Студопедия

Главная страница Случайная страница

КАТЕГОРИИ:

АвтомобилиАстрономияБиологияГеографияДом и садДругие языкиДругоеИнформатикаИсторияКультураЛитератураЛогикаМатематикаМедицинаМеталлургияМеханикаОбразованиеОхрана трудаПедагогикаПолитикаПравоПсихологияРелигияРиторикаСоциологияСпортСтроительствоТехнологияТуризмФизикаФилософияФинансыХимияЧерчениеЭкологияЭкономикаЭлектроника






Оценка результатов драматерапии

Эффективна ли драматерапия?

 

В этой главе рассматриваются некоторые подходы к оценке эффективности драматерапии. Этот вопрос представляется важным по целому ряду причин. Было бы глупо тратить время и деньги на то, чтобы внушать людям ложные ожидания отно­сительно положительных эффектов драматерапии, если соот­ветствующие исследования доказали бы, что драматерапия не только не приводит к сколько-нибудь ощутимым положитель­ным результатам, но и усугубляет состояние клиентов. В насто­ящее время большое внимание уделяется научному обоснова­нию психотерапевтических подходов. Отчасти это происходит из-за усиливающегося движения в защиту прав клиентов, боль­шинство из которых верит в профессионализм работающих с ними специалистов, а также из-за широко распространенного мнения о том, что ни один метод не представляет собой прак­тической ценности до тех пор, пока он научно не обоснован. За последние годы были сделаны определенные попытки более строгого научного обоснования драматерапии и других “арт-терапевтических” методов. Несколько позже мы их коснемся. Однако хотелось бы начать с того, что представляется осо­бенно значимым. Будучи специалистами, мы должны уметь определять, насколько успешно проводимое нами лечение как в ходе сессии, так и после ее завершения, а также по истечении всего курса драматерапии. Если речь идет об оценке эффективности лечения, то следует опираться на нечто большее, нежели чувство удовлетворения, которое, впрочем, тоже может быть немаловажным индикатором успешной психотерапии. Но прежде всего необходимо разобраться в том, что для нас как для специалистов означает понятие “успешная психотерапия”. Мы должны сформировать об этом более или менее четкое пред­ставление. Если, например, мы пытаемся использовать драматерапию для решения конкретных задач, как это было показано во второй главе, ее эффективность определяется поведенческими изменениями клиента и его взаимоотношениями с окружаю­щими. Действия членов драматерапевтической группы, доби­вавшихся усиления и укрепления настойчивости в достижении поставленных целей, становились более успешными либо нет, и это можно было определить путем использования психомет­рических тестов.

Однако столь четко подтвердить результаты работы изме­рениями далеко не всегда представляется возможным. Общую цель драматерапии можно обозначить как укрепление идентич­ности клиента и его взаимоотношений с окружающим миром. Между тем такое обозначение целей психотерапии следует до­полнять определением более четких критериев оценки психи­ческого благополучия клиента. Драматерапия должна предпо­лагать измерение положительных изменений его состояния и поведения. Она должна обладать определенным, понятным специалисту смыслом, поскольку если смысл предполагаемых действий ему недоступен — клиент не поймет их тем более.



Иными словами, нам следует знать, чего мы хотим достичь и какие эффекты хотим получить в каждом конкретном случае. Лишь после этого можно попытаться определить, насколько нам удалось решить эту задачу. Простое знание о том, что пси­хотерапия вызвала определенный положительный эффект, не обязательно предполагает знание того, каким образом он был достигнут. Это потребует дополнительного исследования. Од­нако можно с определенностью сказать, что до тех пор, пока мы не знаем, чего хотим добиться, не будет ясности и в том, каким образом это можно сделать. Но выразить словами конечный результат, к которому следует стремиться, бывает непросто. Наш опыт использования драматерапии дает основание заклю­чить, что далеко не всегда мы можем заранее определить то, к чему нам следует стремиться. “Я не знаю, что мы пытаемся делать”, — сказал один из членов драматерапевтической груп­пы партнеру, с которым разрабатывал драматический сцена­рий. “Не бойся, — ответил тот, — ты не узнаешь об этом до тех пор, пока этого не сделаешь”. Драматерапевт сразу запомнил эти слова, поскольку они как нельзя лучше характеризовали происходящее в процессе работы.

Описание процесса работы

Работающие с группами специалисты — а к ним, конечно, от­носятся и драматерапевты, — не полагаясь всецело на высказы­вания и реакции членов группы, нуждаются в фиксации груп­повых процессов. Нередко, когда сессия заканчивается, у них остается лишь общее представление о том, “как все происходи­ло”; они не могут в деталях воспроизвести ход групповой ра­боты. В настоящее время получила распространение видеоза­пись сессий, что, как полагают многие, приведет к более точно­му представлению о происходящем во время психотерапии. Одновременно видеозапись может отвлечь исследователей от некоторых моментов групповой работы. Во время нее некото­рые феномены не поддаются внешней фиксации. Иными сло­вами, хотя многие визуальные и звуковые эффекты групповой работы могут быть записаны на видео- и аудиопленку, многое зафиксировать практически невозможно. Специалистам, запи­сывающим ход сессий на аудио- или видеомагнитофон, хоро­шо это известно.



Техническими средствами невозможно зафиксировать ка­чество внутригрупповой коммуникации, то есть то, что Мюррей Кокс (Сох, 1978) называет “эмпатическим качеством раз- деленной человечности” (р. 37). По этой причине, чтобы оце­нить, насколько успешной была драматерапевтическая сессия, психотерапевт должен также полагаться на собственные ощу­щения. История групповой психотерапии богата примерами попыток зафиксировать динамику взаимодействия как между членами группы, так между ними и психотерапевтом или пси­хотерапевтами — либо в ходе одной сессии, либо всего курса психотерапии. Фолькес и Энтони (Foulkes and Anthony, 1957, pp. 101-105) были первыми, кто попытался это сделать. Позже М. Кокс (Сох, 1978) разработал способ регистрации динамики взаимодействия между членами группы, что позволило ему как представителю психодинамического подхода определить, ка­кие коммуникативные процессы имеют решающее значение для достижения положительных эффектов психотерапии. Его метод предполагал использование того, что он назвал СВП (си­стема визуального показа), представлявшей собой упрощен­ный способ регистрации определенных аспектов психотерапев­тической работы с одновременным исключением из поля зре­ния специалиста наименее значимого (Сох, 1978). В данном случае играет важную роль субъективная оценка происходяще­го в группе специалистом. Лишь он сам определяет, что для него значимо, а что — нет, при этом используя какую-либо сис­тему для регистрации наблюдаемых процессов, позволяющую фиксировать колебания в характере коммуникации участников и их эмоциональном состоянии. Одной из форм регистрации могут быть диаграммы. Наиболее важным, однако, является то, что именно хочет зафиксировать исследователь, какие именно изменения в ходе психотерапии считает наиболее значимыми, насколько удобные методы для регистрации наблюдаемых про­цессов он использует. Некоторые специалисты считают, что заменить подробное описание хода сессий не может ничто. Этот способ регистрации действительно позволяет зафиксировать многие изменения в эмоциональном состоянии и взаимоотно­шениях в группе. Необходимое для описания хода сессий ди­станцирование специалиста от внутригрупповых процессов по­зволяет ему лучше различать эмоциональные проявления чле­нов группы. Мы заметили, что подобное дистанцирование позволяет нам почувствовать атмосферу в группе и преодолеть неосознанно возникающие защиты.

 


mylektsii.ru - Мои Лекции - 2015-2018 год. (0.008 сек.)Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав Пожаловаться на материал