Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Регулирование брачно- семейных отношений по Законам царя Хаммурапи.




«Семья имеет чисто патриархальный строй. Брак рассматривается каак договор, обличенный в законную форму, без соблюдения которой он признается недействительным.

Брачный контракт был заключен при свидетелях, составлявших формальный акт о нем. В качестве контрагентов при заключении брачного договора в сборнике названы со стороны жениха - он сам (159), его отец (155 - 156), мать-вдова и братья (166), а со стороны невесты - отец (160) и братья (184).

В идее господствующей формой брака была моногамия, но закон допускает и отступление от этого принципа в случае бездетности (145), тяжкой болезни (148) или непристойного поведения жены.

Сословное неравенство не служит препятствием к браку».

Главой семьи был муж. Замужняя женщина обладала некоторой правоспособностью: она могла иметь свое имущество, сохраняла право на принесенное ею приданое, имела право на развод, могла наследовать имущество после мужа вместе с детьми. Однако права жены были ограничены: за неверность, определяемую в законе как прелюбодеяние, она подвергалась суровому наказанию. Будучи главой семьи, отец имел сильную власть над детьми: он мог продавать детей, отдавать их в качестве заложников за свои долги, отрезать язык за злословие на родителей. Семейные отношения видимо играли в Вавилоне достаточно большую роль, т.к. им в Законах Хаммурапи уделяется немало внимания. Брак в Вавилоне, как и везде, считался законным при соблюдении определенных юридических формальностей: необходимо было заключить брачный контракт, причем при свидетелях , а иначе этот брак не имел законную силу (п. 128): "Если человек возьмет жену и не заключит письменного договора, то эта женщина - не жена".

Неверность со стороны жены каралась смертью (п. 129). Были установлены подробные правила для рассмотрения обвинений такого рода (п. 130 - п. 136). При определенных обстоятельствах она могла быть и оправдана, например, в п. 134 говорится: "Если человек будет уведен в плен, а в его доме нет средств для пропитания, то его жена может войти в дом другого; эта женщина не виновна". Здесь Хаммурапи поступил мудро, включив в судебник такую статью, ибо в условиях частых войн того времени, пленение, видимо, случалось достаточно часто, а так как большинство семей жило, скажем так, ниже среднего уровня и мужчина был единственным кормильцем, то отсутствие подобной статьи могло бы привести просто к сильному сокращению населения и, соответственно, падению силы государства. При возвращении же война из плена, его жена возвращалась к нему, что сказано в п. 135, но это правило не распространялось на ее детей, рожденных от другого. В этом пункте прямо так и говорится: "дети следуют за их отцами". Это может свидетельствовать о том, что эта женщина могла войти в дом другого человека, уже имея собственных детей, и в случае возвращения своего мужа из плена эти дети, конечно же, уходили назад вместе с ней, но она не могла забрать с собой детей рожденных от человека, который ее содержал все это время.



Но, если этот человек, так сказать, дезертировал, то его жена, после его возвращения назад не должна была возвращаться к нему (п. 136). "Если человек бросит свою общину и убежит и после этого его жена войдет в дом другого, то если этот человек вернется и захочет взять свою жену, - так как он возненавидел свою общину и убежал, жена беглеца не должна возвращаться к своему мужу". Дети, в этом случае тоже, вероятно, не возвращались.

Если же жена в отсутствие мужа могла прокормить себя, но вошла в дом другого, то этот случай приравнивался к измене и, соответственно, карался смертью (п. 133).

Правда эти законы о супружеской неверности распространялись только на женщин, муж же, наоборот мог сожительствовать с рабынями и прижитых с ними детей признавать своими законными детьми (п. 170). Смертной казнью он карался лишь в том случае, если соблазнил жену свободного человека, хотя если муж этой женщины хотел простить ее, то ему тоже могли сохранить жизнь (п. 128). "Если жена человека будет захвачена будет захвачена лежащей с другим мужчиною, то должно их связать и бросить в воду. Если хозяин жены сохранит жизнь своей жене, то и царь сохранит жизнь своего раба ".



Однако законы в этом случае предусматривают, что если муж будет изменять ей со свободными, "ходить из дома в дом", то жена могла забрать свое приданое и уйти в дом своего отца (п. 142).

В определенных обстоятельствах: болезнь жены (п. 148), женитьба на жрице, которой не позволялось иметь детей (п. 145), плохое поведение жены (п. 141)- муж мог взять вторую жену. Целью этого брака являлось рождение детей, которые унаследуют семейное имущество, и будут поддерживать культ предков. Весьма интересна в семейных отношениях статья 141: "Если жена человека, которая живет в доме человека, вознамерится уйти и станет поступать расточительно, станет разорять свой дом, позорить своего мужа, то ее должно изобличить, и если ее муж решит покинуть ее, - он может покинуть ее; он может в ее путь не давать ей никакой разводной платы. Если ее муж решит не покидать ее, то муж ее может взять замуж другую женщину, а та женщина должна жить в доме своего мужа, как рабыня". Слова "станет разорять свой дом" могут свидетельствовать о том, что замужние женщины в древнем Вавилоне могли наравне с мужчинами заниматься торговыми делами и распоряжаться средствами семьи по-своему усмотрению, естественно на благо семьи.

Так как в браке большую роль играло имущество, то Законы Хаммурапи подробно рассматривают вопрос о имущественных отношениях между супругами: о приданом и брачном выкупе (п. 159 - п. 164), о раздельной ответственности по долгам, возникшим до брака (п. 151 - п. 152), об имуществе жены о котором сказано в п. 150, который сам по своему содержанию очень оригинален: "Если человек подарит своей жене поле, сад, дом или движимое имущество и выдаст ее документ с печатью, то после смерти ее мужа ее дети не могут требовать от нее ничего по суду; мать может отдать то, что будет после нее своему сыну, которого любит, брату она не должна отдавать". Эта статья говорит, что женщина в Вавилоне могла иметь свое личное имущество, принадлежащее только ей и которым никто, кроме нее, не мог распоряжаться. Не случайно в статье упоминается, что муж должен выдать ей документ, который подтверждает право ее владения. Наследственного права на это имущество тоже никто не имел.

Хотя в законах есть упоминание о выкупе за невесту, однако вавилонский брак не был браком-куплей, так как размер приданого был больше чем размер выкупа.

Как уже упоминалось, целью брака было рождение детей и поэтому в случае бездетного брака выход искали в усыновлении чужих детей по согласованию с их кровными родителями или найденышей (п. 185).

Хотя закон и признает наследование по завещанию, преимущественным способом наследования является наследование по закону. Наследниками являлись не только родные и усыновленные дети и внуки, но и дети от рабыни - наложницы, если отец признавал их своими. Причем отец не имел права лишить наследства сына, не совершившего преступления. Дети обычно становились полноправными лишь после смерти отца и наследования семейного имущества. Законы Хаммурапи и здесь тоже вносят некоторые правовые особенности: так, отец мог лишить сына наследства, если тот дважды совершил тяжелый грех против него (п. 168 и п. 169). "Если он совершил по отношению к отцу тяжкий грех, достаточный для лишения его наследства, они (судьи) должны на первый раз простить его; если же он совершил тяжкий грех во второй раз, то отец может лишить его наследства".

Отец также мог признать детей от рабыни своими собственными детьми, со всеми вытекающими отсюда правами, посредством формулы "Мои дети". И после смерти отца они получали свою долю наследства наравне с законными детьми, но даже если он их таковыми и не называл, они после его смерти все равно получали свободу и их мать тоже, правда, в этом случае они уже не могли претендовать на наследство (п. 170 и п. 171).

Известными имущественными правами пользовалась также и вдова: она получала свое приданное и вдовью долю, если муж дал ее ей. Если же муж при жизни не оставил супруге вдовьей доли, то она получала из наследства долю, подобную доле одного наследника. В любом случае она могла и дальше жить в доме своего мужа, правда не могла распоряжаться им, "отдавать за серебро". Причем ее дети не могли насильно выселить ее из дома (п. 171 и п. 172)

Известны случаи, когда престарелые отцы при жизни передавали детям свое имущество в обмен на обязательство со стороны детей выдавать отцу, пока он жив, определенное содержание. Такие же договоры заключали иногда со своими детьми и матери, очевидно, передавая им свою "вдовью долю " (свое приданое, а также, если были, подарки мужа).

Дворцовый раб или раб мушкенума могли жениться на свободных, и их дети считались свободными (п. 175). "Если либо раб дворца, либо раб мушкенума возьмет замуж дочь человека, и она родит детей, то господин раба не может предъявлять претензии к детям дочери человека об обращении их в рабство ". Вдова такого раба, если она была свободной имела право забрать свое приданое и половину совместного нажитого имущества "для своих детей" (п. 176). Вторая половина отходила к господину умершего раба. Характерно, что дети в этом именуются не "детьми раба", но "ее детьми". Прочие рабы, видимо не имели и этих скромных привилегий.

Всякий царский служащий или работник владел землей из дворцового фонда лишь условно, в зависимости от выполняемой им службы. Царь мог в любое время отнять такую землю у владельца или заменить ему один надел на другой. В случае смерти владельца земля не переходила по наследству, если на наследника нельзя было возложить ту же службу; однако по мере того как во множестве случаев эта земля все же переходила к сыну владельца и так как администрация редко считала нужным менять условия землепользования, то надельная земля со временем все более становилась прочным достоянием владельца и его семьи (п. 27 - п. 29, п. 31 - п. 32). Статья 31: "Если же он (воин) будет отсутствовать только один год и вернется, то должно отдать ему его поле, сад и дом, и он сам будет нести свою повинность". И в письмах того времени эта земля часто называется, так же как собственная земля, "владением отцовского дома". Тем не менее земля эта, а также дом и огород, расположенный на ней, не могли отчуждаться по произволу владельца (п. 35 - п. 38). Статья 38: "Редум, баирум или приносящий доход не может отписывать из поля, сада или дома, связанных с его повинностью, своей жене или дочери, а также отдавать за свой долг".

Вернувшемуся из плена воину был обеспечен его надел (п. 27), а в случаи гибели воина его надел передавался его совершеннолетнему сыну, если же совершеннолетнего сына не было, то его матери с детьми выдавалась треть надела на пропитание. "Если сын его малолетен и не может нести повинность своего отца, то должно отдать треть поля и сада его матери, и мать вырастит его".

Служащим царя не возбранялось приобретать частную землю из общинного фонда: "Из поля, сада и дома, которые он купил и приобрел, он может отписывать своей жене и дочери, а также отдавать за свой долг".


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2018 год. (0.005 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал