, кто бы не получил полную порцию прививок? Пример Японии подтвердил вывод некоторых исследователей: при не меняющихся санитарно-гигиенических условиях смертность населения от оспы возрастает по мере увеличения количества прививок от нее...74

Вполне иллюстрирует знакомство А. Ноздровского с предметом его изучения такая цитата: «В тех городах и государствах, где исчезла оспа, благодаря обязательной иммунизации населения, % отношение успешных прививок достигает 97,01 и не бывает менее 95,45%»75. Такие полуфантастические цифры прививочного «охвата» вряд ли можно было тогда найти и в наиболее прививающих странах с самым что ни на есть законопослушным населением, за исключением разве что Италии76. Вывод автора был вполне ясен: «...Система оспопрививания, основанная на увещеваниях и уговорах, не может сопровождаться успехом, о чем свидетельствует столетний опыт практического оспопрививания в России, не уменьшивший количества оспенных больных... Очевидно, само население не может преодолеть своей пассивности в приобретении иммунизации посредством оспопрививания, и нуждается во внешних стимулах воздействия — в обязательности оспопрививания или в интенсивных моральных воздействиях»77.

Разумеется, слабое и безвольное царское, а потом и Временное правительство на такие «интенсивные моральные воздействия» оказались неспособными, чего нельзя было сказать о большевиках, с которыми вакцинаторы быстро нашли общий язык и которые незамедлительно

74 Статистическое обоснование факта, что прививки предрасполагают к заболеванию на
туральной оспой, из известных мне авторов пытались дать Лев Бразоль в «Мнимой поль
зе и действительном вреде оспопрививания» (1884) и Рассел Уоллес в своем «Кратком
изложении доказательств, что прививки не предотвращают оспы, но на деле увеличивают
заболеваемость ею» (1904).

75 Ноздровский А. Оспопрививание... с. 11.

76 Так, в упоминавшейся выше статье, сравнивающей Англию и Германию, из объединен
ной автором в одну таблицу статистики следует, что процент «удачно» привитых детей
(то есть тех, у кого, по вакцинаторским критериям, прививка «взялась») в Германии, опыт
которой обожествляли российские вакцинаторы, никогда до времени написания брошю
ры Ноздровского не превышал примерно 87-88%, будучи обычно на уровне 84-86% (Hen-
nock E.
Vaccination... p. 63). Впрочем, у меня есть другой пример. Ко времени очередной
вспышки натуральной оспы в 1887 г. в английском городе Шеффилде с двумястами тыся
чами жителей было вакцинировано и ревакцинировано 97% населения. В 1887 г. заболели
7101 человек, 648 из которых скончались (McBean E. The poisoned needle. Suppressed facts
about vaccination. 1957). Хотя и отмечалось, что вероятность заражения для привитых бы
ла ниже, чем для непривитых (Dixon С. W. Smallpox. London, 1962, p. 311), интенсивность
вспышки и большое число заболевших привитых во всех возрастных группах сами по
себе ставят под большое сомнение все рассуждения о «коллективном иммунитете».

77 Ноздровский А. Оспопрививание... с. 5-6.


помогли населению «преодолеть свою пассивность», причем далеко не только в прививочном вопросе. Российский, а потом и верноподданный советский микробиолог Н. Ф. Гамалея (1859-1949), с 1912 г. заведовавший Санкт-Петербургским (позднее Петроградским) оспопрививательным институтом, один из тех чиновников с академическими титулами от медицины, кто был готов служить любой, даже самой людоедской власти, лишь бы та давала ему сытный паек и сохраняла за ним посты, вовремя ввернул проект борьбы с натуральной оспой. Нет сомнений, что и малограмотным, особенно в медицинских вопросах, красным комиссарам Гамалея повторил вслед за Прусской медицинской комиссией, что прививки коровьей оспы совершенно безопасны78. Уже в 1918 г. оспопрививание стало всеобщим и обязательным в северных областях, а 10 апреля 1919 г. Ленин подписал декрет Совета Народных комиссаров «Об обязательном оспопрививании», которым устанавливалось: «В целях более успешной борьбы с эпидемией оспы и для улучшения существующей ныне постановки оспопрививания, Совет Народных комиссаров постановил: 1. Установить в Республике обязательность оспопрививания на нижеследующих основаниях: 1) обязательному оспопрививанию подлежат все родившиеся, 2) все поступающие в учебные заведения всех типов, приюты и интернаты, 3) все поступающие и поступившие в армию и флот, 4) все рабочие и служащие во всех предприятиях и учреждениях, 5) все поступающие в тюрьмы и др. места заключения... Лица, уклоняющиеся от обязательного оспопрививания, а равно и лица, не озаботившиеся своевременным производством обязательного оспопрививания своим несовершеннолетним детям или другим несовершеннолетним, находящимся на их попечении, а также учреждения, в ведении которых находятся подлежащие оспопрививанию группы населения, подлежат ответственности перед Народным Судом»79. Впрочем, вряд

78 «Привитая коровья оспа не только вполне безопасна, но даже никогда не вызывает
сколько-нибудь серьезного заболевания, в то время как прививка человеческой оспы все-
гда причиняет болезнь, иногда смертельную» (Гамалея И. Ф. Оспа и оспопрививание.
Изд. 2-е, испр., М., 1927, с. 21). Помимо заведомой лжи о безопасности прививок, отсюда
видно, что Гамалея был вполне безграмотен и в вопросах инокуляции. «Поздние» ино
куляции Даниэля Саттона и его последователей, о чем я писал в начале этой главы, были
действительно настолько мягки, что часто не вызывали не только никакой болезни, но и
даже выраженного воспаления в месте укола или надреза. Инокуляторы перед процеду-
рой интенсивно растирали кожу на руке пациента полотенцем или просили того подер
жать ее некоторое время в горячей воде, чтобы усилить приток крови к месту инокуляции
и увеличить вероятность того, что та «возьмется».

79 Декрет Совета Народных комиссаров об обязательном оспопрививании // Оспоприви-
вание. Сборник декретов и распоряжений Совета Народных комиссаров и Народного Ко-


ли дело часто доходило до народных судов. В те времена народные суды были заняты куда более важными делами, о которых мы теперь хорошо знаем. Имелись и другие, вполне большевистские методы решения проблемы: «Помимо санитарной пропаганды... использовался и ряд достаточно жестких нестандартных мер (при уклонении от прививок— лишение продовольственных карточек, жалования, отказ в прописке для приезжих и др.). Факт прививки подтверждался специальным штампом в трудовой книжке, а у детей — в метрике»80. Нестандартно, что и говорить. Но вполне в рамках представлений о законности — так, как это понималось в Советской России.

Сейчас трудно сказать, были ли фантастические успехи (практическое исчезновение натуральной оспы к 1930 г.), достигнутые в СССР, выдумкой или же в какой-то степени соответствовали реальному положению дел. Вакцинаторы всегда очень любили фальсифицировать статистику в свою пользу, а в стране, где фальсификация являлась официальной государственной политикой, им, конечно, было особое раздолье. Одно несомненно: не будь в 1920-х гг. реорганизована вся медицинская система и введен жесточайший санитарный контроль с ранней изоляцией заболевших и наблюдением за контактировавшими с ними (очевидно, среди консультантов были и другие специалисты, грамотнее патологических прививателей вроде Гамалеи), оспа вряд ли была бы серьезно потревожена даже в том случае, если бы всех прививали каждый год.


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2018 год. (0.009 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал