Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Три шишечки для золушки.

Помните канун Рождества, когда вся семья собирается вместе, украшает ёлку, готовит праздничный стол, чтобы отпраздновать этот особенный день? Так волнительно провести это время в кругу близких людей! А что остаётся делать человеку, которому предстоит провести в одиночестве рождественский вечер? А что, если именно этот человек уже встречал этот праздник один два года подряд?

Быть может, вы скажите, что это странно, и захотите узнать причины такой его печальной участи. А может, пройдёте мимо и, махнув рукой, скажете, что это его проблемы.

Мы не смогли пройти мимо этого человека и сейчас хотим рассказать вам о его невероятной судьбе. Судьбе полной радости, печали, тайн и, конечно, того, что так нам не хватает – волшебства…

В одном далёком городе, в котором ни вы, ни мы ещё не были, жила девушка. В былые времена она была неимоверно счастлива.

У неё была любящая семья, и Эбигейл не представляла себя в разлуке с ней. Ничто не предвещало беды, но жизнь непредсказуема. Вихрь из горя и сожалений закружил её в потоке печальных событий. Теперь чайный набор, который был так дорог её сердцу, и которым когда-то пользовалась вся семья, лишь стоит на полке и пылиться. Он с грустью вздыхает и смотрит на одинокую кофейную кружку с отколотой ручкой, стоящую на столе.

После страшной войны, которую всем пришлось пережить, в сердце Эбигейл не осталось веры, осталась лишь боль, жгучая и такая колючая, что казалось, своими остыми иголками она проткнёт маленькое, хрупкое сердце девушки. Каждое новое рождество, придаваясь тёплымм воспоминаниям, она спрашивала себя, сможет ли найти силы, чтобы пережить эту ночь и жить дальше.

С трудом отвечая «Да», Эби, так ласково называл её отец, продолжала пить зелёный чай из его кофейной кружки. Джонатан Колинз очень любил чай с мятой и часто заваривал его своей маленькой дочке.

Смахнув непрошеную слезу, девушка встала со стула. Она оглядела комнату. В камине медленно потрескивал огонь. По традиции в рождество около него стояла ёлка, которую украшали большими игрушечными шарами, сладостями, а на верхушку вешали хрустального ангела. На полу под широкими ветвями прятались разноцветные коробки с рождественскими подарками. Разве можно придумать занятие приятнее, чем сидеть у камина и вместе с любимыми людьми разворачивать шуршащие подарочные обёртки?

Эбигейл встряхнула головой, отбросила дорогие сердцу воспоминания, пока непрошеные слёзы ещё можно было сдержать. Она зашла в комнату, открыла плотяной шкаф, достала тёплый вязаный джемпер и надела его поверх платья. После нескольких взмахов расчёсткой, Эби накинула пальто, повязала шарф, взяла маленькую тележку и вышла из дома.



Дорога до торговой площади была недолгой. В канун Рождества там можно было купить всё необходимое для праздника. Проходя вдоль любимого сквера, она успела улыбнуться трём пожилым прохожим и подмигнуть капризному малышу. Он никак не хотел слезать с пони, на котором ему разрешила покататься мама. Увы, денег на ещё один круг у дамы не было, и она всеми силами пыталась уговорить сына пойти домой.

Половина пути уже была пройдена, и теперь осталось лишь перейти проезжую часть. Наконец Эбигейл стоит на широкой торговой площади, заполненной тележками с разными сладостями, украшениями, и множеством других товаров. Людей в столь ранний утренний час было ещё немного, но несколько дам в длинных юбках уже собрались у прилавков, стараясь выбрать подходящие подарки своим родным.

Эби прошла вдоль рядов с ароматными шоколадными фигурками и не менее ароматными пряниками и конфетами. И, наконец, она увидела то, что искала. Длинный ряд высоких зелёных красавиц простирался вдоль площади. Эбигейл не могла встретить праздник без самого главного символа – рождественской ёлки. Сколько лет прошло с тех пор, как она украшала её дом. В детстве отец всегда брал Эби с собой на эту самую площадь, и они долго выбирали самую необычную

ель. Джонатан учил, что в каждом растении, дереве спрятана невиданная сила, и лишь доброе сердце может её разглядеть.

Несмотря на горе, которое пережила девушка, сердце Эбигейл не ожесточилось, не разучилось чувствовать и испытывать любовь, поэтому нежно проводя рукой по веточкам и тонким иголкам, она терпеливо искала свою зелёную красавицу. Она старалась почувствовать каждое дерево. Эби не стремилась выбрать самую большую и красивую ель, мудрая девушка знала, что не стоит смотреть только на внешний облик, необходимо заглянуть глубже - туда, где спрятана душа… Ведь не всегда за красивой обёрткой скрывается вкусная конфета.



Молодая девушка уже было отчаялась найти свою рождественскую ёлку, но неожиданно в самом конце ряда увидела Её. Эбигейл сразу поняла, что это она. Эта ель была небольшаяи ветки согнуты в некоторых местах, а одна даже поломана так, что конец безжизненно повис в воздухе. Часть души Эбигейл была точно такой же безжизненной, поэтому она сразу почувствовала родственную связь с этим деревом.

Завидев неподалёку продавца, девушка с печальными голубыми глазами махнула ему рукой.

- Доброе утро, мисс! Какая из этих зелёных красавиц вам приглянулась? – широко улыбаясь, произнёс высокий человек в цилиндре.

- Доброе утро, сэр. Эта, - сказала Эбигейл и посмотрела в сторону невысокого одинокого деревца.

Продавец озадаченно перевёл взгляд на ель, потом на девушку, пытаясь понять, почему из всех красивых ёлок она выбрала самую страшную и поломаную.

- Но мисс, у нас есть более привлекательные деревья. Эта ель бракованная, - попытался переубедить Эбигейл продавец.

- Все мы не идеальны, - ответила она с доброй улыбкой, - сколько стоит эта ёлка?

Мужчина в цилинре оглядел покупательницу с ног до головы и подумал, что у неё не хватает денег на более красивое дерево. Всё же он решил перехетрить Эбигейл и запросил больше настоящей стоимости.

- Четыре фунта, - быстро ответил мужчина в надежде, что эта странная особа не переменит своего решения.

Эбигейл только насмешливо улыбнулась. Какие меркантильные могут быть люди. Разумеется, она поняла, что продавец старался перехетрить её и запросил большую сумму. Но девушка не стала торговаться, а лишь открыла кошелёк, протянула деньги и сказала, пристально посмотрев на продовца.

- Самое главное сокровище за деньги не купишь.

С этими словами Эбигейл положила свою прекрасную ель на тележку, и направилась в сторону дома. Она была безмерно счастлива и всё время с улыбкой смотрела на дерево, которое казалось, хранит в себе удивительные тайны. Эби замурлыкала любимую рождественскую песню себе под нос, когда услышала, как трупа уличных артистов играют её на музыкальных инструментах и танцуют с прохожими. Не успела она опомниться, как молодой певец подхватил её за руку и закружил в быстром вальсе. Ох, как давно Эби так не улыбалась! Она очень любила танцевать под эту песню с папой, поэтому это мгновение пробудило самые счастливые воспоминания в её душе.

Когда музыка закончилась, Эбигейл всех тепло поблагодарила, подарила артистам рождественского ангелочка, которого она купила, чтобы нарядить ёлку, взяла тележку и покатила её в сторону дома. Молодые люди в благодарность снова начали играть эту же самую мелодию, которая согревала сердце Эби.

Оказавшись дома, розовощёкая от холода девушка сразу принялась ухаживать за ёлкой. Поставила её на подставку около камина, достала пакет с новогодними игрушками и начала украшать свою красавицу.

Но не успела она повесить первую игрушку, как услышала тихий, проникновенный, нежный голос.

- Спасибо, Эби, а то уже думала, что мне придётся стоять в этом году ненаряженной и одинокой на площади, а потом и вовсе быть брошенной в какую-нибудь яму.

Глаза Эбигейл округлились, сердце замерло, рука дрогнула, а шарик упал и покатился по полу.

- Не удивляйся так, дорогая, - пошевелившись, произнесла ель. – Да, это говорю я. Только не проси тебя ущипнуть, я могу лишь уколоть, - смеясь, сказала волшебная ель и в доказательство потянулась к Эбигейл.

- Как такое может быть? – еле слышно произнесла удивлёная Эби.

- Это волшебство, милая, неужели ты не помнишь разные сказки, которые на ночь рассказывали тебе родители? Волшебство существует, надо лишь поверить.

- Но ведь раньше наши ёлки не разговаривали? – ничего не понимая, обратилась она вновь к таинственному дереву.

- С тобой не разговаривали, потому что в детстве тебе не нужны были доказательства волшебства, ты в него верила. Но вот Джонатону не раз приходилось видеть чудеса в рождественскую ночь.

- Но папа никогда не рассказывал, - задумчиво произнесла Эбигейл.

- Ты уверена? - загадочно спросила волшебница. – А сказка про говорящего оленя Рудольфа и про летающие сани? Джонатан любил рассказывать её.

- Откуда тебе это известно? – удивлённо воскликнула девушка.

- Я знаю многое, Эби. Меня поразил твой сегодняшний поступок, я хочу отблагодарить тебя.

- Какой поступок? - недоумевая, спросила девушка.

- Из всех больших, красивых ёлок, ты выбрала меня – маленькую и поломанную. Ты почувствовала, что мне было грустно, что я нуждалась в тебе, ты купила меня, даже несмотря на высокую цену. Я знаю, что ты давно потеряла веру в волшебство, и я хочу отблагодарить тебя, показав чудо.

- О, милая ёлка, мне так грустно, - тихо произнесла Эбигейл, опустив голову, и предательские слёзы всё же покатились по щекам.

- Не нужно огорчаться, дорогая, всё будет хорошо, - казалось, дерево даже улыбнулось, произнося последние слова. – Держи, - ель раздвинула свои ветви и у самого ствола Эбигейл увидела три маленькие шишечки, - это три волшебные шишички, они принесут тебе счастье. Возьми первую, самую крайнюю, выйди из дома, положи на землю и пойди туда, куда покатиться шишка. Никто, кроме тебя, не будет её видеть. Только смотри, не отставай. В том месте, где остановится шишка, произойдёт чудо. Когда это случится, возьми шишечку, и возвращайся домой. Я буду тебя ждать.

Эбигейл слушала внимательно, запоминая каждое слово. Она не могла поверить, что всё это происходит именно с ней. Аккуратно, боясь

сделать волшебнице больно, девушка сорвала первую шишку, улыбнулась ёлке и, накинув пальто, вышла из дома. Как только шишка коснулась земли, она сразу покатилась по улице. Эбигейл поспешила за ней. Пройдя два квартала, девушка повернула налево. Перед ней оказалась широкая дорога, по которой мчались автомобили. Шишка докатилась до края тротуара и остановилась у светофора. Дождавшись зелёного света, она вновь продолжила свой путь. Эби не отставала, и уже через два квартала они оказались посреди большой детской площадки. Шишка остановилась у ног двух детей, которые сидели на скамейке спиной к Эбигейл и разговаривали.

- Не расстраивайся, Джейн, может всё ещё изменится, - пытался успокоить подругу мальчик невысокого роста.

- Ничего уже не измениться, - всхлипнула девочка. На вид ей было не больше десяти лет. – Мама уже всё решила. Она сказала, что больше не хочет жить с папой, что мы уезжаем к бабушке. Это будет первое Рождество без папы, и без рождественских чулков на камине. Мама считает это глупой традицией. Да, папа часто в разъездах, он ведь археолог, много путешествует. Но он любит нас, а мама не верит. Говорит, что устала ждать. А сейчас папа вернулся, а мама решила уйти, понимаешь, что это значит? – почти вскрикнула девочка, и слёзы затопили её красивое лицо.

Эбигейл незаметно села на качелю, которая стояла неподалёку от ребят, и с болью в сердце слушала разговор детей. Она уже позабыла о волшебной шишке и о чуде, которое должно было случиться. Обратившись в слух, она с глубоким состраданием смотрела на маленькую плачущую девочку.

- Ты больше не будешь видеть папу, - тихо произнёс мальчик.

- Да, я больше не смогу рисовать рисунки для мамы с папой, и вешать их на дверь рождественским утром, - вытирая слёзы, проговорила малышка.

Неизвестно, как долго ещё проплакала бы Джейн, если бы не вышла её мама и не произнесла решительным голосом.

- Всё, Джейн, я собрала вещи, прощайся с другом, мы уходим.

- Миссис Ален, - произнёс мальчик, - можно мы ещё пять минут поговорим? – с мольбой в голосе Тим обратился к строгой высокой женщине.

- Хорошо, но только пять минут, нам пора, - смягчившись, произнесла дама.

Невозможно с уверенностью сказать, что именно подействовало на Эбигейл, слёзы девочки или услышанный рассказ, но молодая девушка встала и медленно подошла к женщине.

- Миссис Ален, прошу прощения, мы не знакомы. Эбигейл Осборн – Смит, - сказала она, протянув руку. – Я не займу у вас много времени, но мне нужно поговорить с вами. Это очень важно.

Дама в синей шляпке и в длинном фиалковом платье, украшенном синими кружевами, пристально посмотрела на Эбигейл. Оливия Ален была очень привлекательной женщиной. Её красивые рыжие волосы волнами струились по прямой спине. Янтарного цвета глаза смотрели на новую знакомую с интересом. Оливия протянула руку и с лёгким ирландским акцентом тихо произнесла.

- Хорошо, мисс, давайте поговорим.

- Спасибо, - ответила Эбигейл с улыбкой.

Они прошли вдоль качелей и сели на скамейке под широким деревом. К сожалению, на его ветвях не осталось ни одного листочка, но мощные длинные ветви и толстый ствол говорили о его величии. Выглянувшее из-за облаков солнце, ласково пригревало молодых дам своими лучами, а щебечущие воробьи прыгали возле скамейки, перелетая то на землю, то на ветви могучего дерева.

- Я обычно никогда этого не делаю, не рассказываю о моём детстве, о моём прошлом. Но сейчас мне кажется, что я оказалась здесь не случайно, что я должна вам всё рассказать, должна помочь, - начала Эбигейл, смотря куда-то вдаль.

Оливия не перебивала спутницу, не расспрашивала её, а лишь молча слушала, чувствуя волнение девушки.

- У меня была замечательная семья, любящие родители. Моё детство было чудесное и счастливое. Папа и мама очень любили друг друга, оберегали друг друга и оберегали меня. Ничто не могло омрачить нашего счастья. Только война. Когда папа ушёл на фронт, мы с мамой каждый вечер проводили в молитвах. Проходили месяцы, а мы жили лишь благодаря папиным письмам. По вечерам мама иногда плакала, но тихо, так чтобы я не видела. Я знала, понимала, как ей тяжело, старалась помогать и поддерживать. Еды не хватало, но когда удавалось получить хлеб и какие-нибудь овощи, я готовила еду, надеясь порадовать её. Но я чувствовала её боль, тревогу. Мама ни о чём не говорила, но я понимала, она знает больше, чем я. И вот однажды, убираясь по дому, я нашла письмо от отца, которое она мне не показала. Когда я прочитала его, моё сердце упала. В нём говорилось, что ботальон, в котором сражался отец, отправляют на важное смертельное задание. Он говорил о том, чо шансы на победу очень малы, потому что у них осталось мало боеприпасов и солдат. Несмотря на предстоящие испытания, папа подбадривал маму, говорил, что он вернётся, старался успокоить. Но в каждой строчке чувствовалось прощание. Когда я читала, слёзы лились из глаз, в тот момент я очень чётко поняла, что детство прошло. Мне было одиннадцать, наверное, столько же, как и вашей дочери. Когда папы не стало, во мне что-то сломалось, лопнула звонкая струна в душе. Боль затопила моё сердце. Больше ни одно рождество не приносило мне радости. Больше не хотелось вешать рождественские чулки и украшать ёлку. Знаете, это первое Рождество после смерти папы, когда я решила купить ёлку, - с улыбкой произнесла Эбигейл, вспомнив о своей волшебнице. – Не отказывайте Джейн в этом счастье, не забирайте у неё папу, позвольте ей, как и прежде, рисовать вам рождественские рисунки и вешать на дверь, - сказала Эби, посмотрев на женщину.

- Это она вам рассказала? – удивлённо спросила Оливия.

- Не мне, она рассказала это другу. Ей очень больно, она вас сильно любит. Не лишайте её семьи. Только потеряв папу, мы с мамой осознали так глубоко, как сильно он нам был нужен. Мы нуждались в нём, как в глотке воды. Но в моём случае уже ничего нельзя вернуть. А в вашем – можно.

Эбигейл взяла Оливию за руку. По лицу женщины текли слёзы, и она опустила голову.

- Не плачьте, дорогая, вы можете всё изменить, - сказала нежно Эби.

Оливия обняла новую подругу, искренне поблагодарила, и пошла к мужчине с печальными синими, цвета шляпки своей жены, глазами. Он со слезами прощался с дочерью. Женщина стала обнимать по очереди мужа и дочь, тиха шепча им на ухо: «Простите меня, мои любимые!».

А Эбигейл продолжала стоять в стороне и с улыбкой наблюдала прекрасную картину. Вспомнив о шишке, она подошла к скамейке, где сидели дети, подняла её, аккуратно положила в карман и направилась в сторону дома. Но не успела Эбигейл уйти с детской площадки, как к ней подбежала маленькая девочка и потянула за край пальто. Джейн выглядела такой маленькой и хрупкой, но Эби уже чувствовала в малышке внутреннюю силу. Девочка крепко обняла свою спасительницу и протянула ладонь, на которой лежал улыбающийся хрустальный ангелочек.

- Мама рассказала, что это чудо случилось благодаря тебе. Спасибо! – произнесла Джейн и сияющими от радости глазами посмотрела на Эбигейл. – Папа попросил подарить этого ангелочка тебе и сказать, что твой папа смотрит на тебя с небес и гордиться тобой.

Улыбаясь, Эбигейл поцеловала девочку и, смотря на неё влажными от слёз глазами, тихо произнесла: «Спасибо, милая Джейн! У тебя замечательный папа, замечательная семья! Ты удивительная девочка, берегите друг друга». Эби поцеловала девочку, с благодарностью взяла хрустального ангелочка и, попрощавшись, медленно пошла по улице. На сердце было так радостно и легко. Как же хорошо делать добро людям!

Погрузившись в свои мысли, Эбигейл и не заметила, как дошла до дома. Открыв дверь, она с нежностью посмотрела на волшебницу, которая терпеливо ждала её у камина.

- Ну что, как тебе первое чудо? – улыбаясь, спросила ель.

- Спасибо тебе, дорогая волшебница, я так рада за них, так рада, что у них всё хорошо! – Эби подбежала к ёлке, светясь от счастья. Она протянула руку и сказала – Вот хрустальный ангелочек, он так похож на тех ангелочков, которые в детстве мы с папой вешали на ёлку. Теперь он будет украшать тебя. – С этими словами она аккуратно повесила подарок, стараясь не повредить ветку. – А это волшебная шишечка, - сказала Эби, протягивая руку.

- Замечательно, милая, - произнесла с улыбкой волшебница, - У меня для тебя есть ещё один сюрприз. Вот вторая шишечка. Пойди за ней, также как ты шла за первой, и случиться ещё одно чудо.

Эбигейл поблагодарила волшебную ёлку и, держа вторую шишку в руке, вышла из дома. Когда она покатилась по дороге, Эбигейл уже с уверенностью пошла за ней. Девушка знала, что волшебная шишка приведёт её в нужное место. Она шла по многолюдной улице, но никто из проожих не замечал волшебства, которое происходило у них под ногами. Эби прошла мимо нескольких магазинов, и вдруг шишка остановилась у телефонной будки. Внутри стоял мужчина средних лет и громко разговаривал по телефону.

- Неужели ты не понимаешь, мама, я директор крупной компании. У меня назначена встреча на этот вечер. Да, я знаю, что сегодня сочельник! Но я работаю и зарабатываю деньги не только для себя, - теряя терпение, говорил джентельмен. – Ты не понимаешь, что если мы не заключим эту сделку, то потеряем огромную сумму! Меган с детьми приедет к вам в пять, а я приеду поздно. Да не успею я на ужин, сколько ещё раз мне нужно это повторить, мама! – не выдержав, мужчина бросил трубку.

Дверь телефонной будки открылась, и из неё вышел разгневанный джентельмен в роскошном костюме. Он уже подошёл было к машине, как вдруг путь ему загородила невысокая темноволосая девушка с ясными голубыми глазами. И не успел он сказать и слова, как незнакомка заговорила сама уверенным, требовательным голосом.

- Добрый день, сэр. Я знаю, что вы очень спешите. Но у меня к вам есть важный разговор. Это не займёт много времени, поэтому давайте приступим к нему прямо сейчас.

Мужчина растерялся, но всё же, сняв шляпу, с уважением произнёс.

- Хорошо, мисс. Меня зовут Николас Стэнфорд. – добавил он, протягивая руку.

- Мисс Эбигейл Осборн – Смит, - сказала она уже мягким спокойным голосом.

Николас предупредил шофёра, и последовал в парк за девушкой. Они шли медленно. В каждом шаге мужчины чувствовалось нетерпение, а в каждом шаге Эбигейл – волнение. Она обдумывала свои слова, не решаясь

начать такой личный разговор. Но, несмотря на сомнения, Эби понимала, что шишка неспроста остановилась именно рядом с этим человеком. Она хорошо понимала, почему это случилось, и искала подходящие слова, чтобы начать разговор.

- Сэр, я понимаю ваше недоумение. Но я слышала ваш разговор с матерью и не смогла пройти мимо.

Николас возмущённо посмотрел на девушку и попытался её перебить, но Эбигейл вновь быстро заговорила.

- Да, это действительно странно, но если бы не канун Рождества, я бы вряд ли нашла в себе силы подойти к такому важному джентельмену, как вы, и особенно поучать и наставлять вас. Но сегодня особенный день, в который происходит волшебство, и я очень хочу, чтобы оно случилось с вами.

- А вы что значит, волшебница, - уже не выдерживая, с издёвкой сказал Николас.

- Нет, не я, - загадочно ответила Эбигейл. – Я вам должна кое-что рассказать, пожалуйста, выслушайте меня, – она посмотрела на него такими умоляющими глазами, что Николасу ничего не оставалось, как сдаться. – После того, как мы получили известие с фронта, что мой отец умер, мама совсем угасла. Она потеряла интерес к жизни. Пришлось самой многому научиться в жизни с помощью книг и собственных наблюдений. Когда папы не стало, мне было всего одиннадцать, поэтому вы представляете, что я испытывала, будучи маленьким ребёнком. Но, несмотря на боль, я понимала, у меня ещё есть мама, и я должна сделать всё, чтобы помочь ей пережить это горе. Я ненавязчиво пыталась её радовать каждый день. В скором времени война закончилась, и у нас на столе уже стало появляться больше еды. Я быстро освоилась на кухне и научилась готовить. Пекла разные плюшки, пироги и запеканки, а когда началась учёба, приносила хорошие оценки. Мама, конечно, радовалась за мои успехи, но в глубине души она всегда грустила. Я всё понимала, но не решалась с ней поговорить открыто. Мы любили друг друга, но общее горе нас не сблизило, а отдалило. Так прошло пять лет, маме становилось всё хуже. И однажды, перед самым Рождеством я поняла, что так нельзя жить. Я решила поговорить с мамой и рассказать о том, как я переживаю за неё, как люблю её и как она мне нужна. Наш разговор был очень долгим и проникновенным, и каждая минута сохранилась в моей памяти и моём сердце. Я сказала, что потерять папу для меня было очень страшно, но что теперь самое страшное – потерять маму. Знаете, сэр, после этого Рождества, мы провели вместе самые чудесные два года полные любви и взаимопонимания. Каждый день всплывает в памяти, будто это было только вчера. А потом её не стало. Я всё что угодно готова отдать, чтобы вернуть то время, но в моём случае уже ничего вернуть нельзя, а в вашем – можно, - тихо добавила Эбигейл, взглянув на Николаса Стэнфорда.

Она не могла знать, насколько сильно повлиял на него её рассказ. Мужчина медленно шёл по засыпанной снегом дорожке, опустив голову. Затем он посмотрел на Эби с доброй улыбкой. Николас сказал следующие слова с таким теплом, с каким когда-то разговаривал с дочерью Джонатан.

- Мисс Эбигейл, позвольте мне пригласить вас на ужин в наш дом. Я понимаю, мы не сможем дать вам то тепло, которое вы получали от своих родителей, но моя замечательная супруга Меган, двое маленьких сыновей и отец с матерью создают удивительную атмосферу на Рождество. Это ведь главный праздник в году, нельзя же вам оставаться сегодня одной.

- Я вам очень благодарна, - сказала Эбигейл с улыбкой. Ведь она поняла, что чудо произошло, и мужчина всё же поедет домой к семье. – Но у меня есть одно очень важное дело, и я сегодня буду не одна, - произнесла она, вспомнив о ёлке. – Я очень рада, что вы поедете домой. Желаю вам самого замечательного, счастливого Рождества! И буду очень признательна, если вы довезёте меня до дома, - добавила Эби, улыбаясь.

- Конечно, девочка, пойдём к машине.

Когда они проходили мимо телефонной будки, Эбигейл незаметно подняла вторую волшебную шишку и села в просторный экипаж автомобиля. Попрощавшись с Николасом Стэнфордом, она не успела выйти из машины, как он её остановил. Мужчина открыл чемодан и достал маленького хрустального ангелочка, похожего на тот, что подарила Джейн.

- Это символ праздника, пусть он сегодня весит на твоей ёлке. Счастливого Рождества тебе, дорогая Эбигейл!

Искренне поблагодарив Николаса, Эби пошла по направлению к дому. Она была безмерно счастлива, ведь за один день произошли два чуда и две прекрасные семьи соединились. Эбигейл совсем не думала о том, что именно она помогла этим людям, она думала о своей волшебной ёлке, которую уже очень полюбила. Желая поскорее рассказать ей о случившемся, девушка открыла входную дверь, стряхнула снег, скинула с себя пальто и поспешила в зал.

- Дорогая ёлка, совершилось ещё одно удивительное чудо! Николас Стэнфорд поедет домой и встретит Рождество в кругу своей семьи. Как это прекрасно! – радостно щебетала Эбигейл. – Смотри, что подарил мне этот замечательный джентельмен, - она протянула руку, показывая маленького ангела. - Теперь тебя украсят два ангелочка и две шишечки.

- Да, милая, пока две, но вот и третья, - сказала добрая волшебница, раздвигая ветки. Третья шишечка была другой формы, не похожей на две предыдущие. Эби сорвала её и долго рассматривала. – Теперь в твоей руке ещё одно волшебство. Иди, дорогая, и будь счастлива.

Не успела Эбигейл спросить, почему форма у шишки такая необычна, как ель подтолкнула её своими ветвями. Девушка вышла из дома, положила шишечку, и та покатилась так быстро, что Эби пришлось за ней бежать. Она пронеслась вдоль проезжей части, пересекла улицу, торговую площадь, где сегодня утром купила ёлку, пробежала мимо нескольких магазинов и неожиданно остановилась. Волшебная шишечка подкатилась ко входу в небольшой ресторан, из которого доносилась приятная инструментальная музыка. Эбигейл стряхнула снег с пальто и вошла внутрь. Пытаясь найти глазами шишечку, она не заметила подошедшего администратора.

- Добрый вечер, мисс. Вам предложить столик у окна или на втором этаже? – галантно спросил высокий мужчина.

- Благодарю, но меня уже ждут, - улыбаясь, произнесла Эбигейл и посмотрела на столик, возле которого лежала третья шишечка. Молодой человек сидел спиной и не видел вошедшую девушку. Эби почувствовала себя неловко, когда подошла к юноше, но она доверяла шишечке. Ничего

не сказав, она села за стол, напротив молодого человека с печальными серыми глазами.

- Я понимаю, что моё появление вас удивило, - начала она разговор. – Меня зовут Эбигейл.

- Приятно познакомиться, мисс, - прозвучал тихий ппроникновенный голос. – Джеймс Стивенсон, - сказал юноша учтиво.

- С вами что-то случилось? – робко спросила Эби.

- Неужели я похож на страдающего человека? - с усмешкой спросил Джеймс.

- Не похожи, - честно призналась Эбигейл. – Но вряд ли счастливый человек будет в канун Рождества сидеть в одиночестве за столиком ресторана.

- Это верно, мисс. Вы верно заметили. А вы часто в сочельник составляете компанию незнакомым людям? – немного резко спросил юноша.

- Если честно, сегодня впервые за всё жизнь я заговорила сама с тремя людьми. Утром мне повстречалась женщина, которая собиралась забрать дочь и уйти от мужа; днём – мужчина, который агрессивно разговаривал с матерью, отказываясь приезжать на семейный ужин; и уж я готова была встретить кого угодно в этом ресторане, но только не угрюмого молодого человека, который с таким раздрожением смотрит на меня уже несколько минут. Я уйду, если вы так хотите. И пусть всё, что вас тревожит, останется при вас. Но я очень хотела сделать что-то хорошее для вас, потому что знаю непонаслышке, что такое одиночество, - всю эту длинную речь Эби произнесла с явным негодованием, но произнося последние слова, она запнулась и уже собиралась встать, чтобы не выдать боль, которая вновь напомнила о себе.

- Простите меня, я эгоист, - поспешил остановить её Джеймс. – Я был так поглащён своими переживаниями, что и не заметил ваших печальных глаз. Ведь и вы не просто так оказались в этот вечер одна. Давайте поведаем о том, что нас тревожит, и скоратаем этот вечер.

- И вы меня извините за мою вспыльчивость, со мной обычно такого не случается.

- Не сомневаюсь. Сегодня ведь особенный день, канун Рождества, случиться может всё, что угодно.

«Это точно», - подумала Эбигейл.

- А что случилось с вами?

- Это долгая история, и, увы, не с счастливым концом, - он махнул рукой и попросил официанта принести ещё одну кружку. На столе уже стоял большой чайник, из которого медленно шёл пар. - Эбигейл, вы любите зелёный чай? Я часто добавляю туда мяту.

- Джеймс, это мой любимый чай ещё с самого детства. Мы всей семьёй в рождественский вечер ставили на стол прекрасный чайный сервиз. Папа заваривал самый вкусный зелёный чай. Теперь этот сервиз одиноко стоит на полке, - Эбигейл осеклась и, не произнося больше ни слова, опустила голову.

- Простите, если заставил вас вспомнить то, что сделало вам больно. А мой отец больше предпочитает кофе, - Джеймс постарался перевести тему. – Думаю, о человеке можно многое сказать, зная, какой напиток он предпочитает. Мой отец волевой человек, всегда всё решает за всех. Вот и мою судьбу пытается решить за меня. Хочет, чтобы я продолжил его бизнес. Надеится, что я пойду по его стопам, стану директором его компании. Я , конечно, люблю и уважаю отца, но я не хочу вести бессмысленную жизнь, понимаете, Эбигейл, - спросил он собеседницу, глядя ей в глаза.

Эби кивнула головой, и в её светлых голубых глазах Джеймс прочитал полное глубокое понимание.

- Я считаю, что жизнь не может быть бессмысленной, что мы не просто так оказались на этой планете, в этом теле и с этой головой. Мы наделены определёнными способностями, чтобы правильно их использовать. Мы не можем и не имеем право тратить то, что с такой любовью было нам даровано. Я всегда мечтал стать врачом, помогать людям. Много изучал химию и биологию, интересовался медициной и анатомией. Но когда заявил о своём желании отцу, он и слушать ничего не хотел. Мама, разумеется, старалась его переубедить, но бесполезно. Он упорно стоит на своём. Мы повздорили, и я пришёл сюда, чтобы

успокоиться и обо всё подумать. Знаете, Эбигейл, я считаю, очень важно найти себя, своё место в жизни, вы так не думаете?

- Я с вами полностью согласна, Джеймс, но я не знаю, как вам помочь, - воскликнула она, и по щекам покатились еле сдерживаемые слёзы. – Простите, но я правда не знаю, я ничего не знаю, - забыв про третью шишку, она выбежала из ресторана.

Концы растёгнутого пальто развивались по сторонам, а Эби старалась их придержать рукой. Слёзы продолжали струиться по щекам, но она о них уже не думала. Единственное, что ей хотелось – это спрятаться ото всех в своей уютной квартирке. Спрятаться, чтобы никто не видел её боль. На Эбигейл сильно подействовали слова Джеймса. Она и сама хотела найти своё место в жизни. Но после смерти мамы она могла лишь продолжить её дело - шить на заказ. Она знала, что не для этого была рождена, но убедила себя, что делает это ради матери. Раньше Эбигейл увлекалась литературой, много писала, но боль утраты заморозила сердце, и она больше не позволяла себе чувствовать. Но когда Джеймс говорил то, что было ей самой так близко, когда она почувствовала в нём родственную душу, её сердце дрогнуло. Но не могла Эбигейл себе позволить вновь полюбить! Потому что это так страшно любить, а потом терять. Ведь те, кого так сильно она любила, ушли.

Эби бежала по улице, не зная, что Джеймс поспешил за ней, как только она вышла из ресторана. Он всеми силами старался не потерять её из виду. Но на торговой площади было так много народу, что девушка скрылась в толпе. В отчаянии Джеймс стал бродить между торговыми рядами в надежде найти ту, которая так неожиданно покарила его сердце.

Но было уже поздно, Эбигейл забежала домой и быстро захлопнула за собой входную дверь. Со слезами на глазах она подошла к ёлке и села на пол около неё.

- Ну почему ты так со мной поступила? Я ведь ничем не могу ему помочь. Я сама не знаю, кто я и каково моё место в жизни. Я не могу дарить свою душу людям, потому что во мне уже нет души. Я не знаю, какая моя задача, и не знаю, как найти себя. И как ты хочешь, чтобы я помогла Джеймсу? – Эбигейл плакала, кричала. Отчаяние затопило её сердце, и казалось, оно разорвётся от боли.

- Девочка моя, послушай меня внимательно, - терпеливо сказала волшебница, дожидаясь пока эби успокоиться. – Как же ты говоришь, что у тебя нет души? Сегодня весь день, весь праздник ты посвятила помощи людям. Ты сама не осознаешь, какие чудеса совершила для Оливии, её мужа и дочки, для Николоса и его семьи. Как человек без души может так любить других совершенно незнакомых людей, как может так искренно за них радоваться? Как человек без души можеть совершать чудо и думать, что чудо совершила я, подарив лишь эти три шишечки. А не думаешь ли ты, что окажись они у того, кто действительно не имеет души, навряд ли Оливия и Николас были бы сейчас счастливы. Да и как можешь ты говорить, что не имеешь души, когда после моих обещаний, чудеса происходили не в твоей жизни, а в жизнях других людей. Ты же в свою очередь и не подумала о том, чтобы меня упрекнуть и попросить чуда для себя, ты лишь продолжала радоваться за других и делать добро. И как после всего этого ты, моя дорогая Эби, можешь говорить, что у тебя нет души. Ты думаешь, что тебе неизвестно своё предназначение? Тогда я тебе скажу. Открой письменный стол, достань свои рукописи и продолжай писать. Сегодня совершались настоящие чудеса, а третье было особенное именно для тебя. Встретились две родные души. Ты спрашиваешь меня, как ты можешь помочь Джеймсу. Я тебе отвечу, - с этими словами ёлка погладила Эбигейл по голове своей веткой и тихо, вкрадчиво произнесла, - не нужно помогать ему дорогая, позволь ему помочь тебе. Позволь ему сделать тебя счастливой. Поверь, ему больше всего в жизни нужно именно это.

Мудрая волшебница посмотрела на девушку, указывая веткой на дверь. Эби смахнула оставшиеся слёзы и поцеловала маленькие иголки.

- Беги на торговую площадь, он уже давно ищет тебя, - нежно и с улыбкой произнесла волшебница.

- А как я его там найду, я ведь забыла третью шишечку в ресторане? – встревоженно спросила Эбигейл.

- Тебе больше не нужны шишечки, сердце подскажет.

Эби чувствовала, что ёлка прощается, поэтому ещё раз поцеловала её длинну ветку.

- Спасибо тебе за всё, дорогая ёлка!

- Счастливого Рождества, милая! Беги скорее!

Больше Эбигейл не нужно было торопить, она быстро побежала к выходу, потом вниз по ступенькам, потом вдоль длинного дома. И вот она стоит посреди многолюдной торговой площади. Она совершенно не знала, куда идти. И тут Эби услышала любимую мелодию, которую утром пели и играли музыканты. Она пошла в ту сторону и именно там увидела Джеймса. Сердце вздрогнуло от радости. Эбигейл подошла к нему, улыбнулась и посмотрела на него с таким теплом, что сердце молодого человека затрепетало от счастья.

- Наконец-то я тебя нашёл, - вымолвил он, обнял возлюбленную и закружил в быстром вальсе.

Когда музыка закончилась, Джеймс достал из кармана хрустального ангела, и Эби воскликнула от удивления.

- Какое это чудо! Представляешь, женщина и мужчина, про которых я рассказывала, сегодня подарили мне таких же ангелочков! Теперь у нас их три,- светясь от счастья, произнесла она.

Молодого человека явно порадовали последние слова, ведь Эбигейл говорила уже не про себя одну. Она сказала: «У нас», а это уже многое значит.

- У меня для тебя есть ещё один сюрприз, - сказал Джеймс и протянул Эби третью шишечку. – Она лежала около столика в ресторане, и я подумал, что ты её выронила.

Эбигейл ахнула от удивления и несколько мгновений не могла произнести ни слова. Ведь никто кроме неё не мог видеть шишечки. Как такое может быть?

- Я попытался выяснить у администратора, чья эта шишечка такой необычной формы, но он недоумённо посмотрел на меня, сказав, что ничего не видит в моей руке. Я не понял почему и решил отдать её тебе, моя таинственная незнакомка, - сулыбкой добавил он.

- Это чудо, - только и сказала Эбигейл. - Спасибо, что вернул её. Эта шишка особенная.

- Не сомневаюсь, ты посмотри, какой необычной она формы. Она похожа на сердечко, - проведя рукой по шишке, произнёс Джеймс.

- Да, точно, - смеясь, ответила Эби и бережно положила третью волшебную шишечку в карман.

Эбигейл и Джеймс шлипо улице, вдалеке ещё была слышна рождественская музыка, а с неба им улыбалась большая луна.

Эби смотрела на вечернее небо, на пушистые облака, и строчки сами рождались в её голове:

 

Таинственный, облачный вечер; холодный, замёрзший асфальт.
Быть может, никто не заметит, что в сердце опять лишь базальт.

И стоит ли грустно кружиться снежинкам над домом моим?
Туману так густо клубиться, таким, как старик, стать седым...

Не знаю, не знаю, о Боже, как ты поменяешь судьбу.
Но верю и знаю я всё же, что горы тебе по плечу!

Таинственный, сказочный вечер; нежны облака в небесах.
Я верю, что, кто-то заметит, как делаю крыльями взмах.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2018 год. (0.029 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал